По крайней мере, в этот момент в ушах Бо Линя, помимо голоса Хуа Цзяня, оставалось лишь собственное гулкое биение сердца.
На обратном пути Хуа Цзянь чувствовал себя немного неловко.
— То, что я приехал за тобой, не испугало тебя?
— Конечно нет, но откуда ты узнал, что я вернулся на родину?
Хуа Цзянь ткнул в экран телефона:
— Ты не ответил на мое сообщение вчера, и я немного запереживал, что в такой дали до тебя не дозвониться, поэтому спросил секретаря Цзяна, и он подсказал мне номер твоего рейса.
Бо Линь пристально посмотрел на него и медленно кивнул:
— На самом деле, хватило бы и того, что прислали водителя. Зачем тебе было из-за этого не спать всю ночь?
— Пустяки, — Хуа Цзянь посмотрел на него и вдруг произнес: — У тебя ужасный вид, ты в последнее время вообще не спал?
Бо Линь вздрогнул и резко отвернулся, пытаясь что-то скрыть.
Он был так занят своей радостью, что совсем позабыл о собственном потрепанном и жалком виде.
Небритый, с синевой под глазами, с осунувшейся кожей, а лицо, пожалуй, еще и лоснилось от жира.
— Бо Линь? Ты в порядке? Давай вздремни немного, я больше не буду к тебе приставать с разговорами.
— Хорошо.
Хуа Цзянь не понимал, что творится с Бо Линем.
Он видел лишь его профиль: тот вроде бы и заснул, но длинные респках то и дело непрерывно дрожали.
Словно что-то тревожило его душу, не позволяя уснуть, но он все равно заставлял себя держать глаза закрытыми.
Бо Линь закрылся глазами, и его слух сделался невероятно чутким.
Раздался озабоченный голос Хуа Цзяня: *А ресницы-то у Бо Линя довольно длинные. Только с ним точно все в порядке? Ресницы дергаются как сумасшедшие, разве так уснешь?*
Сердце Бо Линя пропустило удар.
Хуа Цзянь все еще пялился на него.
*Ну наконец-то ресницы перестали дрожать, слава богу, я тоже чуток посплю.*
Голос парня постепенно стих, и лишь спустя долгое время Бо Линь медленно приоткрыл глаза.
Тело его осталось неподвижным, он лишь перевел взгляд на сидевшего рядом Хуа Цзяня.
.
Глава 55: Полное непонимание романтики со стороны натурала
У молодых парней полно энергии, да и засыпают они быстро.
Буквально через несколько минут Бо Линь с удивлением заметил, что голова Хуа Цзяня, прислоненная к подголовнику, бессознательно качнулась чуть ниже.
Он на мгновение замер и тихо приказал водителю:
— Еди чуть помедленнее.
— Слушаюсь, господин Бо.
Цуй Пэн на ходу бросил осторожный взгляд в зеркало заднего вида.
В последнее время он начал по-новому оценивать этого новоявленного «друга» своего шефа.
В эту командировку Бо Линь взял с собой только Цзян Кая.
Цуй Пэну не нужно было отсиживаться в офисе Корпорации Бо, обычно он дежурил в резиденции семьи Ци.
Вчера Хуа Цзянь проводил урок у барышни Фаньлин, а потом внезапно нашел его и выразил желание поехать с ним встречать самолет.
Тогда он даже удивился, ведь по полученным им инструкциям Бо Линь должен был вернуться на родину только через четыре дня.
Кто бы мог подумать, что не пройдет и нескольких минут, как позвонит Цзян Кай и скажет, что самолет Бо Линя приземляется в шесть утра, велев ему вместе с Хуа Цзянем ехать в аэропорт.
Он работал при господине Бо уже около пяти лет, и круг общения у того был невероятно прост.
Не считая молодых господ вроде генерального директора Лу, за эти пять лет Цуй Пэн ни разу не видел, чтобы у господина Бо появлялись новые друзья.
Неужели этот молодой и красивый студент колледжа — новый друг господина Бо?
Куда больше походило на то, что он — парень, который нравится господину Бо.
Цуй Пэн легко вздохнул.
Неудивительно, что тогда у входа в бар up, заметив, как некий Сюэ Пань распускает руки перед Хуа Цзянем, господин Бо специально приказал ему собрать досье на этого парня.
А еще каждый раз, когда Хуа Цзянь отправлялся рисовать, господин Бо лично возил его туда и обратно...
Прежде возле господина Бо никогда не крутились никакие сомнительные мужчины или женщины.
Характер у него был отстраненный и холодный.
Разве это не любовь?
...
Бо Линь не догадывался, что его водитель уже мысленно закрутил целый роман со всеми взлетами и падениями.
Стоило ему увидеть Хуа Цзяня, как капли остатков сна тут же испарились.
Подражая Хуа Цзяню, он прижался головой к спинке сиденья, повернув лицо в его сторону, и стал тихонько наблюдать за молодым человеком.
Хуа Цзянь спал беспокойно.
Бо Линь внезапно поднял руку.
В этот момент Хуа Цзянь качнул головой вниз, и пряди его волос рассыпались прямо на ладони мужчины.
Легкое щекотание заставило пальцы Бо Линя судорожно сжаться, но он не стал убирать руку, позволяя прядям своевольно подбираться все ближе.
Наконец, теплая тяжесть опустилась на руку Бо Линя.
В груди поднялось странное, извращенное удовлетворение.
Однако насладиться этим чувством как следует Бо Линь не успел — Хуа Цзянь тихонько промычал что-то невнятное.
Брови его слегка нахмурились, веки затрепетали — он явно собирался проснуться.
Бо Линь с сожалением в сердце был вынужден отдернуть руку.
— Чего ты так мало поспал? До дома еще целых полчаса.
— Да я особо и не хочу спать, — Хуа Цзянь потер шею, смущенно улыбнувшись.
Взгляд Бо Линя неуловимо изменился:
— Адвокат говорил, что в последние дни ты непрерывно занимался делом Цуй Чжао.
Хуа Цзянь на секунду замер и глухо отозвался:
— Угу.
— Хоть этот Цуй Чэнмин и доставляет хлопот, он все же не великая птица, — небрежно бросил Бо Линь. — Можешь пока пользоваться услугами адвокатов Корпорации Бо. Если тебе неудобно, я знаю еще парочку толковых юристов из этой сферы.
— Большое спасибо, Бо Линь, но вряд ли потребуется столько хлопот. С делом Цуй Чжао все решится в ближайшие день-два.
Ответив Бо Линю, Хуа Цзянь мысленно засомневался: *Вэй Цяньлинь откровенно плох в делах, давно должен был забить Цуй Чжао до смерти, а в итоге загнал меня в такое уязвимое положение.*
Услышав это, Бо Линь невольно усмехнулся: он никак не ожидал, что у Хуа Цзяня есть целый план.
Впрочем, неважно. Если Цуй Чжао и дальше продолжит вести себя столь недальновидно, Бо Линь всегда успеет вмешаться сам.
От аэропорта до жилмассива Лучуань путь занимал больше часа.
За вычетом времени, пока Хуа Цзянь спал, оставшуюся дорогу они провели за неторопливой беседой.
Атмосфера царила самая теплая, к тому же все темы, поднимавшиеся в пути, неизменно доходили до логического завершения.
С осознанием этого факта Хуа Цзянь почувствовал себя крайне странно: Бо Линь словно подстраивался под его уровень.
Неудивительно, что о чем бы они ни заводили разговор, все крутилось вокруг того, в чем он разбирался.
*У меня что, есть какое-то скрытое обаяние личности?*
Бо Линь как раз собирался спросить, почему Хуа Цзянь замолчал, как услышал его внутренний голос.
*Даже такой великий и грозный босс меня ублажает — тьфу, как можно было использовать слово «ублажает»?*
Бо Линь отвернулся к окну: в месте, где никто не мог его заметить, его тонкие губы сжались в ниточку, а пальцы крепко переплелись.
Оказывается, он проявлял свои чувства настолько явно, что даже такой толстокожий человек, как Хуа Цзянь, все заметил.
*Неужели Бо Линь ко мне...*
Уголки губ Бо Линя слегка приподнялись — Хуа Цзянь действительно смог догадаться сам.
Хуа Цзянь продолжил размышлять: *Прямо как я считаю малышку Фаньлин невероятно милой? Неужели он думает, что я совсем сопляк и глупышка? Тц, недаром мне с самого начала всё казалось подозрительным.*
Губы Бо Линя мгновенно вытянулись в прямую линию.
*Однако кого это Бо Линь за человека не считает? Мне вообще-то уже двадцать один год, рост сто девяносто, достоинство двадцать четыре — ну-ка заставил бы я его посмотреть на это!*
Бо Линь внезапно подал голос:
— Хуа Цзянь.
— А? Что такое? — озадаченно повернулся Хуа Цзянь.
Все его мысли о том, как бы потягаться с Бо Линем силами, вмиг улетучились, стоило ему встретиться взглядом с глазами мужчины.
— Ничего.
— Точно ничего? Голос у тебя какой-то хриплый.
С подозрением в голосе Хуа Цзянь открутил для него бутылку воды.
Бо Линь протянул руку, чтобы взять ее, и его пальцы случайно скользнули по теплой ладони Хуа Цзяня.
Жар в его груди, словно обрызганный бензином, вспыхнул и с грохотом накрыл его с головой.
Брови Хуа Цзяня чуть дрогнули: Бо Линь почему-то не взял воду, а вместо этого крепко сжал его руку.
Заметив взгляд Хуа Цзяня, Бо Линь испугался.
Он тут же разжал пальцы:
— Извини, я не больно тебя сжал?
Хуа Цзянь привычно забрал бутылку обратно:
— Ничего страшного, но тебе и правда нужно отдохнуть.
*Напугал до смерти! Если бы я не знал, что Бо Линь не по мужчинам, я бы почти решил, что он меня соблазняет. Черт побери, пронесло, как же опасно в этом проклятом гомосексуальном мире.*
Бо Линь отвернулся, чувствуя глухое раздражение.
Припомнив особенности этого мира, в замкнутом пространстве машины Хуа Цзянь уже не решался вести себя слишком вольготно.
Они сидели по обе стороны салона, и вскоре показалась вилла семьи Ци.
— Дядя! Ты действительно вернулся! Фаньлин так сильно по тебе скучала! Ты привез мне подарок?
Едва машина остановилась во дворе, раздался мягкий, капризный голосок маленькой девочки.
— Ой, а почему учитель Хуа приехал вместе с дядей?
Маленькая головка Фаньлин никак не могла сообразить, в чем дело: она то переводила взгляд на дядю, то на учителя Хуа.
Хуа Цзянь с улыбкой объяснил:
— Дядя вернулся на родину, и учитель Хуа вместе с дядей-водителем ездили встречать дядю в аэропорт.
— Вот оно как! Дядя, с тебя подарок!
Прилетев обратно, Бо Линь захватил с собой лишь один чемодан да две большие подарочные коробки — розовую и синюю.
Он наклонился и подхватил девочку на руки:
— Сегодня только один подарок, остальные приготовленные дядей подарки еще в пути.
Взрослый и ребенок вошли в виллу, а следовавшие за ними слуги занесли вещи в гостиную.
— Эй, дядя, розовая — это мой подарок, а вон та синяя рядом чья? У нас дома нет мальчишек.
Ци Фаньлин указала на другую точно такую же коробку.
Бо Линь перевел взгляд на Хуа Цзяня.
Хуа Цзянь опешил.
Ци Фаньлин была девчонкой сообразительной и тут же выдала:
— Ой, учитель Хуа мальчик, он любит синий цвет, этот подарок предназначен учителю Хуа, верно?
— Мне?
— Угу.
Вспомнив недавние слова Хуа Цзяня в машине, Бо Линь чувствовал, как в груди все еще клокочет глухое раздражение.
— Это краски, которыми вы рисуете, по одной коробке для тебя и для Фаньлин, — помолчав, он добавил: — При покупке вторая шла за полцены, так что я захватил сразу две.
— Можешь просто забрать и пользоваться, не забивай себе голову.
С этими словами Бо Линь поспешно поднялся наверх.
Что же до Хуа Цзяня, то, разглядывая знаменитый логотип на коробке с подарком, он мысленно присвистнул.
Одна такая коробка со всеми оттенками стоила дороже гоночного болида.
Вторая за полцены?
Неужели Бо Линя за границей обокрали как последнего лоха?
— — —
Приняв ванную и сбрив бороду, Бо Линь не спешил выходить.
В это время Хуа Цзянь занимался с Фаньлин, и во всей вилле стояла необытиная тишина.
Одновременно с его возвращением доставили и накопившиеся важные документы, ожидавшая его утверждения.
Разобравшись с делами, бумаги забрали сотрудники секретарта.
Затем Бо Линь выделил время, чтобы принять тех самых юристов.
Люди сменяли друг друга, покидая виллу, и даже Хуа Цзянь в художественной студии улавливал отголоски этой суеты.
После урока девочка нетерпеливо побежала в комнату к Бо Линю.
Когда взрослый и ребенок вышли из комнаты, Хуа Цзянь уже ушел.
— Ой, а почему учитель Хуа даже не дождался меня? Я забыла сказать ему до свидания.
Девочка немного расстроилась.
Бо Линь посмотрел на стоявшую в углу синюю подарочную коробку, и его губы плотно сжались.
Хуа Цзянь еще не подозревал, что умудрился обидеть и малого, и старого.
Он спешил уйти, ведь Вэй Цяньлинь вернулся в Пекин с хорошими новостями.
.
Глава 57: Господин Бо и Хуа Цзянь — пара?
Местом встречи с Вэй Цяньлинем было выбрано незаметное кафе неподалеку от Пекинского университета.
— Ты справился гораздо медленнее, чем я рассчитывал.
Хуа Цзянь был слегка недоволен: Вэй Цяньлинь должен был действовать как острый меч.
Кто бы мог подумать, что все так затянется.
Вэй Цяньлинь за последние дни через многое перенесся, и по отношению к этому красивому парню перед ним у него не осталось ничего, кроме изначального легкомыслия, сменившегося глубокой опаской.
В жару он был одет в черную толстовку с капюшоном, опустив голову, так что наружу виднелась лишь половина лица.
— Цуй Чжао действительно больше не выйдет?
— Лишь временно, именно поэтому я и тороплюсь. Как прошло то поручение, что я тебе дал?
Уголки рта Вэй Цяньлиня слегка дернулись:
— Люди из Цинхая до смерти боятся Цуй Чжао. То, что мне удалось уговорить двоих подать на него заявление под своими настоящими именами — это предел моих возможностей.
Взгляд Хуа Цзяня метнулся:
— Выходит, получилось?
Вэй Цяньлинь сдержанно кивнул:
— Спасибо, что помог мне отыскать ту запись с камер наблюдения, иначе я бы до сих пор думал, что сбил того человека насмерть.
Стиснув зубы, он продолжил:
— Но я не могу здесь задерживаться. Цуй Чжао страшнее, чем ты думаешь, и даже со всеми теми делами в Цинхае удержать его здесь надолго не выйдет.
Едва он договорил, как в поле его зрения появился бумажный пакет.
— Это условлено.
Хуа Цзянь пододвинул деньги к Вэй Цяньлиню.
Вэй Цяньлинь занервничал:
— Ты меня бросаешь?
Хуа Цзянь холодно произнес:
— Мы же договаривались — это сотрудничество. Есть ли твоя вина в событиях прошлых лет, нарушал ли закон ты, выполняя поручения Цуй Чжао... впрочем, неважно. Я познакомлю тебя с хорошим адвокатом, но сейчас думать об этом еще рано.
Вэй Цяньлинь набегался и на прятался по углам за эти годы досыта, да и на малой родине его ждали пожилые родители.
Если в этот раз удастся поставить точку в делах прошлого, это станет хоть каким-то отчетом перед самим собой.
Он ушел так же спешно, как и появился.
Стоило Вэй Цяньлиню уйти, как Хуа Цзянь тут же принял звонок от Цуй Лэнъюня.
Повесив трубку, Цуй Лэнъюнь со задумчивым видом постукивал пальцами по столешнице.
Этот маленький дармоед из семьи Се становился все интереснее.
Полицейские из Цинхая ранним утром примчались в Пекин и, подав документы, потребовали от Цуй Чжао содействия следствию.
Стоило им появиться, как врасплох застали не только адвокатов различных семейств, но даже людей Цуй Чжао.
Тогда все сходились во мнении: если бы в тот день последовали воле Цуй Чжао и позволили ему уйти...
Возможно, к этому моменту Цуй Чжао уже покинул бы пределы страны.
— Поедешь со мной, — резко поднялся Цуй Лэнъюнь.
Что же до Хуа Цзяня, то, узнав эту новость, он вовсе не планировал светиться.
Цуй Чжао отличался свирепым нравом и служил острым клинком в руках Цуй Чжао... то есть Цуй Чэнмина.
Теперь же его задержала полиция по его доносу, да еще и при его же содействии ему не дали вовремя выйти на свободу.
Хуа Цзянь прекрасно понимал, что сейчас лучше залечь на дно.
Но разве можно залечь на дно тогда, когда тебе вздумается?
— Здравствуйте, молодой господин Хуа, я секретарь председателя Цуй Чэнмина. У председателя есть к вам дело, прошу со мной.
Закончив разговор с Цуй Лэнъюнем, Хуа Цзянь даже не успел подняться с места, как секретарь Цуй Чэнмина уже прибыл.
Хуа Цзянь понял: это был прямой намек со стороны Цуй Чэнмина.
Все то, что он сделал, включая дела в Цинхае и историю с Вэй Цяньлинем — вовсе не то, чего Цуй Чэнмин не мог бы предотвратить.
Хуа Цзянь вздохнул:
— Ведите.
В самом центре Пекина располагалась дорогая частная больница.
Она утопала в тишине посреди шумного мегаполиса, обладала удобным расположением и при этом высочайшим уровнем приватности.
Пройдя несколько уровней проверки личности, Хуа Цзянь оказался в VIP-палате на верхнем этаже частной больницы.
У входа замерли две шеренги мужчин в черном костюмах, а за поясами у них отчетливо топорщились чьим-то оружием предметы.
Хуа Цзяню вновь пришлось пройти через обыск, прежде чем его пустили внутрь.
Он мысленно гадал: неужели Цуй Чэнмин все же тяжело ранен, как в оригинальном произведении?
— Ха-ха! Хуа Цзянь!
Громкий, полный сил голос мужчины раздался так внезапно, что Хуа Цзянь подпрыгнул от искра.
Целехонький Цуй Чэнмин выскочил откуда-то из боковой комнаты и сгреб Хуа Цзяня в объятия.
...
Колоссальный контраст: при жилистой и сухой фигуре Цуй Чэнмин был ростом от силы метр семьдесят пять и заметно уступал Хуа Цзяню в росте.
В этот момент Хуа Цзянь съежился всем телом и не успел отскочить, из-за чего сцена выглядела крайне комично.
*Какую дурь этот старик упорол?*
Стоило прозвучать внутренним мыслям юноши, как в глазах Цуй Чэнмина мелькнуло странное выражение.
Он отпустил Хуа Цзяня и, в упор глядя на него горящим взглядом, спросил:
— Ну как, Хуа Цзянь, хочешь стать моим сыном?
Хуа Цзянь: ...
Над головой повис целый выводок вопросительных знаков.
— А?
Цуй Чэнмин всматривался в него и все больше утверждался в своем решении.
Правильные черты лица, несгибаемый и не суетливый нрав, студент художественного факультета Пекинского университета — лучшей кандидатуры на роль его, Цуй Чэнмина, сына и не сыскать.
Денег у него, Цуй Чэнмина, в этой жизни куры не клюют, он мог бы устраивать для него персональные выставки по всему миру.
— Верно, твой биологический отец умер давным-давно, да и семья Се, по моим наблюдениям, к тебе особо не привязана. Не лучше ли просто стать моим сыном?
Цуй Чэнмин махнул рукой, словно вопрос был уже решен.
Хуа Цзянь едва не рассмеялся:
— Едва ли это уместно.
Про себя он ворчал: *Этот старик сошел с ума? Почему он не ищет собственного биологического сына, а цепляется ко мне, совершенно постороннему человеку?*
Глаза Цуй Чэнмина сузились:
— Что ты сейчас сказал?
Его биологический сын? Тот молодой человек жил впроголодь, ради выживания скитался по углам и ходил по лезвию ножа.
Какие уж там сыновья, у него и женщин-то почти не бывало.
Стоп.
Сердце Цуй Чэнмина пропустило удар: женщины...
— Мы с председателем Цуем видимся лишь во второй раз, не кажется ли вам, что говорить подобное слишком странно?
— И правда, немного странно.
Цуй Чэнмин все же не был простым человеком и быстро подавил поднявшееся внутри волнение.
— Но у меня ни жены, ни детей, а в старости и впрямь хочется найти близкого по духу ребенка. Что скажешь? — не оставляя попыток, Цуй Чэнмин заговорил вновь. — Рисование — хобби и профессия, требующие уйму денег. Семья Се, конечно, имеет кое-какой капиталец, но по сравнению с нами это пустяки, к тому же ты даже не ношишь фамилию Се, они не станут по-настоящему прокладывать тебе дорогу.
— Благодарю за столь высокую оценку, председатель Цуй, но я вполне доволен своей нынешней жизнью.
Впервые встретив Хуа Цзяня и услышав его мысли, Цуй Чэнмин тогда придерживался правила «лучше перебдеть».
Он выходил из дома с предельнейшей осторожностью и временно сменил маршрут.
И действительно, это позволило ему избежать смертельной ловушки в государстве MB.
В молодости Цуй Чэнмин не щадил никого и слишком сильно замарался в крови, а с возрастом стал еще больше верить в судьбу.
Он специально нанял мастера погадать, и тот заявил: его предзнаменования одинокой старости и отсутствия потомства кардинально изменились!
Именно поэтому у него и зародилась мысль сделать Хуа Цзяня, этого «благодетеля», своим сыном.
— В Пекине найдется бесчисленное множество людей, жаждущих завязать со мной, Цуй Чэнмином, хоть какие-то связи. Тебе следовало бы сначала посоветоваться с матерью, а уже потом давать ответ.
— Излишне. Я совершеннолетний, и перспектива обзавестись еще одним отцом меня ни капли не интересует, — вновь отказался Хуа Цзянь. — Председатель Цуй, вы с бухты-барахты заявляете, что хотите стать моим папашей — моя реакция с отказом как раз-таки является самой нормальной.
Цуй Чэнмин пристально всматривался в него, но лицо Хуа Цзяня оставалось спокойным и исполненным собственного достоинства.
Как только атмосфера снова накалилась до предела, снаружи послышался шум и крики.
— Здесь частная палата, вам нельзя туда войти.
— Пошел вон.
— Чего стоите, выгоните их, позовите больничную охрану!
— Ой-ой-ой, это какое-то недоразумение! Этот господин — акционер больницы, господин Бо. Он просто хочет навестить председателя Цуя.
— Выломайте дверь!
— Господин Бо, нельзя же так, пациент еще отдыхает!
— Эй вы, быстро остановите их!
...
Сердце Хуа Цзяня дрогнуло. Не дожидаясь ответа Цуй Чэнмина, он сам подошел и распахнул дверь.
— Бо Линь, правда ты? Как ты здесь оказался?
Дверь распахнулась, и Хуа Цзянь едва не столкнулся нос к носу с стоявшим на пороге Бо Линем.
Услышав слова про акционера больницы господина Бо, Хуа Цзянь первым делом подумал именно о нем.
— Ты чего здесь...
Вокруг Бо Линя толпились люди в черном, лицом к лицу столкнувшиеся с охраной Цуй Чэнмина.
В тот самый момент, когда он увидел Хуа Цзяня, тревога в его глазах стала медленно утихать.
— Я услышал, что тебя забрали люди Цуй Чэнмина, поэтому пришел проверить.
Хуа Цзянь пошевелил губами:
— Я в порядке, председатель Цуй просто хотел поговорить о пустяках.
— Вот и хорошо. — Бо Линь плотно сжав губы, окинул взглядом палату и холодно произнес: — Разговор окончен? Я как раз собираюсь уходить, отвезу тебя домой.
В этот момент раздался голос Цуй Чэнмина:
— Раз уж господин Бо прибыл, не соизволите ли пройти и пообщаться все вместе?
Спустя несколько минут три совершенно чуждых друг другу человека сидели в одной комнате.
— Обстановка здесь убогая, и угостить господина Бо хорошим чаем нечем.
Цуй Чэнмин сейчас занимал высокое положение и по возрасту приходился Бо Линю старшим дядей.
http://bllate.org/book/21819/2258981
Сказали спасибо 0 читателей