Чи Чэн помог У Совэю затолкнуть трехколесный велосипед наверх. Не обращая внимания на промокшие волосы и одежду, он забрал у У Совэя зонт и пристально посмотрел на него. Эй… — У Совэй только было открыл рот, собираясь что-то сказать, но Чи Чэн, не слушая, решительно зашагал прочь.
После ухода Чи Чэна У Совэй прокручивал в голове недавнюю сцену: как тот молча помогал ему толкать тележку и ни слова не сказал, даже когда У Совэй взобрался наверх, добавив веса. В сердце невольно зародилось ликование. Он опустил глаза, и на губах заиграла улыбка: план сработал!
Шуай… — увидев, что Чи Чэн ушел, Цзян Сяошуай осторожно выглянул из-за дерева.
У Совэй услышал звук подъезжающего автомобиля и поспешно спрятал улыбку, повернув голову к сидевшему на пассажирском сиденье Чи Чэну. Стекло было опущено, и они не сводили друг с друга глаз. Казалось, само время остановилось в этот миг. Взгляд Чи Чэна был глубоким, словно бездна, и в нем целиком отражался У Совэй.
Эй… — У Совэй хотел было что-то произнести, но, увидев, как Чи Чэн уезжает, лишь опустил руку. Он с победным видом хмыкнул и откинулся на спинку сиденья.
Увидев подошедшего с зонтом Цзян Сяошуая, У Совэй встал и указал вперед:
— Ну что, теперь ты его увидел?
Цзян Сяошуай кивнул, выражение его лица было странным. Он ткнул пальцем в У Совэя и с чувством произнес:
— Раньше я думал, что переоцениваю тебя, но теперь вижу — я недооценил Чи Чэна!
У Совэй помрачнел. Он вытер лицо, пытаясь отстоять свою позицию:
— Черт! Неужели у меня нет ни единого шанса подавить его?
— Разве что во сне! — Цзян Сяошуай вздохнул и сочувственно похлопал У Совэя по плечу.
Окружающие невольно прикрыли рты, посмеиваясь над тем, что у Цзян Сяошуая язык как жало.
— Ха-ха! Цзян Сяошуай недаром учитель У Совэя, вообще никакого авторитета не признает!
— Умора, ну и прямолинейность!
— Этот У Совэй все еще не оставил попыток подавить молодого господина Чи?
— Вот это целеустремленность!
Глядя на промокшего Чи Чэна, Го Чэнъюй усмехнулся:
— Чи Чэн, ну ты и добряк. У Совэй тебя трижды провоцировал, а ты даже не злишься, сам вышел из машины, чтобы помочь ему толкать тележку. Что, попался?
У Совэй покраснел, не зная, что ответить. Чи Чэн, заметив это, со смехом отрезал:
— Отвали. Это наши с ним личные нежности, тебя не касается.
Слова были настолько откровенными, что даже мать У Совэя смутилась и с непроницаемым видом перевела взгляд на обоих парней.
Отомстив за У Совэя, Чи Чэн вспомнил, что тот все еще мечтает взять верх над ним, и усмехнулся. Повернув голову к своему милому сокровищу, он произнес:
— Вэй-Вэй, брось эти мысли. Тебе достаточно просто наслаждаться в постели, а такую тяжелую работу оставь мне!
У Совэй, услышав это, тут же взвился. В конце концов, он тоже настоящий мужчина, с чего бы ему быть снизу? Он выдернул свою руку из ладони Чи Чэна, фыркнул и демонстративно отвернулся.
Чи Чэн: Конец, разозлил… Что делать? Жду совета онлайн, очень срочно!
Го Чэнъюй, глядя на разрумянившееся лицо Цзян Сяошуая, тихо рассмеялся и поддразнил его:
— Шуай-Шуай, отличный ход. И случайную встречу организовал, и Чи Чэна прощупал. Гениально! Ты просто молодец!
Цзян Сяошуай гордо задрал подбородок, внутренне аплодируя самому себе за придуманный план.
Ну и парочка… Го Чэнъюй долго пытался подобрать подходящее описание, но в итоге сдался.
Ганцзы, чувствуя себя лишь инструментом в чужих руках, грыз яблоко и говорил Ли Вану:
— Ван-цзы (хруст-хруст), неудивительно, что молодой господин Чи сдался (хруст-хруст). С таким стратегом, как Цзян Сяошуай (хруст-хруст), да еще когда У Совэй — такой редкий экземпляр (хруст-хруст), Чи Чэну было не устоять!
Ли Ван закатил глаза: что ты там бормочешь?
Ван Шо, которого брат только что заставил принять лекарство, пребывал в полудреме, но эта сцена вновь вывела его из равновесия. Его лицо помрачнело. Чи Чэн лично вышел из машины, чтобы помочь У Совэю? И даже не разозлился, когда тот сел в тележку! В душе вновь вскипела злоба, он с ненавистью уставился на У Совэя.
Животный инстинкт У Совэя заставил его обернуться. Он увидел незнакомого мужчину, который буравил его тяжелым, пугающим взглядом. У Совэй почувствовал страх и дернул Чи Чэна за край одежды:
— Эй, почему тот человек сзади постоянно смотрит на меня? Взгляд у него какой-то нездоровый!
Чи Чэн помрачнел, склонился к У Совэю и мягко успокоил его, сказав, что у того парня проблемы с психикой, и попросил не волноваться. Затем он поднял голову и бросил на Ван Шо холодный, ледяной взгляд.
Ван Шо хотел было вскочить, но Ван Чжэнь крепко прижал его к себе. Как бы Ван Шо ни вырывался, он не мог освободиться и переключил всё свое внимание на ненавистного брата, начав беспорядочно колотить его. Ван Чжэнь оставался невозмутим.
Чи Чэн бросил взгляд на Ван Чжэня. Тот молча смотрел в ответ. Между ними состоялся безмолвный поединок взглядов.
Цзян Сяошуай тоже заметил происходящее и забеспокоился. Го Чэнъюй успокоил его:
— Не обращай внимания, он больной на голову. Он любит Чи Чэна, поэтому ненавидит всех, к кому Чи Чэн проявляет доброту.
Глаза Цзян Сяошуая загорелись — еще одна сплетня! Го Чэнъюй, глядя на его оживленное личико, не удержался и взъерошил ему волосы:
— Но не волнуйся, пока есть Чи Чэн, он не позволит Ван Шо навредить У Совэю.
Цзян Сяошуай немного успокоился, но решил обязательно рассказать обо всем У Совэю, чтобы тот был начеку.
Днем, на террасе клиники.
У Совэй лениво развалился на стуле, закинув ноги на столик, и слушал план Цзян Сяошуая.
— Наш следующий шаг — это… СОЗДАНИЕ СЛУЧАЙНОЙ ВСТРЕЧИ!
Цзян Сяошуай указкой постучал по словам на доске и, повернувшись, указал на У Совэя:
— Кто из вас кого подавит… и так ясно!
У Совэй задумался, но остался верен своим убеждениям:
— Я подавлю его!
Цзян Сяошуай запнулся и решил сменить тему:
— Внешние данные у тебя, в принципе, неплохие…
У Совэй тут же с довольным видом задрал голову, прищурился, и от него повеяло радостью.
Цзян Сяошуай продолжил:
— Просто стиль одежды нужно сменить.
У Совэй посмотрел на свою широкую полосатую кофту и озадаченно взглянул на друга. Цзян Сяошуай ткнул указкой в его одежду и покачал головой:
— Ты одеваешься слишком по-мужлански!
С этими словами Цзян Сяошуай загадочно улыбнулся, провел ладонью по указке и двусмысленно произнес:
— Нужно… пособлазнительнее!
Чи Чэн, глядя на экран, задумался. Он повернулся к Цзян Сяошуаю и сказал:
— Неплохо, научи его еще чему-нибудь!
Цзян Сяошуай: ???
У Совэй: ???
Го Чэнъюй, услышав это, рассмеялся:
— Отойди-ка. Чему хочешь научить, учи сам, не утомляй нашего Шуай-Шуая!
Отец Го, слушая их, почувствовал неладное и строго одернул:
— Чэнъюй, что за тон?
Лицо Го Чэнъюя изменилось, взгляд стал мрачным, он замолчал. Отец Чи давно понял, что его приемный сын, как и Чи Чэн, положил глаз на этого парня. Он решил заранее подстелить соломки для старого Го и сгладить углы:
— Ой, старый Го, ребята просто дружат, поэтому так свободно общаются. Забыл, какую ерунду ты сам мне в молодости порол? Не принимай близко к сердцу. Дети выросли, стали рассудительными, ты уже не можешь контролировать их, как в детстве. Давай досмотрим.
Услышав это, все поняли, что тут назревает скандал, и уставились на отца Го. Даже мать Го с любопытством взглянула на своего мужа. Отец Го, почувствовав на себе взгляды, покраснел и сердито зыркнул на отца Чи: зачем этот старый хрыч болтает лишнее и вспоминает его молодость?
http://bllate.org/book/20930/2118890
Готово:
