На месте присутствующие тут же почувствовали, как исчезла державшая их сила, даже кроваво-алые ледяные кристаллы на земле растаяли без следа, словно ничего и не происходило.
Только вот больше никто не осмеливался подойти к Чжоу Баю ближе чем на пять метров.
Чжоу Бай, казалось, вовсе не замечал охватившего окружающих ужаса. Он лишь слегка стряхнул пыль с рукава, зашагал прочь и повернулся, чтобы уйти.
Вдруг он почувствовал, как кто-то намертво вцепился в полу его одежды. Опустив взгляд, он увидел ту самую девушку, которую только что едва не растоптали. Она склонила голову, и её тонкие, бледные, словно фарфоровые, пальцы мёртвой хваткой вцепились в край его одеяния.
Чжоу Бай слегка нахмурился, собираясь проигнорировать её и продолжить путь, но заметил, что схваченная ткань начала стремительно менять цвет, становясь тёмно-фиолетовой, словно её разъедала кислота. Чжоу Бай остановился и принялся внимательно разглядывать девушку.
В этот момент она внезапно подняла голову, открыв своё лицо.
Увидев её облик, все вокруг невольно охнули.
Две дорожки чёрных кровавых слёз стекали по её бледным щекам, выжигая на прекрасном лице дымящиеся раны. Глаза, полные ненависти, светились искажённым красным светом, отчего она стала похожа на мстительного духа, выбравшегося из преисподней.
Девушка прохрипела:
— Ты убил его.
Чжоу Бай глухо ответил:
— Да.
— Я пойду с тобой. Я задолжала тебе две жизни.
— Ты пожалеешь, — голос Чжоу Бая оставался лишённым всяких эмоций.
— Нет, не пожалею, — взгляд девушки был твёрд.
Чжоу Бай некоторое время молча смотрел на неё, а она бесстрашно встретила его взгляд.
Чжоу Бай развернулся и, холодно бросив всего два слова, зашагал прочь:
— Иди следом.
Чжоу Бай бросил взгляд на девушку, которая семенила за ним, и не знал, что и думать.
Эту девушку звали Е Мэн. Она была одним из главных антагонистов всей истории. Из-за смерти деда она пробудила редкую и ценную способность типа яда, после чего ожесточилась и встала на путь ненависти ко всему человечеству.
Она была ключевым злодеем этого Плана и огромным препятствием на пути главного героя к божественности. Несколько раз она загоняла его в безвыходное положение, а однажды даже вынудила имитировать собственную смерть, чтобы спастись. Её боевая мощь была пугающе высока.
Неужели ему стоит поблагодарить свою склонность к топографическому кретинизму?
Уголок глаза Чжоу Бая слегка дёрнулся.
***
В тени у городских ворот.
Какой-то юноша с недоверием смотрел на удаляющихся Чжоу Бая и Е Мэн. Его тонкие пальцы до боли впились в ладони, оставив четыре кровавых следа в форме полумесяцев.
Он пришёл сюда, чтобы подчинить Е Мэн, пока её способность только пробудилась и она ещё не набрала силу, но не ожидал, что Чжоу Бай опередит его.
Чжоу Бай... Юноша яростно прошептал это имя, его глаза наполнились свирепостью и тревогой.
В прошлой жизни он уже встречал его, да и в книге сценариев, найденной в том таинственном пространстве, имя Чжоу Бая упоминалось неоднократно. Он не знал его натуру досконально, но был наслышан о нём. Однако нынешний Чжоу Бай был совершенно не похож на того, из прошлой жизни!
Неужели...
Нет, невозможно! Этого просто не может быть!
Лишь я являюсь любимцем этого мира!
Выражение лица юноши стало ещё более свирепым, а тонкие черты почти исказились. Второй рукой он до боли сжал плечо стоявшего рядом человека, словно только так мог обрести хоть каплю уверенности.
Но погружённый в раздумья юноша не заметил, что его спутник пристально следил за удаляющейся холодной спиной, а в его красивых глазах с поволокой читался живой интерес.
Взгляд же, который этот мужчина бросил на юношу рядом, больше не содержал ни капли интереса — лишь полное презрение и отвращение.
***
Третий мир, часть 4.
База выживших номер три, окраина города Б.
Мрачное небо отливало холодным стальным серым цветом, давя на землю своей безразличной тяжестью.
Высокие стены из толстого сплава уходили в самое небо, внушая невыносимое чувство подавленности всем, кто смотрел на них снизу.
Прямо у подножия этой стены раскинулся крошечный клочок земли. Не было слов, более подходящих для описания этого места, чем:
— Чистилище.
В грязном воздухе стоял зловонный запах и лёгкий привкус крови. Грязные, покосившиеся лачуги из картона теснились на узком пятачке, а на искривлённых, замусоренных улицах спали те, у кого не было даже картонного крова.
Измождённые люди, похожие на ходячие скелеты, имели тусклые лица, окрашенные в пепельный цвет отчаяния.
Несколько трупов, до которых никому не было дела, валялись в углу у стены, источая смрад, над которым кружились мухи.
В отдалении, в черте города, несколько красивых маленьких мальчиков и девочек, тихо плача, были связаны по рукам и ногам, а за их спинами стояли мрачные мужчины, некоторые из которых торговали ими, не обращая ни на кого внимания.
В тёмных узких переулках скрывались зловещие фигуры, замышлявшие какие-то гнусные сделки.
Это было логово боли.
Это был инкубатор пороков.
Издалека к ним, шатаясь, подошёл невысокий мужчина в синей форме с мертвенно-бледным лицом.
Подойдя ближе и увидев людей, свернувшихся калачиком на улице и просящих милостыню, мужчина побледнел ещё сильнее, а его и без того некрасивое лицо исказилось.
С его лба катился холодный пот, а в глазах вспыхнул гнев. Он бросился вперёд и с яростью начал избивать худощавого мужчину, сидевшего впереди.
Он бил его и грязно ругался:
— Проваливай! Не путайся под ногами, иначе не обессудь, я с тобой церемониться не стану!
После короткой потасовки невысокий мужчина увидел, что нищие поспешно разбежались, и наконец с облегчением выдохнул.
Затем он повернулся и с глубоким почтением склонился, приветствуя людей, медленно приближавшихся сзади. Его лицо, ещё не обсохшее от холодного пота, расплылось в угодливой, подобострастной улыбке.
Эти люди выглядели потрёпанно, не несли с собой никакого багажа и казались нищими, чьё положение не заслуживало внимания.
Но металлические значки на их груди — изысканные, разного цвета — и их внушительная осанка, которую невозможно было забыть, выдавали в них высокородных эволюционистов.
Во главе группы шёл стройный юноша с красивым лицом, на груди которого висел синий значок в форме капли.
Хотя юноша улыбался тепло, а черты лица его были юными, исходящие от него решимость и уверенность заставляли каждого невольно обращать на него внимание.
Рядом с ним шёл молодой человек с зелёным значком в виде лозы. У него было приятное, ветреное лицо, глаза с поволокой, казалось, искрились, а руки он держал в карманах, выглядя расслабленным и слегка небрежным.
Несколько крепких мужчин следовали за ними. Хотя они шли очень близко, внимательный наблюдатель заметил бы, что они никогда не обгоняли тех двоих, а в их глазах читались явное уважение и обожание.
Позади этой группы, на некотором отдалении, шёл мужчина с ледяным, суровым лицом, словно высеченным из снега. На его груди красовался сине-белый значок в форме сосульки. Следом за ним, низко опустив голову, шла тонкая девушка, лица которой было не разглядеть.
Их отряд выглядел расслабленным и случайным, словно горстка разрозненных песчинок, но невидимая гармония между ними была столь ощутима, что её невозможно было игнорировать.
— С ними лучше не связываться.
Впечатление, которое производила эта группа, было однозначным:
— Опасно.
Невысокий мужчина почти раболепным тоном обратился к ним:
— Уважаемые господа эволюционисты, поскольку вы вошли в город Б через вход для обычных людей, вы оказались прямо в окраинном районе, где живут простолюдины. Прошу прощения, что осквернил ваш взор, но до внутреннего города осталось совсем немного, господа... потерпите ещё немного?
Тишина.
В этой тишине мужчина согнулся ещё ниже, почти под прямым углом.
По его опущенному лицу градом катился холодный пот, а жилы на бледном лбу пульсировали от страха.
И его дрожащие руки, и сужающиеся зрачки выдавали одну истину:
— Он боится. Боится до смерти.
Сердце невысокого мужчины сжалось, он подумал, что дело плохо.
Отряд эволюционистов, который ему доверили сопровождать, был пугающим как по силе, так и по статусу.
Все они были высокоуровневыми эволюционистами, а тот самый человек, что сковал льдом целый Город Смерти, по силе, возможно, входил в пятёрку сильнейших в мире. К тому же, сверху поступил чёткий приказ — оказывать этой группе особый приём, словно их собирались завербовать.
К тому же, он сам видел ту бойню у городских ворот.
— Если они останутся чем-то недовольны, мне конец.
Холодный пот стекал по лицу мужчины, оставляя тёмные пятна на земле.
Раздался слегка хриплый, магнетический голос:
— Пошли.
Молчание было нарушено. Невысокий мужчина перевёл дух, украдкой вытер пот со лба и выпрямился, нацепив на лицо подобострастную улыбку:
— Да, да, прошу сюда.
Там, где невысокий мужчина не мог видеть, девушка, всё это время державшая голову опущенной, медленно завела за спину судорожно сжатую руку. Её пальцы были покрыты инеем, который замораживал ужасающее тёмно-фиолетовое пятно, расползающееся по тонкой белой коже.
Отряд прошёл через окраинный район, где ютились обычные люди, и внешний район, предназначенный для низкоуровневых эволюционистов, наконец добравшись до внутреннего города, доступного только для элиты.
По сравнению с окраинами, это место казалось другим миром.
Белоснежные мраморные стены были украшены золотыми узорами, улицы были широкими, а повсюду возвышались небоскрёбы.
Кое-где даже можно было увидеть зелёные растения — редкое зрелище в эпоху апокалипсиса.
Как только они вошли во внутренний город, их встретили двое слуг в изысканных одеждах и проводили к роскошному отдельно стоящему зданию.
Проводив слуг взглядом, Сяо Чэнь расслабленно откинулся на спинку дивана и с облегчением выдохнул:
— А-а-а! Наконец-то можно спокойно посидеть! И никаких противных зомби или мутировавших зверей, просто чудесно. — Сяо Чэнь счастливо прищурился, его голос звучал радостно.
Не дожидаясь, пока он закончит, остальные тоже повалились на мягкие диваны в комнате.
Вскоре все кресла и диваны были заняты развалившимися людьми.
И только Чжоу Бай, словно журавль среди кур, стоял посреди комнаты.
Его ледяной, равнодушный взгляд скользнул по спинам каждого, словно нож. Сяо Чэнь почувствовал, как у него волосы на голове зашевелились, и поспешно выпрямился, осторожно спросив:
— Тот... что-то случилось?
Остальные: «...»
О боже, босс, ты можешь быть ещё более жалким?
Где же твоя хвалёная крутость и властность? Ты её съел?
#Мой босс помешан на красивых лицах#
#С тех пор как мы встретили Чжоу Бая, мой босс ведёт себя очень странно#
Чжоу Бай холодно взглянул на него, подошёл к столу, нащупал что-то под столешницей и вытащил крошечное устройство. В его бледной ладони оно тут же превратилось в пыль.
Затем он вскинул руку, и с кончиков его пальцев сорвалась ледяная игла, точно поразив горшок с зелёным растением в углу комнаты.
Раздался хруст льда, и из-за растения выпал микроскопический жучок-шпион.
Все: О_О
Три минуты спустя, глядя на груду раздавленной аппаратуры, люди уже не знали, что и думать.
#Не знаю почему, но мне вдруг стало так стыдно#
#Божество, не нужны ли тебе подвески на ноги?#
Чжоу Бай сохранял невозмутимое выражение лица, его тонкие губы были плотно сжаты, а чёрные, как полночь, глаза походили на куски оникса, погружённые в снег.
Напоследок он холодно окинул взглядом ошеломлённых людей и, не сказав ни слова, поднялся на второй этаж. Девушка с опущенной головой и скрытым волосами лицом по-прежнему неотступно следовала за ним.
Все ещё пребывали в ступоре, как вдруг сверху донёсся холодный мужской голос:
— Выбирайте комнаты и приводите себя в порядок. Через три дня сбор в главном зале. Неужели вы думали, что за такой комфорт не придётся платить?
Услышав это, все пришли в ужас, их лица переменились:
— Ты... ты только что это слышал? Это... я не сплю? Чёрт возьми, Чжоу Бай сказал тридцать три слова! Нет, с учётом знаков препинания — тридцать шесть!!
Чжоу Бай, который обладал острым слухом и всё слышал: «...»
***
В особняке во внутреннем городе.
«Бах-трах...»
Всё, что стояло на изысканном столе из красного дерева, было с яростью сметено на пол.
На дорогом ковре царил хаос, комната выглядела так, будто в ней бушевал ураган.
Перед столом стоял седовласый мужчина средних лет, его глаза налились кровью, а руки дрожали, опираясь на столешницу, словно он пытался удержать на них весь вес своего тела.
— Мой... сын... — он захлебывался рыданиями, не в силах выговорить ни слова.
Поскольку до того, как стать главой города, он занимал высокое положение, он скрывал своё отцовство, называя сына племянником.
Он души не чаял в сыне, поэтому, когда тот попросил поставить его на охрану городских ворот, не смог отказать, лишь отправил его на пропускной пункт для обычных людей, чтобы тот случайно не оскорбил высокоуровневых эволюционистов.
Кто бы мог подумать...
Кто бы мог подумать... что он погибнет такой страшной смертью!
Мужчина рухнул в кресло, словно лишившись всех сил. В его красных глазах застыли невыносимая боль и всепоглощающий гнев.
Ярость кричала в его сердце — отомстить! Отомстить!
Он протянул руку и решительно снял трубку телефона, набрал номер, которого всегда боялся. Его голос звучал как всегда спокойно и уравновешенно, но лицо исказилось, словно у демона:
— Я согласен на вашу сделку. Но у меня есть условие.
Ночь сгустилась, скрывая вой зомби за стенами и кровавую грязь внутри города.
http://bllate.org/book/19863/1955362
Готово:
