Хотя Фан Пин чувствовал, что подарок простоват, всё же перед ним был сам Святой, который пожаловал к нему в гости и при этом молчаливо одобрил его отношения с Юнь Сяо — нельзя же было оставить гостя совсем без знаков внимания.
Эти овощи Фан Пин вырастил собственными руками. Их было немного, но на вкус они были отменными, хотя как они называются, он и сам толком не знал.
В конце концов, это просто выражение его искренних чувств.
— Святой, это выращено мною в заднем саду, можно сказать, местный деликатес моего маленького островка. Место у меня скудное, разве что эта трава ещё куда ни шла. Если Святой не брезгует, прошу принять, это также станет знаком того, что Святой благословил мои отношения с Юнь Сяо.
Владыка Тунтянь посмотрел на лукошко с овощами, которое держал Фан Пин.
В его глазах мелькнул странный, неуловимый отблеск.
Он слегка кивнул и произмолвил:
— Что ж, раз таково твоё желание, бедный đạoist не станет отказываться.
Фан Пин радостно кивнул.
Этот Святой действительно оправдывает своё звание: ничуть не побрезговал столь скромным подношением!
— В таком случае, Святой, ступайте не спеша!
Владыка Тунтянь ничего больше не ответил, взял лукошко с овощами, поднесенное Фан Пином, и не спеша удалился.
Фан Пин проводил гостя до самых ворот и дальше идти не стал.
Гость — Святой, для него летать по небу и прорывать пространственные преграды — всё равно что игра, преодолеть тысячу ли одним шагом сущие пустяки.
Если бы он пошел смотреть, как тот демонстрирует божественную силу, разве это не расшатало бы его собственный душевный покой?
Однако, глядя в спину уходящему Владыке Тунтяню, Фан Пин мысленно вздохнул: Святой, способный учить каждого без разбору, поистине обладает необъятной широтой души. Жаль только, что созданная им Цзецзяо в итоге закончила столь печально.
При этих словах Фан Пин невольно вспомнил участь Трех сестер Сяо.
Его сердце затрепетало.
Ведь его возлюбленная — одна из Трех сестер Сяо, Юнь Сяо! Неужели это значит, что ей суждено быть подавленной Святым и пройти через Платформу Конфедерации Богов?
От этой мысли Фан Пину сделалось совсем не по себе.
У края Безымянного острова.
Владыка Тунтянь вышел к самому морю.
Всупереч ожиданиям Фанпина, он не стал взмывать в небеса и исчезать за тысячи ли единым шагом.
Вместо этого он опустил взгляд на лукошко с овощами в руке и глубоко задумался.
Затем он вытащил из лукошка овощи, а опустевшую плетенку бросил на морскую гладь.
Лукошко осталось плавать на воде, вовсе не погружаясь на дно.
Владыка Тунтянь внезапно всё понял.
Сделав шаг вперед, он встал прямо на лукошко. Плетенка по-прежнему не тонула и, неся на себе Владыку Тунтяня, поплыла прочь от островка.
Она остановилась лишь тогда, когда отплыла от берега на тридцать метров. Владыка Тунтянь легко улыбнулся и шагнул ещё на тридцать метров вперед.
В тот же миг его доселе подавляемая сила и культивация мгновенно восстановились в полном объеме.
А лукошко, переносившее Владыку Тунтяня, в ту самую секунду, как он сошел с него, пошло ко дну.
В то же самое время овощи, зажатые в руке Владыки Тунтяня, начали стремительно расти прямо на ветру, испуская ослепительное разноцветное сияние. Не прошло и нескольких вдохов, как эта зелень превратилась в сияющие божественным светом цветные лотосы.
Всего их было двенадцать, и каждый достигал метра в диаметре.
Двенадцать цветных лотосов выстроились по кругу, образовав огромный цветник.
Этот лотос сиял семью цветами радуги, поражая воображение своей ослепительной красотой. Однако Владыку Тунтяня привлекло вовсе не семицветное сияние — он уловил в этом лотосовом троне непрерывные переливы истинной Дао.
— Вот оно как!
Владыка Тунтянь, казалось, заранее знал, что овощи превратятся в божественные лотосы. Он слегка кивнул, а затем легко коснулся их пальцем.
Семицветный лотос слегка задрожал, стремительно уменьшился в размерах и превратился в пестрый лотос размером с ладонь, который опустился прямо на ладонь Владыке Тунтяню.
Владыка Тунтянь перевернул руку, пряча цветной лотос размером с ладонь в рукав, после чего сделал шаг вперед — и мгновенно очутился перед Тремя сестрами Сяо.
— Учитель!
Увидев Владыку Тунтяня, Три сестры Сяо поспешно поклонились.
Владыка Тунтянь слегка кивнул, перевел взгляд на Юнь Сяо и, задумчиво помолчав, произнес:
— Юнь Сяо.
— Ученица здесь!
— Раз уж тот даосист на острове выбрал тебя, значит, такова твоя счастливая судьба. Впредь оставайся при нём и усердно служи ему.
— А?
Юнь Сяо замерла, словно пораженная молнией.
Она никак не ожидала, что её Учитель, вернувшись с маленького острова, примет такое решение.
Не только Юнь Сяо, но и две другие сестры — Би Сяо и Цюн Сяо — лишились дар речи.
Они ведь позвали Учителя на помощь!
И никак не думали, что Учитель, побыв на том островке совсем недолго, по возвращении прикажет Юнь Сяо идти в услужение к их заклятому врагу.
Как они могли с этим смириться?
— Что, ты не согласна? — мягко спросил Владыка Тунтянь.
Юнь Сяо приоткрыла рот, не зная, что и сказать. Зато Би Сяо, не стерпев обиды, выпалила:
— Учитель, этот Фан Пин так унизил...
Не успела Би Сяо договорить, как Владыка Тунтянь бросил на нее холодный, пронизывающий взгляд.
Би Сяо мгновенно онемела и не посмела произнести больше ни звука.
Тогда Владыка Тунтянь равнодушно произнес:
— С твоим нравом, если не исправишься, в будущем быть большой беде. По возвращении не смей покидать Остров Трех Бессмертных в течение ста лет, поняла ли ты меня?
Би Сяо знала, что это лишь легкое наказание со стороны Учителя.
Хотя в сердце её затаилась обида, она всё же почтительно ответила:
— Ученица повинуется воле Учителя!
Владыка Тунтянь вновь перевел взгляд на Юнь Сяо:
— Если ты не хочешь, можешь не идти.
Юнь Сяо горько улыбнулась:
— Ученица согласна. Раз это дело началось из-за меня, то и кармическое воздаяние нести мне.
Юнь Сяо уже поняла: похоже, даже Учитель не желает связываться с этим Фан Пином.
Владыка Тунтянь слегка кивнул:
— Не бойся: раз ты его пара, он не станет тебя обижать, к тому же он пообещал мне относиться к тебе по-хорошему. Что же до кармы — благо это или проклятие, со временем сама поймешь.
Юнь Сяо почтительно склонила голову:
— Ученица поняла.
Владыка Тунтянь посмотрел в сторону Острова Трех Бессмертных и промолвил:
— Твоя судьба изменилась, на роду тебе написано иметь семерых детей. Шестерых я видел на том острове, но неужели седьмой ребенок находится здесь, на Острове Трех Бессмертных?
Сердце Юнь Сяо сжалось, но скрывать правду она не посмела:
— Да, этот ребенок родился несколько месяцев назад, за ним присматривают бессмертные слуги на острове.
Владыка Тунтянь улыбнулся:
— Не стоит тревожиться. Этот младенец отмечен печатью судьбы со мной, он может войти на Остров Цзиньао. Ты согласна?
Юнь Сяо пришла в неописуемый восторг. Возможность ступить на Остров Цзиньао означала, что Учитель обратил внимание на ребенка и зачислил его во внутренние ученики Цзецзяо.
Какое невероятное счастье!
Хотя они, Три сестры Сяо, и были элитными учениками внешней секты Цзецзяо, внешняя есть внешня — даже достигнув уровня Великого Золотого Бессмертного Дало, им было заказано войти во внутренние врата.
Попасть во внутреннюю секту Цзецзяо можно было не благодаря силе, а лишь по воле случая и судьбы.
Как же могла Юнь Сяо не радоваться, узнав, что теперь такая возможность выпала её собственному сыну?
— Ученица благодарит Учителя!
Владыка Тунтянь слегка кивнул и, сделав шаг вперед, бесследно исчез.
— Благоговейно провожаем Учителя!
С уходом Владыки Тунтяня Три сестры Сяо хором выразили почтение. Ещё не успели они выпрямиться, как Би Сяо вдруг потрясенно вскрикнула:
— Ой, почему же Учитель не забрал с собой Ножницы Золотых Драконов и Золотой Ковчег Хуньюань?
Юнь Сяо и Цюн Сяо тоже опешили.
Цюн Сяо растерянно произнесла:
— И правда, почему Учитель не вынес чудесные сокровища?
Однако Юнь Сяо уже постигла замысел Владыки Тунтяня и горько усмехнулась:
— Раз эти сокровища были утеряны по моей вине, то и возвращать их, разумеется, придется мне.
Би Сяо и Цюн Сяо переглянулись, но спорить не стали. Раз их Учитель уже вынес окончательный вердикт, им оставалось лишь подчиниться, даже если в душе они были против.
http://bllate.org/book/19629/1928827
Готово:
