Готовый перевод The Right Way to Spoil a Superstar [Interstellar] / Как правильно обожать суперзвезду: Глава 20

Лю Лянь была её хорошей подругой еще со времен полицейской академии. Позже они вместе окончили её и поступили на службу в полицию, а теперь и вовсе стали идеальным тандемом, заслужив славу самых потрясающих красавиц столичного главка. Её отец — всемирно известный режиссёр, которого уважительно называют старейшиной Лю, а еще у неё есть старший брат по имени Лю Чан. Контактные данные Цзян Нина как раз и были добыты через него.

Она чувствовала, что у её закадычной подруги на душе скребут кошки, но верила, что настанет день, когда Сяо Яо сама обо всём ей расскажет.

Поступил вызов с незнакомого номера, но стоило Цзян Нину засомработать, как на том конце сбросили. Спустя несколько секунд пришло текстовое сообщение: «Сяо Нин, это старшая сестра».

Увидев это сообщение, Цзян Нинь немедленно перезвонил.

Когда видеосвязь установилась, перед ним появился образ Цзян Яо. Глядя на человека, столь похожего на него самого, Цзян Нинь почувствовал, как по сердцу разливается волна тепла, смешанная с легкой горечью, — возможно, сказывалось влияние прежнего владельца тела.

— Сяо Нин, как ты в последнее время? — голос Цзян Яо звучал всё так же мягко.

— Сестра, я… в порядке.

— Давай при встрече поболтаем, когда будет время.

— Угу.

— Завтра после полудня в том самом кафе, ладно? Я буду ждать тебя.

— Хорошо…

Отключив коммуникатор, Цзян Нинь почувствовал тяжесть на душе, из глаз рекой полились слёзы. Он знал, что это было подсознательное эмоциональное высвобождение прежнего хозяина тела, глубоко отпечатавшееся в глубинах его памяти.

Его собственные воспоминания уже полностью слились с воспоминаниями прежнего Цзян Нина. Обладая незавидным происхождением, тот с детства жил в холодной обстановке: у него не было ни родителей, ни друзей, лишь старый слуга из клана Цзян заботился о его быте.

Он никогда не видел главы клана Цзян, а деда лицезрел лишь пару раз через голографический коммуникатор. По логике вещей, человеком, который должен был ненавидеть его больше всех, была как раз Цзян Яо, однако именно она стала его единственной родственницей и единственным лучом света в мрачные годы его детства.

Он до сих пор помнил, как в детстве Цзян Яо брала его за ручку и называла младшим братом, помнил и то, как сестра защищала его от бродячих собак. Хрупкая девочка заслоняла собой такого же тщехильного мальчика, размахивая деревянной палкой, и этот её храбрый образ словно клеймом запечатлелся в памяти Цзян Нина.

Каждый раз, когда сестра тайком сбегала из дома, чтобы навестить его, она приносила ему какие-нибудь сладости, зная, что если съесть их сразу, пропажи никто не заметит. Позже, когда Цзян Яо начала работать, она каждый месяц переводила ему деньги, и это продолжалось по сей день ни разу не прерываясь.

Энди, сидевший на пассажирском сиденье, ничего не говорил. Прошлое Цзян Нина было ему прекрасно известно: он знал, через какую жизнь тот прошел раньше, а также знал и о происхождении Цзян Яо. Молча протянув ему салфетку, он отвернулся.

В конце концов, он ведь еще совсем ребёнок, — вздохнув про себя, подумал Энди, бросая взгляд в окно. А ведь когда ему самому было восемнадцать…

Видя, что водитель полностью сосредоточен на дороге, братец Энди снова уставился в оконное стекло. Новоиспеченный помощник Сяо Ли понятия не имел, как вести себя в подобной атмосфере, и в отчаянии открыл коммуникатор, решив спросить совета у старшей двоюродной сестры.

Ли Ли: Туманная трава, туманная трава, туманная трава, спасите~~~~

Эйми: Тебя что, призраки гонят?

Ли Ли: А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Эйми: [Ковыряет в носу] Говори быстрее, что хотел, или закругляйся.

Ли Ли: Как ты утешаешь своего босса, когда он плачет?

Эйми: ??? Ты про кого говоришь? Ты хоть раз видел, чтобы Великий Демон плакал? Да от этого же горы рухнут, моря высохнут, а вселенная схлопнется!

Ли Ли: Хватит валять дурака, я серьезно! Как утешить человека, который сейчас плачет?

Эйми: ……Цзян Нинь?

Ли Ли: Откуда ты знаешь?!

Эйми уже собиралась высмеять своего слабоумного братца, как вдруг к ней заглянул сам шеф. Она не поставила настройки приватности, так что Мин Ян увидел абсолютно всё.

Естественно, заметив сообщение от Сяо Ли, Мин Ян нахмурился.

Заметив тревожное выражение на лице шефа, Эйми сглотнула и продолжила переписку: «Что случилось?»

Ли Ли: Я толком не знаю. Сначала мы радостно распаковывали подарки, а потом он принял вызов от какой-то красотки, и после этого всё изменилось. Они еще договорились встретиться завтра.

Мгновенно додумав в голове целую драму в духе остросюжетных сериалов, Эйми украдкой покосилась на лицо босса и дрожащими пальцами продолжила: «Время? Место?»

Лишь после того, как Эйми трижды поклялась, что сохранит всё в строжайшем секрете, Сяо Ли скинул ей время и место. Он был уверен, что двоюродная сестра не станет подставлять его, а уж кинозвезда Мин Ян — тем более.

Эйми вздохнула: её глупенькому братцу еще предстоит пройти долгий путь, прежде чем он станет хорошим помощником. Она снова и снова предостерегла его, предупредив, чтобы впредь он не смел легкомысленно разглашать передвижения их артиста. Правда, сделала одну оговорку: Мин Ян — исключение, хотя почему именно, Сяо Ли со временем поймет сам.

Ли Ли с полуслова усвоил урок, но теперь чувствовал себя не в своей тарелке, когда смотрел на Цзян Нина. Если бы не заверения сестры о полной конфиденциальности, он бы, наверное, сошел с ума от угрызений совести.

Мин Ян бросил взгляд на сообщение от Сяо Ли, с каменным лицом указал на адрес и бросил: «Выкупаем».

Эйми мысленно вздохнула: деньги есть — можно и покапризничать.

После ночной работы до седьмого пота съемки сцен с участием Мин Яна наконец завершились на следующее утро. Отклонив приглашение режиссера Лю на совместный ужин, Мин Ян в спешке вернулся на главную планету и прибыл в то кафе еще до появления Цзян Нина.

Кафе уже было полностью выкуплено им. Изначально он вовсе не собирался вторгаться в личное пространство Цзян Нина, но узнав, что тот плакал, Мин Ян почувствовал, как сердце у него уходит в пятки, — ему безумно хотелось узнать, кто посмел обидеть его юного любимца.

Мин Ян с бесстрастным выражением лица уставился на экран голомонитора с трансляцией камер наблюдения, а Эйми почтительно застыла у него за спиной. Когда Цзян Нинь переступил порог кафе, выражение лица Мин Яна наконец смягчилось.

— Я здесь, — прождав около десяти минут, Цзян Нинь поднялся с места и помахал рукой вошедшему.

Сделав заказ, они уединились в отдельной кабинке. Тот человек снял шляпу, являя взору очаровательное лицо — это оказалась невероятная красавица. Эйми украдком бросила взгляд на босса и заметила, что лицо шефа помрачнело пуще прежнего.

Красавица, едва зайдя в комнату, крепко обняла Цзян Нина и простояла так почти полминуты. Мин Ян по ту сторону экрана сжал кулаки так, что побелели костяшки, а брови сошлись на переносице, — к счастью, обнимавшиеся вовремя разомкнулись.

— Сестра…

— Ты похудел. В последнее время тебе пришлось несладко, да? — Цзян Яо взяла брата за руки, оглядывая его с ног до головы, и нежно погладила по щеке, испытывая глубокую жалость.

Глаза Цзян Нина слегка покраснели: пожалуй, только истинный родственник способен проявлять такую искреннюю заботу.

— Не переживай, со мной всё хорошо. Братец Энди, то есть мой агент, очень заботится обо мне, да и старшие коллеги по цеху относятся ко мне отлично. Я многому научился, и как-нибудь приготовлю что-нибудь сам, чтобы угостить тебя.

— В индустрии развлечений приходится нелегко. Если кто-то посмеет тебя обидеть — скажи мне, я живо с ним разберусь.

— Вовсе нет, мне очень нравится эта работа, и твой младший брат вообще-то метит в короли киноэкрана.

Брат с сестрой непринужденно болтали, и Эйми наконец смогла свободно выдохнуть: аура, исходившая от босса минуту назад, была настолько давящей, что она боялась даже дышать. Лишь когда выяснилось, что эта красавица — старшая сестра Цзян Нина, ледяное давление в комнате стало понемногу спадать.

Цзян Яо: — Сяо Нин, ты планируешь и дальше сниматься в кино?

— Да, пока у меня такие планы. Как только появится немного свободных денег, попробую заняться инвестициями. А когда накоплю достаточно, куплю небольшой остров на какой-нибудь обитаемой планете, чтобы, когда мы состаримся, ты могла переехать туда и жить со мной, — с мягкой улыбкой поделился своей мечтой Цзян Нинь.

— Сестра, а как у тебя дела? Я слышал, у спецназа очень опасные задания, пожалуйста, не геройствуй понапрасну.

— Ничего опасного, у меня надежный напарник. Эти мерзавцы мне не страшны, рано или поздно я всех их переловлю и отправлю за решетку.

— Злодеям, которые попадутся тебе на пути, крупно не повезло.

Пошутив и посмеявшись еще немного, Цзян Яо сменила выражение лица, став куда более серьезной: — Тот человек в последнее время не объявлялся?

— Тот самый ублюдок. — Цзян Яо вовсе не горела желанием вспоминать о нем, но безопасность брата волновала ее куда сильнее.

Недавно до нее дошли слухи, что эта мразь вернулась на главную планету. Опасаясь, что негодяй снова попытается навредить Цзян Нину, она сочла необходимым предупредить брата.

Услышав это, Цзян Нинь ожидаемо нахмурился и покачал головой: — Нет.

Цзян Яо погладила брата по голове: — Если он снова посмеет тебя обидеть — дай отпор, не думай о репутации клана Цзян.

— Я знаю, я ему этого не спущу. Если бы не твой визит в тот день, боюсь, этот ублюдок уже давно сломал бы мне жизнь. Меня до сих пор тошнит от того, как он на меня смотрел. К счастью, ты ворвалась как раз в тот момент, когда он пытался меня схватить, иначе мне оставалось только разбить голову о стену.

Прежний владелец тела действительно едва не подвергся домогательствам со стороны мужа своей тетки. Тот подонок пришел навестить его под предлогом опеки, и едва завидев мальчика, начал лапать его за руки, извергая потоки грязи и глядя на него похотливым, мерзким взглядом.

Тогда Цзян Нину было всего десять лет. Объятый ужасом, он изо всех сил попытался выдернуть руку, но со всего маху ударился головой о угол стола. Как раз в этот момент Цзян Яо перелезла через забор, чтобы навестить его, и только благодаря этому гнусный дядька в панике сбежал.

Тогда пятнадцатилетняя Цзян Яо обнимала своего десятилетнего братишку и горько плакала, а затем тайком вызвала робота-горничную, чтобы та залечила рану Цзян Нина. Тем не менее, на лбу у мальчика навсегда остался едва заметный шрамы.

Цзян Нинь бросил взгляд на Энди и промолчал, однако в его сердце зародилась смутная тревога.

Прибыв к месту назначения.

— Ого-го, чью это свинью забыли привязать, что она тут разгуливает? Тьфу, только портить внешний вид столицы.

Едва Цзян Нинь и его спутники вошли в вестибюль, раздался противный голос.

Мужчина средних лет в розовом костюме и с точеными чертами лица вальяжно выплыл им навстречу. Впрочем, процессия Цзян Нина даже не удостоила его взглядом, продолжая уверенно шагать вглубь просторного зала.

— Не обращай внимания, он просто намеренно цепляется. После того как Вэнь Юй вылетел из компании, этот тип прибрал к рукам нового звездного новичка. Вы теперь прямые конкуренты, так что соберись и покажи себя на пробах, — напутствовал его Энди.

Цзян Нинь спокойно ответил: — Не переживай, я всё контролирую.

Тот самый мужчина, что попытался заговорить с ними из вредности, но был полностью проигнорирован, носил имя Лан Сюэ. Именно он был агентом, который увел Вэнь Юя из-под носа у Энди. Лан Сюэ вечно вставлял Энди палки в колеса, и теперь, когда Вэнь Юя отправили в заморозку, компания выделила ему другого популярного юнца, с которым он вновь принялся устраивать скандалы и бегать повсюду.

Поскольку они прибыли довольно рано, Сяо Ли отправился оформлять документы, в то время как Цзян Нинь и Энди решили подняться на лифте. В тот момент, когда двери лифта распахнулись, Цзян Нинь шагнул внутрь, а Энди словно врос ногами в пол.

— Братец Энди?

Услышав голос Цзян Нина, Энди очнулся и с трудом переставил онемевшие ноги, словно налитые свинцом, заходя в кабину.

Внутри стоял человек в солнцезащитных очках, небрежно прислонившись к стене и излучая расслабленную атмосферу. Цзян Нинь вежливо кивнул незнакомцу и нажал кнопку нужного этажа.

Заметив, какой номер выбрал Цзян Нинь, мужчина снял очки, выпрямился во весь рост и окинул парня оценивающим взглядом.

Цзян Нинь не придал этому значения: в шоу-бизнесе меньше всего стоило бояться чужих взглядов.

Двери лифта открылись, и этот человек, снова надев очки, первым шагнул наружу, оставив после себя лишь многозначительную улыбку и неизменно элегантную спину.

— Братец Энди, что с тобой? Тебе плохо? — заметив бледность на лице Энди, Цзян Нинь встревоженно нахмурился.

Энди глубоко вздохнул: — Всё в порядке, просто в лифте было душно, на свежем воздухе полегчает. — С этими словами он потянул Цзян Нина за собой в коридор.

Масштаб нынешнего прослушивания был сравнительно небольшим: лишь несколько влиятельных развлекательных корпораций, обладавших оперативными источниками информации, заполучили эксклюзивные инсайдерские сведения. В последнее время ретро-стиль стремительно набирал бешеную популярность, и участие в этом проекте практически гарантировало всеобщую известность.

Хотя связи Энди были весьма обширны, после того как он открыл собственную студию, в его распоряжении оставался лишь один новоиспеченный артист — Цзян Нинь. По ресурсам он уступал прежним позициям, и организацию этих проб удалось пробить во многом благодаря Мин Яну.

Претендентов на кастинг было немного, и каждому выделили отдельную гримерку. Цзян Нинь уселся с сценарием в руках, углубившись в изучение роли, пока кто-то не постучал в дверь, приглашая его на прослушивание.

Войдя в комнату, Цзян Нинь вежливо поприветствовал присутствующих и поднял глаза. Тот самый человек в темных очках из лифта восседал на месте главного судьи, а табличка с надписью Режиссер перед ним бросалась в глаза красноречивее любых слов.

Внешность Цзян Нина комиссию вполне устроила, и плотный продюсер небрежно бросил: — Начинайте.

Цзян Нинь пробовался на роль Фусу — второго принца в историческом сериале Великая династия Цинь. Будучи старшим сыном императора Цинь Шихуана, он обладал незаурядными талантами и глубоким видением будущего, за что современники именовали его не иначе как благородным господином Фусу.

Ему предстояло разыграть сцену, где Цинь Шихуан отдает приказ о сожжении книг и захоронении ученых, а Фусу изо всех сил пытается переубедить отца.

Стоило режиссеру подать знак к началу, как атмосфера в помещении мгновенно переменилась. Прежний изящный юноша в одно мгновение превратился в благородного мужа с чистейшими помыслами, каждое движение которого сквозило врожденным аристократизмом.

Все присутствовавшие в комнате оказались прикованы к нему взглядом, а в головах невольно всплыла древняя цитата с Земли: Навек безупречен, подобно нефриту, средь смертных равных не сыскать благородному сыну.

Пробы Цзян Нина прошли как по маслу, и по лицам членов комиссии было очевидно: его выступлением они более чем довольны.

Вернувшись в гримерку, Цзян Нинь застал там лишь Сяо Ли, который как раз упаковывал вещи. Не обнаружив агента, он тут же спросил: — А где братец Энди?

Сяо Ли ответил: — Ему только что звонили, наверное, где-то неподалеку.

Цзян Нинь запереживал: в последнее время Энди выглядел из рук вон плохо, а сегодня это бросалось в глаза особенно сильно. Парень твердо решил: как только прослушивание закончится, он силой утащит Энди в больницу.

Сам же Энди в этот момент находился в туалетной комнате.

Ему действительно было нехорошо. Несмотря на все внутренние уговоры, он никак не ожидал столкнуться с *этим* человеком прямо в лифте.

Его вывернуло наизнанку так, что перед глазами поплыли круги, и когда ему наконец стало полегаее и он собрался выйти из кабинки, тот самый дьявольский голос раздался вновь. Энди испуганно затаил дыхание.

Цзян Хэн: — Ну как тебе игра тех ребят?

Сяо Цзэ: — Да так себе. У того парня из команды Лан Сюэ внешность неплохая, но мимика каменная — только дурак возьмет его. А вот предыдущий был ничего.

Цзян Хэн: — Ты про того новичка по имени Цзян Нинь?

Уголки губ Сяо Цзэ тронула легкая улыбка, полная подлинного интереса.

Брови Цзян Хэна едва заметно дрогнули в гримасе раздражения, но он тут же разгладил их и осторожно поинтересовался: — Тебе не кажется, что он чертовски похож на нашего младшего сокурсника Линь Цзе?

Движения Сяо Цзэ у раковины на секунду замерли, зрачки сузились: — Мы же договорились: раз мы друзья, больше не упоминай его имя. Меня от одной мысли тошнит. — С этими словами он резко выключил воду и вышел из уборной.

Энди, укрывавшийся в кабинке, услышал каждое слово их разговора. Его тело забилось в неудержимой дрожи. Это он! Это был он! Даже спустя столько лет Сяо Цзэ по-прежнему не выносил, когда кто-то произносил это имя, а незаживающая рана в душе была содрана заживо. Боль была настолько адской, что он едва не потерял сознание.

— Братец Энди… Братец Энди, ты здесь? — раздался снаружи голос Цзян Нина.

Не дождавшись возвращения агента в гримерке, Цзян Нинь и Сяо Ли начали всерьез беспокоиться. Телефон Энди не отвечал, и парню пришлось обшаривать этаж в его поисках. Когда он приблизился к туалету, то случайно столкнулся с режиссером Сяо Цзэ и еще каким-то вторым режиссером. Вежливо поздоровавшись с ними, Цзян Нинь продолжил поиски.

— Я… — Услышав голос Цзян Нина, Энди из последних сил распахнул дверцу кабинки и рухнул без чувств.

Подхватив потерявшего сознание агента, Цзян Нинь в панике вызвал скорую и тут же позвал на помощь Сяо Ли.

***

— С ним ведь всё будет хорошо? — Сяо Ли судорожно вцепился в рукав Цзян Нина, глядя на бледного, неподвижно лежащего в реанимационной капсуле Энди. Голос паренька отчаянно дрожал.

В этот момент они находились в медицинском челноке центральной больницы. С помощью медицинского робота Энди удалось поместить в портативную реанимационную капсулу, но сам он оставался без сознания.

Цзян Нинь успокаивающе похлопал Сяо Ли по руке: — Не паникуй раньше времени, дождемся результатов осмотра врача. — Помолчав, он добавил: — Скажи, у братца Энди в последнее время не было каких-то тяжелых забот?

— А? В смысле? Вряд ли… Хотя, может, он просто переусердствовал с диетой? — озадаченно почесал затылок Сяо Ли.

Бросив взгляд на Энди, у которого даже в бессознательном состоянии брови были сдвинуты на переносице, Цзян Нинь почувствовал, как червь сомнения гложет его изнутри: — Неужели у него действительно на душе кошки скребут?

Сяо Ли неуверенно протянул: — Если подумать… кажется, и правда. Последние пару дней я то и дело замечал, как он сидит в обнимку со старым альбомом фотоснимков и смотрит в одну точку, глаза вечно опухшие. Когда я спрашивал, он всегда отмахивался, мол, недоспал. Теперь-то я вижу — тут явно что-то нечисто.

Получив информацию от Мин Яна, Цзян Нинь с головой ушел в сценарий и теперь горько раскаивался, что упустил из виду состояние близкого человека. Энди заботился о нем и опекал его как родной старший брат, а вид человека в столь жалком состоянии глубоко ранил сердце парня.

Лихорадочно перебирая в памяти события последних дней, Цзян Нинь вспомнил странное выражение лица Энди после прямой трансляции, вспомнил его заторможенность перед выходом из дома и странности в лифте, а также тех двоих режиссеров у входа в туалет — в его голове начал складываться целостный пазл.

Цзян Нинь дрожащими пальцами активировал коммуникатор и нажал на верхний контакт в списке.

Видеосвязь установилась почти мгновенно, и с той стороны раздался прохладный, но надежный голос: — Сяо Нин?

Цзян Нинь: — Это я, братец Ян. Можешь оказать мне одну услугу?

Увидев на экране юношу, сидящего в медицинском челноке экстренной помощи, Мин Ян почувствовал, как сердце сжалось от дурного предчувствия: — Что случилось? Ты где?

Цзян Нинь поспешно ответил: — Братец Энди почувствовал себя плохо, мы едем в больницу. Но у меня есть еще одна просьба…

Услышав, что сам юноша в порядке, Мин Ян немного успокоился: — Хорошо, какая просьба? Говори.

Поскольку дело касалось личного характера, Цзян Нинь переключил режим связи на текстово-голосовой.

Вспомнив серьезное выражение лица Цзян Нина и только что полученное от него сообщение, Мин Ян, хоть и недоумевал, всё же выложил парню всё, что ему удалось узнать.

Его длинные пальцы рассеянно гладили коммуникатор на запястье, а сам он хмуро размышлял над тем, что же всё-таки произошло.

Отключив вызов, Мин Ян всё же вызвал Эйми и приказал ей проверить детали сегодняшних проб на съемочной площадке.

Промучившись полдня, Энди наконец пришел в себя. Его округлое пухлое лицо как будто заметно осунулось, а во взгляде читалась полная апатия.

Отослав Сяо Ли и медицинского робота, Цзян Нинь присел у больничной койки и, глядя на изможденного Энди, прямо спросил: — Братец Энди, мы ведь как семья. Ты так убиваешься, и я очень переживаю. Не мог бы ты рассказать, что на самом деле произошло?

Подняв глаза на исполненного решимости Цзян Нина, Энди горько усмехнулся, чувствуя, как в груди снова заныло от жгучей боли, но он понятия не имел, с чего начать.

Для человека, прожившего прошлую жизнь в качестве агента спецслужб, сложить разрозненные детали воедино не составляло особого труда. Внимательно заглянув в глаза Энди, Цзян Нинь произнес: — Это из-за Сяо Цзэ?

При повторном упоминании этого имени нервы Энди натянулись до предела, тело забилось в истерической дрожи. Цзян Нинь тут же подскочил к нему, крепко обнял за плечи и принялся мягко поглаживать по спине: — Всё хорошо, всё позади. Выговорись, станет легче. Расскажи мне абсолютно всё, ладно?

Спустя несколько минут дыхание Энди наконец выровнялось. Сделав глубокий судорожный вдох, он проговорил: — Сяо Цзэ… был моим старшим сокурсником в университете. И моей первой любовью.

— Нам пришло уведомление от съемочной группы Великой династии Цинь, съемки стартуют уже через три дня. К тому моменту ты должен будешь заехать на площадку в первой волне актеров. Так что в ближайшие дни тебе нужно хорошенько выспаться и отдохнуть. Из-за этой беготни по шоу и промо-кампаниям ты совсем измотан, силы нужно срочно восстановить, — напомнил ему заботливый агент Энди.

Мин Ян кивнул и помог юноше подняться со стола. Заметив, что у того от слабости подкашиваются колени и он едва держится на ногах, он глухим голосом произнес: — Воды принесу я, отдохни пока. — С этими словами он аккуратно усадил парня на диван.

http://bllate.org/book/21219/2147261