Готовый перевод Young Master Mo and His White Moonlight Senior Brother / Господин Мо и его Белая Луна: Глава 24

Пока не будет точного адреса Морского Острова, Лу Сяо не станет отправлять людей на разведку. Се Мо уже трижды подходил с предложением отыскать это место, но каждый раз получал отказ.

— Старший брат, если Шуй Тяньнань так и продолжит молчать…

— Тогда я пойду сам, — отрезал Лу Сяо.

— Что я пойду, что ты — разницы никакой. Старший брат, мой уровень культивации лишь самую малость уступает твоему, — Се Мо хмыкнул. — Может, ровно на толщину той Золотой Иглы, что у брата Жун Чжияня.

Лу Сяо бросил на него мимолетный взгляд, не желая спорить.

— Если завтра островной владыка Шуй все еще не захочет говорить, останешься на острове, а я отправлюсь на поиски.

— Тогда я прокрадусь следом, — для Се Мо наглость была делом привычным. — Старший брат, если сможешь гарантировать, что привяжешь меня к своей кровати так, что я не смогу пошевелиться, тогда я не пойду.

— Заклинание заточения тоже не поможет. Ты ведь знаешь, что, потратив немного духовной силы, я обязательно его развею. В худшем случае немного пострадаю, всё равно у меня ни отца, ни матери, и наставника больше нет — некому меня пожалеть.

Длинные ресницы Се Мо опустились, красивые глаза постепенно потускнели, а на прекрасном, соблазнительном лице отразилось полное отчаяние. Лу Сяо почувствовал себя так, будто совершил некое чудовищное злодеяние, раз довел человека до такого жалкого состояния.

Се Мо опустил голову, отточив искусство притворства до совершенства: даже прядки волос на его затылке, казалось, излучали незримую печаль.

— Старший брат, ты правда считаешь меня бесполезным?

— Иди, — вынужденно выдохнул Лу Сяо и захлопнул дверь прямо перед его носом.

Се Мо, стоя за порогом, тихо рассмеялся, но вдруг дверь снова приоткрылась.

— Еще раз рассмеешься — никуда не поедешь.

Се Мо тут же плотно сжал губы, направился в соседнюю комнату, вошел, закрыл дверь и повалился на кровать.

На следующее утро Лу Сяо снова поговорил с Шуй Тяньнанем, но ответ остался прежним: он не помнит. Лу Сяо догадывался, что на уме у островного владыки: размеренная и спокойная Морская Область не выдержит бушующих волн. Если Барьер Морского Острова падет, его родные земли неизбежно пострадают. Лу Сяо не желал никого лишать крова, поэтому не стал давить.

— Брат Мо, ты ведь терпеть не можешь подобные дела? Почему в последнее время стал таким активным? — Жун Чжиянь, услышав, что Се Мо собрался искать Морской Остров, помрачнел. — В этом деле, раз твой старший брат рядом, найти его не составит труда.

— Но я должен быть рядом с ним, — Се Мо улыбнулся — в его улыбке мешались несерьезность и подозрительная искренность, так что невозможно было понять, что он задумал на самом деле.

— Ты сможешь составить ему компанию, когда он вернется, — Жун Чжиянь был в недоумении. — Главе Лу вряд ли потребуется больше двух часов, чтобы осмотреть всю Морскую Область. Ты просто успеешь вздремнуть, а он уже вернется. Зачем непременно следовать за ним?

Се Мо ответил чуть глуше, а затем усмехнулся:

— Защищать его.

— Еще неизвестно, кто кого будет защищать! — Жун Чжиянь нахмурился.

— Так это же еще лучше, — Се Мо уже начал представлять, как падает в объятия старшего брата. — Если меня придется нести на руках, смотри только не вздумай подбегать и помогать — позволь моему старшему брату нести меня до самой комнаты.

— Ты хоть немного можешь подумать о себе?! — разозлился Жун Чжиянь. — То, что твой пульс сейчас ровный, не значит, что это демоническое создание не проснется. Ты же знаешь, что с тобой творится, когда оно дает о себе знать! А если случится непредвиденное, и главе Лу будет не до тебя — что тогда?

Жун Чжиянь искренне волновался. Демоническое создание оставалось главным фактором неопределенности для Се Мо. Невозможно было предсказать, когда оно вновь пробудится, но такой сильной боли, как в прошлый раз, Се Мо еще не испытывал.

— Если я буду бояться этого, то мне проще сразу умереть, — Се Мо внимательно изучил небо: утро обещало быть ясным, а пока не нагрянет какая-нибудь стихийная беда, бояться ему было нечего. — Я ведь говорил тебе об этом раньше, брат Жун.

Жун Чжиянь огрызнулся:

— Ты-то не боишься, а я боюсь!

Се Мо отбросил несерьезность и принялся всерьез утешать друга:

— Не бойся. Если нас не будет, в случае чего обращайтесь к Чунь Фэну. Если приедет Цзинь Дадао, можете позвать его на помощь.

— Сомневаюсь, что он приедет, — отозвался Жун Чжиянь, а затем, увидев приближающегося Лу Сяо, косо взглянул на Се Мо. — Твой старший брат идет.

— Ты еще скажи мне об этом, — Се Мо скривил губы и уже направился навстречу. — Старший брат, можем отправляться?

Лу Сяо кивнул и обратился к Жун Чжияню:

— Доверяю вам учеников Секты Тяньпин, глава долины Жун.

Жун Чжиянь торжественно ответил:

— Глава Лу может не волноваться, я присмотрю за ними.

Поблагодарив, Лу Сяо увел Се Мо с собой. Этот путь явно не обещал быть легким, и время, как предрекал Жун Чжиянь, не ограничилось двумя часами: прошло два дня, а вестей от них всё не было.

Цзинь Дадао прибыл на Морской Остров вскоре после их отбытия — разница составила не более получаса. Если бы они подождали чуть дольше, то могли бы встретиться. Но что удивило Жун Чжияня больше всего, так это то, что вместе с Цзинь Дадао прибыл Хань Шу.

— Очень спешишь? — холодным тоном поинтересовался Хань Шу.

Жун Чжиянь перевел взгляд с лица Хань Шу:

— Прошло уже два дня, никаких известий. Сигналы внутренней связи Секты Тяньпин молчат. Скорее всего, с ними что-то случилось.

— Если что-то случилось, то от того, что ты здесь изведешься, толку не будет, — отрезал Хань Шу.

— Ты!

Хань Шу скользнул по нему взглядом:

— Что я? Что касается уровня культивации и духовной силы, кто здесь превосходит их двоих? Если ситуация оказалась настолько сложной, что даже они не смогли справиться, то твой визит туда станет лишь бессмысленной гибелью.

Жун Чжиянь понимал, что Хань Шу прав, но от этой правды было лишь больнее.

— Глава Хань держится так, будто всё это его не касается, — едко заметил он. — Неудивительно, что вы так легко ладите с главой Цзинем.

Хань Шу не разозлился, лишь спросил:

— Задам вопрос: в вашей Секте Пустой Долины мир всегда делится только на черное и белое? Будучи главой долины, ты так нетерпим к злу — как же тебе удается выживать в столь хаотичном мире?

— Секте Пустой Долины не нужно держаться в стороне, — холод проступил на лице Жун Чжияня.

Хань Шу усмехнулся:

— Это лишь твои иллюзии. Взять хотя бы племя Мертвого моря: первый хранитель, конечно, добровольно пожертвовал своей жизнью, но спустя сотни лет его величие стало кошмаром для потомков. Ты правда думаешь, что они чтут волю предков? Способность просто не ненавидеть — это уже высшее проявление их доброты.

Жун Чжиянь опешил, чувствуя, что его почти убедили.

— Это другое. Защита неизбежно требует жертв.

— С какой стати жертвой должен быть я? — на губах Хань Шу заиграла ледяная усмешка. — Я не хотел никого защищать. Разве не должны погибнуть те, у кого возникают подобные мысли? Почему жизни тех, кто хочет просто жить, должны быть отданы ни за что? Глава долины Жун, можешь ли ты дать ответ потомкам погибших из племени Мертвого моря?

— Ты не можешь.

Холодный взгляд Хань Шу приковал к себе всё внимание Жун Чжияня.

— Знаешь, почему глава Лу всегда действует в одиночку? Делает всё сам и никогда не перекладывает на других? Потому что он боится. Боится этой несправедливости, которую невозможно объяснить или исправить.

— Это не так… — в конце концов у Жун Чжияня остались лишь бессильные слова.

— Жун Чжиянь, — холодно произнес Хань Шу. — Запомни: в мире не бывает абсолютной справедливости. Даже Секта Тяньпин, даже Лу Сяо — вложив все свои силы, они могут лишь поддерживать хрупкое равновесие.

— И что дальше? — Жун Чжиянь раскраснелся от гнева, что в глазах Хань Шу выглядело почти как легкий макияж — донельзя красиво. — Ты просто будешь бездействовать? Пытаться выжить, цепляясь за жизнь?

Хань Шу протянул руку, перехватил запястье Жун Чжияня и усадил его на каменную табуретку рядом с собой.

— К чему столько эмоций? Я говорил о племени Мертвого моря. Секта Сюаньсу — одна из шести великих сект, разумеется, мы не останемся в стороне.

Жун Чжиянь потерял дар речи. Выходит, он просто водил его за нос?

— Хань Шу!

Золотые Иглы в мгновение ока устремились к глазам Хань Шу. На таком близком расстоянии отразить десятки игл было почти невозможно, Хань Шу лишь прикрыл самые важные части тела, позволив иглам вонзиться в лицо.

После этой стычки тревога Жун Чжияня немного притупилась. Слова Хань Шу глубокой ночью не давали ему покоя: даже если потомки хранителей Морского Острова и хотели отомстить, почему беды должны были обрушиться именно на Се Мо и Лу Сяо? Но почему за два дня нет ни весточки? Чунь Фэн отправил десятки сообщений — как они могли не заметить хотя бы одно? А если заметили, почему молчат? Что могло одновременно сковать Се Мо и Лу Сяо?

Когда Жун Чжиянь вернулся в комнату, Хань Шу всё еще сидел на каменной табуретке. На черном небе над головой не было ни единой звезды — сплошная тьма, не пропускающая ни лучика света.

***

Бесконечный дремучий лес, где деревья упирались в небо, а люди казались в нем мелкими, как муравьи. Се Мо и Лу Сяо были заперты здесь уже долгое время.

— Старший брат, мы уже несколько раз проходили этой дорогой, — Се Мо прислонился к толстому стволу, не желая идти дальше.

Лу Сяо взглянул на знакомый ствол:

— Оставайся здесь, я схожу вперед, посмотрю.

— Старший брат, не ходи, мы явно ходим кругами, — Се Мо привалился к ветке толщиной в человеческий торс. — У них нет духовной силы, значит, они прибегли к иллюзиям. Неизвестно, сколько мы тут уже заперты, и видят ли они, как мы тут мучаемся.

Здесь не было различий между днем и ночью, свет в лесу оставался неизменным. Без духовной силы даже мечи Мошан и Юйсянь стали обычными дровосечными ножами, от которых не было толку.

— Старший брат, прислонись отдохни, — Се Мо ухватил его за рукав и притянул к себе. — Еды и питья нет, так хоть дай себе передохнуть.

Лу Сяо не ожидал, что Се Мо решится на такое. Когда его дернули, он чуть не врезался в ствол, но Се Мо сместился в сторону и крепко прижал старшего брата к себе. В следующую секунду до слуха донесся жар, а затем приглушенный стон Се Мо:

— Старший брат, мне немного больно.

Но руки свои он разжимать не спешил. Лу Сяо попытался отстраниться, но не смог. Напротив, объятие стало лишь крепче, а жар от него — еще сильнее.

— Старший брат, мне, кажется, холодно, позволь мне тебя обнять.

На бледных щеках Лу Сяо проступила тревога:

— С чего бы тебе мерзнуть? — он попытался отступить, но Се Мо держал его намертво. — Сначала отпусти меня.

Се Мо, не отрывая взгляда темных глаз от старшего брата, тихо проговорил:

— Дай мне еще немного тебя подержать.

Их взгляды встретились. В глазах Се Мо читалось нечто такое глубокое, что Лу Сяо хотел было докопаться до сути, но Се Мо тут же сменил выражение лица, снова приняв шутливый тон:

— Старший брат, а у тебя талия не слишком тонкая?

Его горячее дыхание обдало лицо Лу Сяо, словно огнем. Пользуясь тем, что старший брат ничего ему не сделает, Се Мо позволил улыбке стать еще наглее, и слова вырвались сами собой:

— Старший брат, а ты знаешь, как сильно я тебя люблю?

Сказав это, Се Мо напрягся всем телом. Хотя он продолжал улыбаться, тонкая спина, которой он упирался в дерево, покрылась холодным потом. Он с замиранием сердца следил за реакцией Лу Сяо: промелькнет ли в его глазах отвращение?

И когда Се Мо уже решил, что его одежда на спине пропиталась потом насквозь, Лу Сяо посмотрел на него и ответил:

— Знаю.

Се Мо в ужасе застыл:

— Знаешь?

Лу Сяо, не понимая его удивления, пояснил:

— Ты говорил так, еще когда был маленьким.

Сердце Се Мо, готовое выпрыгнуть из груди, внезапно опустилось. Подул ветер, спине стало холодно. Он усмехнулся:

— Не ожидал, что ты так отчетливо запомнил мои слова.

— Я помню всё, что ты говорил, — ответил Лу Сяо.

В груди Се Мо снова забилось сердце, вперемешку с хаосом чувств. Он опустил голову и горько усмехнулся про себя: «Почему кажется, что лучше бы ты ничего не помнил?». Когда он снова поднял голову, на лице уже не было и следа эмоций, он разжал руки:

— Если бы наставник узнал, что мы такие дружные, он был бы очень счастлив.

Внезапно поднялся ветер. Отстранившись от Се Мо, Лу Сяо вдруг тоже почувствовал холод и огляделся:

— Откуда этот ветер?

Не дожидаясь ответа от Се Мо, он пошел в сторону, откуда дул ветер. Се Мо остался на месте, опираясь рукой о дерево. Если присмотреться, рука его мелко дрожала, а взгляд затуманился.

— Есть что-то неладное?

— Пока не знаю, — Лу Сяо продолжал идти вперед.

Его спина, уже почти высохшая, снова намокла. Боль была такой, будто из костей высасывали саму суть. Се Мо медленно сполз по стволу на землю, вонзив пальцы в почву так, что они изогнулись. Ему хотелось биться затылком о дерево, чтобы хоть как-то отвлечься, но он не хотел, чтобы старший брат заметил неладное.

Без духовной силы Се Мо наконец понял, что такое настоящая боль. В этот миг он потерял веру в то, что когда-нибудь сможет это пережить.

Боль была такой, что хотелось молить о помощи, такой, что он терял остатки стойкости. Лу Сяо вдруг обернулся и увидел, что Се Мо просто сел на землю. Интуиция подсказала ему, что что-то не так, и он вернулся назад.

— Моэр? — хотя Се Мо лишь закрыл глаза, Лу Сяо почувствовал подвох.

В полузабытьи Се Мо услышал голос брата и через силу приоткрыл глаза. На его нежном лице читалась явная тревога. Се Мо покачал головой:

— Со мной всё в порядке, старший брат.

Лу Сяо был бы глупцом, если бы поверил в это.

— Что случилось? Где болит?

Затем Се Мо ощутил теплые объятия. Оказывается, объятия старшего брата были совсем не такими холодными, как его нрав — такими теплыми. Се Мо хотелось сказать что-то еще, но остатки ясности рассудка сдерживали его.

— Старший брат, мне просто холодно.

Лу Сяо тут же прижал его к себе крепче, теряя привычное хладнокровие:

— Где холодно?

— …Везде, — Се Мо стиснул зубы.

Острая боль полностью захлестнула его сознание. Перед тем как окончательно провалиться в тьму, Се Мо охватил неподдельный страх: он боялся, что если уснет, то больше не проснется, или же проснется монстром, знающим только убийства!

Он действительно недооценил это демоническое создание. Он был слишком самонадеян, полагая, что сможет сделать то, что не удалось другим, думая, что предки проиграли лишь из-за собственной слабости. Он совершенно не задумывался о том, что тот, кого выбрала Раса Демонов, не может быть обычным человеком.

— Моэр?! Моэр?!

Лу Сяо смотрел на человека, лишившегося чувств в его объятиях. Его красивые брови были нахмурены, нежные пальцы легли на запястье Се Мо, но пульс оказался ровным. И всё же напряжение в теле Се Мо говорило о том, что он страдает. На прекрасном лице лишь слегка дрожали веки — всё остальное оставалось неподвижным.

Потому что, чем волновать Лу Сяо, Се Мо предпочел бы до последнего притворяться, что всё хорошо.

Глава Шести Сект, первый человек в мире, впервые почувствовал себя абсолютно беспомощным. Он даже не заметил, как откуда-то из пустоты появился человек.

Только когда раздался голос:

— Идите за мной.

Лу Сяо вздрогнул и резко обернулся. В его глазах, похожих на тушью написанную картину, мелькнула ледяная жажда убийства, но, увидев незнакомца, он спрятал её, подхватил Се Мо на руки и последовал за ним.

— В лесу есть ядовитые испарения. Для обычных людей они безвредны, но для тех, кто связан с Расой Демонов — смертельны, — произнес незнакомец.

Лу Сяо нахмурился, в глазах застыл холод:

— Тогда почему ему холодно?

— Это обычные признаки отравления, — равнодушно ответил человек, от которого веяло холодом. — Но мне любопытно: как такой человек, как ты, оказался вместе с демоном?

По сердцу Лу Сяо полоснуло неприятное чувство:

— Он не демон.

Человек издал странный смешок, в котором слышалась то ли насмешка, то ли сарказм.

Вскоре пейзаж изменился: густые деревья исчезли, на их месте показались бамбуковые домики, из труб которых поднимался дымок. Оказалось, уже полдень.

Незнакомец повернулся к Лу Сяо:

— Отдай его мне.

Лу Сяо не шелохнулся.

— Если хочешь, чтобы он выжил, советую отдать его мне, — голос его оставался абсолютно безразличным.

Лу Сяо бережно передал Се Мо в руки незнакомца, и тот, не оглядываясь, пошел по тропинке вглубь поселения. Тем временем к Лу Сяо вышли несколько человек. Среди них была молодая красивая женщина, которая с улыбкой успокоила его:

— Не волнуйтесь, брат А Е обязательно его вылечит.

Лу Сяо перевел взгляд с уходящего Се Мо на девушку:

— Племя Мертвого моря всё живет здесь?

Остальные мужчины смотрели на него с подозрением, и лишь эта женщина оставалась спокойной:

— Да, мы из поколения в поколение живем здесь. Хотели бы уйти, да не можем. Но здесь тоже хорошо — все живут простой жизнью, с рассвета до заката.

Лу Сяо огляделся и заметил, что лица всех жителей, независимо от возраста и пола, имели общие черты. Вокруг повсюду рос бамбук, что не сходилось с описанием Шуй Тяньнаня, утверждавшего, что здесь «трава не растет».

Незнакомец донес Се Мо до самого дальнего домика. Вокруг царила тьма. Он с размаху пнул дверь и холодно произнес:

— Я принес того, кого ты просил. Когда ты выполнишь свое обещание и выведешь нас отсюда?

***

Человек внутри дома стоял спиной к двери, закутавшись в плащ, который скрывал его целиком. Даже когда А Е вошел в комнату с Се Мо, он не обернулся, а лишь заговорил:

— Оставь его и выходи.

А Е не шелохнулся, явно не доверяя человеку, который даже не повернулся к нему лицом.

— Не забывай, кто привел вас в этот райский уголок.

http://bllate.org/book/22338/2340310