— Твоя интуиция, что, собачья, что ли? — раздраженно нахмурился маленький мерзавец.

И ведь надо же — он действительно угадал.

Глаза Цзян Сюя изогнулись в легкой полуулыбке.

Уголки его глаз от природы были слегка опущены, что придавало лицу выражение невинности.

— Не говори так, будто ты меня хорошо знаешь... Я хочу прижать компанию отца Ци, а лучше — довести семью Ци до банкротства. И для всего этого мне нужно иметь собственную фирму.

— Есть уже подходящие варианты? Может, я помогу тебе с выбором? — «искренне» предложил Цзян Сюй.

— Тебе-то какое дело? — недовольно спросил Ци Чи.

Цзян Сюй продолжал улыбаться:

— Ты мой наниматель. Разве плохо, что я проявляю заботу о своем нанимателе?

— Хочешь доказать свою преданность? — парировал Ци Чи.

— Угу, — ответил Цзян Сюй.

Ци Чи вскинул брови, но тут же расслабился. Он взял стоявшую рядом чашку, вылил остатки черного чая себе на край обуви, а затем высокомерно вскинул подбородок, прищурив глаза, и принялся насмешливо разглядывать Цзян Сюя.

Лу Юань не выдержал:

— Это еще что?

Раздался звон — маленькая чашка опустилась на стол.

Ци Чи сидел на диване, закинув ногу на ногу, его пальцы в такт постукивали по столешнице, а алые губы выглядели такими же соблазнительными, как клубничный джем.

Он лениво открыл рот, и его слегка капризный голос звучал слаще, чем все пирожные на столе.

Словно отравленный медом яд, он заставлял сердце биться чаще.

— Ну тогда... слизывай.

Взгляд Цзян Сюя невольно скользнул с изящного личика маленького мерзавца вниз, к тонким линиям ключиц под воротом рубашки.

С его ракурса было видно, что у Ци Чи невероятно длинные ресницы, наполовину прикрывающие янтарные глаза и отбрасывающие две веерообразные тени на веки.

А талия под белой рубашкой была такой тонкой, что, казалось, ее можно было обхватить одной рукой.

И тогда, на глазах у остолбеневшего Лу Юаня, Цзян Сюй послушно склонился.

Он обхватил рукой лодыжку Ци Чи и со всей серьезностью поцеловал ту самую... ослепительно белую кожу, открывшуюся из-под подвернутых брюк.

Теплые губы коснулись хрупкой кожи, на которой сквозь тонкий эпидермис просвечивали мельчайшие капилляры.

Ци Чи: «!!»

По лодыжке пробежала волна щекочущих мурашек, и маленький мерзавец на мгновение растерялся.

Это незнакомое сердцебиение... Когда он пришел в себя, кончики его ушей уже пылали, тело напряглось, а внутри царили паника и замешательство.

Место, которое поцеловали и обласкали, словно загорелось, и жар по венам устремился прямо к сердцу.

— Х-хватит... — хрипло выдохнул он.

Он ведь просто хотел поставить Цзян Сюя в неловкое положение.

Кто бы мог подумать, что в итоге сам окажется в ловушке его соблазнения.

Цзян Сюй поднял голову, в его дымчато-фиолетовых глазах читалась едва заметная усмешка.

— Хозяин, теперь ты готов поверить? — проговорил он.

Мягкий, бархатный голос, ставший чуть ниже и хриплее, нанес Ци Чи сокрушительный удар в самое сердце.

— Довольно! Я верю!!

Маленький лисенок в отчаянии закрыл лицо руками.

Он весь покраснел, а кончики ушей, казалось, вот-вот начнут источать пар.

Цзян Сюй с полуулыбкой разжал пальцы.

От такой двусмысленной сцены не то что Ци Чи, даже наблюдавший за ними Лу Юань покраснел до корней волос.

В оставшееся время Лу Юань все хотел что-то сказать, но не решался.

Как только Цзян Сюй ушел в уборную, Лу Юань тут же подсел ближе.

Ци Чи бросил на него взгляд:

— Что хочешь сказать — говори прямо.

— Если возникнет необходимость, босс, попробуй пойти на попятную перед Цзян Сюем, — Лу Юань вспомнил увиденное и не удержался: — Мне кажется, Цзян Сюй готов отдать за тебя жизнь.

— Мне кажется, Цзян Сюй на все ради тебя пойдет.

Ци Чи украдкой раздраженно зыркнул на Лу Юаня и лениво отвел взгляд:

— Если я его попрошу, он согласится... Он что, сумасшедший?

— Нет, босс, я думаю, Цзян Сюй правда тебя любит.

Ци Чи передернуло:

— Звучит тошнотворно.

Лу Юань: «...»

Ага, конечно. А кто тогда позволил Цзян Сюю... совершать такие интимные действия?

Типичное «язык против, а сердце за».

Лу Юань промолчал, но внутри почувствовал, что его перекормили «собачьей едой».

Руководствуясь принципом, что если мучиться, то всем вместе, Лу Юань достал телефон и начал печатать:

#Конец света!#

#Босс и Цзян Сюй снова и снова кормят нас сладостями!!#

Вернувшись в школу, они застали время обеденного перерыва.

Ци Лоло дежурил на крыше и издалека увидел, как Ци Чи и Цзян Сюй входят в школьные ворота.

Ци Чи, одетый в обычную школьную форму, лениво шел по аллее. Его невероятно белая кожа и изящные черты лица заставили Ци Лоло невольно закусить губу, в душе вскипела жгучая зависть.

Ци Лоло не понимал: мало того, что Ци Чи сам катится по наклонной, так он еще и смеет портить Цзян Сюя?!

А когда Цзян Сюй склонился, чтобы завязать Ци Чи шнурки, это зрелище стало для Ци Лоло как нож в сердце.

Он никогда еще не ненавидел Ци Чи так сильно, как сейчас!

Ведь это Ци Чи — вор, укравший его жизнь, так почему, почему он все еще получает любовь Цзян Сюя?! Цзян Сюй даже заблокировал все контакты с ним из-за этого...

Ци Лоло закусил губу до крови, он не мог с этим смириться.

Он так сильно любит Цзян Сюя, а тот теперь относится к нему хуже, чем к незнакомцу.

Слезы градом покатились из глаз Ци Лоло, и он переложил всю вину на Ци Чи.

Почему этот самозванец не может просто вести себя тихо?

Почему?!

Рыдая, он ворвался в класс.

В обеденный перерыв в кабинете было немноголюдно.

Ци Чи только успел сесть на свое место, как дверь с грохотом распахнулась.

— Ци Чи, мы что, окончательно сбросили маски? — срывающимся голосом спросил Ци Лоло. — Даже если мы не связаны кровными узами, я всегда считал тебя своим родным братом! Я заступался за тебя, когда ты спорил с родителями, я даже скрывал от них все то, что сейчас творится в школе... Но я не ожидал, что ты будешь раз за разом чернить меня перед Цзян Сюем... Это уже слишком!!

Эти слова тут же привлекли внимание остальных учеников.

Ничего себе! Ци Лоло и Ци Чи сцепились... вот это поворот!

— Опять кусаешься, едва увидев меня... — Ци Чи усмехнулся и, сидя за партой, лениво подпер щеку рукой. — Ци Лоло, ты опять забыл сделать прививку от бешенства?

Ци Лоло наступал:

— Ты посмеешь сказать, что не уводил у меня Цзян Сюя?!

Ци Чи изогнул губы, медленно растягивая слова:

— Цзян Сюй не ребенок из детского сада, с кем ему общаться... я не могу за него решать.

— Ци Лоло, кажется, ты ошибаешься.

Цзян Сюй наклонился, чтобы застегнуть пуговицу на школьной форме Ци Чи, и максимально искренне добавил:

— Я держусь от тебя подальше, потому что считаю тебя ничтожеством. И это никак не связано с тем, что говорит Ци Чи.

Услышав это, Ци Лоло в неверии отступил на два шага.

Он пошатнулся, слезы лились ручьем.

Его назвали «ничтожеством» при стольких свидетелях... Он что, хочет довести его до самоубийства?

Тут же нашлись другие ученики, которые не выдержали и начали заступаться за Ци Лоло.

— Ци Лоло ведь не такой человек.

— Даже если он раньше ошибочно принял тот чай за свой подарок, это была вина Сюй Юю, к тому же он потом извинился.

— На школьном форуме писали, что Ци Чи «содержат», Ци Лоло просто хотел тебя предупредить из добрых побуждений...

— Цзян Сюй, не дай себя обмануть.

«...»

Студенты переговаривались.

Но не успели они договорить, как в класс вошел классный руководитель в сопровождении двух полицейских.

— Ци Лоло, выйди, пожалуйста, — сказал учитель Чжоу.

Увидев за спиной учителя полицейских, Ци Лоло внезапно охватила паника.

У него возникло предчувствие, что они пришли именно по его душу.

Как... так быстро?!

Под взглядами одноклассников он, шаркая ногами, вышел из класса.

— Ци Лоло? Не бойся, мы просто хотим задать тебе несколько вопросов, — сказали полицейские.

У Ци Лоло покраснели глаза:

— Дяденьки полицейские...

Учитель Чжоу сначала опешил, а потом начал заступаться:

— Товарищи полицейские, должно быть, тут какое-то недоразумение! Мой ученик отлично учится, он не мог совершить ничего подобного!

Действительно ли это недоразумение?

Ци Лоло виновато опустил голову, прячась за спиной учителя.

Учитель Чжоу решил, что парня обижают, и продолжил:

— К тому же, у нас скоро начинаются занятия. Если вы заберете его сейчас, это скажется на его успеваемости, это не очень хорошо.

— Если подтвердится факт клеветы, это грозит задержанием минимум на неделю, а также записью в личном деле, что повлияет на поступление в вуз и будущее трудоустройство, — спокойно ответил полицейский. — Поэтому я считаю, что лучше во всем разобраться сейчас. Учитель, вы согласны?

Услышав про запись в личном деле, учитель Чжоу притих.

Он пробормотал:

— Вы же говорили, что просто для дачи показаний?

— Это так, — улыбнулся один из полицейских, — но поверьте, мы бы не пришли в школу за учеником, если бы у нас не было веских доказательств...

До учителя наконец дошло, и его грудь тяжело вздымалась от гнева.

Он и представить не мог, что ученик, которого он всегда баловал, способен на такое!

Ци Лоло окончательно запаниковал, слезы градом катились по его лицу, он хотел извиниться, но губы не слушались.

Полицейские не собирались ждать.

Раз поступило заявление, они обязаны начать расследование.

— Смотрите! Ци Лоло забирает полиция!!

— Что происходит?

В классе поднялся шум, самые смелые ученики спросили Цзян Сюя.

Цзян Сюй, все так же улыбаясь, пояснил:

— Вы что, не видели школьный форум? Тот анонимный IP-адрес на самом деле принадлежит Ци Лоло, его уже разоблачили.

Вслед за словами Цзян Сюя студенты потянулись к телефонам.

Разоблачение пришло с другого анонимного аккаунта.

Но эта информация была куда достовернее, чем все сплетни Ци Лоло.

Там были приложены скриншоты того, как Ци Лоло с анонимного аккаунта постит клевету на Ци Чи, что доказывало правдивость обвинений.

«Этот скриншот мне дал друг. Посмотрите, насколько коварен Ци Лоло: в лицо называет Ци Чи братиком, а за спиной плетет интриги и клевещет, при этом перед всеми притворяется, что защищает его. Такого актера еще поискать...»

Увидев этот пост, Ци Лоло побледнел.

— Н-не я... — он отступил на два шага, глаза покраснели от влаги.

— Я впервые вижу кого-то настолько бесстыдного. Доказательства налицо, а ты продолжаешь врать в глаза? — Лу Юань, закинув ноги на парту, заступился за Ци Чи. — Если хочешь оправдаться, иди с полицейскими и рассказывай там всё по порядку.

— Я не знаю, но это правда не я...

Слезы Ци Лоло сыпались, как бусины с порванной нити.

Он до крови закусил губу и с болью в глазах посмотрел на Ци Чи:

— Как бы то ни было, мы были семьей... Неужели ты будешь сидеть сложа руки, пока твои друзья оскорбляют меня?

Как только он это сказал, многие студенты почувствовали, что что-то не так.

Ведь с самого начала Ци Лоло сам лез к ним, при чем тут Ци Чи?

Ци Чи — главная жертва этой истории, а Лу Юань — его близкий друг, неужели он даже пары слов сказать не может? Это абсурд. Многие, наблюдая за этой драмой, впервые заметили, что Ци Лоло ведет себя, как «зеленый чай» (лицемер).

Но Ци Чи молчал.

Он лениво опирался на парту, подперев щеку рукой, опустив длинные ресницы, и на его лице блуждала полуулыбка.

Зато другие студенты, которым надоело поведение Ци Лоло, начали один за другим нападать на него, защищая Ци Чи.

Вскоре скандал разросся до невероятных масштабов.

Во-первых, когда Ци Лоло уводили, это видело полшколы.

Во-вторых, кто-то выложил на форум подробности сегодняшнего инцидента, подтверждая, что анонимный IP действительно принадлежал Ци Лоло.

Форум взорвался.

Та фотография, что якобы «доказывала связь» Ци Чи, была размытой.

Теперь, когда недопонимание развеялось, многие студенты открыли ее снова и поняли, что там вообще нет никакой романтической атмосферы... Очевидно, что все они стали жертвами манипуляций Ци Лоло.

Репутация Ци Чи и Ци Лоло совершила кульбит.

Теперь все знали, что Ци Лоло — коварная лицемерка.

Но Ци Чи этого было мало.

С его подачи хакер опубликовал на форуме запись.

Это была запись того, как Ци Лоло подкупает уборщицу, чтобы та помогла ему оклеветать Ци Чи.

«...Не волнуйся, просто сделай, как я сказала. Главное — стой на своем: скажи, что это тот самозванец заманил меня на крышу и запер дверь. Деньги получишь сразу после дела».

«Ну и что, что это клевета? Он все равно ничего не докажет. Семью Ци его скоро вышвырнет, если я подкину дров в огонь и добьюсь его исключения из школы, жизнь его будет кончена...»

Голос на записи, слабый и нежный, принадлежал Ци Лоло.

Многие студенты были в ужасе.

Они и представить не могли, что та самая нашумевшая история о том, как «Ци Чи запер Ци Лоло на крыше под дождем»...

С самого начала была лишь спектаклем, срежиссированным самим Ци Лоло.

Вспоминая, как Ци Лоло после больницы рыдал перед каждым встречным, рассказывая, как сильно он испугался, когда его заперли... такая изворотливость казалась просто пугающей!

История продолжала обрастать новыми подробностями.

Все больше грязных фактов о Ци Лоло всплывало наружу.

— Это чересчур!!

— Не думал, что Ци Лоло такое ничтожество!!

«...»

Некоторые студенты даже приходили к Ци Чи извиняться:

— Прости, пожалуйста, я ведь тоже писал гадости на форуме, оказывается, это все было недоразумением...

Ци Чи вертел в руках солнечные очки, его прекрасные глаза слегка прищурились.

Когда их взгляды встретились, Ци Чи неожиданно улыбнулся. Ямочки на его пухлых щеках стали глубже, глаза превратились в полумесяцы, и он стал похож на маленького котенка, от вида которого таяло сердце.

Тот студент покраснел еще сильнее:

— Прости, ты сможешь меня простить?

Улыбка Ци Чи стала шире, его густые ресницы дрогнули, янтарные зрачки отразили солнечный свет, а изящные пальцы коснулись пухлых розовых губ.

Дыхание собеседника перехватило.

— Раз уж ты искренне извиняешься... — медленно и лениво произнес Ци Чи, — ладно, я так и быть принимаю твои извинения.

Студент сбежал, не оглядываясь.

Он и подумать не мог, что Ци Чи может быть таким красивым.

И голос у него такой приятный... словно кошачьи коготки легонько скребут по самому сердцу.

Эту сцену как раз увидел Цзян Сюй.

Вечером Цзян Сюй решил сам приготовить ужин.

— Лимонная рыба, лимонные куриные лапки, лимонная жареная свинина и свежевыжатый лимонный сок... — маленький мерзавец с недоверием поднял глаза. — Сегодня распродажа лимонов? Или у тебя наконец отказали вкусовые рецепторы?

— Операция ректора прошла успешно, он хочет пригласить тебя на обед в эти выходные. Как думаешь, можно? — Цзян Сюй небрежно перевел тему.

Ци Чи подозрительно покосился на него:

— Можно.

Ему казалось, что сегодня Цзян Сюй ведет себя странно.

Кто бы мог подумать, что в следующую секунду Цзян Сюй резко поднимется, нависнет над ним, уперев руки в подлокотники кресла, и зажмет его в тиски... а затем в нос ударит его едва уловимый аромат.

Ци Чи нахмурился, пытаясь оттолкнуть его, но Цзян Сюй перехватил его запястья.

То самое неконтролируемое сердцебиение вернулось.

Взгляд Цзян Сюя невольно упал на белую шею Ци Чи, раздражение в его дымчато-фиолетовых глазах стало сильнее, и спустя мгновение он опустил веки, скрывая за ними свою одержимость.

— Эй, ты что собираешься...

Не успел он закончить, как Цзян Сюй накрыл его губы своими.

Он сосредоточенно целовал его, длинные густые ресницы были опущены.

Дымчато-фиолетовые зрачки в тени казались пугающе глубокими.

Цзян Сюй прижал Ци Чи к креслу, терпеливо исследуя его губы, и опущенные ресницы не могли скрыть глубину его взгляда.

В этот миг Ци Чи словно был околдован.

Когда Цзян Сюй прошептал его имя, спина Ци Чи вытянулась в струну.

Ссс...

http://bllate.org/book/22534/2379891