Готовый перевод Starfall Rebellion / Космический реванш: Падший принц: Глава 22

Госпожа Вэньни кивнула:

— Хотя раньше она тоже активно участвовала в благотворительности, но никогда не привлекала к себе столько внимания. Что бы за этим ни стояло, то, что эта женщина так часто появляется на публике, — не к добру.

Аллан легко поистине пальцами Пэй Яо и медленно произнес:

— Насколько я помню, Оэстэн раньше запрещал ей показываться на людях.

— Это было десять лет назад. Последние два года Оэстэн почти не ограничивал ее, а в последнее время… наверное, это сделано ради утешения Бэтины, в конце концов, Антони был сослан.

Госпожа Вэньни с отвращением нахмурилась:

— Пару дней назад мы встретились на одном вечере, и я узнала, что она тоже там будет, только богам известно, о чем думали организаторы. Раньше они никогда не смели допускать, чтобы Бэтина и члены императорской семьи попадали в один объектив. Должно быть… должно быть, Оэстэн молчаливо разрешил это, иначе они не посмели бы вести себя так дерзко.

Аллан с интересом улыбнулся:

— Что такое? Оэстэн собирается заставить общественность признать свою любовницу, а затем логично и последовательно жениться на ней?

— Исключено, парламент тоже не согласится.

Госпожа Вэньни холодно усмехнулась:

— Жениться на любовнице — Оэстэн не совершит столь бесчестного поступка.

Если содержать любовниц было тайным и негласным увлечением мужчин из имперской аристократии, то официально оформлять брачные отношения с любовницей выглядело бы величайшим фарсом. Это не только вызвало бы недовольство простых людей, но и сделало бы их посмешищем в глазах аристократии. А главное — госпожа Вэньни вовсе не считала, что Оэстэн настолько любит Бэтину, чтобы ради нее ставить на кон остатки своей репутации.

Госпожа Вэньни пересказала Аллану свой недавний разговор с Оэстэном о рождении еще одного принца и добавила:

— Тогда Оэстэн прямо ответил, что этого не будет. А с другой стороны, он уже предупреждал тебя, чтобы ты был верен генерал-майору до конца. Его склонность очевидна: он вовсе не собирался позволять Бэтине продвигаться дальше.

Аллан холодно усмехнулся:

— Оэстэн лучше кого бы то ни было понимает, что появление еще одного принца лишь сильнее взбаламутит эту мутную воду.

— Значит, ситуация не так плоха, как мы думали, просто мне кое-что непонятно…

Госпожа Вэньни посмотрела на Аллана и медленно произнесла:

— Чего же в конце концов добивается Оэстэн? Пытается ли он поддерживать популярность Антони в столице? Боится ли он, что народ забудет этого наследного принца, и поэтому заставляет Бэтину выходить в свет, чтобы ее сын не исчезал из поля зрения? Едва ли…

Аллан покачал головой:

— Полагаю, продвигает эту ситуацию вовсе не Оэстэн. В худшем случае он просто закрывает на это глаза. Он по-прежнему благоволит Антони, вот и потакает всем мелким капризам Бэтины.

Госпожа Вэньни кивнула, выдержала паузу и сказала:

— А теперь перейдем к истинной цели моего сегодняшнего визита.

Госпожа Вэньни бросила взгляд на Пэй Яо и с досадой произнесла:

— Вчера до меня дошли крайне тревожные вести: Бэтина… заговорила о вас, генерал-майор.

Пэй Яо нахмурился:

— Обо мне?

— Да.

Госпожа Вэньни немного помедлила:

— Что самое странное… судя по словам свидетелей, в ее тоне не было никакой злости, по крайней мере на первый взгляд. Она просто поинтересовалась вашей нынешней работой, обронила, что сожалеет о том, что вы больше не можете находиться при Антони, а напоследок наказала кому следует обязательно позаботиться о вас при удобном случае… Это…

Госпожа Вэньни посмотрела на Аллана и горько усмехнулась:

— Честно говоря, я совершенно не понимаю, чего добивается эта женщина?

— Не знаю, но ничего хорошего тут точно ждать не стоит.

Аллан холодно усмехнулся:

— Она прекрасно знает о наших с Пэй Яо отношениях. Это она так демонстрирует мне свою силу?

Госпожа Вэньни не согласилась:

— Нет, в подобных обстоятельствах мы обычно склонны считать, что она передает послание издалека и заигрывает с Пэй Яо.

Госпожа Вэньни улыбнулась Пэй Яо:

— Генерал-майор, собираетесь ли вы принять эту оливковую ветвь от Бэтины?

Пэй Яо взглянул на Аллана, поднялся, склонил голову и произнес:

— Я подчиняюсь только Его Высочеству.

Госпожа Вэньни с материнской теплотой улыбнулась:

— Ваша преданность вызывает восхищение, генерал-майор.

Аллан с досадливой улыбкой снова притянул Пэй Яо к себе, в его голосе невольно проскользнули балующие нотки:

— Тетушка просто беседует с тобой, к чему такая нервозность? Неужели ты думаешь, что я могу в тебе усомниться?

Аллан повернулся к госпоже Вэньни и улыбнулся:

— Благодарю за предупреждение, я буду осторожен.

Госпожа Вэньни кивнула и не удержалась от нового предостережения:

— Не стоит недооценивать эту женщину. Способность столько лет терпеть унижения доказывает, что она не простая простушка. К тому же ее сын сейчас в крайне незавидном положении, а ни одна мать не стерпит страданий своего ребенка. Ради Антони она пойдет на всё.

Аллан легко улыбнулся:

— Хорошо, тогда позволим ей попытаться.

После того как все серьезные дела были улажены, троица еще немного поболтала. Аллан настойчиво угощал госпожу Вэньни обедом в резиденции Элис, и та, не сумев отказаться, с улыбкой согласилась.

— У меня осталось еще немного хвостов по работе, нужно их разобрать.

Аллан посмотрел на Пэй Яо:

— Проводи тетушку в наши апартаменты, я подойду чуть позже.

Пэй Яо кивнул:

— Слушаюсь.

— Как прекрасно облагорожен этот фонтан…

Госпожа Вэньни шла с Пэй Яо по искусственному газону, раскрыла маленький кружевной зонтик и, прикрыв глаза, наслаждалась влажной прохладой от фонтана, приносимой ветерком. Повернувшись к Пэй Яо, она с улыбкой произнесла:

— Вообще-то я всегда обожала это место. Когда-то я планировала проводить здесь по целому месяцу отпуска каждый год, но, увы, мы все слишком заняты, и времени, когда свободна вся семья, остается катастрофически мало. Теперь же, судя по всему, это стало и вовсе невозможным. Какая жалость.

Пэй Яо неотступно следовал за госпожой Вэньни и, услышав это, склонил голову:

— Вы преувеличиваете. Если вам здесь нравится, Элис всегда рада приветствовать вас, Ваше Высочество.

Госпожа Вэньни на мгновение замерла и мягко рассмеялась:

— Ах да, вы с Алланом, конечно же, не станете мне отказывать, но я имела в виду вовсе не это… Генерал-майор, я ведь сенсор.

Пятнистый леопард госпожи Вэньни шаловливо провел хвостом по тыльной стороне ладони Пэй Яо. Госпожа Вэньни улыбнулась:

— К тому же сенсор, который никогда не проходил процедуру ментальной маркировки у проводника. Честно говоря, перед самым приземлением я даже сделала себе укол успокоительного.

Пэй Яо внезапно всё понял, опустил голову и с легкой улыбкой произнес:

— Прошу прощения за бестактность. Впрочем, это не станет помехой: если вы захотите приехать, уверен, Его Высочество с радостью позволит временно закрыть часть территории поместья специально для вашего удобства.

Подумав секунду, Пэй Яо добавил:

— Я… я тоже буду очень рад. Я слышал от Его Высочества, что вы могли бы продать это место за баснословные деньги, но не сделали этого, уступив нам по дешевке. Я всегда был вам признан.

— Ах вы…

Госпожа Вэньни не удержалась от смеха:

— Какой же вы прелестный.

— Если вы говорите о том глупом богаче, который сорил деньгами и намеревался купить Элис за астрономическую сумму, то вынуждена с прискорбием признаться: всё это было спектаклем, разыгранным нами с Алланом в сговоре.

Госпожа Вэньни лукаво улыбнулась:

— Цель была очевидна: во-первых, заработать безупречную репутацию и заставить таких честных людей, как вы, проникнуться ко мне уважением; во-вторых, искусственно завысить стоимость. Вам казалось, что я продешевила, продавая Элис, но лишь потому, что существовала завышенная первоначальная цена. На самом деле она вовсе не стоила таких денег.

— Умоляю, не разочаровывайтесь во мне! В конце концов, платил все равно Антони, почему бы не содрать с него побольше?

Госпожа Вэньни весело рассмеялась:

— К тому же это была идея вашего Высочества, так что не записывайте это на мой счет.

Пэй Яо не знал, смеяться ему или плакать:

— Смотрите под ноги, здесь ступеньки…

Госпожа Вэньни непринужденно взяла Пэй Яо под руку и с его помощью поднялась в центральную беседку.

— Больше всего в этом месте меня радует климат…

Госпожа Вэньни села и слегка приподняла подбородок, наслаждаясь свежим воздухом Элис, но вдруг прервалась и улыбнулась:

— Если бы не этот неприятный нюанс с феромонами проводников.

Госпожа Вэньни достала из маленькой сумочки шприц с успокоительным и, привычным движением делая себе инъекцию, улыбнулась:

— Работая здесь каждый день, вам, должно быть, тоже немало приходится пользоваться подобными средствами.

Пэй Яо с непроницаемым видом выдал короткое:

— Угу.

Госпожа Вэньни сочувственно улыбнулась:

— Тяжело вам приходится.

Пэй Яо почувствовал себя крайне неуверенно. Богам было известно, что с тех пор, как между ним и Алланом установилась временная маркировка, он почти забыл об успокоительном.

Сенсоры, разделившие узы близости с проводником — пусть даже это была лишь временная связь, — обретали куда большую устойчивость к чужим феромонам. К тому же Пэй Яо всегда держал подобающую дистанцию со студентами, так что случаи воздействия чужих феромонов были крайне редкими. Если же у него изредка и возникало легкое подобие брачной лихорадки, то исключительно из-за Аллана. А Аллан всегда успевал вовремя успокоить его: одно внушение, один нежный поцелуй — и Пэй Яо снова обретал душевное равновесие.

— Хотя говорить такое отчасти нескромно, но я все же должна выразить вам свое уважение.

Госпожа Вэньни бросила использованный шприц в стоявший рядом контейнер для автоматической утилизации и подняла взгляд на Пэй Яо:

— Отказаться ради любви от возможности соединиться с проводником… это дорогого стоит.

Пэй Яо торопливо покачал головой:

— Вы преувеличиваете.

— Но я чувствую, что между вами и моим племянником все еще лежит какая-то преграда.

Госпожа Вэньни подперла подбородок рукой и улыбнулась:

— Не изволите ли излить душу мне, вашей старшей родственнице? Обещаю, я не скажу Аллану ни слова.

Пэй Яо смущенно огляделся по сторонам, поджал губы и ответил:

— Никаких преград… нет, Ваше Высочество.

Госпожа Вэньни с улыбкой покачала головой:

— Я вас не допрашиваю. Просто как человек, прошедший через многое, хочу дать вам пару советов, даже рискуя показаться назойливой. Генерал-майор… почему вы всегда кажетесь таким обремененным заботами? Что вас тревожит?

Быть может, умиротворяющая атмосфера беседки подействовала на Пэй Яо, или же в госпоже Вэньни было нечто неуловимо схожее с самим Алланом, но он замялся и впервые в жизни откровенно высказался:

— Я… я не могу поручиться, что являюсь для Его Высочества лучшим выбором.

Госпожа Вэньни изумленно замерла:

— Почему вы так думаете?

Пэй Яо опустил взгляд:

— Как вы изволили заметить, я ничем не лучше деревянного чурбана. Его Высочество — человек крайне романтичный, умеющий наслаждаться жизнью. Как бы усердно я ни старался в этом плане… из-за различий в воспитании, полученном в детстве, боюсь, я просто не смогу соответствовать требованиям Его Высочества. И таких проблем немало. К тому же Его Высочество еще очень молод, а десять последних лет провел в лечебнице, общаясь со слишком узким кругом людей. Я надеюсь…

Пэй Яо на мгновение умолк, прежде чем продолжить:

— Я надеюсь, что Его Высочество сможет как следует узнать этот мир, а затем принять взвешенное решение.

— Вы…

Госпожа Вэньни горько рассмеялась:

— Как вы можете рассуждать с его точки зрения? Генерал-майор… когда речь заходит о чувствах, разве не должны вы в первую очередь думать о себе?

Пэй Яо склонил голову:

— Благодарю за заботу, но, будучи рыцарем Его Высочества, при любых обстоятельствах я обязан в первую очередь ставить интересы Его Высочества выше собственных.

— А если Аллан в будущем полюбит кого-то другого?..

Госпожа Вэньни запнулась.

— Вы… вы отпустите его?

Пэй Яо кивнул:

— Я всегда буду уважать выбор Его Высочества.

Госпожа Вэньни была настолько потрясена, что долго не могла вымолвить ни слова. Подумав, что она испугалась, Пэй Яо поспешил добавить:

— Не беспокойтесь, если действительно настанет такой день, я сложу с себя все нынешние полномочия и вернусь в армию, чтобы отправиться в дальний поход к другим звездным системам и никогда больше не возвращаться в столицу.

Госпожа Вэньни с недоверием уставилась на Пэй Яо:

— Даже если в конце концов он выберет не вас, вы все равно намерены защищать его границы, я правильно поняла?

Пэй Яо улыбнулся:

— Вы слишком высокого о мне мнения. Последнее я делаю ради себя самого… у меня тоже есть собственная гордость.

— Но я же чувствую, что вы безумно любите Аллана.

Госпожа Вэньни отбросила благопристойную маску, которую неизменно носила на публике, и произнесла искренне:

— Почему бы вам не побороться за свое счастье? Стоит вам сделать лишь шаг навстречу, как Аллан станет к вам еще ближе.

— Я…

Пэй Яо запнулся.

— Я вечно переживаю, что Его Высочество…

— Простите меня. Раньше, видя, что вы все никак не можете сделать последний шаг, я по убожеству своему думала, будто вы выжидаете и надеетесь в будущем найти себе в спутники проводника. Но, очевидно, я жестоко ошиблась на ваш счет.

Госпожа Вэньни нежно взяла Пэй Яо за руку и с материнской теплотой произнесла:

— Кажется, я понимаю ваши чувства. Вы вечно боитесь, что Аллан совершит опрометчивый шаг. Представьте себе, несколько десятилетий назад я столкнулась с точно такой же проблемой, а потому считаю себя вправе — и даже обязанной — замолвить словечко за моего бедного племянника.

Когда я, подобно Аллану, была второй в очереди на императорский престол, мы полюбили друг друга с принцем Адаэлем. Все — включая моих матушку и батюшку — отговаривали меня, твердя не поддаваться безумству. Союз с ним означал не только отказ от прав на престол, но и потерю уже обретенной военной мощи. Все считали, что игра не стоит свеч, все были уверены, что я пожалею об этом в будущем — принц Адаэль в том числе.

В глазах госпожи Вэньни мелькнул мягкий свет:

— Но прошли десятилетия, а я до сих пор ни о чем не жалею. Пусть из-за этого я упустила шанс стать совершенным сенсором, пусть всю жизнь вынуждена глушить себя ингибиторами, пусть до конца дней мне не суждено испытать ментальное слияние, о котором пишут в книгах, пусть я лишилась короны наследницы престола… но даже сейчас я считаю, что всё это стоило того. И с годами это чувство становится только глубже с каждой новой встречей с принцем Адаэлем. Во всем есть свои приобретения и потери. Мы любим друг другу и обрели то, чего другие, возможно, лишены всю свою жизнь — и этого достаточно.

Пусть вы не самый идеальный выбор для Аллана, но это ничуть не помешает вам подарить ему несравненное счастье.

Госпожа Вэньни пристально и твердо посмотрела на Пэй Яо:

— И даже если бы я не сказала вам всего этого сегодня, рано или поздно вы сами сокрушили бы собственные цепи и добровольно приняли Аллана. Вы давно и безоговорочно влюбились в него, я же вижу. Вы любите его ничуть не меньше, чем он вас.

Пэй Яо густо покраснел, уличенный в сокровенном. Госпожа Вэньни сочувственно улыбнулась:

— Какая жалость, что Аллан не слышал ваших слов… Впрочем, неважно, думаю, он и так способен это почувствовать. Вы…

То ли вспомнив принца Адаэля, то ли растроганная признанием Пэй Яо, госпожа Вэньни слегка взволнованно перевела дыхание и продолжила:

— Ради него вы неоднократно рисковали жизнью. Аллан вовсе не такой бессердечный, какими его малюют чужаки. Всё добро, что вы для него сделали, он помнит наизусть.

Пэй Яо сжал ладони и тихо произнес:

— Вы преувеличиваете.

— Нисколько!

Госпожа Вэньни нежно улыбнулась:

— Для меня честь знать, что моего племянника любит такой человек, как вы.

Затем она с улыбкой добавила:

— Только не думайте, будто я засланный казачок Аллана, и упаси бог вообразить, будто я подгоняю вас. Вы, должно быть, знаете… знаете ведь, как императрица Марианна вышла замуж за Оэстэна?

Пэй Яо замер и кивнул. Госпожа Вэньни покачала головой:

— Несчастье императрицы Марианны омчило все детство Аллана. Он не хочет повторения той трагедии, поэтому терпеливо ждет, пока вы сами не сделаете выбор. У меня и в мыслях не было вмешиваться в его темп.

Госпожа Вэньни с усмешкой покачала головой:

— Да он бы и не унизился до того, чтобы пользоваться чужой помощью. Он у меня ужасно самонадеянный.

Пэй Яо невольно улыбнулся. Госпожа Вэньни поднялась на ноги:

— Ах да, у меня есть к вам еще одна личная просьба.

Пэй Яо склонил голову:

— Слушаю вас, Ваше Высочество.

— Вы теперь ничем не отличаетесь от моего собственного племянника, так что перестаньте держаться со мной так холодно.

Госпожа Вэньни шутливо погрозила ему пальцем:

— Через десять дней у Оэстэна день рождения, и Аллану непременно придется возвращаться в столицу. Как бы здесь ни нуждались в людях, я очень хочу, чтобы вы сопровождали Аллана в этой поездке.

Госпожа Вэньни слегка понизила голос:

— Вы уже знаете, что Бэтина в последнее время ведет себя слишком беспокойно. Я опасаюсь, как бы Оэстэн не объявил на праздничном банкете что-нибудь этакое, и боюсь, что она тоже явится и учинит какую-нибудь глупость. Ваше присутствие рядом с Алланом позволит не только защитить его, но и вовремя остудить его пыл. Это крайне необходимо.

Пэй Яо слегка нахмурился, обдумал ее слова и кивнул:

— Хорошо.

Госпожа Вэньни с облегчением улыбнулась:

— Ну тогда я спокойна.

Обедав вместе, госпожа Вэньни отбыла. Проводив ее, Аллан развернулся и с лукавой, изучающей улыбкой уставился на Пэй Яо:

— О чем это вы там шептались?

Пэй Яо почувствовал легкую неловкость, отвел взгляд и тихо бросил:

— Да… ни о чем.

— Тогда почему после этого у госпожи Вэньни был такой вид, будто она добилась своего?

Аллан тихонько рассмеялся:

— Между вами есть секреты от меня?

Пэй Яо избежал встречи с глазами Аллана и тут же перевел тему:

— Вы же только что слышали слова Ее Высочества: скоро день рождения Его Величества. Могу я составить вам компанию при поездке в столицу?

— Нет.

Аллан отказался без раздумий и, направляясь к апартаментам, бросил через плечо:

— Понятия не имею, что там в этом году — бывает, его праздники растягивают на целый месяц. В этот раз Антони нет, так что мне никак не отвертеться. Но как быть, если меня так долго не будет здесь?

Пэй Яо нахмурился. Аллан с недоумением посмотрел на него и со смешком спросил:

— Что такое? Будешь скучать?

— Я…

Пэй Яо смущенно поджал губы и наконец выговорил:

— Вы сами слышали госпожу Вэньни: госпожа Бэтина в последнее время ведет себя излишне активно. Я боюсь непредвиденных осложнений на банкете, поэтому надеюсь…

— Именно поэтому я и не разрешаю тебе ехать.

Аллан прервал Пэй Яо:

— Какими бы ни были ее замыслы, она целится прямо в тебя. Плевать на нее, в Элис ей путь заказан, а здесь ты в безопасности.

Брови Аллана слегка сошлись на переносице, он повернулся к Пэй Яо и строго спросил:

— Ты что-то от меня скрываешь?

С самого начала Пэй Яо держался уклончиво. Аллан давно привык к абсолютной честности со стороны Пэй Яо, и эта недосказанность доставляла ему дискомфорт.

Почувствовав неудовольствие Аллана, Пэй Яо вздохнул и выложил перед ним всю просьбу госпожи Вэньни как на духу.

Пэй Яо опустил взгляд:

— Ее Высочество опасалась, что вы воспримете в штыки ее вмешательство, поэтому наказала мне держать всё в тайне… Это моя вина. Но опасения госпожи Вэньни вполне обоснованны, да и я сам не могу оставаться спокойным за вас. Если вы действительно застрянете в столице на целый месяц, я точно… я точно не выдержу.

Уголки губ Аллана изогнулись в улыбке:

— Не выдержишь? Чего именно?

— Я не вынесу того, что вы так долго находитесь вне зоны моей досягаемости, особенно теперь, когда я знаю о реальной угрозе вашей безопасности.

Пэй Яо посмотрел на Аллана и взмолился:

— Пожалуйста, позвольте мне поехать с вами.

Видя тревогу во взгляде Пэй Яо, Аллан пришел в прекрасное расположение духа. Он улыбнулся:

— Ладно.

Не успел Пэй Яо вздохнуть с облегчением, как Аллан добавил:

— Если бы я не спросил сам, ты бы так и молчал о том, что просила передать тетушка?

Аллан покачал головой:

— Нехорошая привычка… У тебя не должно быть от меня секретов. Пожалуй, я тебя немного накажу.

Аллан взял Пэй Яо за руку и, прежде чем тот успел опомниться, притянул к себе и впился поцелуем в его губы.

Пэй Яо мгновенно широко распахнул глаза: совсем неподалеку по аллее к ним направлялись преподаватели из Элис!

Пэй Яо оттолкнул его изо всех сил:

— Ваше Высочество, кто-то идет… идут… м-м-м…

— Я знаю…

Возможность восприятия ментального поля у Аллана была куда шире слуха Пэй Яо. Он прижал Пэй Яо спиной к шпалере с глициниями и невнятно пробормотал:

— Иначе какое же это наказание…

Присутствие посторонних не позволяло Пэй Яо отчаянно сопротивляться — он смертельно боялся, что Аллан в запале применит привычные методы подавления и случайно выдаст секрет о том, что он проводник. Аллан, судя по всему, прекрасно это просчитал, и в его душе поднималась темная, сладкая волна садистского удовольствия от власти. Его прелестный генерал-майор…

http://bllate.org/book/19834/1952936