Готовый перевод Reversal Transmigration Life / Контратака сквозь миры [Быстрое перерождение]: Глава 23

Хэ И склонил голову набок. Он изначально полагал, что жене предстоит тяжёлый путь, но никак не ожидал, что Янь Сысы опустится до такого. Похоже, она стремилась к популярности куда сильнее, чем он предполагал. Нельзя было отрицать: эта амбициозность и жажда вполне могли либо вознести её на вершину, либо, что ещё вероятнее, полностью погубить.

Листая сценарий, Хэ И словно наткнулся на нечто забавное и легко улыбнулся.

Столо признать, чутье того режиссёра-госдиректора было поистине безошибочным.

Действие нового сценария разворачивалось в эпоху Китайской Республики. Герой Хэ И, исполнявший роль первого мужского персонажа, на деле являлся двойным агентом, а общая атмосфера всей картины пропитывалась тяжёлым, трагическим колоритом.

Главного героя звали Шэнь Фэй. Он был недавним выпускником зарубежного вуза, устроившимся на работу в Министерство внутренних дел. Хотя на поверхности он порой совершал оплошности и даже становился посмешищем, его рабочие способности поражали воображение, а карьера шла в гору с невероятной скоростью. Это закономерно привлекло внимание заместителя министра — сурового тридцатилетнего мужчины, до сих пор не обзаведшегося семьей и ставившего работу выше личной жизни.

По этой причине замминистра постепенно начал замечать странности в поведении Шэнь Фэя и даже тайком занялся проверкой его прошлого. У него был шанс покончить с Шэнь Фэем, но из-за сиюминутного колебания он пощадил парня. В конце концов, когда Шэнь Фэй завоевал доверие министра и успешно похитил секретные документы, волей случая его всё равно отправили шпионить в стан врага.

Вскоре после ухода Шэнь Фэя из министерства замминистра был убит. Смутно чувствуя неладное, Шэнь Фэй действовал с предельным C.O.Сторожностью. Шаг за шагом опираясь на подсказки, оставленные погибшими друзьями, он в конце концов распутал этот клубок тайн и узнал правду, которая заключалась в следующем...

В финале, перед лицом грозного врага и внешней агрессии, когда вся страна страдала от иноземных захватчиков, военные и политические верхи внутри государства продолжали устраивать междоусобицы. Разочарованный и лишённый всякой надежды Шэнь Фэй отвернулся от всего и с головой ушёл в войну. Последним кадром шёл прощальный взгляд Шэнь Фэя через плечо — в его глазах отражалось слишком много переплетённых эмоций.

Ради этой роли Хэ И перелопатил горы исторических материалов о той эпохе, неустанно анализируя характер и особенности своего персонажа.

Больше всего Хэ И радовало то, что роль второго мужского персонажа — того самого заместителя министра — досталась Ли Фэну. Поскольку они уже работали вместе прежде, при встрече всё пошло как по маслу. К тому же Ли Фэн сам по себе отличался на редкость забавным нравом и несколько раз лично просил порепетировать сцены вместе с Хэ И.

Правда, один вопрос всё же не давал Хэ И покоя: почему замминистра тогда, поддавшись минутной слабости, пощадил Шэнь Фэя?

Из-за плотного графика Ли Фэна сцены с его и Хэ И участием снимали в первую очередь. Работа продвигалась стремительно, и съёмочная группа быстро подошла к моменту покушения.

В тёмном переулке Шэнь Фэй, зажимая раненый живот, хромая, брёл к собственному дому.

Впереди, у входа в переулок, тускло мерцал желтоватый уличный фонарь, издавая временами треск. Его света едва хватало, чтобы разобрать дорогу под ногами.

Лицо Шэнь Фэя было смертельно бледным. У самого выхода из переулка он внезапно остановился, широко распахнул глаза и начал пятиться назад.

Перед Шэнь Фэем возникло дуло пистолета и сжимающая его рука, покрытая плотным слоем мозолей. Рука выглядела на редкость сильной — в ней никак нельзя было угадать человека, занятого бумажной волокитой.

— Замминистра, это вы... — Шэнь Фэй отступил на несколько шагов и бессильно прислонился к стене, совершенно не заботясь о том, что пачкает одежду о грязную кладку.

— Кто ты такой на самом деле? — замминистра в очках медленно вышел из темноты. Половина его лица тонула во мраке, наводя суеверный ужас.

— Я, я ничего не понимаю... — Шэнь Фэй выдавил из себя улыбку, выглядя донельзя смущенным, не говоря уже о том, что он всё еще кровоточил. — Замминистра, я же Шэнь Фэй.

— Я подозревал тебя с самого начала. — Замминистра приблизился к Шэнь Фэю и приставил дуло к его лбу, полностью заслонив своей фигурой парня.

— Ну а как тогда объяснить твои раны? — замминистра протянул руку и безжалостно надавил на больное место Шэнь Фэя, отчего на лбу у того мгновенно выступил холодный пот от боли.

— Вы... я просто столкнулся с убийцами... — Черт, мысленно выругался Хэ И. Ощущение слабости в Душе вернулось, тело стремительно теряло силы, и вскоре ему пришлось почти всем весом опереться на Ли Фэна, чтобы просто держаться на ногах.

Ли Фэн смутно почувствовал неладное, но приглядевшись, не заметил на лице Хэ И ничего подозрительного и продолжил без запинки произносить текст роли:

— Шэнь Фэй, брось свои попытки меня обмануть! — Ли Фэн нанёс удар кулаком рядом с лицом Хэ И, и от напористого свиста воздуха у Хэ И начали расфокусироваться глаза.

— Ничего я не пытаюсь. Если хочешь подозревать меня — подозревай. Такой человек, как ты, никогда не поймет... — на слове «поймет» Хэ И прикусил губу. Наконец, не выдержав истощения Души, его голова безвольно качнулась, и он рухнул в объятия Ли Фэна.

— Шэнь Фэй! — вскричал Ли Фэн, на чьём лице отразилась неподдельная паника.

Он тут же сделал жест рукой окружающим и рявкнул: — Стоп! Хэ И действительно потерял сознание! Где его менеджер, позовите сюда!

Вскоре вокруг засуетилась толпа. Режиссер, сивший перед монитором, нахмурился, задумчиво поразглядывал только что отснятый эпизод и наконец рявкнул сценаристу: — Где сценарист? Иди сюда! Нужно переписать сценарий, сделаешь правки по моим указаниям, немедленно сюда!

Когда Хэ И наконец пришёл в себя, первое, что он увидел, было перекошенное от тревоги лицо. Убедившись, что Хэ И в порядке и очнулся, помощник уткнулся в телефон и заговорил с тем, кто был на другом конце линии: — Босс, да, он очнулся. Угу, ладно, босс, тогда сами ему скажите, хорошо.

Ли Ли с облегчением выдохнул, словно сбросил с плеч гору камней, и протянул телефон Хэ И. Тот взял аппарат, и оттуда тут же раздался голос Е Фэнъяня:

— Как ты? — голос Е Фэнъяня звучал устало, но в нём сквозило глубокое беспокойство.

Хэ И отвёл телефон от уха, глянул на экран — разговор длился уже больше сорока минут, — после чего снова приложил трубку к уху: — Я в порядке, просто немного ослаб. Кстати, как обстоят дела с моим альбомом?

На другом конце провода Е Фэнъянь раздражённо дёрнул за галстук, но всё же ответил мягко: — Да, всё идет гладко. Хэ И, не изнуряй себя так. Твоё здоровье для меня важнее всего на свете.

— Я знаю, — Хэ И слегка помолчал.

— Хэ И, когда закончатся съёмки этого фильма, мы... — Е Фэнъянь сделал паузу, а затем горько усмехнулся, в его голосе прозвучало нечто вроде самоиронии. — Ладно, давай сначала доснимешь кино.

Хэ И чуть приподнял бровь. Он примерно догадывался, о чём хотел сказать Е Фэнъянь. На самом деле он и сам обдумывал этот вопрос.

— Хорошо, — тихо отозвался Хэ И.

Они поболтали еще какое-то время, прежде чем повесить трубку. Хэ И выглядел уставшим, а сидевший рядом Ли Ли снова замялся, словно хотел что-то сказать, но не решался, чем жутко раздражал Хэ И.

— Выкладывай, что хотел сказать, — слегка нахмурился Хэ И.

— Кхм, да ничего особенного. Пока ты был без сознания, режиссер немного переписал сценарий... Ну, на самом деле не сильно, просто парочку сцен между тобой и Ли Фэном добавили, всего несколько эпизодов, ничего страшного, — чем дальше говорил Ли Ли, тем сильнее терял уверенность. Разумеется, переживал он не за Хэ И, а за собственного босса.

Если его босс узнает, что сюжет перекроили в сторону двусмысленности, он живьём с него шкуру спустит! А-а-а-а-а!

Хэ И на это лишь слегка повёл плечом.

В последующих сценах с Ли Фэном и впрямь прибавилось работы, но эти новые эпизоды озадачивали Хэ И: они казались какими-то бессмысленными, словно добавленными лишь для галочки. Впрочем, актёрам выдают лишь текст роли, а цельную картину видит только режиссёр — когда всё соберут воедино, станет понятно.

Подумав об этом, Хэ И вновь погрузился в съёмочный процесс. Чего он никак не ожидал, так это того, что Янь Сысы попала в команду исключительно по протекции режиссёра, но во время работы её постоянно останавливали окриками «стоп!». Было очевидно, что Янь Сысы с трудом удерживает на лице даже подобие идеальной улыбки.

— Сколько раз я вам повторял — прочувствуйте внутренний мир персонажа! Внутренний мир! Почему у вас вечно не получается? Достаньте свои амбиции, покажите жажду власти! Вы должны проникнуть в этого персонажа, в его душу! В душу этого героя!

Слушая непрекращающиеся разносы, которые режиссёр устраивал Янь Сысы, Хэ И покрутил в руке стакан с водой и бросил Ли Ли: — Насколько я помню, Сяо Ши не брезгует ни парнями, ни девушками?

Ли Ли тут же встрепенулся и тут же парировал: — Вот именно такие люди и бесят больше всего. Всеядные. Рожей до босса не дотянул, фигурой не вышел, моральные качества хромают, да и в постели, небось, слабак. Если бы не влиятельные покровители, неизвестно, где бы он сейчас болтался. Хэ И, знаешь ли, в чувствах нужно быть постоянным!

Ли Ли смахнул со лба капельки пота, мысленно подумывая о том, что быть менеджером этого человека куда тяжелее, чем вести десяток других артистов.

— Как думаешь, если перед ней возникнет такой шанс, станет ли она за него бороться? — Хэ И бросил скользящий взгляд на Янь Сысы, которая одиноко стояла вдали, опустив голову и тихо плакоя. Выглядело так, будто он посмотрел на неё совершенно случайно.

Ли Ли проследил за взглядом Хэ И, не до конца уловив его мысль, поэтому просто поправил очки.

Изначально по сюжету у Хэ И и Янь Сысы было четыре общих эпизода. Хэ И в очередной раз просто задавил партнёршу мастерством: все его дубли приняли с первого раза, в то время как у Янь Сысы из четырёх сцен кое-как наскреблось лишь парочка сносных кадров. Остальное же... выражаясь словами режиссёра: «Какого чёрта вы там хлопали глазами?!»

Строго говоря, Янь Сысы вовсе не хлопала глазами. Её просто... парализовало от страха.

Каждый раз, играя в паре с Хэ И, стоило тому войти в образ, как она физически ощущала тяжесть давящей на неё ауры. Что уж говорить о совместных сценах — её каждый раз начинало слегка потряхивать, особенно когда она встречалась взглядом с глазами Хэ И.

Обычно эти персиковые глаза выглядели невероятно красивыми, но стоило им чуть сузиться, когда он смотрел на неё, как воображение рисовало натянутую тетиву и нацеленную прямо в сердце острую стрелу, готовую сорваться в любой момент. Стоило ей заглянуть в глаза Хэ И, как чудилось холодное мерцание наконечника — как тут вообще можно было нормально играть!

Янь Сысы приходилось раз за разом настраиваться на тяжёлую психологическую работу, но все её приготовления и внушения рушились в прах, стоило ей снова увидеть Хэ И.

Янь Сысы казалось, что она одержима демонами: ей никак не удавалось вырваться из плена этих глаз. В итоге остальные её сцены были провалены настолько безнадежно, что взбешённый режиссёр вырезал треть её роли. И без того скромная линия персонажа сократилась донельзя, из-за чего общая композиция фильма приобрела слегка странноватый оттенок.

В конце концов, по окончании съёмок, тот самый режиссёр публично заявил, что ослеп и ошибся в человеке. Этот пресс-релиз поднял немало шума в прессе: режиссёр славился безупречной репутацией и ни разу не давал маху, так кто же оказался той самой ошибкой в кастинге?

Хэ И, будучи новичком, естественно, стал главным подозреваемым. Стоило СМИ получить зацепку, как они тут же разродились шквалом новостей — имя Хэ И работало как магнит для трендов, стоило ему где-то мелькнуть, как он тут же взлетал в топы.

Вмиг интернет снова запестрел новостями о Хэ И, и как раз в этот момент наконец вышел в свет его музыкальный альбом.

Хэ И не планировал давать концерты: во-первых, его организм просто не выдержал бы таких нагрузок; во-вторых, Е Фэнъянь ни за что бы этого не позволил; в-третьих, сам Хэ И не испытывал особого желания. Он не собирался делать карьеру профессионального певец, просто пробовал силы в новом направлении. Раз уж он не профессиональный вокалист, то и гнаться за лёгкими деньгами не было нужды.

Однако чего Хэ И никак не ожидал, так это того, что после релиза альбома его фан-база вырастет в несколько раз. Каждый день ему сыпались тысячи сообщений и личных писем, так что Ли Ли пришлось полностью заблокировать входящие от незнакомцев. Даже сам менеджер не предполагал, что Хэ И обладает столь безумной притягательностью для фанатов — скорость роста популярности казалась просто мифической.

СМИ, ухватившись за новость, тут же принялись строчить всё новые статьи о Хэ И. На мгновение он взлетел на столь головокружительную высоту, что ситуация стала весьма щекотливой.

Единственным испытанием, способным доказать, заслуживает ли Хэ И свалившейся на него известности, должен был стать фильм с его участием.

Примечания автора:

Ла-ла-ла, вторая глава! Я стал намного трудолюбивее, да?

Сегодня тоже выложил десять тысяч иероглифов, о(*￣▽￣*)o

***

Миф шоу-бизнеса

Шэнь Фэй, кто ты на самом деле? Мужчина сидел, полускрытый тенью. Одной рукой он слегка постукивал пальцами по столешнице, погруженный в глубокие мысли, и, прикрыв глаза с тяжёлым сердцем, мысленно прокручивал обрывки воспоминаний с неким парнем.

Картинка сменяется: теперь действие происходит в том самом переулке. Мужчина целится из пистолета в молодого, красивого парня, но когда тот теряет сознание, мужчина не в силах сдержаться — он с тревогой ловит обмякшее тело и отчаянно кричит: — Шэнь Фэй!

Снова смена кадров: мужчина возвращается домой, смутно чувствуя неладное. Он мог бы сбежать, но из-за попытки достать что-то из тайника в шкафу в итоге погибает от рук наёмника.

Бац! Замедленная съемка: пуля плавно прошивает воздух сквозь взвесь пыли и на бешеной скорости вонзается в тело мужчины. Тáк широко раскрыв глаза, он судорожно сжимает в кулаке какую-то вещь и бессильно падает. Экран полностью темнеет, уступая место воспоминаниям героя.

Под лучами закатного солнца стальной моск отбрасывал красноватый отблеск, который с лихвой гасил его ледяную металлическую ауру. Он и другой мужчина стояли на мосту. Тот смотрел на реку, а он — в противоположную сторону, наблюдая за бесконечным потоком пешеходов и машин. Достав сигарету и глубоко затянувшись, он выпустил клубы дыма, словно пряча за ними все свои чувства, а затем негромко произмолвил:

— Шэнь Фэй, окажись ты шпионом — я бы убил тебя.

Мужчина говорил это с подчеркнуто суровым выражением лица, но в этот миг в его голосе промелькнуло нечто мягкое.

— А после я бы покончил с собой, так что мы были бы в расчете. Как тебе идея? — он повернулся к собеседнику. Тот вроде бы улыбнулся, но его черты лица казались размытыми.

Затем кадр застыл, возвращаясь к мрачным краскам смерти. Мужчина умирал. Он судорожно цеплялся за зажатый в руке предмет, его губы беззвучно шевелились, словно вымаливая чьё-то имя. Приблизившись, можно было едва разобрать шёпот:

— ...Шэнь Фэй... Шэнь Фэй...

Наконец мужчина умолк окончательно. Его глаза оставались открытыми даже после смерти — казалось, он продолжал смотреть на того, кого любил всем сердцем.

Экран вновь погрузился во тьму, вокруг зажглся свет, раздался оглушительный шквал аплодисментов.

Сидящие в зале Хэ И и Ли Фэн тоже вежливо зааплодировали. Хэ И никак не ожидал от режиссёра такого хода — нетрудно было представить, какую бурю поднимет это видео в сети, когда оно попадёт в интернет.

— Зуб даю, в сети тут же появится горы фанфиков обо мне и тебе. Эх, почему это в каждой истории тебя имеют подо мной? — наклонившись к соседу, протянул Ли Фэн.

Хэ И покачал головой, сохраняя на лице вежливую улыбку: — Всё дело в амплуа твоего персонажа. Если бы не твой замминистра — такой упрямый сухарь, — кто бы стал за тебя переживать? К тому же это всего лишь тизер. Когда выйдет сам фильм, еще бабушка надвое сказала, кто чью славу затмит.

— Да неужто ты так в себе уверен? — приподнял бровь Ли Фэн.

Хэ И гордо вздернул подбородок, глядя на коллегу:

— Разумеется.

Щелк!

Рядом раздался щелчок затвора камеры. Хэ И нахмурился и умолк. Нетрудно было представить, до какой степени ревности эта фотография в сочетании с только что показанным роликом доведёт Е Фэнъяня.

При мысли об этом Хэ И тяжело вздохнул: сколько бы миров ни сменилось, собственнические инстинкты этого мужчины оставались прежними. Пожалуй, ему стоило всерьёз над кое-чем задуматься.

После пресс-конференции фильма намечался небольшой фуршет, но Хэ И под предлогом плохого самочувствия вежливо отказался и сразу поехал домой. Предсказуемо обнаружив в своей квартире Е Фэнъяня, он ничуть не удивился.

У Е Фэнъяня и так был дубликат ключей, а после того как они открылись друг другу, они неизменно жили как пара. Но что действительно раздражало, так это то, что Е Фэнъянь пил: на столе стояла наполовину пустая бутылка красного вина. Долго гадать не пришлось — понятно, что пойло принёс с собой сам Е Фэнъянь.

— Почему выпил без меня? — Хэ И подошёл ближе, без церемоний перехватил бокал из рук Е Фэнъяня и осушил его до дна. Из-за слабого здоровья вино, едва упав на желудок, вызвало лёгкий дискомфорт.

— Тебе нельзя пить со слабым здоровьем, — Е Фэнъянь выхватил стакан из рук Хэ И, поднялся на ноги, надвигаясь на него, и, обхватив лицо парня ладонями, пьяненьким голосом пробормотал: — И во рту тоже... не пей остатки.

С этими словами Е Фэнъянь накрыл губы Хэ И поцелуем. Властно и упрямо он заставил Хэ И приоткрыть рот, после чего принялся хозяйничать внутри, словно стремясь оставить повсюду следы своего присутствия и вкуса. Из-за слабости Хэ И они прежде никогда не занимались по-настоящему страстным сепсом, и сейчас его тело тоже откликнулось на ласки.

— Только поаккуратнее в этот раз, — отдышавшись, прошептал Хэ И, прильнув к уху Е Фэнъяня.

Глаза Е Фэнъяня мгновенно вспыхнули. Его руки тут же нырнули под подол рубашки Хэ И, шаря по телу. Будучи здоровым мужчиной с сильными потребностями, Е Фэнъянь всё это время сдерживался ради хрупкого здоровья Хэ И. С момента, как они сошлись, они ещё ни разу не были по-настоящему близки. Е Фэнъянь видел, что Хэ И в принципе равнодушен к подобным вещам, и если бы не редкие моменты отклика, он бы и вовсе решил, что у партнёра фригидность.

На самом деле Е Фэнъянь жестоко заблуждался. Душа Хэ И была истощена, и организму приходилось тратить все ресурсы на поддержание этой искры жизни. Тело не могло позволить себе расточать питательные вещества, ведь близость отнимает массу сил, поэтому для сохранения базовых функций организм глушил большую часть желаний Хэ И.

Целуясь на ходу, Хэ И оказался подхвачен на руки и усажен на стол. Е Фэнъянь развёл его бёдра в стороны. Сперва Хэ И чувствовал себя неуютно, но под неутомимыми ласками и поцелуями постепенно начал привыкать, расслабляясь в туманном дурмане.

Когда после всего Е Фэнъянь нёс Хэ И в ванную, тот находился в полубессознательном состоянии, и в голове крутилась лишь одна мысль: чёрт побери, такую затяжную выносливость точно надо лечить!

На следующий день Хэ И закономерно не смог встать с постели: нижняя часть тела ныла и онемела. Видя, как Е Фэнъянь вертится вокруг изголовья, готовый исполнить любой каприз, Хэ И решил, что с чистой совестью может остаться лежать.

http://bllate.org/book/21671/2235840