Трое суток спустя.
Ши Сюань взял с собой Ши Шо и Чан Сюя и отпер оружейное хранилище Секты Тяньянь. Оно располагалось прямо под Залом Патриархов. Ши Сюань снял запретные печати, и все трое один за другим вошли внутрь.
Хранилище оказалось небольшим, но от выстроенных рядами божественных оружий, целебных пилюль и магических сокровищ исходила мощная ци.
Ши Шо, впервые попавший в сокровищницу, огляделся по сторонам, и его глаза зажглись жадным огнем:
— Отец, неужто у нашей семьи такие богатые запасы? Почему ты не привел меня сюда раньше?
— Выбирай сам. А ты, Чан Сюй, бери вон то копье, — не обращая внимания на Ши Шо, Ши Сюань указал на парящее в самом дальнем углу хранилища длинное копье и обратился к седоголовому Чан Сюю, который уже достиг сферы Тяньсюань.
Древнее на вид древко копья украшал изогнутый наконечник, напоминавший змеиное жало. По нижней части древка змейками вились едва заметные разряды молний, устремляясь к острию и вырываясь наружу, из-за чего и без того футовый наконечник казался на несколько дюймов длиннее.
Чан Сюй протянул руку, крепко сжал древко и внимательно осмотрел оружие. По старинной поверхности пробежала яркая вспышка, явив взору два маленьких иероглифа, выполненных стилем чжуань: Чаофэн.
— Чаофэн? Глава секты, почему вы отдаете мне столь драгоценную вещь? — подавляя охватившее его дикое ликование, озадаченно спросил Чан Сюй.
Предания гласят, что в эпоху глубокой древности существовал клан демонов по имени Пи Сюй, чьи представители искусно ковали оружие. Божественный Властелин повелел им выковать восемь клинков Восьми Пустошей для усмирения мира.
Пи Сюй взяли стволы небесного дерева Цзяньму и выковали меч Тяньянь по имени Чжунтин — на его основе впоследствии было создано сокровище Секты Тяньянь, Меч Тяньянь;
На юге пламя Фэнхуан использовалось для ковки лука Фэнъюй по имени Наньцзи;
На севере ледяная глубь породила щит Чжэньхай по имени Бэйцзи;
Ветви фусана с Озера Молний послужили основой для копья Чаофэн по имени Дунцзи;
Божественное дерево горы Бучжоу на западе превратилось в парные булавы Бучжоу по имени Сицзи;
Водные и огненные первородные субстанции с восточного Острова Пэнлай стали парными мечами Фэнхуан по имени Цзяоцзи;
Духовные камни из южной пучины Наньхай Гуйюй обратились ножом Чисяо по имени Гуйлю;
А закаленные в звездном пламени осколки звездного неба с западной равнины Сюйчуйе воплотились в алебарду Минчжао по имени Куйшэнь.
Слухи ходили, будто в момент завершения ковки всех восьми божественных орудий Восемь Пустошей сотрясали непрерывные знамения: небо проливало кровавые дождь, земля изрыгала пламя, Северное море покрывалось льдом, волны четырех океанов обрывались, горы и земля дрожали. Лишь спустя долгое время Восемь Пустошей вновь обрели покой, а демон Пи Сюй погиб от полного истощения демонической силы.
Шли века, и за исключением парных мечей Фэнхуан с Острова Пэнлай, остальные семь божественных орудий бесследно исчезли. Кто бы мог подумать, что копье востока Чаофэн всё это время пряталось в Секте Тяньянь.
— Путь к Небесной Пропасти полон смертельных опасностей. На всякий случай это копье нельзя показывать никому без крайней необходимости, — строго глядя на Чан Сюя, произнес Ши Сюань. — Береги Шо-эра, уповаю на тебя!
Чан Сюй принял Чаофэн, убрал его в пространственный предмет и глубоко поклонился:
— Будьте спокоен, Великий глава секты! Чан Сюй не посрамит приказа и защитит молодого главы секты ценой собственной жизни!
Стоявший рядом Ши Шо остолбенел от удивления: отец не отдал такое божественное оружие ему?!
— Не мечтай, с твоим уровнем развития совладать с копьем Чаофэн невозможно, оно станет для тебя лишь обузой, — бросил Ши Сюань.
— Эх, раз здесь столько хороших вещей, выбери мне что-нибудь сам, отец, — оглядывая пестрящую сокровищами комнату и не зная, за что ухватиться, Ши Шо был вынужден обратиться за помощью.
Ши Сюань слабо улыбнулся, взмахнул рукой, и перед Ши Шо зависли длинный меч и нефритовая бирка.
Меч носит имя Куй, внутри него дремлет духовный зверь Куй, чей разум еще не до конца пробудился — тебе придется постепенно взращивать и развивать его. Хотя он и уступает Мечу Тяньянь, но обладает весьма немалой мощью. А нефритовая бирка — это пространственный предмет, в котором записаны все тайные техники пяти вершин Секты Тяньянь. Теперь можешь чувствовать себя в относительной безопасности. Небесная Пропасть невероятно опасна, повторю тебе еще раз: умерь свой скверный нрав, не лезь к кому попало!
— Сына понял, — кивнув, пообещал Ши Шо.
— Раз так, отправляйтесь в путь. Я постараюсь придумать способ вернуть вас двоих пораньше, — с глубоким чувством произнес Ши Сюань.
……
Тем временем на Пике Саньцай во дворе Чэнь Шаньхая четверо — Юй Ло, Шень Си, Чэнь Хуайфэн и хозяин дома — расположились за каменным столом. Чэнь Шаньхай пил вино, а остальные трое наслаждались чаем.
— Вышли, — произнесла Юй Ло, беря между пальцев белую пешку и опуская ее на доску. — Как думаешь, что именно Великий глава секты передал Ши Шо и Чан Сюю?
— Чаофэн, — сделав глоток вина и перекатывая меж пальцев черную пешку, равнодушно ответил Чэнь Шаньхай, не сводя глаз с доски.
Шень Си и Чэнь Хуайфэн переглянулись. Юй Ло с самого утра привела Шень Си на Пик Саньцай, но они лишь сидели за игрой и вином, позволив двоим ученикам пить чай, словно ожидая чего-то.
— Копье востока Чаофэн? Великий глава секты и впрямь оказался щедр. Разве Ши Шо сможет им управлять? — вздохнула Юй Ло.
Чэнь Шаньхай тихо усмехнулся:
— Как-никак, родной сын, почему бы не отдать то, что должно. Должно быть, его вручили Чан Сюю. — Он опустил черную пешку на доску. — Ушли. — Продолжая партию с Юй Ло, он одновременно распустил духовное восприятие, следя за происходящим у оружейного хранилища.
— Не хочешь отправить Хуайфэна в хранилище выбрать пару магических сокровищ? — Юй Ло бросила белую пешку обратно в чашу, признавая свое поражение.
— Без надобности. Все эти безделушки в хранилище лишь кажутся диковинными, но кроме копья Чаофэн ничего по-настоящему ценного там нет.
Чэнь Шаньхай убрал фигуры, поднялся на ноги и повернулся к ученикам:
— Девочка Шень, Хуайфэн. Ши Шо и Чан Сюй уже в пути, они направятся на север прямиком к Небесной Пропасти. Вы двое тоже спускаетесь с гор сегодня, постарайтесь избегать северного направления, чтобы не столкнуться с ними по дороге. Перед уходом я хочу передать вам кое-какие вещи.
— Благодарю, учитель.
— Благодарю, старший сородич Чэнь.
Чэнь Хуайфэн и Шень Си поднялись вслед за ним, почтительно поклонились и ответили в один голос.
— Меч Угоу — лишь заурядная вещица, а Сицзинь Юэ — личный меч Бай Си, совладать с ним тебе будет тяжело, — Чэнь Шаньхай отвязал от пояса меч Хребет Дракона и протянул его Чэнь Хуайфэну. — Этот клинок долгие годы следовал за мной, в нем уже пробудился дух. Чтобы уберечь тебя от беды, которую навлекает обладание сокровищем, я наложил чары сокрытия — посторонние не увидят, что это Хребет Дракона. Можешь носить его для самозащиты.
Чэнь Хуайфэн потрясенно ахнул и поспешно замахал руками:
— Меч Хребет Дракона столько лет сопровождал учителя, ученик ни за что не смеет его принять!
— Балбес! Ты совсем глупый? Меч Хребет Дракона выкован из позвоночника древнего Чжулуна, а ты от него отказываешься?! — раздался в голове у Чэнь Хуайфэна недовольный голос Юй Тан.
— Сестрица, мне вполне хватит Сицзинь Юэ. Меч Хребет Дракона — это оружие учителя, если я возьму и его, разве это не покажется жадностью? — мысленно ответил ей Чэнь Хуайфэн.
Он почтительно поклонился Чэнь Шаньхаю:
— Учитель, Сицзинь Юэ уже сам признал во мне хозяина, мне его вполне достаточно.
— Вот как? И такое бывает? Меч Бай Си и вправду наделен духовностью, должно быть, между вами возникла особая связь. Ну раз так, то держи этот кувшин — это пространственный предмет. Твоих нынешних сил еще не хватает, чтобы создавать такие вещи самому, поэтому я дарую его тебе, — с улыбкой кивнул Чэнь Шаньхай. — Меч и винный кувшин Бай Си — поистине идеальная пара.
Чэнь Хуайфэн знал, что этот бело-нефритовый кувшин когда-то принадлежал Бай Си и был подарен учителю. Чэнь Шаньхай всегда дорожил им как зеницей ока, ведь в нем жила память о близком друге. Юноша уже было открыл рот, чтобы отказаться, как в голове снова прозвучал голос Юй Тан:
— Тупица, бери не раздумывая! Кувшин — это не просто пространственный предмет, раз ты постиг Договор демона, эта штука станет для тебя величайшим сокровищем.
Заметив, что Чэнь Хуайфэн всё еще колеблется, Чэнь Шаньхай с улыбкой произнес:
— В культивации ценятся искренность и преданность чувств, и вовсе не обязательно полагаться лишь на внешние вещи. Ни я, ни Бай Си не страдаем излишней сентиментальностью, так что тебе не о чем беспокоиться.
— Ученик благодарит учителя! — услышав это, Чэнь Хуайфэн больше не сомневался, обеими руками принял винный кувшин и повесил его на пояс.
В зеленых одеждах, с висящим на поясе винным кувшином и косо закрепленным за спиной мечом Сицзинь Юэ, Чэнь Хуайфэн выглядел превосходно: соколиные брови, сияющие глаза, точеные черты красивого лица. В нем не осталось и следа десятилетней давности детской наивности, а черты лица дышали неисчерпаемой юношеской решимостью.
Чэнь Шаньхай понимающе улыбнулся:
— Гляди-ка, вылитый Бай Си в молодости.
Затем он перевел взгляд на Шень Си:
— Девочка Шень, Нинхай Би — тоже вещь небывалая, этот меч отлично подходит для водных техник. Обзавелась ли ты уже духом меча?
— Отвечая старшему сородичу, ученица глупа и еще не сумела вырастить дух меча, — смущенно ответила Шень Си. Хотя дух меча не так-то просто взрастить по первому желанию, раз старший сородич Чэнь задал подобный вопрос, значит, в его глазах она уже давно должна была стать непревзойденным гением, способным пробудить его.
Чэнь Шаньхай улыбнулся:
— Не падай духом, дух меча не появляется по щелчку пальцев. Однако хоть ранг Нинхай Би и уступает древним божественным артефактам, это один из лучших мечей в мире, и без духа меча он в конце концов покроется пылью. У меня есть одна техника духовного развития, которая поможет тебе быстрее вырастить дух меча — пожалуй, я подарю ее тебе. Как тебе это?
— Благодарю старшего сородича Чэнь! — донельзя обрадовалась Шень Си.
Стоявшая рядом Юй Ло улыбнулась:
— Благодарю за заботу, старший сородич! У меня самой, как у наставницы, нет подобных тайных техник, Си-эр, ты должна хорошенько запомнить эту великую милость старшего сородича Чэнь.
Шень Си снова поклонилась Чэнь Шаньхаю. На ее щеках проступили милые ямочки, она лучилась улыбкой, а глаза превратились в полумесяцы:
— Благодарю старшего сородича Чэнь, благодарю учительницу!
— Человеческие сердца полны коварства, отправляясь на этот раз спускаться с гор, вы оба должны быть предельно осторожны. Тому, что видят глаза, нельзя верить слепо, но и сомневаться во всем не стоит. Хуайфэн, присматривай за девочкой Шень, — сурово наказал Чэнь Шаньхай. — Я ухожу в затворничество на десять лет. Если в течение десяти лет ты сможешь достичь ступени Юйхэн, можешь самостоятельно отправиться в Цинцю. Когда истечет десятилетний срок, вы оба обязаны вернуться в секту.
— Ученики поняли, берегите себя, учителя! — хором попрощались они с наставниками и повернулись, чтобы спуститься с горы.
Чэнь Шаньхай и Юй Ло проводили взглядами их удаляющиеся фигуры: юноша в зеленых одеждах с развевающимися завязанными на затылке волосами источал безудержную удаль; девушка в лиловом платье с летящим подолом напоминала изящную порхающую бабочку. Какая же прекрасная пара. Юй Ло невольно вздохнула:
— Точь-в-точь как мы, когда впервые спускались с гор. Надеюсь, оба они усовершенствуют свое мастерство за эту поездку и не столкнутся ни с какими опасностями.
Чэнь Шаньхай хранил молчание, а в его глазах таилась улыбка.
— Си-эр... — внезапно позвала Юй Ло.
Идшие впереди юноша и девушка остановились и одновременно обернулись.
Но Юй Ло ничего не сказала, лишь мягко улыбнулась — она искренне не хотела расставаться с Шень Си.
Шень Си же лучезарно улыбнулась, словно весенние цветы, озаряя всё вокруг своей прелестью, и, вскинув руку, помахала:
— Учитель, не беспокойтесь, я прикрою младшего сородича Чэня!
Юй Ло с улыбкой покачала головой на эту девчонку и тоже подняла руку, провожая их взглядом до тех пор, пока они не скрылись из виду.
Легкий ветерок взметнул по всему двору опавшие цветы османтуса. Чэнь Шаньхай и Юй Ло, двое людей, что заперли себя в темницах собственных сердец и не смели соединить свои судьбы в любви, молча смотрели вслед удалявшимся юноше и девушке, переполненные нежностью в глазах и окруженные ароматом цветов.
В тот день на Пике Саньцай лепестки османтуса опадали словно дождь, а пара карпов в пруду неразлучно кружилась вместе;
В тот день небесная пара рука об руку спустилась с гор, и двое влюбленных покинули Секту Тяньянь!
http://bllate.org/book/19271/1887964
Готово:
