Нин Ицянь почувствовал, как по его горящей спине разлился ледяной холод, словно его опутала ядовитая змея. Он поспешил сменить тактику и смягчил тон:
— Господин, я был неправ, простите. Успокойтесь.
В этот момент в кармане звякнул телефон, и Нин Сихуэй, не раздумывая, отбросил в сторону ротанговый хлыст.
Нин Ицянь осел на пол, потирая ноющую шею, и, подняв взгляд, насмешливо протянул:
— Господин, вы в последнее время стали довольно близки со вторым молодым господином Цинь. Неужели этот брак теперь не расторгнуть?
Нин Сихуэй нахмурился, не сводя глаз с экрана, где в чате красовался стикер с изображением дворовой собаки, которая лежала на боку, укрывшись одеялом. Гнев, застрявший где-то в груди, не находил выхода. Что это вообще значит? Собирается лечь спать и притвориться, что ничего не было? Это и есть тот способ решения проблемы, который он придумал после целого дня молчания?
Превозмогая боль, Нин Ицянь натянул пиджак, подобрал хлыст и положил его на алтарь. Затем он потянулся за телефоном, но резкое движение отозвалось в спине такой болью, что он судорожно втянул воздух. Снова усмехнувшись, он добавил:
— Господин, нужно ли вам напоминать? Выбор, расторгать этот брак или нет, остается не за семьей Цинь. Даже если они не захотят, госпожа всё равно добьется своего. Советую вам не слишком увлекаться любовными играми со вторым молодым господином Цинь, а то ведь ненароком и загубите человека.
Нин Сихуэй, погруженный в мысли о том, что ответить Цинь Чжиюэ, рассеянно развернулся и вышел из родового храма.
Улыбка мгновенно сползла с лица Нин Ицяня. В его глазах полыхнула такая злоба, что, казалось, она могла прожечь спину уходящего.
— Жди. Настанет день, и я тебя уничтожу.
В столовой главного корпуса особняка мужчина средних лет и молодая женщина сидели друг напротив друга, неспешно попивая суп и перебрасываясь фразами. Атмосфера казалась гармоничной и уютной.
Заметив вошедшего Нин Сихуэя, Нин Жучэнь прищурил свои персиковые глаза, и в их уголках собрались мелкие морщинки:
— Мой дорогой, ты вернулся! Отец был на встрече и забыл тебя встретить, но приготовил для тебя маленький подарок. Не сердись на папу, ладно?
— Господин, добро пожаловать домой, — Нин Ян расплылась в цветистой улыбке. — Хотите сушеной груши с сиропом?
Нин Сихуэй проигнорировал их, прошел мимо и направился прямиком на второй этаж. Зайдя в спальню, он с грохотом захлопнул дверь.
Оба переглянулись и посмотрели на вошедшего следом Нин Ицяня. Тот отодвинул стул и, морщась от боли, приказал:
— Нин Ян, налей-ка мне миску.
Нин Ян подперла подбородок рукой:
— Разве ты не доставил господину удовольствие, когда он тебя порол? Чего такой злой?
— Ха-ха, тогда иди сама и подставься под хлыст.
Нин Ян перевела взгляд:
— Пусть господин сам идет и подставляется. Виновник-то изначально он.
Нин Жучэнь изящно вытер уголок рта, скользнул взглядом по своим детям, которые так и норовили использовать его в своих интересах, и насмешливо бросил:
— Как бы вы ни использовали меня в качестве своего оружия, в конечном счете это обернется против вас самих.
— Ну конечно, конечно. В конце концов, вы настолько грязны, что на вас даже смотреть противно, — Нин Ян прикрыла рот рукой, имитируя позывы к рвоте.
Нин Жучэнь бросил на нее холодный взгляд и встал из-за стола.
Нин Ицянь постучал пальцами по столешнице:
— Где всех слуг носит? Живо принесите воды!
— Да не ори ты. Госпожа дала им всем выходной — семейный сор из избы не выносят, ты же знаешь. Я сварила суп из груши, налью тебе мисочку, раз уж тебя так сильно отстегали.
— Если бы ты не выложила видео со скрытой камеры в общий чат и не раскрыла меня, у меня были бы доказательства, я мог бы оправдаться! С чего бы мне тогда получить это наказание?
Семья Нин превыше всего ценила приличия. Какие бы грязные и жестокие методы они ни использовали за закрытыми дверями, все предпочитали закрывать на это глаза. Но стоило чему-то всплыть наружу — приходилось прибегать к домашнему уставу, чтобы восстановить так называемую семейную репутацию.
— Ой, сестренка ведь не знала, что господин так разозлится. Не кипятись, выпей супчику.
Нин Ян принесла из кухни миску и подошла к нему. Нин Ицянь холодно фыркнул и протянул руку.
В следующую секунду Нин Ян рванула воротник его рубашки на спине и вылила всю миску с острым перцовым раствором прямо на свежие раны. Затем она нахлобучила пустую миску ему на голову, и на ее невинном личике отразилась хищная усмешка:
— За то, что сжег мой груз в порту Дунган, ты заслуживаешь смерти!
— А-а-а!
От жгучего перца на свежих ранах Нин Ицянь побелел от боли. В ярости он стряхнул ее руки, вцепился в плечи Нин Ян и замахнулся для удара:
— Тварь, я убью тебя!
Нин Ян перехватила его запястье, схватила за волосы и с силой ударила его головой об стол:
— Подохни, собачий выродок! Подохни!
Избитый Нин Ицянь был слишком слаб, чтобы сопротивляться. От ударов головой об стол он совсем перестал соображать.
— Черт… ты у меня… дождешься…
В этот момент двери распахнулись. Вошла холодная, эффектная женщина в черном плаще. Ее каблуки гулко стучали по полу, а ледяной взгляд фениксовых глаз скользнул по комнате.
Нин Ян отпустила брата, поправила прическу и, обернувшись, невинно улыбнулась:
— Госпожа, добрый вечер.
Чжоу Чу безразлично посмотрела на Нин Ицяня, который, корчась от боли, лежал на столе, и произнесла тихим голосом:
— Завтрашний тендер в мэрии. Ты не идешь.
Нин Ицянь с ненавистью прорычал:
— Почему? Я уже понес наказание по семейному уставу!
— Я разве не говорила, что хочу, чтобы студенческие годы Сихуэя прошли беззаботно и спокойно? — Чжоу Чу приподняла бровь, и в ее голосе прозвучала властная угроза. — Ты посмел пропустить мои слова мимо ушей, потому что решил, что я слишком занята и у меня нет времени тебя проучить?
Нин Ицянь сжал кулаки, поджав губы.
Нин Ян подошла к Чжоу Чу, подливая масла в огонь:
— Госпожа, он просто выиграл два крупных проекта, вот у него и выросли крылья, решил бросить вам вызов. Жаль нашего господина, его прекрасную студенческую жизнь этот негодяй испортил. Он ведь еще и разнес все это по форуму Университета Син. Все однокурсники теперь смотрят на нашего господина с такой жалостью, это же так бьет по его самолюбию! Просто непростительно.
Чжоу Чу искоса взглянула на нее:
— В завтрашнем тендере участвует и компания, где ты главный акционер, верно?
Глаза Нин Ян на мгновение блеснули, и она с трудом выдавила:
— Да…
— Потянешь?
Нин Ян сглотнула.
Чжоу Чу отрезала:
— Если Нин Ицянь не будет участвовать, у тебя есть восемьдесят процентов шансов забрать проект.
Нин Ян сжала в ладонях выступивший пот:
— М-м…
— Он не будет участвовать, — приговор Чжоу Чу не оставлял сомнений.
Нин Ян замерла, ее лицо озарилось диким восторгом, который она тут же постаралась скрыть, и склонилась в поклоне:
— Спасибо, госпожа.
Чжоу Чу кивнула:
— Приберись здесь.
— Слушаюсь! Доброй ночи, госпожа, приятных вам снов.
Когда силуэт Чжоу Чу скрылся за лестницей, Нин Ян, напевая под нос, принесла швабру и кое-как вытерла с пола перцовую воду. Напоследок она с довольным видом пнула полуживого Нин Ицяня:
— Дурак.
Нин Ицянь злобно уставился на нее:
— Твою мать, ты еще ответишь! Посмотрим, сможешь ли ты удержать в руках то, что удалось урвать!
Она покачала головой и съязвила:
— Спасибо тебе, дорогой братец. Так старался устранить всех конкурентов, а в итоге подготовил все для меня. Ты — мой лучший брат, надеюсь, наследство ты тоже оставишь мне.
— Заткнись! Я тебя задушу!
— Хи-хи-хи, братик, ты такой амбициозный и такой глупый. Столько лет прошло, а ты до сих пор не понял? Господин — это «обратная чешуя» госпожи. Если бы ты натравил ту женщину на семью Цинь, госпожа даже глазом бы не повела. Но ты полез в университет господина. И что теперь? Господин разозлился, ты получил побои, а проект потерял.
— Ха, и чему ты радуешься? — Нин Ицянь усмехнулся. — Думаешь, почему Нин Сихуэй так разозлился? Он сблизился с Цинь Чжиюэ. Если они в итоге поженятся, с чем ты останешься, чтобы бороться с ним? Когда вас обоих выкинут на улицу, посмотрим, как ты запоешь.
Нин Ян пожала плечами:
— Ничего не поделаешь, раз не можешь побороться — остается смириться.
— Бесполезная дрянь! — выругался Нин Ицянь и, опираясь на стол, с трудом поднялся на ноги. — Способна только на такие мелкие и бесполезные пакости.
Нин Ян улыбнулась:
— А по-моему, тебе было довольно больно. Перцовый порошок я перетирала собственноручно, со слезами на глазах.
— …Ты у меня еще ответишь!
Глядя, как Нин Ицянь, тяжело дыша на каждом шагу, выходит из ворот, Нин Ян бросила швабру. Ее улыбка исчезла.
— Глупое создание. Раз с самим Нин Сихуэем пока что лучше не связываться, можно же ударить через Цинь Чжиюэ.
http://bllate.org/book/21946/2280157
Сказали спасибо 0 читателей