Готовый перевод My Godly Boyfriend Shatters the Heavens / Бог красоты, разрывающий небеса [Быстрое прохождение]: Глава 19

Не только его дрожащие руки, сжатые по бокам, но и постоянно сужающиеся зрачки выдавали одну истину — он боялся, боялся до смерти.

Сердце низкорослого мужчины сжалось, и он про себя выругался: дела плохи. Отряд эволюционистов, который он сопровождал в город, был пугающим как по силе, так и по своему бэкграунду. Все они оказались высокоуровневыми бойцами, а тот самый обладатель способности ледяного типа, чья ледяная печать сковала весь Город Мертвых, возможно, входил в пятерку сильнейших в мире. К тому же сверху пришел строгий наказ: обходиться с этой группой с особым почтением, словно их собирались завербовать. Да и ту бойню у городских ворот он видел собственными глазами. Если они останутся хоть чем-то недовольны, ему не сдобровать.

Холодный пот медленно стекал по лицу мужчины, оставляя на полу темное пятнышко.

Раздался слегка хриплый, бархатный голос:

— Пошли.

Тишина наконец была нарушена. Коротышка облегченно выдохнул, тайком смахнул капли пота со лба и, подобострастно выпрямившись, произнес:

— Да, да, прошу сюда.

Там, где мужчина не мог видеть, девушка, до этого не поднимавшая головы, медленно завела за спину судорожно сжатую руку. Пальцы были покрыты коркой льда, которая сковывала расползавшееся по бледной коже жуткое темно-фиолетовое пятно.

Группа прошла через окраины, где ютились обычные люди, и через внешний город, населенный низкоуровневыми эволюционистами, наконец добравшись до внутреннего города, предназначенного лишь для элиты. По сравнению с остальными районами, это место казалось другим миром. Аккуратные стены из белого мрамора были украшены золотыми узорами, улицы отличались простором, а повсюду возвышались небоскребы. В некоторых местах даже виднелась зелень — редкое зрелище в эпоху апокалипсиса.

Как только они вошли во внутренний город, их встретили двое слуг в изысканных нарядах и проводили в роскошный отдельный особняк.

Дождавшись, пока двое провожатых почтительно удалятся, Сяо Чэнь расслабленно откинулся на спинку дивана и с облегчением выдохнул:

— А-а-а, наконец-то можно посидеть спокойно! И никаких противных зомби или мутировавших зверей, просто красота. — Сяо Чэнь радостно прищурился, его голос звучал весело.

Не дожидаясь, пока он закончит, остальные тоже повалились на мягкие диваны, измотанные дорогой. Вскоре комната превратилась в лежбище уставших людей.

Лишь Чжоу Бай, словно белая ворона, одиноко стоял посреди комнаты. Его взгляд, холодный и равнодушный, скользил по присутствующим, словно лезвие ножа, полосуя каждого по спине. Сяо Чэнь почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом, и поспешно выпрямился, осторожно спросив:

— Э-э… что-то случилось?

Остальные промолчали.

«Ну конечно, — подумали они, — лидер, ты можешь быть еще более жалким? Куда делась твоя хваленая крутость? Сам же ее и проглотил?»

Чжоу Бай холодно взглянул на него, подошел к столу и, нащупав под столешницей крошечный выступ, выудил оттуда миниатюрное устройство. Он легко сжал его пальцами, превращая в труху. Затем, едва шевельнув пальцами, он метнул кристально чистую ледяную иглу, которая с хирургической точностью вонзилась в пышный цветок в горшке в углу комнаты. Раздался хруст льда, и из-за растения выпал разбитый жучок для прослушки.

Все застыли с открытыми ртами.

Через три минуты, глядя на груду обломков шпионской техники, никто уже не знал, как реагировать.

«Почему мне вдруг стало так стыдно?»

«Божество, не нужны ли тебе подвески на ноги?»

Чжоу Бай оставался невозмутимым, его тонкие губы были плотно сжаты, а черные как бездна глаза напоминали куски обсидиана, погруженные в лед. Окинув холодным взглядом остолбеневших товарищей, он, не сказав ни слова, направился наверх. Следом за ним, низко опустив голову и скрывая лицо за длинными прядями волос, покорно следовала девушка.

Пока все пребывали в ступоре, сверху донесся его холодный, отстраненный голос:

— Выберите комнаты для отдыха, через три дня сбор в холле. Или вы думали, что за такой комфорт не придется платить?

Услышав это, все в ужасе переглянулись:

— Ты… ты слышал? Это не сон? Черт возьми, Чжоу Бай произнес тридцать три слова! Нет, с учетом знаков препинания — тридцать шесть!

Чжоу Бай, обладавший острым слухом и прекрасно все слышавший, промолчал.

***

В особняке во внутреннем городе.

Раздался грохот — все содержимое резного стола из красного дерева полетело на пол. Дорогой ковер был усеян обломками, комната выглядела так, словно в ней пронесся ураган.

Посреди комнаты мужчина средних лет с сединой в волосах, с налитыми кровью глазами, дрожащими руками опирался на стол, словно тот был единственной опорой для его тела.

— Мой… сын… — его голос сорвался на рыдания.

Поскольку до того, как стать правителем города, он занимал высокий пост, ради безопасности сына он всегда выдавал его за племянника. Он души не чаял в своем ребенке и не смог отказать, когда тот попросил поставить его на охрану городских ворот, лишь перевел его на канал для обычных людей, чтобы тот случайно не задел высокоуровневых эволюционистов. Кто бы мог подумать… кто бы мог подумать, что его ждет такая участь!

Мужчина тяжело опустился в кресло, словно из него вынули всю душу. В его покрасневших глазах читались невыразимая скорбь и ярость. В сердце кричал один призыв: месть! Месть!

Он протянул руку и решительно снял трубку телефона, набрав номер, которого всегда боялся. Голос его оставался спокойным и холодным, как обычно, но лицо исказила гримаса демона:

— Я согласен на вашу сделку. Но у меня есть одно условие.

Ночь окутала город, скрывая пронзительные вопли зомби за стенами и кровавую грязь внутри них.

***

В комнате на втором этаже Чжоу Бай сидел на кровати, скрестив ноги, позволяя густой тьме окутать свое тело. Его стройная фигура казалась прямой и острой, словно клинок, спрятанный в ножны — сдержанный, но таящий в себе смертельную опасность.

Он плотно закрыл глаза, длинные ресницы отбрасывали тень на белоснежное лицо. В комнату проникал слабый синеватый свет, очерчивая его скульптурный профиль. На бледном лбу проступили капли пота.

Прошло немало времени, прежде чем Чжоу Бай расслабил брови и открыл глаза. Это были необыкновенные глаза: холодные, словно текучая ртуть, и острые, как обнаженный меч.

Он взял с края кровати белое полотенце, стер пот со лба и глубоко выдохнул.

Девятый уровень способности.

Это тело изначально не обладало ледяной стихией — он силой трансформировал его, используя энергию, не принадлежащую этому миру. А поскольку сила его души была колоссальна, каждое повышение уровня сопровождалось пыткой, пронзающей до самых костей. Словно он проглатывал раскаленный уголь, который выжигал внутренности, или в легкие вонзали тысячи ледяных стальных игл, разрывающих тело на части.

Чжоу Бай встал и невозмутимо налил себе воды.

«Впрочем, я уже привык, не так ли?»

Ему доводилось терпеть и куда более сильную боль, так к чему теперь эти причитания?

Чжоу Бай сделал глоток.

«В любом случае, я верну всё сполна, в тысячекратном размере».

Сяо Бай молча наблюдало за ним. С тех пор как три дня назад Чжоу Бай начал медитировать, существо не сдвинулось с места. Оно подплыло к нему и бережно потерлось теплым телом о холодную, влажную от пота щеку. Светящийся желтоватый комок излучал утешение и доверие.

Взгляд Чжоу Бая на мгновение смягчился, он погладил Сяо Бая длинными пальцами.

— Все-таки польза от питомца есть.

Сяо Бай: «…»

— Ой, я сказал это вслух? — Чжоу Бай сделал невинное лицо.

Поиздевавшись над Сяо Баем, он с чувством выполненного долга направился к двери. В конце концов, осталась еще одна проблема, требующая решения.

Белая ладонь с четко очерченными суставами легла на янтарную дверную ручку и слегка повернула ее.

— Скрип.

Дверь открылась. Девушка, сидевшая на корточках у порога, вздрогнула и резко подняла голову, глядя на него сонными, влажными глазами. В свете теплых ламп мужчина с прямой осанкой опустил подернутые инеем веки, его суровый профиль в этом свете казался чуть мягче.

Он мельком взглянул на съежившуюся Е Мэн и холодно бросил:

— Заходи.

Затем он развернулся и вернулся в комнату. Е Мэн поспешно встала, отряхнула пыль с одежды и быстрым шагом последовала за ним. Дверь закрылась, в комнате воцарилась тишина, в которой было слышно даже прерывистое дыхание девушки.

Глядя на растерянную Е Мэн, Чжоу Бай произнес холодным тоном:

— Садись.

Е Мэн осторожно присела на самый край стула, нервно теребя подол одежды.

— Зачем ты ходишь за мной? — вопрос прозвучал коротко и сухо.

Девушка опустила голову, позволяя черным волосам скрыть лицо. Она заговорила, голос ее был тихим, но твердым:

— Ты спас меня, отомстил за моего дедушку, и… — она запнулась, — ты очень силен. Я хочу стать сильнее, чтобы каждый, кто смотрел на меня свысока и обижал, заплатил за это!

На последней фразе Е Мэн взволнованно подняла голову, ее глаза покраснели, а вокруг нее заструился легкий черный туман. Чжоу Бай кивнул, не выражая одобрения или осуждения, и продолжил:

— Знаешь, почему я помешал тебе отравить того проводника?

Девушка помолчала, а затем ответила:

— Потому что это не его вина, это вина всего этого мира. Его убийство ничего не значит и ничего не изменит.

— Нет, — неожиданно возразил Чжоу Бай. — Ты просто слишком слаба.

Его холодный голос оставался ровным:

— Любой внимательный человек заметил бы твое поведение у ворот, обнаружил бы твою редкую способность типа яда. Демонстрировать свою ценность, когда еще не отросли когти, — это путь к верной смерти.

Девушка в шоке подняла голову, не отрывая взгляда от Чжоу Бая.

— Без достаточной силы все это — лишь иллюзия. — Голос его был ледяным, но Е Мэн уловила в нем властную гордыню и мощь. — Только когда у тебя будет сила, способная противостоять всему миру, ты сможешь вершить судьбы одним движением мысли.

В комнате повисла тишина. Е Мэн опустила голову, погрузившись в раздумья. Чжоу Бай не торопил ее, он просто подошел к окну, любуясь рассветом, окрашивающим небо в бледный цвет.

Спустя долгое время Е Мэн наконец подняла взгляд. В ее глазах читались решимость и упорство:

— Я поняла.

Эта когда-то наивная девушка, познавшая жестокость мира и горечь утрат, наконец переродилась, начав свой путь к вершине, достойной королевы ядов.

На лице Чжоу Бая мелькнуло удовлетворение, он бросил Е Мэн несколько черных кристаллических ядер:

— Иди.

Е Мэн не спешила уходить. Она крепко сжала ядра в ладони, посмотрела прямо на Чжоу Бая у окна и твердо произнесла:

— Господин, позвольте мне следовать за вами. Я обещаю, что не буду обузой.

Девушка выглядела решительной, а в ее еще юных глазах светились восхищение и почтение. Не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла. В свете ламп ее тонкая спина казалась прямой, наполненной верой и упорством.

***

Утро.

Когда члены отряда один за другим спустились в гостиную, Чжоу Бай уже ждал их. Он сохранял привычное невозмутимое выражение лица, рука его покоилась на рукояти длинного меча, который никогда не покидал ножен. Его взгляд, брошенный на опоздавших, заставлял содрогнуться.

Через несколько минут Чжоу Бай окинул комнату взглядом и, увидев, что все в сборе, подошел к Сяо Чэню, который сидел с самым серьезным видом, и протянул ему изысканное письмо.

— Принесли утром, — холодно пояснил он.

Сяо Чэнь взял конверт и принялся внимательно его рассматривать. Это была редкая для апокалипсиса белоснежная бумага, на которой при свете проступали сложные темно-золотые узоры. В правом верхнем углу красовался роскошный золотисто-красный герб: двуглавый орел, одна лапа которого попирала извивающуюся змею, а другая сжимала меч. За спиной орла возвышался огромный щит, из-за которого поднимались облака и половина восходящего солнца.

Это письмо было от семьи Юнь!

После апокалипсиса город Б. контролировали три силы: военные, Альянс эволюционистов и Тёмный союз. Эти группировки были тесно переплетены. Военные поначалу доминировали благодаря оружию, но с эволюцией зомби тяжелая техника стала менее эффективной, и их влияние сошло на нет. Альянс эволюционистов, напротив, рос и теперь был основной силой. Тёмный союз был самым загадочным — он принимал только обладателей способностей темного типа, таких как яд или туман. Их было немного, но их уникальность заставляла остальных считаться с ними.

Семья Юнь была самым могущественным кланом в Альянсе эволюционистов. Половина элиты города Б. была связана с ними, а недавнее появление в их рядах высокоуровневого обладателя способности грозового типа — Юнь Сяо — сделало их практически непобедимыми.

И вот, первая семья города Б. протянула руку их скромному отряду?

Сяо Чэнь с серьезным видом вскрыл конверт. Это было приглашение на банкет для него, Юй Цзина и Чжоу Бая. Юй Цзин, прочитав письмо, приподнял бровь и, прищурив свои мерцающие глаза, спросил:

— Ну что? Пойдешь?

Сяо Чэнь слегка улыбнулся, и в его красивых глазах промелькнуло нечто неясное:

— Конечно! Почему бы и нет?

***

Вечер.

В особняке во внутреннем городе сияли огни. Сяо Чэнь, задрав голову, разглядывал роскошное здание и присвистнул:

— М-да, пир во время чумы…

Получив увесистый подзатыльник, он услышал холодный голос:

— Смотри под ноги.

Сяо Чэнь обернулся и подобострастно улыбнулся Чжоу Баю:

— Есть!

Юй Цзин лишь вздохнул: «Лидер, ты вообще помнишь, как меня перебросило через плечо, когда я впервые коснулся твоей головы? Хотя бы каплю гордости прояви, ты же все равно сильнее его!»

Чжоу Бай смотрел на этих двоих и глубоко сомневался в адекватности своих нейронных связей. Почему, чем дольше он с ними знаком, тем страннее они себя ведут? Люди — поистине причудливые создания.

Сяо Бай: «…»

***

В темноте мужчина скрестил длинные ноги, позволяя дорогой сигаре медленно тлеть в руке. Его лицо, скрытое в тени, оставалось бесстрастным, а другая рука касалась экрана перед ним. На экране транслировалась короткая запись: пара ледяных глаз внезапно взглянула прямо в камеру, а затем экран пронзили осколки льда, покрыв стекло сетью трещин. Последним, что осталось на разбитом экране, был холодный, пренебрежительный взгляд мужчины, смотревшего на мир как на муравьев.

Огонек сигареты дошел до пальцев, но мужчина не почувствовал боли. Он продолжал сидеть в темноте, словно статуя.

— Скрип.

Дверь открылась, и раздался голос:

— Господин, сегодня он снова ходил на встречу с Юнь Сяо. — В монотонном голосе сквозила скрытая ирония.

— О. — Низкий голос был по-прежнему равнодушен.

— Разве вы не собираетесь что-то предпринять с этой дрянью? — в голосе звучали гнев и отвращение.

— Продолжай следить. — Мужчина говорил спокойно. — Хотя он уже не так интересен, но все еще полезен. Например, его способность предсказывать будущее — забавная вещь.

В темноте алые губы мужчины изогнулись в зловещей усмешке.

— …Слушаюсь.

Мужчина в дверях почтительно склонил голову, собираясь уйти.

— Постой, — внезапно окликнул его хозяин. — Передай Сяо Цзю, что на сегодняшний банкет он может не идти. Я пойду лично.

Мужчина замер, поклонился еще ниже и глухо ответил:

— Слушаюсь.

http://bllate.org/book/19863/1955363