Если заводить разговор о студенческом общежитии, стоит упомянуть трёх соседей Сяо Минчжу по комнате. Комнаты были рассчитаны на шестерых, но их жильцы заполнили не все места — две кровати пустовали. Среди соседей Сяо Минчжу оказались: один мажор, другой — местный хулиган, попавший сюда по распределению из другого района, и круглая отличница, бессменный первый ученик на параллели.
Богатый наследник свысока смотрел на Сяо Минчжу, с утра до вечера отпуская в его адрес едкие насмешки и язвительные замечания; он даже подкупил за деньги всех прежних друзей Сяо Минчжу, чтобы того подвергли полной изоляции. Хулиган связываться с мажором не смел, но, стоило ему оказаться в скверном настроении, тут же срывал злость на Сяо Минчжу, избивая его и пиная ногами. Поскольку семья хулигана тоже бедствовала, он постоянно вымогал у Сяо Минчжу деньги, а получая отказ, пускал в ход кулаки. Отличница же руководствовалась принципом «моя хата с краю» и в чужие дела не вмешивалась: в будни она исправно выполняла домашку за хулигана и мажора, а с Сяо Минчжу за всё время едва ли перекинулась пара слов.
Линшу мысленно зажёг поминальные свечи по мажору Филиппу и хулигану Ван Яну.
Эти сопляки вздумали тягаться с Богом Войны, прожившим не одну тысячу лет... Вдобавок наш господин Си — божество прямолинейное, принципиальное, спуску никому не даёт, а в последнее время у него ещё и скверное настроение...
Юнцы, земля вам пухом.
Гу Цзыси вышел из лифта, волоча за собой чемодан, и остановился перед дверью комнаты 520. Дверь была заперта, и он, усевшись на потрёпанный полутораметровый баул, отыскал в кармане школьную карту и открыл замок. Стоит признать: после пережитого в мрачном, вонючем до тошноты доме тетки, Гу Цзыси при входе в общежитие почувствовал себя так, будто попал на небеса.
Комната была устроена по принципу «кровать наверху, стол внизу», с собственной ванной комнатой, к тому же просторная. На столах стояли бесплатные компьютеры для общего пользования. Гу Цзыси развернул один из них и задвинул под свой стол, затем впопыхах разобрал скудный скарб и принялся застилать постель.
Линшу от удивления лишился дар речи. Гу Цзыси — да что он вообще за человек! В обители Главного бога его прислуживали сотни служанок, неужели он когда-нибудь сам застилал простыни?! Раньше, стоило им с Лянь Цзинчжи закончить кувыркаться в постели, как в спальню заходили служанки и наводили порядок, а Гу Цзыси даже бровью не вёл и не краснел. К тому же он был до того хорош собой, что Линшу тогда казалось, будто подобная красота создана лишь для того, чтобы жить в роскоши и палец о палец не ударять. Но он никак не ожидал, что этот человек умеет абсолютно всё, никогда не роняя собственного достоинства, но при этом легко приспосабливаясь к самым разным обстоятельствам.
Линшу подумал про себя: вот это истинный бог!
В этот момент в проёме двери показался высокий мужчина. Гу Цзыси бросил взгляд со второго яруса вниз: Линшу давным-давно показывал ему лица соседей Сяо Минчжу, но вошедший явно к ним не относился.
Он был куда красивее!
Системный роман о межгалактическом зубрелике. Том 3.
Гу Цзыси, убежденный гедонист и закоренелый любитель длинных ног, почувствовал, как его глаза проходят очищение.
Черты лица вошедшего были глубокими, на европейский манер, с высокой переносицей; волосы — тёмно-каштановыми, а глаза — угольно-чёрными. Судя по всему, он был полукровкой. Кожа имела смутовато-медовый оттенок, рост был высоким, а телосложение — стройным, хотя под одеждой угадывались рельефные мускулы.
Взгляд Гу Цзыси дважды прошёлся по его длинным, прямым и крепким ногам, после чего он с самым невинным видом отвёл глаза.
Впрочем, при великолепных внешних данных этот красавчик явно не мог похвастаться богатством. Надетые на нём кроссовки, хоть и были чистыми, по качеству сразу выдавали дешевизну. Разумеется, благодаря идеальной фигуре на нём хорошо сидело абсолютно всё, даже школьная форма выглядела невероятно стильно, да и самая обычная пара белых кед смотрелась на нём куда привлекательнее.
Красавчик с ледяным выражением лица напускного равнодушия, заметив Гу Цзыси, безэмоционально бросил:
— Пятая койка — это какая?
Гу Цзыси молча указал пальцем на соседнее с собой спальное место.
Красавчик кивнул ему и произнёс:
— Спасибо.
Гу Цзыси с улыбкой ответил:
— Не за что.
Гу Цзыси опустил голову и продолжил застилать постель, как вдруг бархатистый, низкий голос новоприбывшего произнёс:
— Меня зовут Ян Юй.
Гу Цзыси поднял взгляд на его красивое лицо и отозвался:
— А я Сяо Минчжу.
По правде говоря, истинное воспитание человека всегда выдают его манеры. С первого же взгляда на Гу Цзыси Ян Юй подумал, что этот парень выглядит очень мягким, чистым и довольно миловидным, а его едва заметная улыбка была необычайно приятной.
Больше Гу Цзыси не обращал внимания на нового соседа. Разобрав вещи, он небрежно полистал учебники: Сяо Минчжу учился по естественнонаучному профилю, хотя в эпоху межзвёздных путешествий люди всё равно изучали классические дисциплины — физику, химию, биологию, математику и литературу различных планет. Для самого Гу Цзыси будни военачальника — а Бог Войны всё-таки занимал военную должность — протекали в праздности, поскольку войны случались редко. Обычно он восседал в тронном зале, ставя печати на указах об исходе столкновений в разных мирах, поэтому в школьных учебниках он разбирался откровенно слабо.
Пока Гу Цзыси терзали сомнения, Линшу самоуверенно заявил:
— Не переживай! Все эти знания проще пареной репы! Я буду каждый день загружать их тебе в голову, и на экзаменах ты будешь щелкать их как орехи!
Услышав это, Гу Цзыси тронул уголки губ улыбкой. Он бросил взгляд на криво выведенное прежним владельцем имя Сяо Минчжу на форзаце первой книги, слегка поджал губы, подхватил ручку и размашисто, с царственным росчерком вывел рядом другое. Сам он производил впечатление человека мягкого, но почерк его излучал неистовую, демоническую властность. Говорят, почерк отражает характер — и эти летящие строки действительно как нельзя лучше напоминали самого Гу Цзыси на поле боя. Глядя на соседство двух столь непохожих почерков, он про себя выстроил чёткий план.
Сяо Минчжу, я одолжу твоё тело и твоё имя, чтобы начать свой путь заново.
За всю ту боль и обиды, что тебе довелось пережить, я по крупицам восстановлю справедливость, я исполню твою мечту и поступлю в университет...
В этот момент из коридора донёсся шум. Гу Цзыси повернул голову к двери, и в поле его зрения появился невысокий блондин с собранными на затылке волосами — тот самый мажор Филипп, чей отец владел компанией по строительству космических кораблей. Следом за парой слуг, притащивших его чемодан и гору снеков, он вальяжно ввалился в комнату. Заметив Гу Цзыси, он тут же ткнул пальцем на его потрепанный кожаный чемодан и расхохотался:
— Ты чего это притащил в школу семейный сейф, ха-ха-ха-ха.
Гу Цзыси бросил на коротышку косой взгляд и процедил:
— Разве ты не знаешь, что сейчас в моде ретро?
Филипп на секунду опешил, видимо, не ожидая от всегда немногословного Сяо Минчжу отпора, но тут же взвился:
— Какое ещё ретро! Сколько лет этой рухляди! Раз уж нищий, так не притворяйся модником!
Гу Цзыси мысленно фыркнул, подумав, что этот парень, скорее всего, из нуворишей — в нём не было ни капли манер высшего света. К тому же он — богатенький выскочка с планете Лабрадор, ведь настоящие богачи и аристократы живут на планете Ламлан, а подобные хамоватые мажоры обычно ломаются от малейшей неприятности.
Гу Цзыси с улыбкой посмотрел на золотистолосого коротышку и произнёс:
— То, что моя семья бедна, тебя каким боком волнует? Я что, твои харчи ем? Или светские манеры, вбитые в Филиппа золотом, заключаются в том, чтобы цепляться к людям без причины? То, что твоя семейка разбогатела, делает тебя пупом земли?
Филипп славился склочным характером, но сообразительностью не отличался. Ему вдруг показалось, что слова Гу Цзыси звучат чертовски разумно, и он даже не нашёлся что ответить. Его белое, усыпанное веснушками лицо побагровело от потуг, и, бросив напоследок: «Ну ты у меня дождёшься!», он вылетел из комнаты. Как только он скрылся, слуги принялись лихорадочно убирать его комнату, застилать кровать и заодно подмели пол во всей комнате. Гу Цзыси вновь опустил голову и углубился в чтение.
Ян Юй всё это время молча наблюдал за перепалкой Гу Цзыси и Филиппа, и лишь когда тот ушёл, отвёл глаза. После этого он тоже занялся своими делами. Гу Цзыси бросил на него взгляд исподлобья и вдруг усмехнулся.
Линшу:
— Чего ты улыбаешься, господин Си?
Прямолинейный Гу Цзыси ответил:
— В таком положении его бёдра смотрятся ещё выигрышнее. К тому же из соседней койки открывается отличный вид.
Линшу:
...Ужасно.
Вскоре в дверях появился хулиган Ван Фэй с сумкой в руке. В отличие от непробиваемого Филиппа, он сразу заметил Ян Юя и протянул:
— Ого, а у нас новенький.
Ян Юй холодно зыркнул на него и не произнёс ни слова.
Ван Фэй сначала обрадовался, решив, что обзавёлся ещё одной шестеркой, но, заметив атлетичное сложение Ян Юя, сообразил, что этот фрукт — не из простых, и перевёл внимание на Гу Цзыси. Гу Цзыси как раз закончил сборы и собирался спуститься вниз, чтобы прогуляться по территории школы, когда Ван Фэй, выкрасивший волосы в кричащий рыжий цвет, упер руки в бока и задрал подбородок:
— Эй, куда собрался? А ну вернись, застели мне постель.
Гу Цзыси даже не удостоил его ответом и, не оборачиваясь, зашагал к выходу. Едва он сделал шаг, как за спиной посмертный топот быстрых шагов, и Ван Фэй с руганью выбросил вперёд кулак:
— Три дня не виделся, шкура зачесалась?!
Ян Юй на секунду растерялся: будучи новичком, он ещё не до конца во всём разобрался. Он уже хотел было подняться с кровати, чтобы прийти Гу Цзыси на помощь, как вдруг увидел, что тот левой рукой перехватил летящий кулак Ван Фэя, тут же сжал ладонь, чуть потянул на себя, сокращая дистанцию, и нанёс прямой правый апперкот в подбородок. Ван Фэй отлетел назад, но разъярённый тут же вскочил на ноги, пытаясь броситься в атаку снова. Гу Цзыси легко увернулся от удара, смачным пинком отбросил хулигана подальше и с бесстрастным лицом произнёс:
— Ты кроме этого приёма вообще что-нибудь умеешь?
Для Бога Войны из мира Главного бога все эти трюки были детской игрой в песочнице. Если бы Гу Цзыси применил и десятую долю своей силы, на борьбу с таким подростком-недоростком не ушло бы и половины процента. Видя, что тот ещё мал, Гу Цзыси сдержал мощь и просто отфутболил Ван Фэя.
Ван Фэй пластом лежал на полу, не веря собственным глазам. Он-то думал, что три дня назад тот был покорной овечкой, так с чего же он вдруг стал таким жёстким? Стоит отметить, что боевые навыки Ван Фэя котировались среди банд вокруг Первой столичной старшей школы, и он никак не мог взять в толк, как его умудрился уложить этот доходяга Сяо Минчжу!
Гу Цзыси неторопливо подошел к нему и, глядя на него сверху вниз, процедил:
— Кстати говоря, должок за тобой. Не пора ли вернуть деньги, которые я тебе одалживал? Если не вернешь, пеняй на себя.
В глазах Ван Фэя читался чистый шок. Гу Цзыси бросил многозначительный взгляд на уже спустившегося с кровати Ян Юя, чуть заметно улыбнулся уголкам рта, затем присел на корточки и похлопал Ван Фэя по плечу:
— Советую не устраивать мне тут фокусы. В следующий раз я церемониться не стану.
Ян Юй мысленно прокрутил в голове безупречные, профессиональные движения Гу Цзыси и проводил его удаляющуюся спину задумчивым взглядом. Тем временем Ван Фэйе Кое-как поднялся с пола, шатаясь от злости, и, резко развернувшись к Ян Юю, рявкнул:
— Чего пялишься?! Жди у моря погоды, я его в порошок сотру!
Ян Юй нахмурился:
— Ты вымогаешь у него деньги?
Ван Фэй хмыкнул, зыркнул глазами и ударил себя в грудь кулаком:
— Видать, ты совсем не в курсе раскладов! Вся эта округа Первой школы принадлежит мне, и тем, кто идет против меня, сладко не приходится! Раз заявился сюда, соблюдай мои правила, усеел?
Ян Юй сохранил на красивом лице выражение абсолютного безразличия:
— Я признаю только собственные правила.
— Ого-го! Смелости тебе не занимать, красавчик! — Ван Фэй замахнулся кулаком. — Думаешь, я тебя не отделаю? Я тебе говорю...
Договорить он не успел: Ян Юй нанёс сокрушительный удар прямо в левую щеку Ван Фэя. Удар был нанесён в полную силу, так что левая сторона лица хулигана моментально раздулась, а прищуренные глазки полезли на лоб:
— Ты посмел меня ударить?!
Ян Юй вдруг позволил себе редкую, почти неуловимую улыбку и влепил ему ещё один тяжёлый удар — теперь уже по правой щеке. Ван Фэй совсем потерял дар речи; выхватив телефон, он завопил в трубку своим прихвостням:
— Все живо в мою комнату! ЧП!
В это же самое время гулявший по территории школы Гу Цзыси вместе с Линшу обсуждал, как растянуть скудные карманные расходы, выданные Сяо Лили.
Линшу вздохнул:
— Денег кот наплакал, придётся экономить. Пособия по подготовке стоят 260 звездных монет, а у тебя на месяц всего 600, на жизнь остаётся капля — 340 монет. Интересно, Сяо Лили вообще представляет, сколько сейчас стоят учебники? Если бы не обязательное требование учителей, я бы легко нашёл точно такое же пособие и закачал тебе прямо в голову. Может, попросишь у неё ещё денег, господин Си?
— Не нужно, её возможности ограничены, она сделала всё, что могла. — Гу Цзыси с улыбкой стоял у входа в столовую и изучал цены на блюда. — В столовой есть дотации, так что питаться можно вполне неплохо. А если не хватит еды, перекушу у себя в пространстве.
Линшу недовольно протянул:
— Ладно уж. Терпишь тут лишения...
В этот момент мимо Гу Цзыси прошли несколько девушек в плиссированных юбках. Проходя мимо, они шушукались:
— Это же он, у которого с головой не в порядке, а дома такая нищета, что жрать нечего.
— А? Это он? На вид вроде нормальный, разве про него не говорили, что он изо всех сил старается и наскребает по десятку баллов?
— Ага, именно он, такой жалкий, ха-ха-ха. Если бы не квота по району, его бы в нашу школу на пушечный выстрел не подпустили.
В хороших школах конкуренция всегда жёстче, а зависть среди учеников — сильнее. Постепенно в этом микромире решающую роль начали играть три вещи: деньги, оценки и сила, и только потом — внешность. В повседневной жизни Сяо Минчжу не обладал ни тем, ни другим, ни третьим, и под давлением насмешек одноклассников ему не давали поднять головы ни на секунду. Сами по себе эти вещи не наносили смертельных ран, но отравляли жизнь изрядно.
Гу Цзыси было наплевать на чужие взгляды — благородство его души позволяло в любых обстоятельствах мгновенно принимать решения и добиваться наилучшего результата. Однако безденежье — вещь и впрямь паршивая, когда над каждой мелочью приходится задумываться трижды. Это слегка досаждало Гу Цзыси, привыкшему ни в чём себе не отказывать.
— С отсутствием денег надо что-то делать... — пробормотал он себе под нос. — В этой школе выплачивают стипендии?
— За первые три места положена стипендия в 10 000 звездных монет, — отозвался Линшу. — Самые богатые здесь на самом деле зубрилы. Поучаствуй в какой-нибудь межгалактической олимпиаде по интеллекту, напиши пару эссе — и быстро сколочишь приличное состояние.
Гу Цзыси кивнул, глядя на величественное здание библиотеки неподалёку и снующих под тенистыми деревьями учеников:
— Отлично.
Во второй половине дня проходила официальная регистрация, и Гу Цзыси, немного побродив по территории, отправился в столовую. Когда он вернулся обратно, в комнате стоял невообразимый гвалт. Ещё не переступив порог, он увидел столпившихся у входа отличника Чжэн Яо и Филиппа. Гу Цзыси с недоумением заглянул внутрь и обнаружил, что комната превратилась в поле боя — группа подростков увлеченно молотила друг друга.
Точнее, это было шоу одного актёра по имени Ян Юй: по всей комнате разносились вопли избиваемых хулиганов. Перевес Ян Юя был подавляющим — действовал он точно, выверенно и мощно. Гу Цзыси с одобрением наблюдал, как длинноногий Ян Юй одним ударом ноги отправил в полет бросившегося на него Ван Фэя. Парень казался ему всё более привлекательным, и Гу Цзыси заметил Линшу:
— Для его возраста и с такими навыками — просто великолепно. Когда он накопит опыта, из него выйдет отличный офицер.
В этот момент взбешённый Ван Фэй завопил:
— И Сяо Минчжу тоже! Валите его все!
Услышав это, Гу Цзыси присел на корточки и посильнее затянул шнурки на кроссовках. Он поднял глаза, встретился взглядом с Ян Юем, и оба синхронно, словно по молчаливому сговору, перешли к действиям.
Системный роман о межгалактическом зубрелике. Том 4.
Филипп, пришедший к дверям комнаты поглазеть на представление, от открывшейся картины потерял дар речи. Рядом с ним дрожал от страха Чжэн Яо, ужасно боясь попасть под раздачу; сейчас он бормотал себе под нос:
— Если нас застукают, это же гарантированное занесение выговора в личное дело...
Линшу вторил ему тем же:
— Ещё пять минут — и завуч притащит сюда охрану. Если попадетесь, точно схлопочите крупные неприятности. Господин Си, давайте быстрее заканчивайте.
Гу Цзыси едва заметно улыбнулся, выудил со стола чёрную гелевую ручку и, вложив в бросок всю силу руки, запустил её в чёрный глазок камеры видеонаблюдения прямо в коридоре. Мигавший красным индикатор мгновенно погас. Тут же растерявшиеся хулиганы дружно вытащили из карманов холодное оружие, а Ван Фэй с диким криком бросился прямо на Гу Цзыси и Ян Юя.
Гу Цзыси нахмурился, но с места не сдвинулся. В тот самый момент, когда острие ножа почти коснулось его одежды, он легко подался в сторону, и его тёмные волосы описали в воздухе изящную дугу. Затем ловким движением пальцев он ударил Ван Фэя по локтю — тот инстинктивно разжал пальцы, и прежде чем успел сообразить, нож уже перекочевал в руки Гу Цзыси.
Гу Цзыси поднял глаза на опешившего противника:
— Носишь ножи в карманах штанов?
Ван Фэй ошалело заорал:
— Ты охренел! Верни нож!
Гу Цзыси вздохнул, с лёгкостью уронил Ван Фэя на пол, уселся верхом на его бедро и влепил звонкую пощёчину:
— Совсем берега потерял.
Затем он вытащил тот самый нож, развернул лезвие к лицу Ван Фэя, изобразил движение режущего по горлу и с улыбкой произнёс:
— Если я захочу забрать твою жизнь, глупый мальчишка, я сделаю это в любую секунду.
Он выглядел очень миловидным, а его улыбка казалась даже чуть-чуть сладкой. Но в этот момент в глазах Ван Фэя эта улыбка выглядела оскалом вернувшегося из ада демона мести, от которого по спине бежали мурашки...
Что, чёрт побери, произошло за эти три дня?! С чего вдруг у этого слабака Сяо Минчжу появились такие боевые навыки?!
Глаза Гу Цзыси излучали веселье. При всей своей худощавости он источал мощнейшую ауру. Чуть приподняв брови, он с самым беззаботным видом сунул нож обратно в карман брюк Ван Фэя и бросил:
— Твоя школьная карьера подошла к концу.
Ван Фэй даже не сразу врубился в смысл сказанного и по наитию попытался схватить нож, чтобы полоснуть обидчика. Но Гу Цзыси ослабил хватку, позволив опрокинуть себя на пол. В ту же секунду в проёме двери возникла толпа охранников с электрошокерами наперевес. Ван Фэй издал жалобный стон под разрядом тока и рухнул бесчувственным мечом.
В дверях комнаты 520 появился разъярённый завуч и рявкнул на весь коридор:
— А ну прекратить всем!
Ян Юй замер на месте и перевёл взгляд на вошедших.
Его глубокие черты лица ярко сияли в лучах послеполуденного солнца. Несколько капель пота скатывались по щеке, и сам он казался высеченным из мрамора изваянием.
Гу Цзыси неторопливо поднялся с пола и молча встал рядом с Ян Юем.
Ян Юй в тишине всматривался в точёный профиль Гу Цзыси; приподнятые уголки его глаз сияли ослепительным блеском. Сяо Минчжу и раньше не был уродлив, но сейчас, наделённый удивительной внутренней энергией Гу Цзыси, он словно превратился в ограненный драгоценный камень, сбросив прежнюю личину.
Ян Юй впервые в жизни оценил привлекательность представителя своего же пола.
— Что здесь творится?! Драка прямо в жилом корпусе?! — Завуч со злостью уставился на холодное оружие, валявшееся в руках сбившихся с пути подростков. — Живо все в мой кабинет! И вы двое! У дверей — марш за ними!
Ян Юй вздохнул. Подобный сценарий был ему слишком хорошо знаком.
В отличие от Гу Цзыси, Ян Юй состоял на учёте у школьного руководства и регулярно выслушивал нотации за драки. Его биологическая мать была черноволосой женщиной с планеты Лабрадор, а отец, по слухам, служил командиром корпуса на планете Ламлан, сражаясь с Легионом Тьмы. Впрочем, с самого рождения и по сей день Ян Юй этого человека в глаза не видел, так что проверить эти слухи было невозможно.
Мать скончалась, когда ему исполнилось семь, и с тех пор он жил с бабушкой. Семья жила впроголодь, ему приходилось пробиваться сквозь жизнь с боем, покрываясь шрамами. После того как его исключили из другой школы за драку, он уже решил, что остался без образования и идти ему больше некуда, но тут ему позвонили из Первой столичной старшей школы, и он каким-то чудом оказался в этом заведении для мажоров.
Всё происходящее казалось ему сном.
В этот момент Гу Цзыси глянул на Ян Юя и с улыбкой произнёс:
— Пойдём. Главное — говорить правду.
Ян Юй вынырнул из собственных мыслей и кивнул:
— Хорошо.
http://bllate.org/book/22146/2307271
Готово:
