Готовый перевод Cultivating Immortality in The World of Shrouding / Бессмертие в Мире Затенённых Небес: Глава 5

На том месте, где изначально располагался Храм Великого Громового Звука, в небо взмыла жуткая аура. Земля раскалывалась, и фигура какого-то исполинского существа взметнулась ввысь, сотрясая небосвод.

Под воздействием этой ауры у всех присутствующих едва не вылетели души из тел. Они потеряли контроль над собой и чуть не свалились с каменного алтаря.

— Опомнитесь! — взревел Фу Цзинь.

Обломок стелы в его Горьком Море задрожал, словно тоже почувствовав надвигающуюся угрозу, и наделил его своей силой. Изнутри его тела хлынул странный, но в то же время знакомый поток энергии, и на мгновение его крик прозвучал подобно рёву Истинного Дракона, разрывая девять небес.

Гум.

Блуждающие души людей были прижаты этим криком обратно в тела. Снова обретши контроль над плотью, они крепко сжали божественные артефакты и, прижавшись к каменному алтарю, с ужасом уставились на исполинскую фигуру.

К счастью, голос Фу Цзиня словно напугал противника. Мчавшаяся на всех парах фигура на полпути резко остановилась и издалека уставилась на людей.

Два кровавых глаза размером с фонари широко раскрылись. Они висели на краю небосклона точно пара кровавых лун, и проливающийся вниз лунный свет пал на людей, заставляя их волосы вставать дыбом от ужаса.

— Клик.

В тот самый момент, когда все растерялись, неподвижно лежавшая на пятицветном каменном алтаре древняя бронзовая гробница вдруг шевельнулась и издала легкую дрожь.

Благодаря подпитке бесчисленной крови демонических крокодилов алтарь поглотил энергию. Изображение диаграммы Тайцзи в самом его центре стало похоже на открывающиеся врары Инь и Ян: хотя скорость была донельзя медленной, они неуклонно продолжали движение.

Древний бронзовый гроб, влекомый девятью драконами, тоже откликнулся.

Кровавые глаза на небесах сосредоточенно сузились, выражая недоумение и подозрение. Постоянно оглядываясь по сторонам, они, казалось, в чём-то разобрались, и из полумрака донесся смутный низкий рык.

— Фу-у...

Тошнотворная аура, превосходящая по силе прежнюю песчаную бурю, яростно набросилась на людей и пронеслась мимо.

Поскольку в этой ауре клубилось демоническое ци, буддийские орудия сами собой испустили сияние Будды, надежно защитив всех от угрозы.

Фу Цзинь, стоявший в сиянии древнего светильника, о чем-то задумавшись, опустил взгляд к подножию каменного алтаря.

Демоническая кровь, до этого питавшая алтарь энергией, под напором этой ауры была выдута подчистую, не оставив и следа.

— Плохо.

После появления Предка Крокодилов нападавшие на людей божественные крокодилы скрылись из виду, а теперь, когда пропала и демоническая кровь, силы для открытия древней дороги, боюсь, окажется недостаточно.

Все бессознательно подняли головы к небу.

Открывающиеся врата Инь и Ян Тайцзи замерли.

— Неужели догадался в чем причина?

— Проклятье, не хватило буквально чуть-чуть.

......

Губы людей дрожали, взгляды пылали отчаянием, лица побелели как пепел, а выражения стали хуже некуда.

Легкий выдох противника в один миг оборвал их последнюю надежду.

В полумраке тело исполинского чудовища задрожало, раздался низкий рык. Люди расслышали в нем долю беззаботности — словно он столкнулся с чем-то забавным, весело хихикал и даже откровенно насмехался.

— Что делать? — Чжоу И посмотрел на Фу Цзиня.

Пан Бо, Ван Цзывэнь, Чжан Цзылин, Чжан Вэньчан, Гэ Мин, Сюй Чуань, а также иностранец Кайд и остальные один за другим перевели взгляды на него.

Раз уж Фу Цзиню посчастливилось получить наставления от самого Будды, он наверняка не позволит им всем здесь сгинуть.

— Монета, которую я тебе дал, при тебе? — Фу Цзинь глубоко вздохнул, успокоился и посмотрел на Пан Бо.

Пан Бо вытаращил глаза, но, заметив серьезное и совсем не шутливое выражение лица Фу Цзиня, выудил из кармана золотистую монету с квадратным отверстием посередине.

Не дожидаясь напоминания от Фу Цзиня, он подбросил ее высоко вверх, а затем поймал на лету.

— Привлечение богатства и сокровищ.

Фу Цзинь посмотрел за свою спину — на Лю Юньчжи, которому были связаны руки и ноги.

— Привлечение богатства и сокровищ, удача и процветание. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

Он широким шагом подошел ближе. На кончиках его пальцев вспыхнуло фиолетовое лезвие... Под вытаращенными глазами Лю Юньчжи он поднял руку и опустил ее.

......

Глава 12. Зловещий взгляд в бронзовом гробу

Никто не ожидал, что в момент смертельной опасности, когда демоны смотрели на них волками, Фу Цзинь решится напасть на Лю Юньчжи.

Даже если Лю Юньчжи был неправ с самого начала, эта сцена все равно заставила многих нахмуриться. Кое-кто посмотрел на Чжоу И, давая понять, чтобы тот попытался отговорить товарища.

Губы Чжоу И шевельнулись, но, о чем-то подумав, он решил промолчать и лишь продолжил наблюдать.

Фиолетовый клинок, отливающий синевой, полоснул Лю Юньчжи по горлу.

Хлоп.

Целая и невредимая голова покатилась по земле, на ее лице застыло выражение крайнего изумления.

Увиденное превзошло все ожидания.

На месте среза на шее не было видно ни капли крови — вместо этого там мерцало тусклое черное свечение. Жуткая и зловещая аура заставила остальных мгновенно вспомнить о непобедимом демоне неподалеку.

— Зародыш-воплощение? — с тяжелым лицом произнес Чжоу И. Он вспомнил слова Фу Цзиня о демонах и невольно шумно втянул воздух.

Это правда.

Демон уже давно применил колдовство, незаметно проникнув внутрь человека и оказав на него влияние.

— Нет. — Ощутив ауру в черном свечении, Фу Цзинь почувствовал леденящий душу холод. Из темноты на него смотрел чей-то ядовитый взгляд, заставляя чувствовать себя так, будто он провалился в ледяную бездну, а его тело задрожало.

— Это не демон... это злой дух.

Чего боялись, то и произошло.

Внутри Лю Юньчжи скрывался вовсе не божественный зародыш Предка Крокодилов, а крошечная частица силы Божественной Загробной Мысли Великого Тела Великого Свершения.

Злой дух?

Не успел миновать прежний враг, как появился новый, и людей тотчас охватило отчаяние, переходящее в непрекращающиеся стоны.

— Неужели и правда нет выхода?

— Мы все здесь умрём.

— Боже, нет.

......

Глядя на точки черного свечения, Фу Цзинь мрачно произнес:

— Раз уж дело дошло до конца, остается только сражаться изо всех сил. Остальные следите за обстановкой снаружи, Пан Бо, иди помоги мне.

Видя, насколько серьезен тон Фу Цзиня, никто не смел проявлять беспечность — все тут же окружили их плотным кольцом.

Пан Бо, держа в ладонях фиолетовую золотую чашу, осторожно приблизился.

Это был один из немногихцельных артефактов в Храме Великого Громового Звука. Пережив бесчисленные годы, он по-прежнему таил в себе скрытую божественную мощь, способную источать свет Будды для усмирения демонов.

По мере приближения к телу Лю Юньчжи на высеченных на чаше барельефах с изображением проповедующего Будды заструилось сияние, и смутно раздался величественный буддийский звон — торжественный и полный сокровенного смысла.

Черное свечение на шее трупа, словно почуяв приближение опасности, зазмеилось по краю среза, сформировав черную змейку длиной не больше пальца. Ядовито зыркнув на приближающихся мужчин, она высунула язык и зашипела, словно злой дух, завывающий над ухом.

Фу Цзинь активировал древний светильник. Брызнули капли божественного сияния, образовав перевернутый чашеобразный купол, который накрыл их двоих вместе с телом.

