Готовый перевод The Thousand-Admirer System / Всеобщая любимица: Разрушительница пар: Глава 23

Цю Да, засунув руки в кимори, стоял у сценки и наблюдал, как Си Дэн участвует в ток-шоу.

Все реплики между ведущим и Си Дэном были заготовлены заранее, иначе Цю Да ни за что не согласился бы отпустить Си Дэна на шоу одного. Если бы им не дали готовых слов, Си Дэн либо отвечал ведущему с огромной задержкой, либо вообще молчал, а если уж и говорил, то исключительно чистую правду.

Впрочем, Цю Да всё равно остался крайне недоволен. Ему казалось, что выражение лица Си Дэна было совершенно не тем… да и в целом всё выглядело совсем не так, как во время его выступлений на сцене. Но то, что Си Дэн смог заучить все эти реплики, Цю Да уже считал за счастье.

Хотя Си Дэн никогда не шёл на открытый конфликт, человеком он был упрямым: к тому, что ему не нравилось, он относился с молчаливым сопротивлением. Взять хотя бы историю с манго, которое он терпеть не мог: когда кто-то из суперзвезд высшей лиги шоу-бизнеса лично нарезал фрукт и протянул ему, Си Дэн лишь бросил на угощение мимолётный взгляд. Он не стал прямо говорить, что не любит манго, а просто поблагодарил, взял тарелку, отставил её в сторону и больше никогда на неё не взглянул.

Тан Бинань же, напротив, мило и непринужденно взял тот самый кусок манго, откусил прямо на глазах у всех и с набитым ртом восторженно произнес:

— Какое сладкое!

Цю Да тогда сразу же пояснил, что Си Дэн просто не любит манго. К счастью, та суперзвезда уже столько лет крутилась в шоу-бизнесе, что не стала обижаться на какого-то новичка.

Иногда Цю Да думал, что, к счастью, у Си Дэна есть это лицо — иначе из-за его характера многие бы невзлюбили его еще сильнее.

Си Дэн точно так же ненавидел заучивать тексты, поэтому Цю Да приходилось действовать и кнутом, и пряником: за каждое выученное выступление он давал Си Дэну полдня отдыха.

Закончив интервью, Си Дэн вежливо поклонился ведущему, попрощался и только после этого направился к Цю Да.

Сегодня у остальных четверых был выходной, и только у Си Дэна стоял отдельный пункт в расписании. Цю Да слегка повысил голос:

— Съёмки окончены? Кто сегодня вечером свободен — ужин с меня!

Из-многолюдной студии тут же донеслись радостные возгласы.

Си Дэн подошел к Цю Да:

— Брат Да, я бы хотел вернуться пораньше.

Цю Да бросил на него сердитый взгляд и понизил голос:

— Думаешь, я всё это ради кого затеял? Вернешься попозже.

Сказав это, Цю Да сразу понял, что Си Дэн немного рассердился. Впрочем, на подобные детские обидки этого малыша он и вовсе не обращал внимания.

Цю Да заранее забронировал большой приватный кабинет в известном ресторане — места там хватило бы человек на двадцать. Ведущий этого ток-шоу был мастером красноречия в своей сфере, и пара удачных фраз помогла ему прекрасно настроить атмосферу за столом. Сам же Цю Да, столько лет прокрутившийся в шоу-бизнесе, вполне мог сойти за прожженного ветерана: все правила светских приличий он соблюдал безупречно, проявляя заботу о каждом так, что придраться было не к чему. Разве что… сейчас у него появилась одна немаленькая проблема — Си Дэн, который всё это время молча сидел рядом с ним.

Ведущий сидел возле Цю Да, но взгляд его то и дело скользил мимо него, устремляясь прямо на Си Дэна. Одной фразой он перевел тему на него:

— Что же Си Дэн всё в тарелку смотрит да ест? Скажи пару слов.

Вообще-то это было сказано из лучших побуждений.

Однако Си Дэн лишь поднял голову, отложил палочки для еды, промокнул губы салфеткой и произнес:

— Когда ешь или спишь, не разговаривают.

Воздух в комнате словно внезапно застыл.

Жители Китая больше всего на свете любили вести дела за банкетным столом.

Цю Да только открыл рот, чтобы что-то сказать, как ведущий снова рассмеялся:

— Ха-ха-ха, какой же Си Дэн забавный человек! Помяните мое слово, в будущем его ждет великое будущее.

Выражение лица Си Дэна осталось совершенно спокойным:

— Спасибо. — Затем он повернулся к Цю Да: — Брат Да.

Цю Да ничего не оставалось, кроме как махнуть рукой:

— Ступай подыши свежим воздухом, только помни: далеко не уходи и постарайся не попасться папарацци.

В глазах Си Дэна мелькнуло подобие улыбки, и его иссиня-зеленые глаза мгновенно ожили. Цю Да тут же нахмурился, незаметно окинув взглядом лица окружающих: ну конечно, все они в упор пялились на Си Дэна.

Цю Да тут же выставил его вон.

И без того не умел поддерживать атмосферу и вечно устраивал неловкие паузы — ну и ладно, но если бы он остался здесь и накликал еще какую-нибудь беду, его точно стоило бы отходить ремнем.

Выйдя из кабинета, Си Дэн слегка выдохнул: в самом помещении несколько человек курили.

Он поднял руку и принюхался: от него слабо пахло табачным дымом.

Моргнув, он опустил руку и направился к выходу по длинному коридору с красной отделкой. По дороге ему встретилась официантка в андалузском ципао, расшитом алыми пионами. Заметив Си Дэна, молодая и красивая девушка тут же подбежала к нему и осведомилась, не нужно ли ему чего.

Си Дэн покачал головой, едва приоткрыв губы:

— Нет.

Только разглядев его лицо как следует, официантка округлила глаза, испустила короткий сдавленный визг, но тут же быстро прикрыла рот ладонью. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого нет, она с облегчением выдохнула, а затем возбужденно спросила:

— Скажи… скажи, вы случайно не Си Дэн?

Си Дэн слегка кивнул, и в теплом свете бумажных фонарей его черты лица приобрели мягкий оттенок.

Официантка ужасно обрадовалась:

— Вы можете дать мне автограф?

Си Дэн посмотрел на неё:

— Похоже, у тебя нет с собой ни бумаги, ни ручки.

— Ах! — воодушевление девушки мгновенно увяло.

Си Дэн немного подумал, достал из кармана какой-то предмет и протянул ей мятную конфетку:

— Держи, только не грусти.

Официантка приняла леденец, тут же зажала рот руками, и глаза её покраснели.

Си Дэн, похоже, нашел поведение этой девушки несколько странным:

— Всё ещё не рада?

— Нет, я слишком счастлива! — Девушка глубоко вздохнула. — С тех пор как шестнадцатилетней я ушла жить самостоятельно, со мной не случалось ничего прекраснее, чем этот день.

Си Дэн кивнул:

— Вот и хорошо. Я пойду.

С этими словами он обошел официантку и двинулся дальше.

Девушка невольно обернулась ему вслед: черный силуэт черноволосого юноши с прямой спиной удалялся, а красные фонари покачивались рядом, отливая мягким светом. Эта сцена живо напомнила ей главного красавца школы, в которого она была тайной школьной любовью в первом классе старшей школы.

Глубокой ночью Цю Да и Си Дэн сидели на заднем сиденье машины. За рулем находился новый помощник, недавно нанятый Цю Да.

Цю Да выпил, и от него исходил слабый запах алкоголя; он специально приоткрыл окно, зная, что Си Дэн не переносит ни запаха спиртного, ни табачного дыма.

Си Дэн сидел у окна, глядя на улицу и погрузившись в какие-то свои мысли.

Цю Да бросил на него взгляд и не выдержал:

— Сяо Си.

Си Дэн обернулся.

Цю Да спросил:

— А ты понимаешь, в чём сегодня был неправ?

Помощник бросил быстрый взгляд на них через зеркало заднего вида. С тех пор как его наняли, подобные сцены повторялись чуть ли не ежедневно. Формально он числился личным помощником Си Дэна, но на деле в его обязанности входило лишь водить машину да выполнять мелкие поручения; ему редко доводилось прислуживать Си Дэну вблизи — чаще всего рядом с ним неотлучно находился сам Цю Да.

Цю Да строже всех обращался с Си Дэном, но в то же время баловал его больше остальных.

Остальных четверых парней из группы он тоже видел: когда у них бывали сольные выезды, Цю Да обычно отправлял с ними просто помощника, и только ради Си Дэна неизменно сопровождал его лично, почти не отходя ни на шаг.

В глазах Си Дэна мелькнуло замешательство, весь его вид источал абсолютную невинность и беззащитность. Он тихо позвал:

— Брат Да.

Цю Да ослабил галстук:

— Твои полдня отгула сгорели. Ты разве не помнишь, чему я учил тебя в прошлый раз? Как нужно отвечать, если за столом к тебе обращается старший по возрасту?

Си Дэн шевельнул губами и слегка отвернулся:

— Понял.

И так было всегда: стоило ему расстроиться, как он тут же терял всякое желание смотреть на человека, который его разозлил, и просто сидел в сторонке, молча переживая обиду.

Цю Да чувствовал себя так, будто изо всех сил ударил кулаком по мешку с ватой. Но, вспомнив истинное положение дел парня, он неизменно смягчался: не было никакого смысла сердиться на Си Дэна, ведь того едва ли можно было назвать нормальным человеком.

Компания выделила им всем пятерым квартиру, чтобы они жили под одной крышей и крепили командный дух.

Открыв дверь ключом, Цю Да с порога понял, что эта четверка снова доставит ему хлопот.

Они преспокойно сидели на полу, уплетая снеки и зарубаясь в видеоигры.

Цю Да поднял руку, взглянул на часы — стрелки перевалили за час ночи — и голосом, в котором мгновенно зазвенел лед, произнес:

— Вы, ребята, вообще в курсе, который час? Или каждый из вас уверен, что от еды не толстеют?

Все четверо тут же подскочили с пола, вытянулись по струнке хором рявкнули:

— Добрый вечер, брат Да!

Стоявший за спиной Цю Да Си Дэн заметил, как Тан Бинань подмигнул ему, и протянул руку, ухватив Цю Да за рукав:

— Брат Да, уже поздно, иди домой.

Цю Да окинул всю четвёрку свирепым взглядом:

— Завтра я с вами ещё разберусь! — И со злости развернулся уходить.

Си Дэн закрыл за ним дверь. Тан Бинань тут же подошел к нему с пачкой чипсов в руках и с улыбкой предложил:

— Сяо Си, со вкусом огурца, будешь?

Си Дэн покачал головой:

— Я хочу подняться наверх спать.

Тан Бинань преградил ему дорогу:

— Ну съешь хоть одну штучку, мы же все поели.

Услышав это, Си Дэн протянул руку, вытащил из пачки один чипс и под взглядами всех четверых отправил его в рот, после чего наконец поднялся наверх в свою комнату.

Тан Бинань провожал Си Дэна взглядом всю дорогу, пока за тем не закрылась дверь спальни, и на его лице расцвела торжествующая улыбка.

В глазах Дай Цяня мелькнуло беспокойство:

— Ничего ведь не случится?

Вэй Лан презрительно фыркнул:

— Подумаешь, живот поболит.

Тан Бинань кивнул:

— Именно. К тому же мы и так давно терпеть его не могли — подумаешь, звезда нашлась! Вечно ходит с кислым лицом перед нами только потому, что у него больше популярности, да и брат Да вечно выделяет его.

Се Бо слегка скривил губы:

— Вообще-то у него всегда такое лицо, перед кем бы он ни был.

Тан Бинань поднял палец и погрозил им:

— Нет, я видел, как он улыбается. Но только брату Да. Тьфу! Корчит из себя очаровашку, соблазняет и мужчин, и женщин, противно.

Однако, вопреки ожиданиям всех четверых, в ту же ночь Си Дэна увезли в больницу.

Цю Да примчался туда прямо из дома на машине — в пижаме и домашних тапочках.

Острый гастрит: если бы Си Дэн перед тем, как потерять сознание от боли, сам не вызвал скорую, исход мог бы оказаться куда менее радужным.

Цю Да примчался в больницу по первому звонку Тан Бинаня. Едва переступив порог, он заметил всю четвёрку, сбившись в кучку стоявшую в коридоре, и торопливо шагнул к ним:

— Что случилось?

Лицо Тан Бинаня слегка скривилось в неловкой улыбке.

Се Бо держался куда спокойнее:

— Он просто съел что-то не то.

Цю Да нахмурился:

— Как это — съел что-то не то? — Бросив быстрый взгляд на больничную палату, где лежал Си Дэн, он развернулся и направился искать врача.

Стоило Цю Да скрыться из виду, как Тан Бинань шумно выдохнул:

— Напугал до смерти… Хорошо ещё, что мы дождались, пока его состояние стабилизируется, и только потом позвонили брату Да. С врачом мы тоже обо всем договорились — если бы брат Да узнал, что это наших рук дело, он бы нас живьем закопал.

Вэй Лан брезгливо покосился на него:

— Трус.

http://bllate.org/book/22136/2306417