Готовый перевод Rose's Bitter Ordeal / Шипы розы: Глава 19

— Гао Ту!

Два голоса прозвучали одновременно с разных сторон, перекрывая резкий визг тормозов.

Гао Ту поднял голову, огляделся по сторонам и замер.

Машина Шэнь Вэньлана грубо припарковалась у обочины, издав глухой скрежет. Его взгляд, словно стальные клещи, намертво вцепился в Гао Ту, а дверца со стороны водителя даже не была закрыта.

С другой стороны, в размытом свете тусклого фонаря, среди ломаных теней деревьев, тихо стоял Хуа Юн. Его фигура, наполовину скрытая тьмой, казалась растением, безмолвно прорастающим в тени. Неизвестно, как долго он там находился.

Сердце Гао Ту пропустило удар. Все те смятения, что посеял в его душе Цзян Хэн, в одночасье были сметены этим внезапным противостоянием и растерты в пыль.

Пока он размышлял, Шэнь Вэньлан широкими шагами приблизился к ним. Сначала он холодно скользнул взглядом по Цзян Хэну:

— Сестренка секретаря Хуа, и впрямь, весьма примечательна.

Затем его острый, как лезвие, взгляд вонзился в Хуа Юна. Уголки губ Шэнь Вэньлана изогнулись в холодной усмешке:

— Секретарь Хуа пришел забрать ребенка домой?

Хуа Юн медленно вышел из тени деревьев. В отличие от агрессивного Шэнь Вэньлана, он был одет в простую домашнюю куртку. Этот мягкий белый цвет делал его худощавую фигуру по-своему притягательной и располагающей.

Он не смотрел на Шэнь Вэньлана, его взгляд был прикован к пространству между Гао Ту и Цзян Хэном. В этом взгляде читалось многое: беспокойство, пристальное изучение и едва уловимое колебание.

Хуа Юн заговорил, его голос был спокоен:

— Я ждал его. — Он наконец перевел взгляд на Шэнь Вэньлана, не прячась и не отступая. — А вот вы, господин Шэнь, как вы оказались здесь в нерабочее время?

Гао Ту не понимал, почему между ними внезапно возникло такое напряжение, словно между натянутыми тетивами лука. Слева веяло ледяным ароматом ириса, смешанным с дорогим парфюмом Шэнь Вэньлана — властным и подавляющим. Справа доносился едва уловимый, чистый, но упрямый запах орхидей, исходящий от Хуа Юна. Стоя посередине, Гао Ту отчетливо ощущал, как эти безмолвные феромоны буквально раздирают его кожу.

Странно. Разве секретарь Хуа не омега? Почему его феромоны обладают такой силой воздействия?

Гао Ту подсознательно отступил на полшага. Это едва заметное движение не ускользнуло от обоих мужчин. Шэнь Вэньлан усмехнулся и сделал шаг вперед, его фигура, полная давления, почти полностью закрыла собой свет.

— Нерабочее время, личные дела — мне не нужно отчитываться перед секретарем Хуа. — Его взгляд, как нож, снова полоснул по Хуа Юну. — Лучше следите за своей больной «сестренкой», секретарь Хуа.

Хуа Юн почти незаметно нахмурился, его челюсть слегка напряглась. Он шагнул вперед, выходя из тени деревьев прямо под свет фонаря. На его лице не дрогнул ни один мускул, но глаза светились пугающей ясностью, а в голосе проскользнула тонкая насмешка:

— Моя сестра пригласила секретаря Гао на ужин, боюсь, у него нет времени на ваши частные дела.

Оба замолчали, прожигая Гао Ту взглядами. В глазах Шэнь Вэньлана горел жгучий гнев и жажда контроля, а взгляд Хуа Юна, хоть и был спокоен, напоминал паутину, полную невыразимой сложности.

Цзян Хэн, поддерживавший Гао Ту, который был готов осесть на землю, обеспокоенно коснулся его лба:

— Брат, почему ты такой горячий?

Только сейчас Шэнь Вэньлан и Хуа Юн по-настоящему вгляделись в Гао Ту. И правда, лицо того заливал странный румянец, брови были сурово сдвинуты. Если бы не поддержка Цзян Хэна, он, казалось, в любой момент мог рухнуть без сил.

Хуа Юн мгновенно подавил свои агрессивные феромоны, внезапно пожалев о своей несдержанности. Увидеть, как этот наивный Цзян Хэн льнет к Гао Ту, а Шэнь Вэньлан с такой властной самоуверенностью заявляет свои права — даже для Хуа Юна, чье самообладание было безупречным, это было чересчур.

Но меж двух огней оказался Гао Ту.

Хуа Юн безмолвно окутал его своими феромонами, стараясь утешить. Это была слабость Гао Ту, его броня, тайна, которую он никогда не просил охранять, но которую Хуа Юн добровольно поклялся беречь.

— Господин Шэнь, не волнуйтесь. Я уже отказал младшему господину Чжэну, и к Хань Юэ я тоже не поеду. Возвращайтесь, — Гао Ту почувствовал себя немного лучше. Он сжал руку Цзян Хэна, с трудом выпрямился и сказал это Шэнь Вэньлану.

Лицо Шэнь Вэньлана помрачнело. Гао Ту слишком хорошо его знал — он действительно приехал из-за звонка Чжэн Юйшаня. Но это лишь вызвало у Шэнь Вэньлана еще более глубокое раздражение.

Изначально он не придавал значения тому, что Чжэн Юйшань пытается переманить его человека, и, конечно, не собирался говорить об этом Гао Ту. Он просто усилил меры безопасности и поручил секретариату блокировать любые звонки от Чжэн Юйшаня. Но тот внезапно позвонил ему сам, спросил, где он, и, узнав, что он едет домой, тут же повесил трубку.

Шэнь Вэньлан мгновенно понял — Чжэн Юйшань затеял недоброе. Он хотел выведать его планы через Гао Ту. Шэнь Вэньлан попытался дозвониться до Гао Ту, но тот был занят.

Чжэн Юйшань, пользуясь статусом старшего сокурсника, всегда вел себя высокомерно, прикрываясь их общим прошлым в спецклассе. Но Шэнь Вэньлан знал: Гао Ту пробыл там всего год, а потом перевелся к ним. Настоящая близость связывала Гао Ту именно с ним, Шэнь Вэньланом!

Кто такой этот Чжэн Юйшань? Обычный спекулянт, пытающийся выехать на старых знакомствах. Узнав, что Гао Ту собирается уйти из HS, он, словно акула, почуявшая кровь, решил действовать в обход.

Шэнь Вэньлан развернул машину и примчался сюда, чтобы увидеть Гао Ту, которого под руку держит этот здоровый, как бык, Цзян Хэн.

Хуа Юн — никчемный слабак! Столько времени прошло, а с Шэн Шаою он так и не продвинулся, да еще и допустил появление такого энергичного соперника, к тому же настоящего студента.

К Чжэн Юйшаню Гао Ту еще мог относиться с вежливой отстраненностью, но к Цзян Хэну он проявит всю свою искренность. Гао Ту всегда проецировал свою чистоту на других, не понимая, что сам он — маленький кролик в логове волков.

Этот притворяющийся ребенком Цзян Хэн наклонился к самому лицу Гао Ту, а тот даже не отстранился. А теперь еще и Хуа Юн стоит неподалеку.

Шэнь Вэньлан решил, что сегодняшний день — сущий кошмар.

Гао Ту плохо, он рядом, но вместо того чтобы опереться на него, он тянется к этому Цзян Хэну.

— Отказал? Что он тебе сказал? Какие условия предложил, что тебе пришлось «специально» заверять меня, что ты туда не пойдешь? — Шэнь Вэньлан сделал шаг вперед, его взгляд, тяжелый и осязаемый, впился в бледное лицо Гао Ту.

Ему не нужны были заверения, ему нужен был полный контроль, абсолютная тишина, в которой не должно было быть места даже ряби.

Гао Ту постарался, чтобы голос звучал ровно:

— Ничего особенного. Просто обычное приглашение, я уже четко отказал. Господин Шэнь, вам не нужно…

— Не нужно что? — Шэнь Вэньлан перебил его, глядя остро и холодно. — Не нужно приезжать? Или не нужно спрашивать?

Хуа Юн заставлял себя молчать, но, видя, как Гао Ту терпит боль, а Шэнь Вэньлан продолжает давить, он наконец заговорил. Его голос был тихим, но отчетливо прорезал прохладный ночной воздух:

— Господин Шэнь, Гао Ту сам способен оценить коммерческие предложения. Ему нужен отдых, а не допрос на улице.

— Допрос? — Шэнь Вэньлан резко обернулся к Хуа Юну. Накопившийся гнев нашел новый выход, уголки его губ дрогнули в холодной усмешке. — Хуа Юн, ты с какой стати вообще говоришь?

Внезапно взгляд Шэнь Вэньлана заметался между Гао Ту и Хуа Юном, а в его словах зазвучал ядовитый намек:

— Хуа Юн, а ты здесь сейчас в каком качестве стоишь?

— Шэнь Вэньлан! — Гао Ту не выдержал и повысил голос. Он знал, что Шэнь Вэньлан всегда был неровно дышал к Чжэн Юйшаню, но он не хотел, чтобы Хуа Юн подвергался таким нападкам.

Это был безупречный секретарь Хуа, единственный омега, который когда-либо нравился Шэнь Вэньлану. Гао Ту понимал, что когда Шэнь Вэньлан выходит из себя, он теряет всякие тормоза, но он не хотел, чтобы пострадал кто-то еще, кроме него самого.

С тех пор как Гао Ту стал специальным помощником, он редко называл Шэнь Вэньлана по имени, и тот, подавив вспышку ярости, больше не сказал Хуа Юну ни слова.

Он повернулся и пошел к Гао Ту. Тот от волнения слегка покачнулся.

Цзян Хэн крепко поддержал его, нахмурившись и с явным недовольством глядя на Шэнь Вэньлана. Увидев, что споры утихли, Цзян Хэн произнес ровным, но не терпящим возражений тоном:

— Брат Гао Ту, тебе плохо, я провожу тебя домой.

— Проводишь? — Шэнь Вэньлан усмехнулся, в его смехе сквозила ярость. — Сестренка, здесь не тебе решать.

Он снова посмотрел на Гао Ту и приказал:

— Гао Ту, иди сюда, я отвезу тебя.

Ночной ветер, казалось, затих, воздух сгустился, давя на сердце Гао Ту. Он понимал: начался период течки, вызванный сбоем феромонов. Ему нужно бежать от них, немедленно, прямо сейчас.

Он впился ногтями в ладони, используя острую боль, чтобы хоть немного заглушить головокружение и жар, чтобы удержать остатки сознания. У него не было сил разбираться в гневе Шэнь Вэньлана, спокойном взгляде Хуа Юна или навязчивости «скучающего мальчишки» Цзян Хэна.

Но он ухватился за соломинку, которую сам же и выдумал: «Не двигайся, притворись, пока не разоблачили — держись».

Да, держаться.

Гао Ту закусил внутреннюю сторону щеки так сильно, что во рту появился металлический привкус крови. Эта резкая боль помогла подавить бушующий внутри жар.

Гао Ту с огромным трудом разомкнул губы. Его голос был хриплым, но пугающе спокойным:

— Я… справлюсь сам.

Он отстранился от Цзян Хэна и встал самостоятельно. Слегка пошатываясь, прижимая к себе пакет с продуктами для ужина, он, используя последние крохи воли, развернулся и побрел к своему убежищу.

http://bllate.org/book/19429/1902876