С тидым окриком огонь светильника ярко вспыхнул, и внутри купола мгновенно заискрились искры, обжигая черную змею.

Вжик.

Тело змейки выгнулось, словно натянутый до предела лук, и она превратилась в острую стрелу, уклонившись от атаки. Затем, сделав в воздухе резкий кульбит, она со свистом устремилась прямо в межбровье Фу Цзиня.

— Ом... су-ва... ни су-ва...

Из межбровья Фу Цзиня хлынул синий туман, смутно принимая форму бусины-шарира. Раздалось пение сутр и мантр, отбросившее змейку назад.

— Гляди как дедушка Пан тебя усмирит!

Поджидавший этого момента Пан Бо взмахнул фиолетовой золотой чашей, и волна света Будды хлынула на черную змею, однако не смогла ее сокрушить, а лишь временно заточила в ловушку.

— Клик.

Чаша задрожала, и даже сил Пан Бо едва хватило, чтобы не выпустить ее из рук.

К счастью, в этот момент лик Будды на чаше проявился воочию: одной рукой поддерживая сосуд, он словно читал проповедь, обращая демонов в свою веру. Сияние Будды на чаше вспыхнуло с новой силой, с трудом подавляя мятежную тварь.

В этот момент Фу Цзинь поднес ближе древний светильник, и совместная мощь двух цельных божественных артефактов наконец заставила змею затихнуть.

— Что делать дальше? — Пан Бо посмотрел на Фу Цзиня.

Тот опустил взгляд на каменный алтарь под ногами и произнес:

— Раз уж для открытия древней дороги требуется поглотить энергию, мы принесем его в жертву алтарю.

С этими словами он сам взял чашу, перевернул ее на каменном алтаре, а древний светильник водрузил на дно чаши. Затем он сосредоточился на поглощенной им ранее бусине-шарире.

— Нье-ли-хе-на... бо-е... хум... а-на-е...

Тусклое сияние на пятицветном каменном алтаре, готовое уже погаснуть, словно отведало лучшего лекарства, вспыхнуло с невероятной силой, и руны вновь засияли подобно звездам.

Сформировавшаяся в небе диаграмма Тайцзи также продолжила разделение Инь и Ян, напоминая открывающиеся врата.

Эта картина заставила всех радостно улыбнуться.

— Быстрее в бронзовый гроб! — напомнил Пан Бо.

— А как же Фу Цзинь? — Чжоу И посмотрел на Фу Цзиня, сидевшего со скрещенными ногами на алтаре. В этот момент зачаток злого духа, заключенный в чаше, все еще отчаянно сопротивлялся, заставляя чашу и светильник содрогаться.

— Идите первыми, оставшись здесь, вы лишь станете для меня обузой. — Ощутив, как сила в шарире стремительно тает, Фу Цзинь достал небольшой нефритовый гроб.

— Возьми это, — Чжан Вэньчан оставил ему сломанный ваджр. — Будь осторожен.

Друзья бросили на прощание несколько заботливых слов, и Фу Цзинь остался на алтаре один.

Дорога звездного неба открылась вновь.

Хотя Предок Крокодилов не понимал, что произошло, в момент, когда врата Инь и Ян полностью открылись, он все же решил атаковать в гневе.

Грохм.

Клубился чудовищный черный туман, и гигантская черная лапа, заслонив собой небосвод, ринулась на пятицветный каменный алтарь. Одни только ее пальцы достигали десятка метров в длину, и на фоне этой лапы Фу Цзинь казался не больше букашки.

Однако под этим тяжелейшим давлением выражение лица Фу Цзиня не изменилось. Он задействовал остаточную силу шарира, чтобы подавить энергию Божественной Загробной Мысли в чаше, дабы алтарь мог быстрее ее поглотить.

Вжух-вжух-вжух.

Звездные врата распахнулись, и распростертые на земле девять трупов драконов внезапно задрожали, вслед за ними затрясся и бронзовый гроб.

Черная лапа Предка Крокодилов еще не успела опуститься, как была остановлена божественной мощью, исходившей от тел драконов.

Увидев это, Фу Цзинь облегченно выдохнул.

С неохотой бросив взгляд на чашу и светильник, все еще использовавшиеся для подавления твари, он быстро отступил назад. Поравнявшись с Е Фанем, который поджидал остальных у щели в крышке гроба, они ударили друг о друга кулаки и вскочили внутрь.

На этом все выжившие оказались внутри бронзового гроба.

Предок Крокодилов был отброшен. Издав яростный рев, он поднял демонический ветер и вызвал песчаную бурю. Его гигантская лапа взметнулась высоко вверх и вновь тяжело обрушилась вниз, сотрясая миры раскатами грома.

На сей раз целью была сама древняя бронзовая гробница.

Но сила вобравшей достаточно энергии древней бронзовой гробницы превосходила его представления.

Девять исполинских драконьих туш взмыли в воздух, исторгнув непочтительную к чужому величию драконью ци, от которой даже Предка Крокодилов, бывшего святым демонов, пробрала дрожь.

Из ничем не примечательного на вид бронзового гроба раздался металлический звон, вмиг развеявший опускающуюся черную лапу.

Пара зрачков, подобных кровавым лунам, выпустила два алых луча, которые скрестились перед вратами Инь и Ян, пытаясь запечатать древнюю дорогу.

Но в этот самый момент на покрытых патиной стенах гроба все вырезанные изображения — молящиеся божества, оплакивающие небеса, древние предки и бесчисленные дикие звери первобытной эпохи — засияли туманным светом, сокрушая любую силу, осмелившуюся встать на их пути.

— Клик.

Раздался еще один громкий удар: крышка захлопнулась, и девять драконов увлекли за собой древнюю бронзовую гробницу, медленно устремляясь в врата звездного неба.

Врата Тайцзи исчезли.

На каменном алтаре, рядом с безжизненным телом, на чаше лежал древний светильник, раскачивая капли божественного сияния.

— Улетели!

Наблюдавшие за внешним миром из гроба люди увидели закрывающуюся крышку, и их переполнявшее чувство спасения от смерти прорвалось наружу громогласными криками.

Фу Цзинь только было собрался что-то сказать, как откуда-то на него уставился ядовитый и злобный взгляд, от которого кровь застыла в жилах.

......

Глава 13. Пятая фаза, усмирение демонов

В древнем бронзовом гробу царили тьма и холод.

Чей-то злобный взгляд, устремленный неизвестно откуда и преисполненный ненависти за бесчисленные годы заточения под гнетом Будды, заставил сердце Фу Цзиня замереть от холода. Его руки и ноги дрожали, а включенный фонарик непрерывно трясся.

— Это Божественная Загробная Мысль.

— Когда она успела забраться внутрь?

Фу Цзинь тревожился и одновременно недоумевал.

Он велел Е Фаню взять бронзовую дощечку и охранять щель в гробу именно для того, чтобы избежать этой страшной беды.

Кто бы мог подумать, что эта тварь опередит его и проникнет в гроб гораздо раньше.

Фу Цзинь вспомнил о Лю Юньчжи.

Как злобная мысль, порожденная после смерти Великого Тела Великого Свершения, даже будучи лишенной Шакьямуни девяти десятых своего совершенствования с помощью высшего мастерства, она всё равно обладала непостижимыми сверхъестественными способностями и могла незаметно оказывать влияние на всех вокруг.

— Ты в порядке? — ближе всех оказавшийся Е Фань заметил странное состояние Фу Цзиня.

Посмотрев на ничего не подозревавшего Е Фаня, Фу Цзинь после некоторых колебаний решил не рассказывать о скрытой за спиной смертельной опасности.

Пока девять драконов тянут гроб и благополучно доберутся до Древней Запретной Земли, провалившись в нее, даже Божественная Загробная Мысль не посмеет и шевельнуться.

услышав голос Е Фаня, Пан Бо подошел ближе, освещая путь фонариком. Другие близкие друзья тоже шагнули вперед, выражая беспокойство.

Чжоу И, Ван Цзывэнь и остальные также подошли справиться о самочувствии.

— Все в порядке, просто немного истощились силы, — покачал головой Фу Цзинь, давая понять, что с ним все хорошо.

Чжоу И окинул Фу Цзиня взглядом: лицо того было несколько бледным, но дух держался бодро. Повернувшись к остальным, он громко наказал:

— Хотя мы временно вырвались из опасности, тот демон в далекие времена сумел заставить самого Будду лично выступить против него — очевидно, он не так прост. На всякий случай всем лучше держаться вместе, вооружившись буддийскими артефактами, чтобы не стать жертвой темных сил и не повторить судьбу Лю Юньчжи.

— К тому же мы понятия не имеем, куда прибудем на следующей остановке. Держа в руках божественные артефакты, каждый сможет спокойно отдохнуть и восстановить силы...

Несмотря на утрату фиолетовой золотой чаши и древнего бронзового светильника, у людей оставалось еще немало неполных буддийских орудий.

Чжоу И и Ван Цзывэнь совместными усилиями навели порядок.

Фу Цзинь перевел взгляд на другой, меньший по размерам бронзовый гроб в самом центре и подошел ближе.

Гроб в гробу — обычно этот второй, меньший по размеру гроб использовался непосредственно для погребения тела, составляя вместе с внешней оболочкой единый погребальный комплект.

Маленький гроб был четырех метров в длину и выполнен из того же материала, что и большой: покрытый патиной, архаичный и таинственный, он с первого же взгляда источал необыкновенную ауру.

Мобилизовав жизненную энергию, Фу Цзинь приложил ладонь к маленькому гробу в попытке установить с ним связь, но не добился ни малейшего результата.

В тот самый момент, когда он уже собирался убрать руку, в темноте внезапно раздались странные звуки.

Тихие, едва различимые, они тем не менее таили в себе силу, сотрясающую человеческие души. Казалось, издалека, сквозь пространственно-временную пелену, доносятся глухие удары барабанов, полные глубокой скорби, а затем их сменяет гул колоколов, от которого всё наполняется такой тоской, что не проникнуться ею было невозможно.

Не только Фу Цзинь, но и остальные услышали эти звуки, сильно изумившись и вспомнив высеченные на стенах гроба изображения.

Божества, проливающие слезы, древние предки, роняющие горькие капли, и плачущие дикие звери.

Вслед за тем послышались погребальные плачи, словно бесчисленные люди молились на чьих-то похоронах.

Похоронный звон и скорбные барабаны зазвучали в унисон.

В угате сознания людям почудилось, будто некий древний император правил под небесами и странствовал по вселенной, но в конце концов обрел лишь погребение в этой усыпальнице.

Только что все устроивший Чжоу И с изумлением увидел, что божественные артефакты в руках каждого начали светиться. Точки божественного сияния ярко заискрились, свет постепенно становился ослепительным, словно артефакты яростно горели, исторгая безумную энергию, которая устремлялась в погруженные во тьму стены гроба.

Божественное сияние разогнало тьму. На покрытых патиной бронзовых стенах изображения божеств и древних предков ожили, казалось, еще секунда — и они сойдут с барельефов.

Все уставились на самый крупный древний бронзовый барельеф.

Картина бескрайнего звездного неба: каждая звезда сияла ярким светом, пробивающимся сквозь стены гроба, создавая ощущение, будто люди сами перенеслись в открытый космос.

Тонкая линия мерцала на звездной карте, устремшись прямо к семи ярким звездам, образующим форму ковша.

В этот самый момент Фу Цзинь, поднявший ладонь, почувствовал, как крошечный пучок таинственной энергии потек по его руке внутрь тела и канул в Горькое Море.

— Что это было? — выражение лица Фу Цзиня слегка изменилось, и он поспешил отступить назад, чтобы проверить себя, но не обнаружил ничего.

В превратившемся в скопление светящихся точек Горьком Море неподвижно парили три обломка стелы, не проявляя ни малейшей реакции и не обнаруживая той необычайной активности, что была при столкновении с давлением Предка Крокодилов.

— Неужели эта энергия не несет для меня вреда? — подумал Фу Цзинь, решив, что это наиболее вероятная причина.

Если вреда нет, то не принесет ли она какой-то пользы?

С этой мыслью он сунул ваджр за пазуху и приложил обе ладони к бронзовому гробу.

Но увы, больше ничего добиться не удалось.

Остальные смотрели на звездную карту. Неподалеку Е Фань, придерживая бронзовый гроб рукой, казалось, погрузился в состояние озарения. Все его тело источало отрешенную от мира ауру, напоминая бессмертного небожителя, готового в любой момент раствориться в ветре.

— И он уже постиг озарение? — вздохнул Фу Цзинь, испытывая легкую зависть, хотя сам он, похоже, тоже извлек из бронзового гроба какую-то неведомо зачем нужную пользу.

Следивший из темноты злобный взгляд исчез — Божественная Загробная Мысль спряталась.

Однако мысль о том, что за ним следит такая напасть, давила на сердце Фу Цзиня тяжелым камнем, вызывая беспокойство.

Он мысленно обратился к межбровью, вспомнив то, что осталось после поглощения им бусины-шарира перед ликом Будды.

Это вовсе не были священные буддийские каноны, как думали остальные, и не древние писания Великого Эмператора, заполучить которые он так жаждал, а знакомая картина.

Он уже видел нечто подобное на фресках в Пещерах Могао.

Именно там он и подобрал бусину-шарир.

Позднее, расспросив местных работников, он понял значение этой настенной росписи.

— Картина усмирения демонов и достижения Пути.

Согласно преданию, Шакьямуни прошел через восемь этапов в своей жизни, прежде чем достичь великого просветления, обрести Путь под деревом бодхи и стать Буддой. Эти восемь этапов назывались Восемью Фазами Достижения Пути.

Пятая из этих фаз, самая важная, называлась Усмирением Демонов.

То, что осталось в шарире, как раз и было сценой усмирения демонов Шакьямуни.

На картине Шакьямуни восседал в позе лотоса в самом центре, сложив пальцы в печать усмирения демонов, а над его головой парил огромный балдахин. На облаках поверх балдахина располагался Видьяраджа Трайлокайвиджая — трехликий и восьмирукий, спиной к пламени, с разнообразным божественным оружием в руках и сложенными мудрами.

А по обеим сторонам сверху и снизу, между небом и землей, бесчисленные жуткие якши, асуры, странные существа и демоницы с оружием в руках или колдовскими чарами являлись в самых разных позах, пытаясь преградить путь к Пути.

Когда Фу Цзинь столкнулся с ударом ваджра Лю Юньчжи, он бессознательно сложил пальцы в ту же мудру, что и Видьяраджа, и сбил вражеский артефакт.

Именно с того самого момента он и зародил подозрения в отношении Лю Юньчжи.

Сосредоточившись на созерцании сцены усмирения демонов, Фу Цзинь почувствовал, как половинка ваджра за пазухой слегка завибрировала, а по его поверхности заскользили золотые лучки. Нефритовый гроб в кармане также источил молочно-белое сияние, укрывая его своей защитой.

Чистая и священная аура заструилась вокруг его тела, рассеивая любые злые помыслы и зловещую ци извне.

Именно эту картину и увидел Е Фань, очнувшись от медитации над древним писанием из бронзового гроба.

......

Глава 14. Паньгу... стоп, Северный Ковш, Древняя Запретная Земля

Космос со звездным небом был высечен на стенах древнего бронзового гроба. Бесчисленные звезды казались бескрайним морем, и в то же время каждая отдельная звезда выглядела крошечной песчинкой.

Все пристально вглядывались в траекторию тонкой линии, видя, как она приближается к семи крупным звездам, а затем — к еще одной, еще более крупной звезде позади них. Особая форма созвездия позволила им безошибочно узнать эти светила.

Большая Медведица, а также легендарная императорская звезда Цзывэй.

После этого наступило оцепенение.

Они отправились с Горы Тай, и всего полчаса пути привели их на Марс. Пережив череду смертельных опасностей и преодолев колоссальное расстояние на бешеной скорости, они теперь приближались к звездам Большой Медведицы, которые прежде могли видеть лишь на ночном небосклоне.

http://bllate.org/book/19198/1885447