Готовый перевод She Became the Black Lotus's White Moonlight / Она стала белой луной чёрного лотоса: Глава 4

За дверью палаты послышались торопливые шаги. Кожаные туфли мерно постукивали по полу — шаги были до странности слаженными.

Нин Сянсян склонила голову, прислушиваясь к шуму снаружи, и начала гадать, кто же это мог быть, раз устроил такое представление. В следующий миг дверь распахнулась.

Пятеро мужчин в строгих костюмах и галстуках вкатили в палату сервировочный столик. Ни слова не говоря, они опустили обеденный стол над кроватью, принялись расставлять блюда, а затем, к полному недоумению Нин Сянсян, зажгли ароматическую свечу.

Она ошеломленно наблюдала за происходящим, и лишь спустя некоторое время смогла выдавить из себя:

— Вы ничего не перепутали?

Мужчина, стоявший во главе, поклонился:

— Мисс Нин, прошу к столу. Мы подождем снаружи.

Она посмотрела на расставленные яства и замолчала. Что это за дешевый сценарий из сериала про властных боссов? Если бы не нога, подвешенная на растяжке, она бы тут же вскочила проверить, не спрятаны ли где-нибудь камеры для съемок реалити-шоу.

Размышляя об этом, она потянулась к первой тарелке и сняла крышку — внутри был густой, ароматный куриный бульон. Нин Сянсян замерла. Неужели это тетушка Чэнь? Неужели у нее такие возможности? Может, она на самом деле скрывающаяся от мира богачка, которая просто решила пожить жизнью обычного человека в семье Нин?

Прищурившись, Нин Сянсян для верности сфотографировала еду и открыла WeChat.

Нин Сянсян: Спасибо тебе, суп просто чудесный!

Вскоре пришел ответ.

.: Приятного аппетита.

За ответом последовал анимированный стикер: белый пушистый кролик подпрыгивал, держа в лапках пульсирующее сердечко. Увидев это, она округлила глаза. И правда, тетушка Чэнь! В голове возник образ дородной женщины лет сорока-пятидесяти, чьи глаза при улыбке превращались в добрые полумесяцы. Она всегда была жизнерадостной и обожала корейские дорамы.

Неудивительно, что здесь разыгралась такая сцена. Видимо, тетушка узнала о переломе и наняла статистов, чтобы поднять ей настроение.

Нин Сянсян зачерпнула ложкой бульон и украдкой взглянула на дверь. Тот парень, что был за главного, выглядел прямо как герой корейской дорамы. Она не удержалась и снова взялась за телефон.

Нин Сянсян: Очень нравится! Конечно нравится, ты просто чудо!!

Нин Сянсян: Особенно тот, что главный, — такой красавчик, вылитый герой корейского сериала!!!

Уголки губ Нин Сянсян поползли вверх, она выбрала стикер с сердечком и отправила его. На этот раз ответа не было долго. Нин Сянсян перестала ждать, принялась за суп и продолжила поглядывать на «временных актеров», стоявших в коридоре по стойке смирно.

Надо же, подумала она, в сфере обслуживания работают настоящие таланты.

***

— Сестренка, с кем это ты переписываешься?

Хо Синюй скосила взгляд. Девушка перед ней выглядела очень мило: большие круглые глаза с опущенными уголками придавали ей вид невинного, беззащитного существа.

— Если что-то расстроило, можешь мне рассказать, — она протянула Хо Синюй одну из двух чашек кофе, которые держала в руках, и лучезарно улыбнулась. — Пусть наша встреча и была организована тетей, мы ведь знакомы уже давно, я с радостью разделю с тобой тревоги.

— Нет, спасибо. — Хо Синюй с мрачным видом спрятала телефон, взяла кофе, сделала глоток и зашагала вглубь выставочного зала.

В центре висел огромный портрет, вдоль стен, украшенных живыми растениями в сочетании с современным дизайном, располагались многочисленные экспонаты.

— Говорят, здесь отличный кофе, — Вэнь Жань шла рядом. Она сама была не из миниатюрных, но Хо Синюй была намного выше, и ее зрелая, женственная фигура в белом платье-русалке лишь подчеркивала хрупкость Вэнь Жань.

— Сойдет.

— Я тоже хочу попробовать, можно? — Вэнь Жань посмотрела на Хо Синюй своими большими глазами.

Никто не сможет ей отказать, подумала Вэнь Жань. Хотя ей не нравились женщины, Хо Синюй — другое дело. Она — главная претендентка на наследство семьи Хо, и если удастся зацепиться за нее, какая разница, мужчина она или женщина?

Хо Синюй на мгновение замерла, когда Вэнь Жань, окутанная шлейфом тонкого парфюма, подалась вперед и опустила голову, прикоснувшись губами к трубочке, из которой только что пила Хо Синюй.

— М-м, и правда, не так уж и хорошо. Знаю одно место на Чжунси-роуд, там готовят лучший «Блю Маунтин» в стране. Сестренка, завтра я тебя туда отведу?

Хо Синюй смотрела на след от помады на трубочке, недоумевая. Если ей хотелось пить, почему она не купила себе отдельную чашку? Зачем пить из ее?

— Не смогу, слишком много дел, — Хо Синюй нахмурилась и перевела взгляд на картину, висевшую неподалеку. — Если хочешь кофе, купи себе еще одну порцию.

Завтра после совещания и всех рабочих вопросов ей еще нужно выкроить время, чтобы навестить Нин Сянсян.

Вэнь Жань, подавив раздражение, сохранила сладкую улыбку, дернула Хо Синюй за край платья и кокетливо произнесла:

— Значит, сегодня ты выкроила время специально для меня? Почему мы встретились именно в галерее?

— Экономия времени.

— Э… экономия времени?

— По тому, какие картины человеку нравятся, можно понять, совпадают ли наши взгляды. А по запаху парфюма — любит ли он ночные клубы или выставки, — Хо Синюй вынула испачканную помадой трубочку и добавила: — На этом закончим. Не будем тратить время зря. Вернешься и скажешь, что это я не соответствую твоим требованиям.

— Вот как? А мне казалось, что ты как раз идеально мне подходишь, — Вэнь Жань продолжала мило улыбаться, стоя рядом и глядя на ту же картину. — А какие картины нравятся Сянсян? Может, у нас с ней много общего?

http://bllate.org/book/19527/1914633