Готовый перевод Reborn: The Cold Guard Loves Only Me / Возрождение: Холодный страж отдаёт мне всё: Глава 3

Жо Чжу наполнил купальню горячей водой, но, обернувшись, застал своего господина в странной «схватке» с теневым стражем. Соблюдая правило не видеть того, чего видеть не следует, он отошел подальше и опустился на колени:

— Господин, горячая вода готова.

Не дождавшись ответа, Жо Чжу проявил смекалку и поспешно удалился.

Цинь Юйчжэн, придерживая дрожащего от страха маленького стража, с улыбкой произнес:

— Иди помойся, переоденься в чистое, а обо всем остальном я расскажу тебе позже.

Цзин Мо, услышав это, поднял окровавленную голову. Его затуманенный взгляд встретился с глазами господина:

— Слушаюсь, господин.

Цинь Юйчжэн отпустил его, и Цзин Мо, весь трясясь, на четвереньках сполз на пол. Громкий стук его коленей о камни заставил Цинь Юйчжэна нахмуриться.

— Господин, позвольте… позвольте мне пойти помыться, а потом я вернусь, хорошо? — Цзин Мо распростерся на полу, его голос неконтролируемо дрожал.

— Ты не понимаешь, что я сказал? — Вид этого перепуганного стража вызвал у Цинь Юйчжэна неожиданный интерес. Ему хотелось видеть, как тот плачет, как молит о пощаде, как, не имея сил сопротивляться, раз за разом смиренно уступает.

Цзин Мо застыл, его сознание помутилось, но он заставил себя собраться:

— Простите, господин, я подчиняюсь.

— В комнате горит жаровня, здесь тепло. Снимай одежду прямо здесь. — Цинь Юйчжэн, не спеша усевшись на кушетку, принялся с любопытством наблюдать за реакцией Цзин Мо.

— Слушаюсь… господин.

Цзин Мо, скованный оцепенением, принялся медленно снимать одежду. Он не понимал, чего хочет господин. Он был лишь низшим теневым стражем, чья жизнь ничего не стоила, стражем, от которого господин отказался, превратив в живое лекарство. Он боялся смерти, но больше всего боялся огорчить господина — это было непростительным грехом.

Встав, Цзин Мо поначалу двигался быстро. Он снимал пропитанные кровью лохмотья, стараясь не запачкать место, где сидел господин, и бережно складывал каждую вещь. Одежда давно превратилась в негодные обноски. Дойдя до последнего слоя белья, Цзин Мо, не зная намерений господина и боясь, что его грязное тело осквернит взор хозяина, остановился. Прижимая к груди ком окровавленной ткани, он опустился на колени в сторону Цинь Юйчжэна:

— Господин, я…

Цинь Юйчжэн смотрел на исподнее Цзин Мо. Когда-то белое, теперь оно стало черно-бурым от засохшей крови.

— Почему не снимаешь последнее? — Цинь Юйчжэн поднялся с кушетки и сделал шаг навстречу.

Цзин Мо вскинул голову. Его глаза расширились, тело содрогнулось, а губы задрожали так, что он не мог вымолвить ни слова.

— Господин, мое тело уродливо. Я боюсь осквернить ваши глаза и вызвать ваше отвращение. Можно оставить это?

Цинь Юйчжэн, конечно, не согласился. У него были свои цели. Подойдя к Цзин Мо, он внимательно осмотрел его и произнес:

— Понял. Ты хочешь, чтобы я сам это сделал, верно?

Тон был утвердительным, без тени шутки. Цзин Мо в испуге ударился лбом о пол:

— Нет… нет… я… я сейчас сам…

Последний слой одежды был снят под принуждением. И когда ткань упала, Цинь Юйчжэн увидел то, чего ожидал. На обнаженном теле Цзин Мо не осталось живого места: все было покрыто ямами и буграми от шрамов, которые постоянно рвались и снова заживали. Цинь Юйчжэн и сам не знал, чего добивается. Он ведь прекрасно понимал: как можно вернуться невредимым после года, проведенного в Долине Лекарств в качестве живого лекарства?

В горле Цинь Юйчжэна встал ком. Он стоял и смотрел на полосы крови на теле Цзин Мо, не в силах вымолвить ни слова. Его охватило раскаяние — вид Цзин Мо причинял ему боль.

Оставшись совсем без одежды, Цзин Мо ощутил кожей прохладу воздуха и задрожал еще сильнее. Он с тревогой посмотрел на господина и, заметив странный взгляд, поспешно прикрылся руками. Он знал, что его тело уродливо и вызывает отвращение.

— Гос… господин… позвольте мне пойти помыться, пожалуйста? — Его голос срывался, несмотря на все попытки сдержаться.

Цинь Юйчжэн очнулся от своих мыслей и, сфокусировав взгляд, тихо ответил:

— Мойся здесь. Я буду смотреть.

Цзин Мо был готов разрыдаться. Стоя на коленях с комком черной одежды в руках, он не знал, что делать.

— Что такое? Стесняешься?

Цзин Мо не знал, что такое стеснение. Он испытывал лишь ужас перед неизвестностью.

— Гос… господин…

— Не медли. Вода готова. Или ты хочешь, чтобы я тебя отнес? — В голосе Цинь Юйчжэна послышалась легкая усмешка.

Цзин Мо вытаращил глаза, вскочил и стремглав бросился к бадье за ширмой.

Цинь Юйчжэн, глядя на его неуклюжие действия, приподнял уголок губ и притворно рявкнул:

— Брось одежду в сторону! Не хочу видеть этот мусор.

Цзин Мо хотел было снова опуститься на колени, но господин его одернул:

— Мойся.

— Сп… спасибо, господин. — Цзин Мо в панике отбросил одежду, но, стоя у бадьи, заколебался.

Это ведь вещь господина, как он смеет ее касаться? Он мялся, не решаясь войти в воду.

Цинь Юйчжэн, потеряв терпение, широким шагом направился к нему. Цзин Мо, обернувшись с невинным испугом в глазах, при виде господина тут же прыгнул в бадью.

Цинь Юйчжэн: «…» Прекрасно. Он что, демон?

Рваные раны на коже отозвались жгучей болью от горячей воды, но Цзин Мо стиснул зубы и стерпел.

Цинь Юйчжэн бросил на него взгляд, вышел из покоев и закрыл дверь, оставив Цзин Мо в одиночестве.

Сознание Цзин Мо путалось. От жара у него закружилась голова, и он, обессилев, провалился в забытье, свесив голову на край бадьи.

Вскоре Цинь Юйчжэн вернулся с какими-то свертками и увидел, что маленький страж уснул прямо в воде. Его худое тело медленно сползало вниз, и вода вот-вот должна была накрыть его с головой. Цинь Юйчжэн отложил свертки, сделал шаг вперед и вытащил его из бадьи.

— М-м… — Цзин Мо вздрогнул и распахнул глаза. В панике озираясь, он встретился с холодным взглядом господина.

Цзин Мо: «…»

— Господин, простите, я…

Цинь Юйчжэн ничего не ответил. Посмотрев на окрашенную кровью воду, он подхватил обнаженного стража на руки.

Цзин Мо оцепенел. Его лицо залилось краской, но в объятиях господина он не смел даже пошевелиться, лишь неконтролируемо дрожал.

— Господин… — робко прошептал он.

Цинь Юйчжэн, не глядя на него, холодно бросил:

— Заткнись. Я не разрешал тебе говорить.

Цзин Мо замер и, не смея поднять глаз, послушно кивнул.

— Кто-нибудь, смените воду.

Жо Чжу, дожидавшийся снаружи, тут же вошел и, откликнувшись, позвал слуг, чтобы помочь сменить воду.

Цзин Мо бросили на кровать Цинь Юйчжэна и укрыли одеялом. Он лежал, не в силах пошевелиться, и мысли его путались.

Неужели господин хочет его? Но он такой уродливый и бестолковый, господин не может им заинтересоваться. Зачем тогда он привез его во Дворец Линсяо и сам готовил воду для купания?

Голова Цзин Мо шла кругом, тело было истощено до предела, и вскоре он снова провалился в полубессознательное состояние.

Цинь Юйчжэн ждал рядом. Он и сам не понимал, чего хочет.

Вернувшись из прошлой жизни, первым делом он хотел увидеть Цзин Мо. Узнав, что тот изранен в Долине Лекарств, он забрал его. Привез, увидел, какой тот грязный, и решил искупать. Но какова была причина?

Маленький страж когда-то защитил его в прошлой жизни, и теперь он спас его в ответ? Если так, он мог бы просто помиловать его, дать денег и отпустить на все четыре стороны.

Отпустить?

Уйти из Дворца Цюнхуа и больше никогда не встретиться?

Нет! Он не позволит ему уйти!

Цинь Юйчжэн перевел взгляд на закутанного в одеяло Цзин Мо.

Неожиданно в нем проснулось собственническое чувство: Цзин Мо принадлежит ему, даже если умрет — все равно будет принадлежать ему.

Вскоре слуги закончили работу. Увидев, что страж снова потерял сознание, Цинь Юйчжэн сдернул одеяло и, подхватив его, отнес к бадье. Он высыпал в воду лекарства, которые только что выпросил у старейшины Гу Юя. Температура была высокой, и травы быстро растворились.

На этот раз Цзин Мо спал так крепко, что не проснулся, как бы Цинь Юйчжэн его ни ворочал. Опуская его в воду, он нежно касался его кожи, проводя пальцами по шрамам.

Раз он готов был пожертвовать жизнью ради него, значит, этот малыш, должно быть, любит его? В прошлой жизни он не задумывался об этом, а сейчас мог смело предположить. Какая к черту верность? Цинь Юйчжэн усмехнулся: верность — это пустые слова, но если это искренняя любовь — дело другое.

Цинь Юйчжэн присел на корточки, поравнявшись с сидящим в бадье Цзин Мо. В горячем пару бледное лицо стража казалось призрачным.

Любит его? Одной мысли об этом было достаточно, чтобы Цинь Юйчжэн почувствовал удовлетворение. Маленький страж может его любить.

Лекарства должны были ускорить заживление. Спустя некоторое время Цинь Юйчжэн вытащил его из воды, перенес на кушетку и тщательно укрыл.

— Кто-нибудь, принесите что-нибудь легкоусвояемое.

Жо Чжу доложил о выполнении и поспешил на кухню.

Цзин Мо проснулся от того, что его трясли. Первым, что он увидел, было прекрасное лицо господина, но, к удивлению, он не отпрянул от страха.

Цинь Юйчжэн удивился. На самом деле Цзин Мо просто еще не до конца пришел в себя и думал, что видит сон. Но как только сознание прояснилось, его глаза расширились от ужаса, он вскочил на колени и задрожал:

— Пощадите, господин! Я не хотел засыпать!

Эта сцена показалась Цинь Юйчжэну неприятной. Если страж любит его, почему так боится?

— Вставай, поешь, а потом я отведу тебя к старейшине Гу Юю, чтобы тебя осмотрели.

Цзин Мо склонился ниже:

— Со мной все хорошо, господин. Не стоит утруждаться.

Цинь Юйчжэн нетерпеливо и холодно произнес:

— Я приказал. Ты хочешь пойти против моей воли?

Услышав слово приказ, страж умолк и с невинным видом уставился на него.

— Вставай и ешь.

Цзин Мо послушно слез с кровати и тут заметил, что на нем нет ни нитки одежды. Он впал в панику:

— Гос… господин… я… — он схватил одеяло, чтобы прикрыться, покраснев до корней волос.

Цинь Юйчжэн приподнял бровь и протянул ему свою одежду. Цзин Мо машинально взял ее, но понял, что размер не тот. Он был готов разрыдаться и с красными глазами посмотрел на господина.

Цинь Юйчжэн с усмешкой дал понять: другой одежды нет, не наденешь — останешься так.

Цзин Мо со слезами на глазах, дрожащими руками смиренно облачился в одежду господина. Хозяин был намного выше, и вещи висели на нем, как мешок. Цинь Юйчжэн не выдержал и отвернулся, чтобы скрыть улыбку.

Цзин Мо подошел к столику и опустился на колени на тонкий коврик.

— Благодарю, господин. — Он принялся быстро есть кашу.

Цинь Юйчжэн наблюдал за ним:

— С этого дня тебе не нужно ходить в Долину Лекарств. Будешь при мне, прислуживать мне.

Рука Цзин Мо дрогнула, он поспешно ответил:

— Слушаюсь, господин.

Когда с кашей было покончено, Цинь Юйчжэн повел его в боковой зал. Старейшина Гу Юй уже давно ждал — он был человеком замкнутым и не любил выходить из дома.

— Осмотри его.

Гу Юй бросил взгляд на Цзин Мо. Тот подошел и поклонился:

— Приветствую старейшину.

Цинь Юйчжэн одной рукой поднял его:

— Впредь не смей кланяться никому, кроме меня. Запомнил?

Цзин Мо озадаченно кивнул:

— Слушаюсь, господин.

Взгляд старейшины метался между ними, и он быстро понял, что к чему. Цзин Мо сел рядом и протянул запястье для осмотра.

— Пульс слабый, внутренняя энергия истощена, внутренние органы сильно повреждены. Долго не проживет.

Цинь Юйчжэн нахмурился. Цзин Мо замер, а затем кивнул:

— Благодарю, старейшина.

Он знал о своем состоянии. Он и не просил долгой жизни, лишь хотел успеть сделать побольше для господина, пока есть время.

— Как его лечить? — спросил Цинь Юйчжэн.

Гу Юй погладил белую бороду:

— Его раны накапливались годами. Вылечить их непросто. К тому же, он всего лишь низший страж, живое лекарство. Стоит ли тратить силы?

Цзин Мо побледнел и взглянул на господина:

— Господин, не нужно меня лечить. Это пустяковые раны, не стоит беспокоиться.

Цинь Юйчжэн посмотрел на него, но Цзин Мо опустил голову.

— Значит, тебе нравится быть живым лекарством?

Цзин Мо ответил:

— Пока я нужен господину, я сделаю что угодно. Лечение — дело хлопотное, старейшина прав. Мне не нужно лечение, я чувствую себя хорошо. Что бы вам ни потребовалось, я справлюсь.

Сердце Цинь Юйчжэна пронзила боль.

Старейшина Гу Юй равнодушно отпил чаю:

— Хорошо себя чувствуешь? Настолько, что дважды упал в обморок, принимая ванну?

Цзин Мо покраснел от стыда, но тут же помрачнел, подошел к Цинь Юйчжэну, опустился на колени и произнес:

— Простите, господин. Я виноват, прошу, накажите меня.

http://bllate.org/book/20927/2118355