Готовый перевод Villainess's Stylish Counterattack / Злодейка в деле: Эффектные реванши [Быстрые миры]: Глава 24

Юнь Фэй эта привыкла просыпаться посреди каждой ночи, чтобы провожать души умерших в последний путь, так что найти её не составляло особого труда.

Семья Мин быстро связалась с Юнь Фэй, и Старший господин Мин смог встретиться с ней, как и желал.

Эту помолвку Старший господин Мин затеял ещё и потому, что чувствовал приближение конца и хотел успеть увидеть, как внуки устроят свои семьи и встанут на ноги.

Мин Хэнчжи не слишком хорошо понимал истинное происхождение Юнь Фэй, зная лишь, что она — одарённая и необычная мастерица, спасшая жизнь его деду.

Услышав слова Юнь Фэй, он с улыбкой ответил:

— Благодарю за беспокойство, дедушка чувствует себя неплохо.

Старший господин Мин и правда чувствовал себя отлично — ещё недавно он вовсю бранил окружающих.

Юнь Фэй тихонько усмехнулась:

— По-моему, у старика впереди ещё больше десятка лет жизни, к чему такая спешка?

Она прекрасно понимала, с какой целью устраивается это обручение: недавние события до смерти перепугали и Старшего господина Мин, и родителей Мин, поэтому подготовку к помолвке провели в такой спешке.

Услышав это от Юнь Фэй, Мин Хэнчжи больше не смог сохранять невозмутимость делового человека и вмиг расплылся в улыбке:

— Вот и замечательно!

Старшему господину Мину в этом году уже почти девяносто — возраст солидный, и после недавнего происшествия вся семья ужасно переживала. Узнав, что деду отмерено ещё с десяток лет жизни, как ему было не радоваться.

Юнь Фэй не удержалась и окатила его ледяным душем:

— Хоть годы у него и остались, всё равно нужно следить за здоровьем. Пролежать в постели десяток с лишним лет — это ведь тоже десяток лет, а удовольствия в этом мало.

Мин Хэнчжи быстро взял себя в руки, глубоко вздохнул и задумался: быть может, не вмешайся эта госпожа Юнь, его дед так и провёл бы эти годы на больничной койке, мучаясь до самого конца.

Поняв это, он проникся ещё большим уважением и благодарностью, но раскрывать личность Юнь Фэй не стоило, поэтому он мог лишь сыпать словами признательности.

Заметив приближающегося Ли Аньчжэ, Юнь Фэй приложила палец к губам, призывая к тишине.

Мин Хэнчжи сразу всё понял. В конце концов, их семья тщательно расследовала всё, когда пыталась отыскать нужного человека, и была в курсе отношений между Ли Аньчжэ, Юнь Фэй и Линь Ши.

Мин Хэнчжи не верил, что такая женщина, как Юнь Фэй, способна опуститься до роли любовницы-разлучницы. Тем более что её поведение в доме семьи Линь совсем не походило на поведение любовницы — скорее, всё выглядело так, будто она намеренно сблизилась с Линь Ши.

Они выяснили, что в последнее время Юнь Фэй поддерживает тесный контакт с Линь Ши и некой женщиной по имени Цао Сяоцао, а их главной общей чертой было то, что обе они недавно потеряли самых дорогих им людей.

Вспомнив о делах своего деда, Мин Хэнчжи начал смутно догадываться о чём-то.

Когда Ли Аньчжэ подошёл ближе, Мин Хэнчжи со своими спутниками уже удалился.Ли Аньчжэ не знал истинной причины и лишь думал, что семья Мин смотрит на него свысока, раз они избегают его, отчего его лицо мгновенно помрачнело. Он понимал, что находится на территории семьи Мин, поэтому лишь на мгновение изменился в лице, но тут же взял себя в руки.

Он посмотрел на Юнь Фэй и спросил:

— Ты знакома со старшим молодым господином семьи Мин?

Юнь Фэй послушно покачала головой:

— Нет, не знакома. Просто моя сестра пропала, и я хочу её найти.

В последнее время Ли Аньчжэ возвращался домой всё позже и позже. К тому моменту, когда он заявлялся домой, обе женщины уже ложились спать. Обо всём происходящем вилле ему рассказывали служанки.

А те служанки уже давно перешли на сторону Юнь Фэй и сообщали Ли Аньчжэ лишь то, что в последнее время госпожа чувствует себя всё хуже и постоянно плачет.

Из-за собственных растущих раздражения и тревоги Ли Аньчжэ, зная, что его план сработал, не стал расспрашивать дальше.

И сейчас Ли Аньчжэ не стал вдаваться в подробности, а лишь небрежно бросил:

— Тогда иди и поищи её.

Ли Аньчжэ всегда знал, что Линь Ши и третья барышня семьи Мин, Мин Синьюэ, были лучшими подругами на протяжении многих лет, и лишь после беременности их общение стало менее тесным.

Сперва он вовсе не хотел звать Линь Ши сюда, но в последнее время у него возникли кое-какие проблемы, и ему действительно требовалась помощь семьи Мин.

Вчера вечером он намекнул Линь Ши, чтобы та наладила хорошие отношения с семьей Мин — ради удобства сотрудничества между компаниями Линь и Мин. Он знал, что Линь Ши — женщина мягкосердечная: пусть она больше и не заботится о нём самом, она всё равно будет переживать за компанию Линь, оставленную ей родителями.

Если бы не эта помеха в лице Юнь Фэй, Линь Ши, возможно, действительно поступила бы так, как он желал.

Жаль только, что теперь Линь Ши станет с ним разговаривать разве что в страшном сне.

Банкет был прекрасной возможностью для высшего света наладить связи и укрепить отношения. Ли Аньчжэ в последнее время испытывал трудности в компании Линь и действительно нуждался в поиске союзников, поэтому у него не было особого желания следить за Юнь Фэй и Линь Ши.

Как только Ли Аньчжэ затерялся в толпе, Юнь Фэй поднялась наверх. Однако она не стала искать Линь Ши на втором этаже, а направилась прямиком на третий.

Это был далеко не первый визит Юнь Фэй в дом семьи Мин, и здешнюю планировку она знала прекрасно.

Едва добравшись до дверей комнаты Старшего господина семьи Мин, она увидела выходящих оттуда скрывшегося из виду Мин Хэнчжи и его отца Мин И.

Заметив Юнь Фэй, те почтительно с ней поздоровались. Зная, что у неё есть личное дело для разговора со Старейшиной, они не стали задерживаться.

Отворив дверь, Юнь Фэй вошла внутрь.

На большой кровати в глубине комнаты сидел старик с иссеченным морщинами, но всё ещё бодрым и крепким лицом.— Похоже, вы неплохо восстановились. — Юнь Фэй небрежно закрыла дверь, подошла к столу в стороне и опустилась на диван. В этот момент она сбросила всю напускную маску, и на её лице отчётливо проступила высокомерная горделивость.

Старший господин Мин, глядя на Юнь Фэй, невольно усмехнулся, и белые волоски в уголке его рта задрожали:

— Большое спасибо за помощь, мисс Юнь. Как поживаете в последнее время?

Старший господин Мин перенёс инсульт, во время которого его душа случайно отделилась от тела. Если бы не Юнь Фэй, вовремя заметившая это, в последующие десяток лет он оставался бы простым овощем. Несмотря на это, после пробуждения его здоровье оставляло желать лучшего.

Как раз тогда Мин Хэнчжи отыскал Юнь Фэй и попросил её помочь поправить здоровье старшего господина Мина. Помимо заказных убийств, Юнь Фэй лучше всего владела врачебным искусством, так что с подобной мелочью она справилась без труда, заодно получив от семьи Мин кругленькую сумму.

— Ничуть не хорошо, работы по горло, — Юнь Фэй откинулась на спинку дивана, подперев подбородок рукой. На ней было платье «русалка», при этом она сидела закинув ногу за ногу — элегантная, высокомерная, дерзкая и совершенно необузданная.

Хотя старший господин Мин понятия не имел, чем именно занималась Юнь Фэй, он догадывался, что это связано с Подземным миром. Прожив столь долго, он прекрасно усвоил: о некоторых вещах стоит расспрашивать, а о некоторых лучше не ведать.

Он непринуждённо сменил тему и с улыбкой произнёс:

— Ха-ха-ха, никак не ожидал, что этот старик сможет прожить ещё так долго.

Старший господин Мин всё переживал, что внезапно отойдет в мир иной; нынешнее помолвка затевалась не только по его воле — младшее поколение тоже тревожилось и хотело за счёт радостного события отогнать дурные предзнаменования.

— Предначертанное судьбой определено небесами, но то, как жить — человек решает сам. Жить слишком долго порой вовсе не благо.

Хоть она так и говорила, Юнь Фэй никогда не верила в предопределенность судьбы.

Между небом и землей незримо существуют свои непреложные законы, но если бы её заставили покориться судьбе — шутки в сторону, с чего бы вдруг!

Она отродясь не сдавалась на волю судьбы!

Здоровье старика всё же было подорвано, и после нескольких фраз его одолела дремота.

Заметив это, Юнь Фэй не стала продолжать разговор. Пришла она к старому господину лишь затем, чтобы обсудить сотрудничество с семьей Мин и заглянула на минутку поздороваться, а все детали предстояло обговорить с Мин Хэнчжи.

Когда Юнь Фэй направилась к выходу, старик внезапно окликнул её вопросом:

— Зачем ты явилась к Сяо Ши?

— По чьей-то просьбе выполняю чужое поручение.

Извини, я теперь с любовницей (9)

Юнь Фэй немного прогулялась и поднялась на второй этаж, направляясь в указанную Линь Ши сторону. Там находился небольшой балкон, где обычно барышни из семьи Мин пили послеобеденный чай.

Стоило ей приблизиться, как Юнь Фэй услышала полный праведного гнева голос:

— Как он мог так поступить!

Юнь Фэй приподняла брови: судя по всему, так выражаться могла лишь третья барышня из семьи Мин — Мин Синьюэ.

Мин Синьюэ была ровесницей Линь Ши, они с детства росли лучшими подругами.

Линь Ши вышла замуж и родила ребенка вскоре после поступления в университет, тогда как Мин Синьюэ только в этом году нашла парня, с которым жила душа в душу.

Когда родители Линь Ши погибли, именно Мин Синьюэ находилась рядом и утешала её. Вот только позже Линь Ши из-за депрессии сама оборвала все связи с окружающими, включая Мин Синьюэ. К тому же у старшего господина Мина случился удар, и Мин Синьюэ, видя, как её братья сбиваются с ног в хлопотах, тоже жутко переживала и попросту не заметила странностей в поведении Линь Ши.

Приглашая Линь Ши на банкет, она ещё ничего не ведала о заведённой Ли Аньчжэ любовнице, пока второй брат Мин Синьюэ, Мин Цзинъянь, случайно не проболтался об измене Ли Аньчжэ.

Прямолинейная и верная дружбе Мин Синьюэ просто взбесилась. А когда появился Ли Аньчжэ и она увидела, как он милуется с женщиной в винном платье «русалка», её гнев и вовсе достиг предела.

Она никак не ожидала, что этот подлец Ли Аньчжэ осмелится притащить сюда любовницу.

Та ругалась на чём свет стоит, в то время как Линь Ши лишь благодушно улыбалась рядом.

Ли Аньчжэ и впрямь оказался подонком. Узнав о его жестокости, она навсегда выбросила из сердца все чувства к нему, и теперь держала его подле себя исключительно из-за нехватки доказательств, дожидаясь результатов расследования гибели родителей.

Если случившееся никак с ним не связано — что ж, пусть так, она просто сочтёт, что ослепла и связалась с неблагодарной собакой, а после развода заставит его уйти в чём мать родила. Но если гибель родителей действительно его рук дело... Линь Ши бросила жестокий взгляд из-под ресниц, — тогда оставлять его в живых нельзя ни в коем случае.

Этих дней ей хватило, чтобы перенять методы Юнь Фэй.

Увидев, как она шагает прямо к ним с бокалом в руке, Юнь Фэй подошла и заменила красное вино в её руке на стакан молока.

Линь Ши беспомощно вздохнула:

— ...Где ты вообще раздобыла молоко?

Стоявшая рядом Мин Синьюэ лишилась дара речи. Она протянула дрожащий палец в сторону Юнь Фэй, и её губы мелко тряслись от злости: эта любовница вела себя до такой степени нагло, что посмела отобрать бокал прямо перед законной женой, это уже ни в какие ворота!

— У Мин Цзинъяня попросила. Среди членов семьи Мин лишь немногие знали об истинном происхождении Юнь Фэй: помимо самого старшего господина Мина, Мин Хэнчжи с сыном, секретом владел только Мин Цзинъянь.Эта помолвка устраивалась в том числе ради Мин Цзинъяня. В отличие от Мин Хэнчжи — сладкоречивого лицемера с вечной улыбкой, готового угодить каждому и ни с кем не портить отношения, — Мин Цзинъянь отличался суровым нравом, никогда не улыбался и слыл настоящим айсбергом в человеческом обличье, абсолютно равнодушным к женщинам. И тем не менее отбоя от поклонниц у него не было; барышня из семьи Чжао, на которой он сегодня женился, была одной из них.

Руки Мин Синьюэ задрожали ещё сильнее:

— Ты… ты… да как ты смеешь!

Она и помыслить не могла, что Юнь Фэй до сих пор общается с её вторым братом. А ведь этот самый второй брат сроду не щадил ничьих чувств — даже родной младшей сестре, попросившей его налить стакан воды, он отвечал с ледяным презрением.

В детстве она то и дело задавалась вопросом, а не подброшенная ли она дочь. Иначе с чего бы второму брату относиться к ней с такой холодной отчужденностью? Позднее, заметив, что он ни в грош не ставит даже собственного отца, Синьюэ сразу успокоилась.

Кто бы мог подумать, что её второй брат станет лично подавать молоко какой-то разлучнице? Что зан справедливость в этом мире?! Он что, рехнулся? Или это она сама сошла с ума?

Ни Линь Ши, ни Юнь Фэй не обратили ни малейшего внимания на потрясённую Мин Синьюэ.

Линь Ши с явным недовольством посмотрела на стакан в руке и обиженно протянула:

— А я вообще-то хотела выпить немного вина.

— Исключено, — Юнь Фэй не собиралась потакать подобным капризам. — Тебе сейчас нельзя пить.

— Ничего страшного, — попыталась оправдаться Линь Ши. — Малыш Минхуэй может пить смесь, а алкоголь помогает расслабиться.

— Ты принимаешь лекарства, алкоголь противопоказан. К тому же твоя депрессия ещё не прошла, а спиртное легко вызывает зависимость.

Юнь Фэй неотрывно смотрела на неё до тех пор, пока та не допила молоко до последней капли, и лишь тогда удовлетворённо кивнула.

Забрав у Линь Ши пустой стакан, Юнь Фэй мимоходом легко щёлкнула её по лбу:

— И не думай, что я не знаю, как ты тайком прикладывалась к бутылке, пока меня не было!

Иногда ей позволялось выпить немного, но сегодня эта проказница злоупотребила спиртным за её спиной — от неё даже разило алкоголем. И впрямь, стоит оставить ребёнка без присмотра хоть на день, как он тут же начинает баловаться.

Линь Ши обиженно надула губы:

— Во всём виновата ты! Сама же обещала пойти со мной, а вместо этого принялась болтать вон с тем мужчиной. Ты скорее потратишь пару минут на пустые разговоры с Ли Аньчжэ, чем уделишь время мне.

Мин Синьюэ уже совершенно перестала понимать, что здесь происходит. У неё что, проблемы со слухом? Почему ей кажется, что Линь Ши сейчас ревнует? Да шутка ли! Эта законная жена ревнует своего мужа к какой-то любовнице только потому, что та перебросилась с кем-то парой слов?!

— Не капризничай. У меня тоже есть свои дела, к тому же с Ли Аньчжэ так или иначе приходится поддерживать отношения. Прекрати дурить.

Юнь Фэй подошла ближе и легко ущипнула её за покрасневшие щёчки.

Линь Ши прекрасно знала, что Юнь Фэй терпеть не может Ли Аньчжэ, но на душе всё равно скребли кошки. Ей было претило даже само предположение, что Юнь Фэй может хоть в чём-то пересекаться с Ли Аньчжэ — даже в том случае, когда в глазах окружающих Юнь Фэй была всего лишь содержанкой Ли Аньчжэ.

Тихонько пробурчав себе под нос пару слов, она всё же подавила недовольство.

В этот момент главные виновники сегодняшнего вечера — Мин Цзинъянь и его невеста Чжао Хэцинь — направились в их сторону.

Прямо проигнорировав родную сестру, Мин Цзинъянь подошёл к Юнь Фэй и представил спутницу:

— Юнь Фэй, это моя невеста, Чжао Хэцинь.

Юнь Фэй бросила взгляд на их сцепленные руки. По слухам, Мин Цзинъянь был неприступен для женщин, но теперь стало очевидно, что время просто ещё не пришло.

При его упрямстве он никогда бы не стал устраивать этот банкет в честь помолвки, если бы не испытывал искренних чувств. А раз он, зная о странных способностях Юнь Фэй, специально привёл к ней невесту, значит, дело было не только в одной лишь любви.

Юнь Фэй взглянула на красные нити судьбы обоих — сомнений не было, это прекрасный и гармоничный союз.

Чжао Хэцинь не знала, кто такая Юнь Фэй, но она пылко любила Мин Цзинъяня и всецело доверяла его выбору, а потому сразу же приветливо произнесла:

— Здравствуйте, госпожа Юнь.

— Здравствуй, — слегка кивнув, Юнь Фэй посмотрела на Мин Цзинъяня и произнесла: — Вы действительно прекрасная пара, вам суждено состариться вместе.

Только слова сорвались с её губ, как Мин Синьюэ заметила, что уголки губ её второго брата-айсберга дрогнули, а затем он… улыбнулся. Мин Цзинъянь, этот ледяной монолит, который и отца-то ни во что не ставил, улыбнулся!

Обменявшись с Юнь Фэй ещё несколькими фразами, Мин Цзинъянь удалился вместе с невестой, за весь вечер так и не удостоив родную сестру даже мимолётным взглядом.

Мин Синьюэ протянула руку вслед удаляющейся паре в жесте персонажа из дорам. Ну просто образцовый старший братец — даже в сторону сестры не посмотрел.

Мин Цзинъянь, разумеется, видел Синьюэ, но из-за своей природной холодности предпочитал вместо пустой болтовни делать дела. Именно поэтому, несмотря на всё его пренебрежение к родным, те так сильно его любили.

Синьюэ едва не плакала от досады. Яростно сверля Юнь Фэй взглядом, она возмущённо бросила:

— Какое зелье ты подмешала моему второму брату?!

Юнь Фэй, с детства обожавшая подшучивать над людьми, не удержалась от соблазна подразнить её:

— Да я не только твоему второму брату приворотное зелье подмешала, но и твоему старшему сейчас налью порцию.

С этими словами она шагнула вперёд и приветливо помахала рукой стоявшему внизу Мин Хэнчжи, который принимал гостей. Тот заметил её жест и поднял в ответ свой бокал.

Наблюдавшая за этим Мин Синьюэ едва не задохнулась от гнева.

А-а-а-а! Как на свете может существовать столь бесстыдная женщина?! Её старший брат женат, у него ребёнок, а эта девица всё равно пытается его охмурить!

Вышедшая следом Линь Ши взглянула на подругу, у которой от ярости буквально дыбом стояли волосы, и невольно хихикнула.

Оказывается, дразнить людей так весело! Неудивительно, что эта вредина Юнь Фэй вечно норовит поиздеваться над ней самой.

— Ты просто невыносима! — избалованная наследница богатой семьи Мин от переизбытка эмоций повторяла одну и ту же фразу.

Она даже ругаться по-настоящему не умела. Интересно, если эту милашку хорошенько подразнить, она ведь наверняка расплачется? Подобные шаловливые мысли мелькнули в голове Юнь Фэй. Прислонившись к перила балкона, она являла взору идеальный силуэт: облегающее платье-русалка выгодно подчёркивало её соблазнительные изгибы, мгновенно приковывая взгляды всех присутствующих.

Даже Мин Синьюэ была вынуждена признать, что стоящая перед ней женщина чертовски хороша. Яркая, ослепительная, грациозная — словно сияющий бриллиант, способный привлечь к себе абсолютно любое внимание, а главное, в ней сквозила такая природная элегантность и горделивость, что против воли начинаешь тонуть в этом очаровании.

Мин Синьюэ обиженно поджала губы и уже собиралась что-то выпалить, как вдруг заметила, что Юнь Фэй направляется прямо к ней. Волоски на её теле мгновенно встали дыбом, и она испуганно заикнулась:

— Т-ты что удумала?!

Подойдя вплотную, Юнь Фэй протянула руку и кончиком пальца неторопливо приподняла её за подбородок. Уголки её губ изогнулись в опасной, дразнящей улыбке:

— На свете нет мужчины, которого я не смогла бы соблазнить. Разумеется, это касается и женщин.

Низкий, полный чувственного призыва голос заставил сердце Мин Синьюэ затрепетать. Прекрасно понимая, что перед ней опасная искусительница, она всё же позорно покраснела, разом растеряв все крохи рассудительности и хладнокровия.

Она закрыла пылающее лицо обеими руками, совершенно растерянная и дезориентированная, не зная, как себя вести.

Её только что соблазнила женщина! И самое унизительное было то, что её сердце бешено колотилось.

Не успела она прийти в себя, как мягкий поцелуй коснулся её щеки — и от остатков здравого смысла и моральных устоев в её голове не осталось и следа.

А-а-а-а-а! Её поцеловали! Её только что поцеловали!

Увидев, как Юнь Фэй целует Мин Синьюэ, Линь Ши мгновенно подскочила и схватила Юнь Фэй за запястье.

— В чём дело? — Юнь Фэй склонила голову набок, изображая крайнее недоумение. Заметив её перекошенное от ревности лицо, она вдруг догадалась о чём-то и лукаво улыбнулась: — Ты случайно не ревнуешь? Какая же ты милашка.

Линь Ши помрачнела пуще прежнего. Крепко вцепившись в руку Юнь Фэй, она потащила её прочь, отыскала пустую гостевую комнату, втащила девушку внутрь и заперла дверь на ключ.

Юнь Фэй изогнула бровь: эта малышка за столь короткий срок заметно продвинулась в своём развитии, просто поразительно.

Линь Ши опустила голову и молчала, лишь мёртвой хваткой вцепившись в её ладонь.

Бросив взгляд на собственное запястье, Юнь Фэй холодно произнесла:

— Ты мне руку ломаешь.

Линь Ши резко вскинула голову, глаза её уже были застилой слезами:

— Не надо…

— Чего не надо?

— Не смей целовать других.

Линь Ши горько заплакала. В этот момент до неё наконец дошло, что́ она чувствует к Юнь Фэй. Она любила её — любила даже сильнее, чем когда-то Ли Аньчжэ. Ей было противно само мысль о том, что Юнь Фэй может сблизиться с кем-то ещё, а целовать других — тем более, будь то даже женщина.

Юнь Фэй насмешливо приподняла брови:

— С какой стати?

Хотя замысел Линь Ши стал ей понятен, взаимностью она пылать не собиралась.

Линь Ши закусила губу так сильно, что до крови прокусила её:

— Я люблю тебя… Я люблю тебя, и я готова отдать тебе всё, что у меня есть. Пожалуйста, останься со мной навсегда, хорошо?

Она знала, что Юнь Фэй не любит её. До сих пор ей ни разу не доводилось почувствовать, что Юнь Фэй способна на романтические чувства к кому бы то ни было.

— Какая же ты жадная девочка, — понизив голос, прошептала Юнь Фэй, словно искушающий демон.

Линь Ши вскинула взгляд:

— Я согласна на сделку с тобой. Я отдам тебе всё, включая собственную душу, лишь бы ты была рядом.

На секунду Юнь Фэй замерла, а затем разразилась громким смехом — она никак не ожидала, что Линь Ши всерьёз считает её демоном.

Ха-ха-ха, как же это забавно! Прекрасно понимая, что перед ней истинный демон, она всё равно безумно и без оглядки влюбилась?

Какая же прелестная малышка.

Прости, я ушла к любовнице (10)

Это был далеко не первый подобный случай в её жизни. Когда-то Царица Призраков Су Цинъин точно так же пылко признавалась ей в любви прямо во Дворце Императора Призраков, умоляя Юнь Фэй забрать её и бежать на край света.

Юнь Фэй исполнила её желание — сбежала вместе с ней. Итог оказался закономерен: её саму лишили статуса духа, а убитая горем Су Цинъин вернулась в Мир Духов, где продолжила жить душа в душу с Императором Призраков.

Император Призраков и без того терпеть её не мог, да и она сама питала к нему не самые тёплые чувства.

Взглянув на Линь Ши, Юнь Фэй слегка улыбнулась, не спеша, впрочем, отвергать её признание, и лишь шепнула ей на ухо:

— Только учти: я не буду любить тебя. Я не люблю ни мужчин, ни женщин, предел моих чувств — мимолётная симпатия.

Сейчас она была не способна полюбить кого бы то ни было; таинственное исчезновение того мужчины унесло с собой и саму способность испытывать глубокие чувства.

— Мне всё равно, — Линь Ши даже не думала отступаться, она просто не представляла, как жить в мире, потеряв Юнь Фэй.

http://bllate.org/book/21612/2229355