Готовый перевод Longing Above the Clouds / Тоска над облаками: Глава 22

Еле сдерживая накопившуюся обиду, Е Юхань не стала сразу уходить. Она всё же решила остаться, чтобы помочь сыну навести порядок в общежитии. Осматривая комнату, где повсюду чувствовалось присутствие Ло Юнь, Е Юхань вдруг ощутила тревогу, словно её собственного сына вот-вот уведут у неё из-под носа.

— Ни за что! Я никогда не позволю этой девчонке завладеть сердцем Ифаня, она его не стоит! — мысленно пообещала она себе и швырнула в мусорное ведро тряпичную куклу-солнышко, которую Ло Юнь сделала своими руками.

Это была самая простая вещица: комочек бумаги да клочок белой ткани. Но Ло Юнь раскрасила её и нарисовала прелестное личико — она всегда отличалась особым талантом к рисованию и рукоделию.

Избавившись от куклы, Е Юхань почувствовала себя чуточку лучше. Она ускорила движения, размышляя о том, как вернётся домой и отчитает Ло Юнь, но тут за её спиной неожиданно раздался стук в дверь.

— Кто там? — обернувшись, спросила Е Юхань.

— Теть Е, это я, Лу Хуэймэй. Ифань в общежитии?

Услышав имя Лу Хуэймэй, лицо Е Юхань мгновенно преобразилось на сто восемьдесят градусов. Когда та только-только упомянула о благосостоянии своей семьи, Е Юхань уже мысленно выбрала эту девушку в невесты для сына. В её глазах красота стояла на втором месте, а вот материальное положение было превыше всего — в конце концов, у них с мужем не было никаких полезных связей, и они ничем не смогли бы помочь Ло Ифаню в будущем.

С сияющей улыбкой распахнув дверь, Е Юхань с любезными прибаутками проводила Лу Хуэймэй в комнату.

— Ифань только что сказал, что у него дело, но он скоро вернётся. Проходи, садись, посиди пока.

— Тётя, вы помогаете Ифаню убираться в общежитии?

— Да уж! Он у меня такой непутёвый, ему вечно нужен кто-то рядом, чтобы приглядывать, — Е Юхань многозначительно посмотрела на Лу Хуэймэй.

Она была уверена в обаянии своего сына. Если Лу Хуэймэй подхватит разговор, это будет означать, что девочка уже без памяти влюблена в Ифаня, и ей самой не придётся прикладывать много усилий.

Если же Лу Хуэймэй поведёт себя высокомерно, Е Юхань не постесняется поступиться гордостью и поухаживать за ней — в конце концов, будущее сына превыше всего.

Результат прощупывания почвы, разумеется, удовлетворил Е Юхань. Лу Хуэймэй была лишена хитрых замыслов и тут же подхватила беседу:

— Тогда в следующий раз, когда вас не будет, я буду приходить и заботиться об Ифане! К тому же он совсем не против, чтобы я заходила к нему.

— Правда?

— Мы же всё-таки хорошие друзья. В прошлый раз, когда у сестры Ифаня был день рождения, я даже принесла торт.

— День рождения... сестры Ифаня? Ах, да-да! Я слышала об этом. Большое тебе спасибо, Сяо Юнь была очень рада, когда вернулась, — на мгновение растерявшись, Е Юхань тут же взяла себя в руки и поддержала разговор.

— Её зовут Сяо Юнь? Мне показалось, Ифань так привязан к сестре: в день рождения я даже слова не могла вставить, когда они были рядом, — Лу Хуэймэй уселась за письменный стол Ло Ифаня и с наигранной насмешкой легко и непринужденно принялась лгать.

— С чего бы это? Дома Ифань терпеть не может разговаривать со Сяо Юнь. Эта его сестра от природы бестолковая, тугодумка... Если она сделает что-то не так и расстроит тебя, ты уж прости её ради бога.

— Что вы! Сестра Ифаня очень милая, я даже немного завидую ей.

— Ой, Сяо Лу, ну и шутница же ты! Чему тут завидовать? Учиться не умеет, то ли дело ты — и успехи в учёбе, и красавица. Я так рада, что у Ифаня есть такая хорошая подруга, как ты.

— Тётя, вы такая добрая! А я вот сама сделала эту куклу-солнышко — хотела подарить Ифаню. Я посмотрела, а у него на столе такая потрепанная, вот и смастерила новую. Не знаю, понравится ли ему.

С этими словами Лу Хуэймэй достала из кармана школьной формы изящную самодельную куклу, которая ярко заискрилась под светом лампы. Взяв её в руки, Е Юхань тихо ахнула: вся кукла была изготовлена из чистейшего хрусталя, а в самом центре красовалось украшение, похожее на настоящий бриллиант. С первого взгляда было очевидно, что вещица стоит целое состояние.

— Какая красота! Ты и правда сама её сделала?

— Конечно! Этот хрусталь очень дорогой, его подарили бизнес-партнеры моего папы, у нас дома целый ящик таких. Я даже снималась в рекламе их бренда в прошлом году.

Слова Лу Хуэймэй и изящная кукла в её руках вызвали у Е Юхань смесь полного удовлетворения и лёгкого чувства неполноценности. В её глазах мелькнула зависть, и она произнесла:

— Сяо Лу, ты просто невероятная! Мне даже нечего тебе подарить в ответ.

— Не нужно, тётя! Главное, чтобы Ифаню понравилось, я уже буду счастлива.

— Ему обязательно понравится, не сомневайся! А если посмеет сказать обратное, я с него шкуру спущу.

— Ой, тётя, вы такая прелесть, я вас просто обожаю! — Лу Хуэймэй с видом человека, готового расплакаться от умиления, протянула руки к Е Юхань.

Женщины заключили друг друга в «нежные» объятия. Е Юхань почувствовала волну приторно-сладких духов и чуть было не чихнула, но вовремя сдержалась, а когда объятия закончились, украдкой поткнула нос пальцем.

«И впрямь избалованная девчонка из богатой семьи, от этих духов разит так, будто они ей бесплатно достались», — мысленно фыркнула Е Юхань, сжав в руке дорогой подарок.

Однако внешне ей приходилось изображать искреннее восхищение Лу Хуэймэй. Такой уж она была человеком: кроме Ло Ифаня, все остальные казались ей лишь вспомогательными инструментами для благополучия сына.

Даже не будучи по своей сути злым человеком, своими поступками она неизменно вызывала лишь отторжение.

Е Юхань проболтала с Лу Хуэймэй около десяти минут, но Ло Ифань всё не возвращался. Ей стало не по себе, и она полезла в сумочку за телефоном, чтобы позвонить сыну.

— Тётя, не надо звонить Ифаню. Я только что вспомнила: у него сегодня во второй половине дня обязательная пара, наверное, он уже на занятиях.

— А этот мальчишка мне ничего не сказал! Подумать только, я сидела тут как дурочка и ждала, надеясь, что он скоро вернётся, и заставила тебя проторчать здесь столько времени.

— Ничего страшного, тётя, мне тоже пора в свою комнату, а то здешнему вахтеру это может не понравиться.

Лу Хуэймэй поднялась на ноги и собралась уходить, но Е Юхань остановила её:

— Слушай, посиди ещё чуть-чуть, я тут почти закончила прибираться, вместе пойдём.

— Разве вы не хотите побыть с Ифанем подольше?

— Да что с ним сидеть? Мне кажется, мы с тобой так похожи, столько тем для разговора. Посиди ещё немного, расскажи, что вы обычно делаете вместе с Ифанем? Мне ужасно интересно, он дома никогда об этом не рассказывает.

— Ну… Ладно, уговорили. Только побыстрее, тётя, здешний комендант очень строгий.

— Ничего страшного, ничего страшного, я потом пару слов ему скажу. Я тут уже бывала пару раз, к родителям их коменданты относятся вполне вежливо.

— Ну ладно, ладно, — Лу Хуэймэй послушно села обратно и с кокетливыми нотками в голосе протянула: — Раз уж вам так интересно, тётя, я вам всё в подробностях расскажу. Только чур — не говорить Ифаню, а то он решит, что я сплетница.

— Ни за что, будь спокойна, Сяо Лу!

И Лу Хуэймэй принялась вдохновенно сочинять историю, превращая их с Ло Ифанем немногочисленные случайные встречи в нечто романтическое и увлекательное. Е Юхань то и дело кивала, слушая девушку с застывшим от восторга ртом.

Пока они увлеченно лили патоку, Ло Ифань объявился совсем в другом месте — у входа в скромный магазинчик, где подрабатывала Ло Юнь.

Это была крошечная частная фотостудия, которую никак нельзя было сравнить с крупными салонами на оживленных проспектах. Она пряталась в тихом переулке, а владела ею полноватая женщина средних лет, некогда работавшая вместе с Е Юхань в одном учреждении и поддерживавшая с ней неплохие отношения.

Когда Ло Ифань появился на пороге, хозяйка как раз командовала Ло Юнь, заставляя ту таскать тяжелое фотооборудование. Сама она палец о палец не ударяла, но гоняла хрупкую Ло Юнь в хвост и в гриву.

Внутри вовсю трудились другие работники — кто фотографировал клиентов, кто делал макияж. Увидев, что его сестру гоняют словно служанку, Ло Ифань вскипел от гнева. Не говоря ни слова, он бросился к сестре, выхватил из её рук тяжелую аппаратуру и сам отнес её на указанное место.

— Ого, Ифань, какими судьбами нашего великого артиста занесло к нам? — хозяйка, только что хмурившаяся, тут же расплылась в улыбке и направилась к нему, хлопая парня по плечу.

— Тётя У, я пришел навестить сестру и заодно попросить для неё отгул на несколько дней.

— А? Это еще почему? — хозяйка слегка удивилась и возразила: — Сейчас в фотоателье как раз не хватает рук, к тому же твоя мать уже взяла аванс за полгода вперед. Если я отпущу ее прямо сейчас, мне будет трудно затыкать дыры в графике.

Услышав это, Ло Ифань едва удержался от того, чтобы не сорваться. Ему страшно хотелось поставить её на место, но, взглянув на замученное, испачканное лицо сестры, он сжал сердце в тиски. Если он устроит скандал с хозяйкой, Е Юхань, узнав об этом, потом житья не даст Ло Юнь своими упрёками, а он сам пока никак не мог находиться рядом с сестрой постоянно.

«Потерпим. Как только закончится этот семестр, мне больше не придется сидеть в школе целыми днями. Тогда я сам отправлю свои резюме по кинокомпаниям и при любых обстоятельствах заберу сестру с собой. Отец наверняка поддержит меня».

Но пока он предавался этим мыслям, хозяйка выдала такое, что окончательно подлило масла в огонь.

— Ифань, давай сделаем так: сегодня я отпущу Сяо Юнь домой, но завтра она обязана выйти на работу. У меня лавка маленькая, столько народу не прокормишь. И еще — спроси-ка дома у матери, когда они наконец организуют свидание Сяо Юнь с Юэ Сяном? Я жду уже две недели!

— Какой еще Юэ Сян?

— Ой! А разве мать тебе не говорила? Это же мой младший брат...

— Тётя! Хватит!

Хозяйка только собралась объяснить всё Ло Ифаню, как стоявшая до этого молча Ло Юнь вдруг пронзительно вскрикнула. Ло Ифань был далеко не глуп и с полуслова уловил суть происходящего.

Посмотрев на сестру, он прямо спросил:

— Мамина затея?

— Конечно, чья же еще, как не твоей матушки! — перебила его хозяйка, всё ещё не осознавая масштаба катастрофы и продолжая гнуть свою линию: — С тех пор как Сяо Юнь бросила учебу, она только об этом и думает. Ифань, если честно, не обессудь, но твоя сестра — девушка небыстрая, звезды с неба не хватает, простоватая. Ей как раз нужен кто-то вроде нашего Юэ Сяна — работящий, надежный, чтобы не пропала в жизни.

— В прошлый раз они виделись, так Сяо Сян угостил твою сестру кофе, а она даже не знала, как его пить, такого шороху навела. Хорошо, что свои были, никто не в претензии. А наш Сяо Сян — парень хоть куда, лицом не вышел, зато всё остальное при нем, и о заботе знает толком. Как встретился с ней, так только и говорит, что хочет сблизиться с Сяо Юнь. А твоя девчонка — ну просто наказание какое-то! Сколько раз уже свидание назначали, а она ни в какую, твою маму чуть до инфаркта не довела.

Хозяйка болтала без умолку, совершенно не замечая, как меняется лицо Ло Ифаня. А вот Ло Юнь не упустила ни единой детали: лицо её младшего брата перекосилось от бешенства, в багровых отсветах зрачков бушевала ярость, а кулаки сжались до побелевших костяшек.

Ей так хотелось верить, что Ифань злится из любви к ней, но смелости не хватало — слишком глубоким было чувство собственной ничтожности. Стоило ожиданиям не оправдаться хоть раз, как всё рухнуло бы окончательно и бесповоротно. Прошлый день рождения уже подарил ей запретные, несбыточные надежды; теперь же, особенно после того, как Е Юхань открыто обозначила свои намерения, Ло Юнь даже помыслить не смела о том, чтобы выказать свои истинные чувства.

Сердце словно резали по кусочкам тупым лезвием, ей так хотелось прижать ладони к груди и завыть от боли, но слёзы застряли в глазах, так и не пролившысь, обжигая воспаленные веки.

Ни приличия, ни манеры — ничто из этого больше не существовало в юношеской душе Ло Ифаня. Пока женщина продолжала осыпать его бессмысленными упрёками, будущий «Кровавоглазый бог демонов» взорвался.

— Заткнись! Завтра моя сестра сюда больше не придет! И передай Е Юхань: я сам решаю судьбу сестры, и указывать ей никто не посмеет!

С этими словами он бросился вперед, схватил Ло Юнь за руку и решительно потащил за собой к выходу.

— Ай, больно, Ифань...

— Посторонись! Это что за манеры?! А ну стоять кому говорят!! — завопили обе женщины одновременно: одна сдержанно, другая в бешенстве.

Хозяйка, привыкшая помыкать людьми, чуть не сорвалась на отборную ругань. Не сумев догнать уходящего Ло Ифаня, она в ярости схватила телефон и тут же набрала номер Е Юхань.

http://bllate.org/book/22521/2378516