Орлеан тихо фыркнул, окинул взглядом рубин на своем мече и с довольным видом уже собирался убрать оружие, как вдруг из вертолета донеслись испуганные крики один за другим. Поспешно повернувшись, он увидел сцену, от которой у него волосы встали дыбом: из-за хвоста вертолета плотной толпой неслось целое стаи грифов. Судя по их свирепому и взбешенному виду, вести себя так нормально они просто не могли.
— Тц! Двое остаются управлять вертолетом и уворачиваться от их ударов, остальные — берите ружья и валите столько, сколько сможете! — Орлеан быстро взлетел к хвосту вертолета, нахмурив брови и сжав в руке меч. При таком количестве грифов ему следовало бы одолжить у этого Гу Пэя немного перца и горошка. С одним лишь собственным мечом, если только не жертвовать жизненной силой, справиться со всеми ними в короткие сроки будет крайне сложно.
Внешний вертолет столкнулся с огромной опасностью, однако ситуация в подземном убежище тоже не внушала оптимизма. Поскольку вертолет был окружен, спасенные Гу Пэем и остальными десяток с лишним человек пока не могли подняться наверх, и их приходилось прикрывать восьми бойцам, из-за чего боеприпасы расходовались с невероятной скоростью. А бойцы, проводившие спасательную операцию внутри, внезапно столкнулись с зомби, у которого половина лица была целой, а вторая — сгнившей.
Этот зомби сильно отличался от других: и в движениях, и в защитной реакции он превосходил обычных зомби как минимум в два-три раза. Самое же страшное заключалось в том, что он, казалось, не нападал слепо на каждого встречного, как рядовые мертвецы, а подсознательно выискивал тех, чья защита была слабее всего.
К тому моменту, когда Гу Пэй спустился и сошелся с ним лицом к лицу, этот странный зомби уже загрыз двоих из спасенных людей.
— Главарь! Этот гад очень силен, пули не берут его голову, а попадания в другие места бесполезны! Опоздай ты еще немного, и оставшиеся семеро, похоже, тоже не выбрались бы.
Услышав это, Гу Пэй похлопал командира девятого отряда по плечу:
— Сяо Сун, бери свой отряд и выводи этих людей наружу, а эту тварь оставь мне.
С этими словами Гу Пэй холодно усмехнулся и бросился прямо на мутировавшего зомби. Лучший и самый быстрый способ расправиться с зомби — пробить ему голову! Будь то прострелить, пробить ударом ноги или свернуть шею — пока мозги уничтожены, он ни за что не поверит, что эта тварь сможет подняться снова!
Пока Гу Пэй вовсю сражался с мутировавшим зомби, Цянь Цунлян выпустил десять цветочков, велел присоединившейся к ним летучей мыши взять мешок с горошком и перцем и сопроводить одиннадцать спасенных людей наружу. Сам же он вместе с Первым вернулся в комнату, где они еще не успели никого спасти, и вывел оттуда оставшихся шестерых человек.
Хотя подземное убежище было огромным и изобиловало коридорами, к счастью, места, где прятались эти заложники, не были скоплениями зомби. Благодаря быстрым тууда-сюда рейдам отряда поиска плоти и элитного отряда, примерно за полчаса удалось вытащить больше половины из пятидесяти шести запертых людей.
К тому моменту, когда Цянь Цунлян и остальные вошли в убежище в последний раз, в ловушке оставалось всего десять человек. Однако поскольку те прятались в самом глухом углу убежища, куда вел единственный коридор, единственным способом было полностью очистить этот проход от зомби.
Тем временем снаружи убежища мертвецы уже начали яростно бросаться на тех, кто не смог сесть в вертолет, а в небе к тому моменту не осталось и половины грифов — и тем не менее, безопасность все еще не была гарантирована.
В самом глубоком коридоре убежища царила зловещая тишина. Зомби в этом проходе были подчистую уничтожены Цянь Цунляном, Первым и Гу Пэем. Однако перед самой последней дверью Сяо Сун преградил путь Гу Пэю, а Первый остановил Цянь Цунляна.
— Внутри что-то не так?
К системе предупреждения об опасности от Первого Цянь-мелюзга давно привык и доверял ей безоговорочно. Увидев кивок Первого, он тут же замер на месте.
С другой стороны, Гу Пэй, похоже, тоже вполне доверял предчувствию Сяо Суна — он тоже остановился и не стал продвигаться дальше.
— Тц, нельзя останавливаться здесь! Внутри еще двое исследователей, которых непременно нужно спасти, так что придется соваться даже в логово дракона и тигра!
Даже осознавая опасность и простояв так несколько минут, Гу Пэй все же сжал зубы и решил не терять времени: для них задание превыше всего.
Видя, что Гу Пэй собирается пнуть дверь ногой, а окружающие бойцы хоть и тревожатся, но до крови прикусывают губы, ничего не говоря, Цянь Цунлян отвел взгляд и прямо перед тем, как Гу Пэй бросился к двери, метнул щупальце.
— Малец, ты что творишь?!
Гу Пэй по наитию увернулся от щупальца, и в его расширенных от удивления глазах мелькнула ярость.
— Какое твое дело до того, что делает молодой господин?
Закатив глаза, Цянь Цунлян встряхнул рукой, и щупальце принялось гулко колотить в дверь:
— Есть тут кто-нибудь?! Мы получили сигнал и пришли спасти вас! Есть тут кто живой? Быстро открыва… чёрт!!
Стоило Цянь Цунляну взять под контроль щупальце, как дверь в мгновение ока распахнулась, и оттуда пулей вылетела какая-то фигура, впившись прямо в шипы щупальца. Скорость этого существа была невероятной, и даже Цянь Цунлян не успел вернуть щупальце назад. К счастью, щупальце состояло не из плоти и крови и не могло заразиться от укуса зомби, а его шипы при этом оцарапали выскочившего мертвеца. Иначе, если бы в дверь стучал Гу Пэй, у него не было бы ни малейшего шанса на спасение.
Бум-бум-бум-бум! Трах-тах-тах!
Выскочивший зомби промахнулся с первой же атаки, после чего бойцы элитного отряда с железной выдержкой дружно разнесли его в клочья. Глядя на лужу крови и плоти на земле, Гу Пэй на мгновение умолк, а затем подошел и тяжело хлопнул Цянь Цунляна по плечу:
— Мелкий, я с тобой расплачусь за спасение жизни.
Цянь Цунлян скривился, обхватил себя за плечо и с брезгливым видом отступил на несколько шагов назад:
— Полноте, полноте. Просто вернешь мне долг мясом и ядрами. Я многого не прошу.
Услышав такой ответ, все стоявшие вокруг бойцы дернули щеками. Они-то думали, что сейчас разыграется трогательная сцена примирения бывших врагов, а этот смазливый парень взял и опошлил всё донельзя. Командир девятого отряда Сяо Сун и вовсе отвернулся, демонстративно проигнорировав этого человека, и взмахом руки велел бойцам войти в последнюю дверь.
Дальнейшее продвижение прошло относительно гладко: за исключением одного уже зараженного, остальные запертые люди были просто истощены, а два ключевых объекта спасения — биологи-исследователи — оказались в полном порядке.
Двое бойцов под руки поддерживали исследователей, остальные прикрывали оставшуюся десятку, и все гурьбой стремительно вырвались из убежища. А минуту спустя после того, как они выбрались наружу, Орлеан наконец прикончил оставшихся в небе грифов — причем половина из них погибла от фаерболов, выпущенных маленькими летучими мышами и горошком, любезно предоставленными Цянь Цунляном. Разумеется, из этого вовсе не следовало, что сила Огненного Цыпленка была недостаточной; просто у кое-кого срабатывал укоренившийся эгоистичный менталитет, и он не желал тратить с таким трудом накопленную силу ради каких-то посторонних людей.
Появление Цянь Цунляна, Гу Пэя и остальных значительно облегчило участь людей, ожидавших внизу посадки на вертолет. Под охраной Гу Пэя, Первого и Цянь-мелюзги, каждый из которых контролировал свой сектор, спасенные пятьдесят четыре человека начали один за другим подниматься по штурмтрапу в вертолет.
Когда последний человек взобрался на трап, Цянь Цунлян швырнул камень в Орлеана, и тот, недовольно скривив губы, призвал четырех летучих мышей, чтобы те подняли его и Первого наверх. Поначалу всё выглядело гладко, но внезапные нападения на то и внезапные — неизвестно откуда выскочила верещащая женщина-зомби, чье лицо полностью скрывали растрепанные волосы. В руке у нее было нечто вроде крюка-кошки, и, заметив, что на вертолете люди еще не успели собраться, она метнула эту штуку прямо в толпу, зацепив воротник одного из исследователей и сдернув его с веревочной лестницы вниз!
!!
— Осторожно!
— Ублюдок!
…
Вопли не смолкали. Пока Цянь Цунлян еще тупил от неожиданности, один из бойцов на конце веревочной лестницы бросил на него исполненный решимости взгляд, с криком спрыгнул вниз, схватил исследователя и со всей силы швырнул его наверх, позволив подоспевшему Гу Пэю подхватить бедняка. Сам же он из-за отдачи рухнул прямо в кишащую внизу толпу зомби.
!!
— Хун Тао!!
Гу Пэй, держа спасенного исследователя, смотрел на происходящее налитыми кровью глазами, а у стоявших на лестнице бойцов покраснели и заслезились глаза. Даже будучи заранее готовыми к смерти, к таким жертвам никогда нельзя привыкнуть.
Стушевавшись на долю секунды, Цянь Цунлян мгновенно метнул щупальце, намереваясь вытащить самопожертвенного бойца. Однако к тому моменту, когда он с яростью в сердце вытянул солдата из кучи зомби, тело того было искусано в десятках мест, а лицо изуродовано острым когтем женщины-зомби до неузнаваемости.
При смерти.
Таким было его состояние в этот миг.
…
При виде этого бойца все находившиеся в вертолете люди умолкли. А Цянь Цунлян, стоя перед ним с бесстрастным лицом, спросил:
— Зачем? Это было непредвиденное обстоятельство, тебе вовсе не нужно было устраивать такой суицидальный обмен?!
Солдат хмыкнул в ответ, выдавив улыбку, которая выглядела страшнее плача:
— Потому что это наш долг. С… самого первого дня вступления в легион… кхе-кхе… мы, все мы, были к этому готовы. Это долг… и… также гордость.
Закончив эту похожую на клятву фразу, боец склонил голову. В салоне тут же раздались всхлипывания женщин, а спасенный старик молча встал рядом с павшим, тяжело и бессловесно вздрагивая всем телом.
Внезапно Цянь Цунлян взмахнул щупальцем, обвив тело погибшего бойца, и выбросил его наружу из кабины. Под рев множества бойцов внутри вертолета он бесстрастно швырнул наружу тот самый упакованный сверток с горошком и перцем.
Грохот — !!
Ослепительный красный свет от мощнейшего взрыва озарил вечерние просторы. Смотря на пустеющую землю убежища сверху, Цянь Цунлян чеканил каждое слово:
— Это его гордость.
Отвернувшись, Цянь Цунлян молча опустился на свое место. Его потрясло существование этих людей. Быть может, прежде он и осознавал всю жестокость апокалипсиса, но не понимал, что в эту пору конца света существует такая группа людей, которая трудно, но стойко и непоколебимо поддерживает этот хрупкий мир. Ради того, чтобы помочь людям отыскать последнюю надежду, они порой платят невообразимую, жестокую и болезненную цену.
Тихо протянув руку, Первый мягко сжал ладонь Цянь Цунляна. Ощутив едва теплившееся тепло, Цянь Цунлян тихо проговорил:
— Первый.
— Мм.
— Впредь, когда мы будем искать мясо, давай спасать побольше людей.
— Хорошо.
Ради этих самых прекрасных и достойных уважения людей.
...Некоторые вещи существуют не потому, что их не видно.
Эта глава посвящена тем достойным людям. Что до человеческой природы — добро и зло разделяет всего один миг.
Аминь == Я сегодня прямо весь из себя лиричный. Читатели могут это проигнорировать. ==...
Хоть я и верю, что природа человека изначально зла ==, но поступки во имя добра всё равно заставляют меня прослезиться.
Сдавайся уже, Первый.
()Хотя один отважный боец погиб, в целом миссия увенчалась успехом. А того мужчину, которого укусили и который еще не обратился в зомби, в вертолете уже изолировали от остальных.
Вообще, все прекрасно понимали, что шансы его выжить крайне малы, но далеко не каждый способен, подобно тому солдату, не бояться смерти и обладать столь твердым осознанием долга. Большинство людей цепляются за последнюю соломинку до самого конца, пока не угасает всякая надежда. Точно так же, как тот человек, что сидел сейчас в углу под охраной цветочков.
— Эй, а кто из наших двух отрядов спас больше людей, а? Кто-нибудь подсчитал? — придя в себя, поинтересовался Цянь Цунлян. Тут ведь на кону мужская гордость, нельзя же относиться к этому спустя рукава!
Однако остальные явно думали совсем о другом. Гу Пэй услышал его слова, подошел и хлопнул Цянь Цунляна по плечу:
— Тц, малец, ты до сих пор об этом помнишь? Как бы то ни было, на этот раз ты спас мне жизнь и помог выполнить задание практически без потерь, так что я просто признаю свое поражение! Ха-ха, вернувшись, я угощу тебя выпилкой и мясом! Заодно и запишем тебя в братья!
Независимо от того, одобрял ли Цянь-мелюзга это в душе, стоило ему услышать предпоследнюю фразу, как все возражения тут же улетучились у него из головы. К тому же, после истории с тем солдатом Цянь-мелюзга вовсе не хотел иметь дела с военными. Приподняв бровь, он тут же осведомился:
— А сколько у тебя ядер? Эм, знаешь ли, у меня тут целое семейство на иждивении, жрут они от души.
Гу Пэй расхохотался:
— Послушай, Сяо Цянь, чего у меня в избытке, так это кристаллов! Все мои ядра вместе взятые потянут на покупку целого пастбища!
Цянь-мелюзга улыбнулся. Новость просто великолепная — наконец-то все цветочки смогут досыта наесться. Тц-тц, вечное недовольство прочих питомцев из-за того, что едят только Цветочки и Щупальце, уже порядком надоело.
Когда вертолет вернулся на базу Чжунчжоу, беспорядки, устроенные зомби на юге базы, уже были подавлены. Правда, поговаривали, что там объявился какой-то жутко сильный мутировавший зомби, из-за чего и армейский корпус, и отправившиеся на помощь наемники понесли немалые потери.
Впрочем, их это сейчас волновало меньше всего: после успешного выполнения задания положено как следует расслабиться. Сдав спасенных людей сотрудникам приютов и научно-исследовательского института, Гу Пэй в отличном настроении потащил всех участников операции в то самое питейное заведение, с которым был знаком Цянь Цунлян, чтобы хорошенько погулять.
Гу Пэй снял весь бар целиком: его подчиненные шумно веселились снаружи, а в отдельном кабинете Первого заставили валяться лицом в полу, и тот со слезами на глазах наблюдал, как казенную еду уплетают за обе щеки ручные телохранители Цянь-мелюзги.
Испробовав все свои козырные приемы и смертоносные навыки и обнаружив, что на Первого они не действуют от слова совсем, Гу Пэй трагически смирился со своей судьбой.
— Сяо Цянь, ты ублюдок, ты хочешь меня разорить?! Я же не говорил, что угощаю этих кусачих цветов, верно?!
На это Цянь-мелюзга с милой улыбкой ответил:
— Раз ты приглашаешь меня, значит, и их тоже. К тому же, у тебя ведь полно кристаллических ядер, верно? На худой конец, будешь столоваться у других своих братьев. А если и это не поможет, найди сестрицу Салли — пусть она возьмет тебя в мужья, тц-тц. Мало того что обзаведешься женой, так еще и будешь обеспечен едой и кровом!
В ту же секунду оставшиеся в кабинете командиры отрядов остолбенели, а Гу Пэй, поломав голову с полминуты, даже на мгновение счел эту идею неплохой. К счастью, вовремя вспомнив нрав этой женщины-босса, он со злостью показал Цянь-мелюзге средний палец и выдал фразу, от которой у того чуть кровь из носу не пошла:
— Я-то по крайней мере могу жениться! Даже если припрет донельзя, в худшем случае женюсь на Салли, а вот тебе, братец, о жене в этой жизни даже мечтать не приходится! Ишь чему радуешься, паразит!!
Так в порыве праведного гнева Гу Пэй наступил на мину, а Цянь-мелюзга без малейших колебаний последовал за ним.
— Кто сказал, что я не могу жениться?! Просто мне еще не попадался никто по душе… Чёрт!! Первый, ты что творишь?!
Под испуганный вопль Цянь-мелюзги Первый и Цянь Цунлян вдвоем исчезли из кабинета. А Орлеан и маленькая летучая мышь, отнимавшая у него еду, синхронно подняли головы:
— Эй, ты наступил на мину моего хозяина. Тебе не поздоровится.
— Угу. Хотя сейчас босс, наверное, сам огребает от него по полной, но стоить ему закончить, как тебе гарантирован полный капец. Советую бежать куда глаза глядят.
Глядя на столь серьезные лица Орлеана и летучей мыши, Гу Пэй помолчал с полминуты, после чего повернулся к Сяо Суну:
— Сяо Сун, есть в последнее время задания ранга B и выше? Мне нужно срочно смыться.
——————
В этот момент в пространственном хранилище Цянь Цунляна.
Бедолагу, с которого сорвали всю одежду и прижали к кровати, едва не подвергнув суровому наказанию, перекосило. Он мертвой хваткой вцепился в одеяло, не желая отпускать его ни за что на свете, и метал в Первого взгляды, полные небывалого обвинения.
Первый же со зловещей усмешкой вцепился в тот самый край одеяла и процедил каждое слово:
— Ты хочешь жениться?
Подледенев от холодного взгляда Первого, Цянь-мелюзга совершенно бесхребетно затряс головой:
— Да шучу я, шучу! Какой мужчине жениться, пока дела не сделаны?! Я просто подшутил над этим парнем, честно!
— Впрочем, если ты хочешь жениться, это в общем-то возможно, — бесстрастно отозвался Первый. И, не давая Цянь-мелюзге загореться надеждой, добавил: — Только вот ей тоже нужно умудриться выжить. Если она вдруг по неосторожности попадется под зубы зомби, тут я уже ничем помочь не смогу.
Цянь-мелюзга тут же оцепенел, закатил глаза и едва не выругался вслух: это же шантаж! Самый настоящий, чистокровный шантаж!! И не успел он прийти в себя от этих эмоций, как следующая фраза Первого окончательно вбила его в ступор:
— Ты всё обдумал?
Дернув уголкам рта, Цянь-мелюзга попытался сойти с ума и замять тему:
— О чем это мне думать? Молодой господин… ух!
Кто-то ухватил его за кое-какое место снизу, и Цянь-мелюзга мгновенно сделался предельно серьезным, собранным и сосредоточенным. Молча глядя на Первого долгим взглядом, он в конце концов криво усмехнулся:
— Я всё обдумал.
Первый приподнял бровь.
— Я хочу жениться!
По комнате вовсю заструилось убийственное намерение.
— Так что, будешь моей женой или как?
Убийственное намерение испарилось, сменившись едва заметным выражением беспомощности на лице Первого:
— Ты так сильно хочешь одержать верх хотя бы на словах?
Цянь Цунлян взвился на дыбы:
— Ещё бы! Меня тут чуть не прижали, я и так в полном убытке, неужели мне нельзя хотя бы лицо сохранить?! Согласен — так согласен, будем вместе. Не согласен — пойду искать другую жену! Хоть мужика, хоть бабу, ух… мм!!
Стоило прозвучать последним словам, как рука Первого сжалась сильнее, заставив лежащего внизу вздрогнуть. Забравшись под одеяло, тот пробормотал:
— Как пожелаешь.
Раз этот мелюзга наконец додумался до всего сам, на остальное можно пока закрыть глаза. В конце концов, Первый и сам не ожидал, что добьется желаемого ответа так быстро — судя по характеру Цянь-мелюзги, он настраивался ждать гораздо дольше. Сейчас же у него было прекрасное настроение, так что можно и простить этому хитрецу его мелочность.
С этого момента, спустя ровно один месяц и двадцать семь дней после знакомства с Первым, Цянь-мелюзга вот так просто, под давлением угроз, соблазна и запугивания, но в то же время с некоторым внутренним согласием, бесславно похоронил всю свою холостую жизнь. Или, если угодно, все свои оставшиеся дни.
И раз уж отношения определены, а оба они находятся в постели, не пора ли было закономерно перейти к тому, к чему полагается? Если вы так думали, то сильно недооценили вредный характер Цянь-мелюзги. Хотя Первый уже вовсю распускал руки, Цянь Цунлян с первой же секунды с предельной серьезностью и строгостью заявил:
— Молодой господин вообще-то в первый раз, а говорят, от этого дела жутко больно! Так что если не будет подходящей атмосферы, отличного места, полнейшей подготовки и всех необходимых материалов — молодой господин ни за что, ни в коем случае не согласится! Если принудишь меня — я тут же пойду и подставлюсь под укус зомби!!
У Первого, у которого до этого было отличное настроение, мгновенно помрачнело лицо. Если следовать логике Цянь-мелюзги, ему что же, придется терпеть еще очень долго?! В эту эпоху в продаже даже лубриканта не сыщешь, где он должен брать всю эту атмосферу и материалы?! Неужели ему теперь во время зачистки зомби придется попутно искать смазку?!
http://bllate.org/book/22409/2352640
Сказали спасибо 0 читателей