Готовый перевод The Villain's Sword / Меч в руках злодейки: Глава 20

Старого Магического Императора слова послужили последней искрой, от которой разгорелось пламя всеобщего негодования. Лицо Чжэнь Сюй-цзы мгновенно помрачнело, и он трижды повторил:

— Хорошо, хорошо, очень хорошо! Младший Владыка демонов тайно проник в мою секту Линсяо, скрыв свою личность, украл наши сокровища, убил наших учеников, да еще и устроил такой беспорядок в день проведения турнира! Похоже, вы, демоны, совсем не ставите ни во что всех нас, адептов праведного пути. Раз так…

— Не вините тогда нашу секту Линсяо в отсутствии снисходительности!

Лин Чэньянь лишь молча наблюдала. Если бы она не знала истинных причин и следствий, то вполне могла бы поверить словам этого старика.

— Попридержи коней, — Лин Чэньянь вовремя прервала его попытку перевернуть всё с ног на голову. Она подпрыгнула к Старому Магическому Императору и добавила: — Что же ты, старик, говоришь только половину правды? Не можешь изъясняться яснее?

На виске Чжэнь Сюй-цзы задергалась жилка. Он инстинктивно почувствовал, что от этого меча ничего хорошего ждать не стоит, но под взглядами представителей других сект был вынужден сдерживаться, сохраняя достоинство главы величайшей секты мира. В конце концов, не все секты питали ненависть к демонам, а некоторые из тех, кто их ненавидел, лишь ждали удобного случая, надеясь, что две стороны перебьют друг друга, чтобы потом собрать плоды.

Однако секта Линсяо в этом деле была далеко не безгрешна, и Чжэнь Сюй-цзы попытался перебить меч, но Лин Чэньянь не дала ему такой возможности.

— Ты говоришь, что Младший Владыка демонов проник в вашу секту, скрыв личность? А не потому ли это, что вы втайне похищали учеников демонического племени? А убийство ваших учеников — разве это не ответная реакция на то, что вы сначала убили демонов, потом напали на меня, а в конце концов объединились с другими сектами, чтобы убить моего хозяина? И мой хозяин был вынужден дать отпор!

После этих слов не только Чжэнь Сюй-цзы, но и даосы Линсюй и Чэньсюй в гневе начали яростно возражать.

Чжэнь Сюй-цзы был ошеломлен внезапным поворотом событий. Он и представить не мог, что его младший брат, который следовал за ним с самого детства, окажется зловредной тварью.

Оправившись от шока, Чжэнь Сюй-цзы и остальные поспешили оправдаться:

— Гуй Цзэ — старейшина нашей секты Линсяо. Много лет назад в великой битве его лицо было изуродовано, с тех пор он скрывается под черным балахоном и изучает техники сокрытия. В нашей секте это не секрет. Да, он человек загадочный, но обвинять его в убийстве демонов лишь на этом основании — попросту нелепо.

Придя в себя, Чжэнь Сюй-цзы приказал ученикам секты Линсяо прийти в чувство, а сам со сложным выражением лица посмотрел на Гуань Ловэй и остальных, его взгляд нервно метался.

Лин Чэньянь послушно прижалась к своей хозяйке.

Главы других сект, на мгновение потеряв дар речи, принялись кричать своим ученикам:

— Заткнуть уши, сосредоточиться, прийти в себя и медитировать!

Чжэнь Сюй-цзы резко поднял голову и увидел, как Гуань Ловэй безжалостно наносит сокрушительный удар в сторону Гуй Цзэ-даоса, забившегося в угол.

Под черным балахоном глаза Гуй Цзэ налились кровью, лицо, похожее на сухую кору дерева, исказилось и превратилось в сплошную пустоту тьмы. От него исходила тошнотворная, злая и ледяная аура — точь-в-точь как у того монстра, которого они видели в городке Фэнсян.

Гуань Ловэй вернулась к Лин Чэньянь и притянула к себе меч, принявший облик серебряного клинка:

— Инь Е, держись ближе ко мне.

Раздался глухой удар.

— Разумеется! — даос Линсюй взмахнул рукавами, его лицо выражало крайнее презрение и гнев.

— Мой господин… — Гуй Цзэ-даос не уклонялся, в последний миг он лишь безумно расхохотался, вложив всю свою силу в последние слова, чтобы донести их до каждого присутствующего. Его голос был полон фанатичного обожания.

— Неужели? — не спеша произнесла Лин Чэньянь. — Значит, вы абсолютно уверены, что в вашей секте нет никакой нечисти?

В этот момент Гуань Ловэй подошла к Лин Чэньянь, достала из пространственного мешочка пилюлю и медленно подняла её в воздух, чтобы все могли разглядеть её истинный вид.

Пилюля зависла в воздухе, источая манящее сияние, по которому было ясно, что мастер, создавший её, обладает огромной силой. Гуань Ловэй медленно убрала пилюлю и посмотрела на Гуй Цзэ-даоса в углу:

— Более того, магические ядра, необходимые для этой пилюли, были добыты из тел тех самых учеников демонического племени, которые пропали без вести.

Мир замер, раздался ропот.

Чжэнь Сюй-цзы поначалу был твердо уверен, что в его секте нет нечисти — ведь они даже демонов терпеть не могли, как же могли допустить присутствие того, что называют зловредной тварью? Но, видя, с какой уверенностью говорит серебряный меч, он начал сомневаться.

Вокруг воцарилась мертвая тишина, лица старейшин великих сект стали крайне неприятными.

Хуже всего было то, что он не мог опровергнуть эти слова, потому что даже если бы он это сделал, никто бы не поверил. В каждой секте культиваторов подобные вещи случались не раз.

— Наша секта Линсяо больше всего ненавидит эту скверну, как мы могли пригреть у себя такую нечисть!

— Я не болтаю попусту, ты и сам это прекрасно знаешь, — тон Лин Чэньянь изменился, и она продолжила: — Более того, сейчас мой хозяин подозревает, что секта Линсяо, будучи первой в мире, скрывает у себя зловредную тварь, позволяя ей вредить простым людям.

Гуань Ловэй не ожидала, что монстр не станет сопротивляться, а использует последние мгновения, чтобы, потратив всю свою силу, словно провозгласить что-то.

Гуань Ловэй посмотрела на Чжэнь Сюй-цзы и усмехнулась:

— А нечисть ли это, разве сложно проверить?

Странно было то, что в такой ситуации Гуй Цзэ-даос не пытался сбежать, а пристально смотрел на Гуань Ловэй, издавая из горла хриплый, противный смех:

— Вы не сможете помешать пришествию моего господина…

Гуань Ловэй вовремя подала голос:

— Эту пилюлю я нашла на пике Гуй Цзэ-даоса, старейшины секты Линсяо.

— Это что?! — кто-то воскликнул. — Пилюля Пробуждения Духа?

На самом деле, как только Гуй Цзэ-даос принял свой истинный облик, многие присутствующие культиваторы уже окружили его.

— Мой господин, на веки вечные!

Его балахон развевался на ветру, но сам он стоял, словно вросший в землю, не уклоняясь и не прячась. Когда смертоносный удар был готов обрушиться на него, Гуй Цзэ-даос поднял голову.

— Щенок, не смей нести чепуху! — Чжэнь Сюй-цзы, чьи деяния были разоблачены, выглядел довольно скверно.

Лин Чэньянь взглянула на старика и повторила:

— Доказательства?

Черная фигура постепенно растворилась, и все услышали его последние слова. Обладатели высокого уровня культивации почувствовали звон в ушах и головокружение, а те, у кого уровень был ниже, и вовсе лишились рассудка, начав бормотать что-то невнятное.

Кто-то осознал, что дело нечисто, но большинство не хотели в это верить.

Все перевели взгляды на Гуй Цзэ-даоса в углу. Видя его черный балахон, они начали тайком исследовать его своей духовной энергией, но, как и ожидалось, никто не смог обнаружить никакой ауры.

Один старик в синем халате вышел вперед и мягко произнес:

— Ваше Высочество, есть ли у вас доказательства?

— Зловредная тварь! — закричал кто-то. — Это действительно была зловредная тварь!

Между великими кланами давно накопились обиды, а уж между сектой Линсяо, первой в мире, и демонами с духами трений было предостаточно. Раньше подобные разборки проходили молча, но теперь, когда она вынесла это на всеобщее обозрение, всё стало иначе.

Если бы люди этого не поняли сейчас, то жили бы зря.

Этот удар был нанесен с девятью десятыми силы, его отголоски привели всех в ужас. Зрачки Чжэнь Сюй-цзы сузились, в голове пронеслись тысячи мыслей, а Гуй Цзэ-даос всё так же стоял на месте.

— Чушь!

Как только эти слова прозвучали, все присутствующие культиваторы, хотели они того или нет, выразили отвращение. Лишь рука Гуй Цзэ-даоса, спрятанная под балахоном, слегка дрогнула.

Такой твари в мире культивации еще не видели. Если последнее слово было правдой, то боязно представить, сколько еще таких монстров скрывается среди них.

Тут же кто-то язвительно произнес:

— Даос Чжэнь Сюй, мы почитаем вашу секту Линсяо как первую в мире, потому что надеемся, что при появлении нечисти вы уничтожите её и очистите мир. Но сегодняшнее событие — настоящий позор для вашего титула.

— Именно! Независимо от того, знали вы или нет, эта тварь появилась в вашей секте, и вы обязаны дать нам объяснения.

— Верно, верно!

Как только случилась беда, остальные секты начали использовать этот повод, чтобы попытаться сбросить их с пьедестала.

После всего случившегося никто уже не спорил о конфликте между демонами и сектой Линсяо. Лин Чэньянь, решив не упускать веселья, зависла рядом с Гуань Ловэй, но её взгляд был прикован к Цзинь Цзиню, которого прижимал к себе Чжэнь Сюй-цзы.

Она чувствовала, что Цзинь Цзинь сейчас словно в коме, и лишь крошечная частица сознания осталась, чтобы следить за тем, что происходит снаружи.

Пока Чжэнь Сюй-цзы спорил с остальными, Лин Чэньянь воспользовалась секретной связью между магическими инструментами:

— Цзинь Цзинь, Цзинь Цзинь, проснись скорее…

Цзинь Цзинь, пребывавший в беспамятстве, смутно ощущал происходящее, но не мог ни говорить, ни двигаться. После громкого звука он почувствовал, что его чувства постепенно возвращаются.

Вскоре знакомый голос начал тревожно звать его по имени. Цзинь Цзинь изо всех сил открыл глаза и тихим голосом ответил:

— Сестрица… Инь Е.

— Слава богу, Цзинь Цзинь, — сказала Лин Чэньянь, — ты очнулся?

Цзинь Цзинь, чьи чувства восстановились, услышав голос Лин Чэньянь, широко открыл глаза:

— Сестрица Инь Е! С тобой… с тобой всё в порядке?

— Со мной всё отлично, — глаза Лин Чэньянь блеснули. — Но я чуть не погибла! Цзинь Цзинь, ты знаешь, что секта Линсяо скрывает у себя зловредную тварь? Ты правда хочешь оставаться здесь?

Когда Цзинь Цзинь был без сознания, он не мог отвечать на действия людей, но прекрасно всё осознавал.

Поэтому он тут же покачал головой:

— Нет, сестрица Инь Е, забери меня отсюда, я не хочу здесь оставаться.

Лин Чэньянь обрадовалась:

— Хорошо, тогда делай так, как я скажу…

Чжэнь Сюй-цзы, успокоив остальных, перевел взгляд на демонов, которые вели себя так, будто ничего не произошло.

— Мы не заметили зловредную тварь, это ошибка нашей секты Линсяо. Тех учеников-демонов я лишь поручил ему под надзор, не зная, что он их убьет. Месть демонов понятна, но Младший Владыка уже убил немало наших учеников, так что мы в расчете. Но…

Чжэнь Сюй-цзы перевел взгляд на Гуань Ловэй, а затем на серебряный меч:

— То, что дух меча рядом с Младшим Владыкой украл сокровище нашего старейшины, — это факт. Прошлое оставим, но как вы объясните это?

Серебряный меч отвернулся, делая вид, что ничего не слышит.

Чжэнь Сюй-цзы прищурился и посмотрел на Младшего Владыку демонов, но увидел, что Гуань Ловэй с нежностью смотрит на меч рядом с ней. Затем, о чем-то вспомнив, она с ледяным холодом в глазах посмотрела на Чжэнь Сюй-цзы:

— Глава секты Линсяо забыл, что сделал с моим духовным мечом ранее?

Когда Гуань Ловэй впервые увидела серебряный меч, её разум был заполнен лишь мыслью о том, что он жив. Но теперь, придя в себя, она заметила перемены.

В нем не осталось ни следа первородной ци духа цитры.

Вспоминая, через что пришлось пройти серебряному мечу, Гуань Ловэй холодно произнесла:

— У всего в мире есть душа. Раз глава так обошелся с моим духовным мечом, то те вещи, что он забрал, можно считать лишь малой компенсацией.

— Ты! — даос Линсюй вытаращил глаза, желая сказать, что какой-то там духовный меч не идет ни в какое сравнение с их сокровищницей, но, встретившись взглядом с глазами Гуань Ловэй, он испугался.

Сила Гуань Ловэй заставляла кожу покрываться мурашками.

Чжэнь Сюй-цзы сжал зубы так, что, казалось, они вот-вот раскрошатся, и наконец сдался:

— Хорошо.

Им нужно было вернуть ту частицу первородной ци духу цитры, а в итоге они потеряли всё накопленное.

Сейчас здесь была армия демонов, а их дела со зловредной тварью были запутаны, так что вступать в бой было бы для секты Линсяо себе дороже.

Чжэнь Сюй-цзы взмахнул рукавами и собрался уходить.

Позади Лин Чэньянь передала Старому Магическому Императору гору украденных вещей. Тот почти сразу понял намерение серебряного меча. Он злорадно посмотрел на спину Чжэнь Сюй-цзы и украдкой поднял большой палец вверх.

Чжэнь Сюй-цзы только успел повернуться, как услышал голос Старого Магического Императора:

— Нарушить ваш турнир было ошибкой нашего демонического племени. У нас есть небольшие дары, которые мы хотим преподнести всем вам в качестве извинений.

Сказав это, он разделил украденные Лин Чэньянь пилюли и сокровища и отправил их в сторону старейшин других сект.

Чжэнь Сюй-цзы лишь мельком взглянул на них, и, увидев, что это за вещи, его лицо почернело.

Даос Чэньсюй дрожащими руками коснулся своего обугленного подбородка и пробормотал:

— Наглость, это просто неслыханная наглость!

Лин Чэньянь любезно напомнила Старому Магическому Императору:

— Ваше Величество, вы забыли преподнести дар хозяевам турнира — секте Линсяо.

Старый Магический Император хлопнул себя по лбу:

— Точно, точно!

Сказав это, он отделил часть сокровищ и отправил их Чжэнь Сюй-цзы, улыбаясь:

— Прошу прощения за бестактность, надеюсь, глава примет этот дар и наши отношения не пострадают.

У Чжэнь Сюй-цзы задергался глаз. Это были не дары, а прямое оскорбление, но он остановил даоса Линсюя, который уже готов был сорваться, взмахнул рукой, принимая сокровища, и с натянутой улыбкой произнес:

— Раз так, то благодарю Магического Императора.

— Это мой долг, мой долг, — скромно ответил Старый Магический Император.

Чжэнь Сюй-цзы, сдерживая желание убить всех вокруг, развернулся, чтобы уйти, но тут случилась новая беда.

Все увидели, как длинная цитра, которую Чжэнь Сюй-цзы всё это время держал в руках, внезапно вспыхнула золотым светом и под изумленным взглядом главы полетела прямо к серебряному мечу рядом с Младшим Владыкой демонов.

Все: «…»

После гробовой тишины Чжэнь Сюй-цзы больше не мог сдерживаться. Его духовная энергия забурлила, и он с убийственным взглядом уставился на Лин Чэньянь:

— Маленькая воровка, умри!

Учитывая прошлый опыт, все решили, что это снова проделки духа меча, который хочет украсть главное сокровище секты Линсяо. Ведь она уже нашла сокровища, спрятанные главой и двумя старейшинами, так что нет ничего удивительного, если она заставила этот артефакт подчиниться ей.

Под взглядами толпы Лин Чэньянь почувствовала себя неловко, но тут же расправила плечи и с удивлением посмотрела на цитру:

— Что ты делаешь?

Она не обратила внимания на атаку Чжэнь Сюй-цзы — с Гуань Ловэй и Старым Магическим Императором им не причинить ей вреда.

Цитра загудела.

Лин Чэньянь воскликнула:

— Ты хочешь уйти со мной? Почему?

Цитра снова загудела.

Лин Чэньянь с сожалением сказала:

— Ты говоришь, что секта Линсяо, скрывающая нечисть, совершила непростительный грех?

Цитра перестала вибрировать и плотно прижалась к серебряному мечу, демонстрируя свою позицию.

Представители других сект начали перешептываться. Одни смотрели с жадностью, другие — с неодобрением, а третьи с любопытством спрашивали, почему глава секты Линсяо был так взволнован, когда цитра вспыхнула золотым светом.

— Это, конечно, потому, что духовная вещь выказала желание признать хозяина, поэтому и вспыхнула. Когда артефакт по-настоящему признает хозяина, зрелище будет куда масштабнее нынешнего.

Лин Чэньянь не знала этого и думала, что это всё — часть их с Цзинь Цзинем плана.

Чжэнь Сюй-цзы не мог смириться с тем, что главное сокровище его секты было похищено кем-то другим. Но он знал цитру Ваншэнь — если она сама того не желает, то ни за что не испустит ни лучика золотого света.

После нескольких столкновений с Гуань Ловэй он отступил к секте Линсяо и закричал:

— Хватит нести чушь! Артефакт уже много лет не желал признавать хозяина. Кроме тебя, никто другой не может понять духовную вещь, откуда нам знать, не врешь ли ты!

Однако, как только эти слова прозвучали, многие представители сект заметили:

— Этот духовный меч действительно прав.

Когда Лин Чэньянь обсуждала всё с Цзинь Цзинем, она тайно использовала передачу звука, а сейчас, на глазах у всех, она не только не использовала её, но и специально повысила голос.

Лицо Чжэнь Сюй-цзы помрачнело, словно грозовая туча. Даже если все вокруг говорили, что Лин Чэньянь права, он ни за что не собирался отдавать артефакт.

В разгар противостояния небо внезапно изменилось. С востока поднялись семицветные благоприятные знамения: золотой дракон и феникс с огненными перьями переплелись в небе, и низкий рев дракона вместе с пронзительным криком феникса медленно разлились по округе.

Ученики были поражены этим чудом, раздались возгласы восхищения. Лишь немногие, обладавшие глубокой культивацией, с завистью или ревностью прошептали:

— Она признает хозяина.

Только Чжэнь Сюй-цзы и два других старейшины из секты Линсяо смотрели на это с кровавыми глазами и гневно кричали:

— Нет!!!

Луч золотого света упал с неба, окутав цитру Ваншэнь и серебряный меч рядом с ней. Тепло, казалось, исходило из самой души, проходя от макушки до пят. Лин Чэньянь чувствовала, как её тело становится теплым, словно тающий весенний снег, а затем между ней и Цзинь Цзинем возникла невидимая, невыразимая связь.

Золотой свет рассеялся. Как только Лин Чэньянь открыла глаза, она увидела Чжэнь Сюй-цзы, который, выплюнув кровь, упал в обморок.

Окинув взглядом остальных культиваторов, она увидела, что их глаза чуть не вылезли из орбит.

Они слышали, как артефакты признают людей, но чтобы артефакт признал хозяином другой магический инструмент — такое было неслыханно!

Авторские примечания:

Лин Чэньянь: Хе-хе, сегодня вы это увидели.

http://bllate.org/book/20839/2100184