Нин Цайчэнь, наблюдая, как Мо Лин забирается к нему на руки, несколько раз закатил глаза, но та и не подумала отпускать его. Не найдя другого выхода, он постучал ее по голове и раздраженно произнес:
Увидев приближающуюся особу, Мо Лин тут же растеряла всю невозмутимость. Ей казалось, что она просто проходила мимо — клянется, она правда просто мимо проходила!
Си Чэнци неторопливой поступью подошла к Мо Лин и Нин Цайчэню, слегка нахмурила брови — и чашка на столе с тихим звуком превратилась в пыль.
— Госпожа Мо Лин.
— А?
— Чего это вы так быстро явились? Придумали способ? Тогда пошли.
С этими словами она притянула стоявшую рядом Цзю Иэр и вышла из комнаты.
— Ой! Да как же так?
Мо Лин помедлила три секунды, еще три секунды — и уже серьезно выдала:
— Она ведь даже ничего не сказала.
— А что она должна была сказать?
Нин Цайчэнь скосила глаза на эту дурочку, больше не обращая на нее внимания, и быстро зашагала следом за уже ушедшими вперед двумя спутницами.
— Эй! Подожди меня, ты, мертвячка!
У Си Чэнци был принцип: око за око, зуб за зуб. Раз уж та сегодня учудила такое, неужели это не перешло ее дозволенных границ? Этого просто не могло быть! Проведя четкий и обоснованный анализ, она окликнула спутницу, но обнаружила, что Нин Цайчэня уже нет в комнате. Окинув всё вокруг беглым взглядом, она заметила, что та уже снаружи, и громко позвала ее в ту сторону.
Услышав окрик, Нин Цайчэнь обернулась и, дождавшись вылетевшей пулей ненормальной, остановилась на месте.
— Говорю тебе, я натерпелась страху! Эта Си Чэнци просто ужасна, ее молчание — предвестник бури. Ты только посмотри, какая она была невозмутимая!
Мо Лин без конца болтала над ухом, и Нин Цайчэню стоило немалых трудов сдерживать руки, которые так и норовили отшвырнуть эту говорунью подальше. И надо же было ей встретить такого невероятного болтуна!
— Тьфу, а меня-то чего не боишься?
— А ты угадай! Угадаешь — будет награда, не угадаешь — наказание.
Она задорно изогнула бровь и с хитрой ухмылкой уставилась на Нин Цайчэнь, вынашивая в голове кучу каверзных планов и поджидая, пока та клюнет.
Чистый и безобидный беленький кролик.
— Да ты просто с ума сошла.
Ладно, хватит баловаться, пошли на выход, ждать остальных. Не задерживая шагов, Нин Цайчэнь направилась в противоположную сторону, оставив Мо Лин в полном недоумении.
— Чего это она сегодня такая холодная? — однако та быстро последовала за ней.
Си Чэнци вместе с Цзю Иэр собралась зайти и попрощаться, но, оказавшись внутри, поняла, что комната опустела — лишь одинокое письмо на столе нетерпеливо подражало ветру, словно заявляя, что хозяева отлучились.
Дочитав послание до конца, она вместе со спутницей поспешно удалилась, пылая жгучей ненавистью к бесстыдству этой парочки — человека и кошки. Попадется она им в следующий раз — непременно заставит вернуть всё в двойном размере!
Увидев вышедшую двоицу, Мо Лин выплюнула травинку собачьего хвоста, которую жевала, и приблизилась к Си Чэнци, при этом украдкой бросая оценивающие взгляды на Цзю Иэр. Она то и дело переводила взгляд с одной на другую, отчего Цзю Иэр почувствовала себя весьма неуютно.
Си Чэнци, разумеется, заметила промелькнувшее на лице Цзю Иэр раздражение. Шагнув вперед, она заслонила ее от взглядов Мо Лин, но та и не думала смущаться — она лишь склонила голову набок и продолжила пялиться на Цзю Иэр. На этот раз из себя вышла не одна лишь Цзю Иэр.
Стоявшая рядом Нин Цайчэнь понятия не имела, с какой стати Мо Лин уставилась на эту женщину. Ладно бы посмотрела пару минут и хватит, но так глазеть — это уже переходило все границы и действительно бесило. Сдерживаемое доселе раздражение вырвалось наружу, и Нин Цайчэнь, мигом оказавшись рядом, ухватила Мо Лин за ухо и принялась его крутить.
Си Чэнци, изначально собиравшаяся сама проучить эту нахалку, никак не ожидала, что кто-то опередит ее. Бросив ледяной взгляд на вовсю волающую пострадавшую, она взяла за руку Цзю Иэр и зашагала прочь.
— Ай-яй-яй, больно! Сестрица, отпусти — оторвешь же!
Мо Лин ухватилась за терзавшую ее ухо руку, пытаясь ее разжать, но хватка становилась только крепче. Зная, что умный в гору не пойдет, она решила не геройствовать и выдавила из себя пару фальшивых слезинок, надеясь разжалобить Нин Цайчэнь.
Нин Цайчэнь, глядя на то, до какого состояния она довела эту особу, впрочем, не испытывала злости. Она уже собиралась разжать пальцы, но тут вспомнила, как эта нахалка только что смела так пялиться на другую женщину! Хотя та и вправду была чуточку красивее ее самой… Ладно, признаться честно, намного красивее! Но это же не повод таращиться так, будто глаза сейчас из орбит выпадут!
Протянутая рука резко дернулась назад, и Нин Цайчэнь вдобавок ухватила ее за второе ухо, принявшись самозабвенно его выкручивать. И лишь заметив настоящие слезы — хотя и понимала, что та притворяется, — все же не выдержала и отпустила. Глядя на раскрасневшиеся от ее издевательств уши, Нин Цайчэнь почувствовала укол совести и мягко провела по ним ладонью, но Мо Лин тут же отшатнулась, и рука замерла в воздухе.
Заметив, что протянутая было ладонь снова приближается, Мо Лин испытала настоящий внутрентний крах. Мысленно заливаясь слезами, она невольно втянула голову в плечи и отступила на полшага назад.
— Иди сюда.
Увидев съжившуюся в шаге от нее особу, чье лицо выражало вселенскую скорбь обиженного ребенка, Нин Цайчэнь с улыбкой поманила ее пальцем.
Мо Лин боязливо сделала крошечный шаг вперед, заранее готовясь к новой порции издевательств. Ее жалобный взгляд был настолько убедительным, что Нин Цайчэнь и впрямь поверила, будто перед ней чистый и безобидный белый кролик. Знай она, что под овечьей шкурой скрывается злобный волк, ее бы вряд ли удалось так легко обмануть.
Не дожидаясь, пока та подойдет, Нин Цайчэнь сама преодолела оставшееся расстояние, легко коснулась ее уха и вдруг наклонилась, запечатлев легкий поцелуй на том самом месте, которое только что так усердно терзала.
Мо Лин совершенно не ожидала такого поворота. Судорожно вздохнув, она замерла, но тут же встрепенулась от слов, которые прошептала кусавшая ее за ухо девушка:
— Ты же обещала, — не смей отпираться!
Мо Лин мизинцем зацепила Нин Цайчэнь за ладонь, начисто позабыв о только что пострадавших ушах.
И под презрительными взглядами Нин Цайчэнь Мо Лин взяла ее за руку, и они взмыли в небеса на мечах, спеша догнать ушедшую вперед парочку.
Наконец-то добрались!
В постоялом дворе все были заняты обустройством своих комнат — все, кроме одной особой. Закинув ногу на ногу и зажав в кулаке горсть семечек, она решила посвятить себя исключительно лузганью. Лузгая семечки, она невольно бросила взгляд на сидевшую неподалеку и погруженную в свои мысли Цзю Иэр.
Мо Лин вскинула голову, заметив задумчивость Цзю Иэр, и на сердце у нее скребли кошки. Она подумала: «И что с этой девчонкой не так? Сколько раз встречались, а она даже не здоровается, совсем забыла о нашей былой сердечной дружбе в Мире Бессметных!» Теперь же та делала вид, будто видит ее впервые, глядя сквозь нее, как на пустое место.
Мо Лин резко подбросила горсть семечек в воздух и с недовольным видом направилась прямо к Цзю Иэр.
Ой-ой, малютка с оторванными ушками, неужто в девках засиделась, о любви тоскуешь?
Внезапно раздавшийся над ухом раздражающий голос заставил Цзю Иэр поднять голову. Перед ней стояла та самая самодовольная судья, хотя раскрывать свою личность ей пока не хотелось.
— Ты это мне? — Цзю Иэр огляделась — вокруг никого не было, — ткнула себя пальцем в грудь и озадаченно переспросила.
После этих слов Мо Лин едва не лишилась душевного равновесия. Ее взгляд так и норовил содрать с собеседницы шкуру заживо:
— Ты сейчас шутишь шутки вселенского масштаба? — так дело не пойдет, совсем не пойдет.
На ухо Цзю Иэр полился непрекращающийся поток цоканья и причитаний, но та оставалась абсолютно невозмутимой.
Подобное отношение лишь сильнее раззадорило любопытство Мо Лин. Она постукивала пальцами по столешнице, а на губах блуждала едва заметная улыбка — ей жутко хотелось посмотреть, какую игру затеяла эта девчонка.
Внезапно в ее голове блеснула догадка, и она прищурилась:
— Я тут тебе кое-что скажу, только держись крепче и не падай в обморок.
Таинственный тон заставил Цзю Иэр сосредоточенно уставиться на Мо Лин.
Со стороны это могло бы показаться исполненным нежности взглядом, но Цзю Иэр и остальные прекрасно знали: эта прохвостка снова затевает какую-то пакость.
— Даже не знаю, что ты мне хочешь сказать, — я ведь через какие только бури и штормы не проходила, так что выкладывай смело, — улыбнувшись, произнесла Цзю Иэр, приготовившись слушать дальше.
Мо Лин помедлила три секунды, еще три секунды — и уже серьезно выдала:
— Кажется, Лань Баобао и Хуа Цзыфэнь так и не приходили тебя искать.
При упоминании этих имен Цзю Иэр заметно напряглась, хотя внешне постаралась сохранить невозмутимость.
Мо Лин, разумеется, не упустила эту крошечную перемену и продолжила:
— А знаешь ли ты, что стоило тебе только спуститься в смертный мир, как они тут же бросились на твои поиски, да еще и звали меня…
— Ты только что сказала: Лань Бао и Хуа-хуа… Тьфу, кхе-кхе-кхе!
Цзю Иэр вдруг осознала, что сболтнула лишнего. Она попыталась взять свои слова назад, но заметила, как собеседница ехидно уставилась на нее.
……
Мо Лин невозмутимо продолжила щелкать семечки.
Цзю Иэр хотела было расспросить Мо Лин подробнее, но та опередила ее:
— Полагаю, что-то стряслось. Иначе старина Хуа уже давным-давно разыскал бы тебя.
На самом деле Цзю Иэр задумывалась об этом еще в день возвращения памяти. Тогда она решила, что Хуа-хуа, должно быть, просто занят, и не придала этому значения. Теперь же, услышав слова Мо Лин, она тоже почувствовала, что ситуация принимает серьезный оборот.
Цзю Иэр поднялась с места, намереваясь уединиться и переварить эту новость, но, обернувшись, тут же врезалась в подошедшую сзади Си Чэнци, отчего ей пришлось виновато потереть нос.
Стоило ей услышать весточку о Баобао и Хуа-хуа, как в груди всколыхнулось такое отчаянное желание расплакаться, что она едва его сдержала. И вот от этого резкого столкновения нос Цзю Иэр защемило, и на глазах выступили слезы. «Виновница» происшествия протянула руку сзади, ухватила Цзю Иэр за воротник сзади и, как какого-то цыпленка, на глазах у изумленной публики поволокла обратно в комнату, где бесцеремонно швырнула на резную большую кровать.
Опусти меня!
— Чего это ты приуныла?
Глядя на притихшую и расстроенную Цзю Иэр, Си Чэнци и сама не испытывала особой радости. Увидев, как та внезапно нырнула под одеяло, она встревожилась и одним движением вытащила спрятавшуюся девушку обратно.
— Цзю Иэр, ну-ка скажи, что стряслось? Это Мо Лин тебя обидела?
Цзю Иэр покачала головой, резко притянула стоявшую рядом Си Чэнци к себе и ловко спряталась в ее объятиях. Ее руки были чуть прохладными и слегка дрожали, отчего настроение Си Чэнци испортилось окончательно. В голове промелькнула лишь одна мысль: кто посмел так расстроить эту девчонку? Ей не терпелось вытащить обидчика на свет и хорошенько его отлупить.
— Сяо Ци, я хочу домой, — прозвучал приглушенный всхлипых из глубины объятий.
От этих слов рука Си Чэнци, утешающе гладившая Цзю Иэр по спине, на полпути остыла и замерла, впрочем, она тут же взяла себя в руки.
Си Чэнци выдавила из себя подобие улыбки:
— Ладно тебе, нам пора ужинать. Пойдем, разберемся со всеми делами — и я отвезу тебя домой.
С этими словами она подхватила Цзю Иэр подмышки, прислонилась лбом к ее лбу и одарила широкой улыбкой. Цзю Иэр, еще секунду назад убивавшаяся от горя, тут же ожила, словно приняв дозу допинга.
Си Чэнци с умилением смотрела на нее, никак не ожидая, что любимый человек окажется настолько переменчивым — стоило дать крошечную конфетку, как та уже счастлива.
Впрочем, как говорится: дело ведь не в том, насколько хороша конфетка, а в том, кто тебе ее дал.
С улыбкой потрепав Цзю Иэр по голове, она мягко произнесла:
— Всё еще грустишь? Держи кое-что для тебя.
С этими словами она протянула Цзю Иэр крошечный колокольчик.
— Что это?
Цзю Иэр приняла вещицу из рук Си Чэнци и принялась ее вертеть в пальцах, разглядывая со всех сторон. Заметив ее растерянность, Си Чэнци про себя усмехнулась: наконец-то удалось переключить внимание этой непоседы.
— Это Колокольчик Скрытого Облика. Он позволяет по желанию менять внешность и скрывать уровень культивации. Я вложила в него свое бессмертное искусство, так что ни один бог или бессмертный не сможет его распознать.
Называется Колокольчик Скрытого Облика, а функция — менять внешность, занятная вещица. Цзю Иэр с живым интересом покрутила его в руках, но спустя мгновение до чего-то додумалась, вскинула голову и спросила:
— Сяо Ци, признайся, ты ведь раньше использовала эту штуку, чтобы над людьми подшучивать?
Си Чэнци перехватила разоблачительный взгляд своей маленькой жены и расплылась в лукавой улыбке, в ее персиковых глазах мелькнул огонек победы:
— Не положено болтать о некоторых вещах, лучше помалкивай.
— А если не могу молчать, тогда что?
Цзю Иэр изогнула бровь, глядя на эту женщину, повесила подаренный колокольчик себе на пояс и принялась сияющими глазами разглядывать милую вещицу.
В следующее мгновение, стоило ей снова поднять голову, ее губ уже коснулся поцелуй.
— А вот так, — ответила Си Чэнци, слегка оторвавшись от ее губ в качестве легкого наказания, и игриво посмотрела на стремительно заливающуюся румянцем девичью мордашку.
Цзю Иэр не упустила промелькнувшую в глазах Си Чэнци улыбку.
— Сяо Ци, так нечестно, за это вообще-то надо нести ответственность!
С этими словами она сама легонько чмокнула Си Чэнци в губы и тут же отскочила в сторону.
Си Чэнци невольно рассмеялась от столь ребячливого поведения.
Цзю Иэр глубоко вздохнула и ткнула пальцем на висевший у пояса Колокольчик Скрытого Облика:
— Это что, подарок в знак вечной любви?
— Это тебе так, поиграть.
Уголки рта Цзю Иэр дернулись. Специально, она абсолютно точно сделала это специально!
— Что до… твоего… знака вечной любви…
Посмотрим, как себя проявишь. Не успела она договорить, как снизу донесся голос Мо Лин, звавшей всех к столу.
— Ладно, барышня, давай все вопросы оставим на потом, после ужина? Опоздаем — и еда остынет.
Си Чэнци приподняла брови и легонько щелкнула ее по носу:
— Ешь сегодня побольше, ночью нам предстоит серьезная работа. Смотри мне, не вздумай сдуться на половине пути — я такого не люблю.
Заслышав доносившиеся снизу крики, она была вынуждена прервать разговор и потянуть девушку вниз.
— Я-то сделаю всё как надо, а вот ты… боюсь, от меня и мокрого места не останется…
Слушая доносившиеся сзади слова Сяо Ци, Цзю Иэр подумала: чем дальше, тем более двусмысленно звучат ее речи.
— Эй! Сяо Ци, бессовестная, а ну отпусти меня! На нас же все смотрят!
Цзю Иэр заверещала, забившись в попытках освободиться, и Си Чэнци, опасаясь, что та действительно рухнет вниз, пришлось остановиться.
— …Ты такая медлительная, мне такое не по душе.
— Да ты… как у тебя язык поворачивается говорить такие пошлости, к чему тут вообще эта скорость?!
Цзю Иэр с ужасом осознала, что связалась с какой-то бесстыдной омегой! Если бы ее бессмертное искусство было при ней, она бы обязательно отомстила за всё сегодняшнее унижение!
Спустя целый ужин, прошедший в атмосфере надвигающейся бури, трапеза наконец подошла к концу. Цзю Иэр могла лишь обреченно вздохнуть — дело обстояло так.
Когда они с Си Чэнци рука об руку спустились вниз, между теми двумя, судя по всему, как раз разгорелся какой-то конфликт, переросший в молчаливую войну. И надо же было им спуститься ровно в этот момент! Что произошло между теми двумя после их появления, оставалось только гадать.
Цзю Иэр и Си Чэнци не стали вмешиваться в чужие бурные амурные дела, а просто заняли отдельный столик и принялись за еду. Однако в какой-то момент за соседним столом осталась сидеть в одиночестве лишь одна Мо Лин, в одиночку прикладывавшаяся к вину.
— Чего сидишь, давай живо за ней!
Цзю Иэр отложила палочки для еды и с чувством глубокой досады подтолкнула Си Чэнци к действиям.
Получив такой пинок, Мо Лин в знак согласия кивнула паре за соседним столиком — и «вж-ж-ж»! — порыв резкого ветра пронесся мимо. Цзю Иэр же сделала вид, будто ничего не произошло, и продолжила невозмутимо ужинать, в то время как сидевшая рядом Си Чэнци не произнесла ни слова и даже не подняла головы.
……
Когда Цзю Иэр и Си Чэнци оказались на месте, Цзю Иэр внезапно поняла, почему эта локация казалась ей такой знакомой — да это же то самое проклятое место, где она чуть не рассталась с жизнью!
Заметив, что Си Чэнци занимается какими-то расчетами и измерениями, Цзю Иэр отступила назад и принялась озираться по сторонам — выжидая, не появится ли та самая ведьма!
— Доклад госпоже Луу: те двое снова здесь, эм, кажется, одна из них пытается разрушить наш массив.
Лениво развалившаяся на мягком ложе Ло Шэнъюэ не придала докладу слуги особого значения, словно всё происходящее ее совершенно не касалось.
— Госпожа Луу, может, нам… — слуга сделал характерный жест рукой, изображая перерезание горла, но ледяной взгляд Ло Шэнъюэ мгновенно заставил его замолкнуть.
Ло Шэнъюэ еще когда лежала, почуяла появление незваных гостей в массиве, просто ей не хотелось двигаться с места так быстро. Однако донимавший ее болтливый слуга порядком надоел, и она, с раздражением потерев терзаемое ухо и сладко потянувшись, решила всё же выйти.
Внезапно всё заволокло густым туманом. Си Чэнци попыталась привычным движением притянуть к себе спутницу, но рука ее застыла на месте, натолкнувшись на пустоту. Оглянувшись назад, она не увидела никого — кроме тумана, кругом не было ни души, видимость не превышала и метра.
— Цзю Иэр, ты здесь?
В голосе сквозила напускная уверенность, но всё же в нем пробивалась нотка дрожи. Си Чэнци лихорадочно озиралась по сторонам, и сердце ее наполовину заледенело.
— Ого, а вот и наша барышня пожаловала.
Си Чэнци скользнула взглядом в самую глубь тумана, но смогла разглядеть лишь смутный силуэт. Лица было не разобрать, однако незнакомка, судя по всему, ее знала.
Ло Шэнъюэ взмахнула рукавом, и клубы тумана послушно втянулись в складки ее одежды. Раздался ее низкий голос:
— Ишь ты! А второй-то где? Неужто померла?
Хотя прозвучало это наполовину в шутку, Си Чэнци уловила в этих словах изрядную долю неприязни.
Туман рассеивался, и Си Чэнци наконец разглядела фигуру в шаге от себя. Вглядевшись в эту женщину, она быстро сложила два и два: судя по всему, именно из-за нее они с Цзю Иэр чуть было не отправились на свидание к дяде Янь-вану.
Впрочем, оглядевшись по сторонам и не обнаружив Цзю Иэр, Си Чэнци уставилась на Ло Шэнъюэ. Она не хотела ничего спрашивать, не хотела произносить ни слова — она просто смотрела на нее тяжелым взглядом.
— Если ты будешь так на меня пялиться, я ведь могу подумать, что ты в меня влюбилась.
Ло Шэнъюэ, конечно, не страдала излишней самовлюбленностью, но, заметив столь пристальное внимание, поиграла прядью волос и с глубоким смыслом во взгляде посмотрела на Си Чэнци, искренне не понимая, к чему этот зрительный контакт.
— Где Цзю Иэр?
Стоило туману сгуститься, как Цзю Иэр сразу поняла: явилась эта ведьма. Не видя ничего вокруг, она заволновалась — ей было страшно, что та снова причинит вред Си Чэнци, ведь в прошлый раз, не будь ее рядом… Горько вздохнув, она укусила себя за палец и аккуратно капнула кровью на поверхность Зеркала Трех Жизней.
Алая, ярко-красная капля тут же впиталась внутрь. Поверхность Зеркала Трех Жизней начала медленно меняться, становясь всё прозрачнее и прозрачнее, пока клубы белого тумана не были поглощены целиком. В следующую секунду Цзю Иэр почувствовала легкое головокружение, а когда открыла глаза, обнаружила себя стоящей на бескрайней лужайке. Вокруг клубился легкий туман, сквозь который смутно угадывались просторные луга и далекие очертания синих гор.
До слуха донесся журчащий звук воды. Повернувшись на шум, она увидела небольшой ручей. Пройдя с десяток шагов вдоль течения, она уперлась в невидимую преграду — пленку, за которой, судя по всему, был конец пути. Развернувшись, она пошла против течения: чем выше она поднималась, тем гуще становился туман. Пройдя с полчаса, она обнаружила, что видимость сократилась всего до трех метров, и впереди наконец начал вырисовываться смутный силуэт, похожий на густую рощу.
Пройдя еще немного, она увидела бамбуковую рощу. Впрочем, сквозь густой туман породу деревьев было не разобрать, но Цзю Иэр точно знала, что это бамбук, потому что только что наощупь определила бамбуковые побеги… и самую сердцевину стебля.
http://bllate.org/book/20980/2129866
Готово:
