Цзян Янь и Ли Чжэ одновременно обернулись на шум.
В глазах Ли Чжэ вспыхнул гнев от осознания того, что его провоцируют. Он рявкнул своим телохранителям:
— Кто бы это ни был, схватить его!
В ту же секунду половина охраны бросилась к выходу, и вскоре оттуда раздались крики боли. Ли Чжэ снова перевел взгляд на Цзян Яня, его глаза горели яростью:
— Цзян Янь, я же сказал тебе прийти одному. Кто бы мог подумать, что ты притащишь с собой помощников? Неужели тебе совсем плевать на жизнь своего агента?
С этими словами Ли Чжэ схватил со стола фруктовый нож и приставил его к горлу Чэнь Мина.
Цзян Янь поспешно ответил:
— Это не я! Я никого не звал. Да и к тому же, у меня сейчас ужасная репутация и нет ни гроша за душой. Даже если бы я захотел кого-то нанять, кто согласился бы мне помочь в такой момент?
Ли Чжэ призадумался. Слова Цзян Яня звучали логично. В нынешнем положении Цзян Яня любой человек постарался бы держаться от него подальше, с чего бы кому-то приходить на выручку?
Ли Чжэ опустил нож, отстранившись от шеи Чэнь Мина, и с любопытством посмотрел в сторону входа. Если не Цзян Янь, то кто же это тогда?
Вскоре телохранители приволокли человека, скрутили его и заставили опуститься на колени перед Ли Чжэ. Тот присмотрелся к коленопреклоненному незнакомцу, и лицо показалось ему смутно знакомым.
Секунду спустя человек поднял голову. Когда Ли Чжэ увидел лицо, покрытое синяками и ссадинами, его глаза расширились от ужаса, и он вскочил с места.
— Отец? — его голос сорвался на дрожащий крик.
Все присутствующие остолбенели, услышав это обращение. Цзян Янь приподнял бровь, в глубине его глаз промелькнул живой интерес. Сын приказал избить собственного отца? Вот это поворот, будет на что посмотреть.
Ли Чжэ бросился к отцу и начал отталкивать охранников:
— Немедленно отпустите его!
Телохранители поспешно отступили в сторону. Глядя на избитого до неузнаваемости господина Ли, они почувствовали неладное: заплатят ли им теперь вообще за эту работу?
Ли Чжэ суетливо помог отцу подняться. Встав на ноги, господин Ли с мрачным видом посмотрел на сына. Он, человек, которому скоро стукнет пятьдесят, был избит людьми собственного сына, да еще и принужден стоять перед ним на коленях на глазах у толпы. Это было не просто унизительно — это был позор, от которого не отмыться.
Ярость переполнила господина Ли, и он отвесил Ли Чжэ звонкую пощечину.
— Хлесь!
Услышав этот отчетливый звук, Цзян Янь испытал огромное удовольствие. Жаль, что он не мог сам приложиться к щеке этого мерзавца, иначе было бы еще приятнее. Впрочем, кто знает, может, такая возможность еще представится. Судя по его писательскому опыту, такие люди, как Ли Чжэ, не успокоятся после одной выходки и еще не раз навлекут на себя беду.
Ли Чжэ едва не упал от удара, но, помня о случившемся, покорно застыл на месте, подставив вторую щеку. Немного успокоившись, господин Ли вспомнил, зачем пришел. Он перевел взгляд на Цзян Яня и связанного Чэнь Мина, затем повернулся к сыну:
— Ты уже до того дошел, что людей похищаешь? Немедленно отпусти их!
Ли Чжэ поднял голову:
— Отец, ты пришел сюда только ради этого? Откуда ты вообще узнал, что я кого-то держу?
Господин Ли рявкнул:
— Не твое дело, откуда я узнал! Я сказал — отпусти их, ты слышишь?
— Того, что связан, можно отпустить, но другой не уйдет, — Ли Чжэ упрямо покачал головой. — Ты не знаешь, он вчера ударил меня. Это так просто не закончится, я сам разберусь, тебе не стоит вмешиваться.
Видя упрямство сына, господин Ли в ярости ударил его еще раз.
— Хлесь!
Он ткнул пальцем в лицо Ли Чжэ:
— Ты обязан отпустить его! Ли Чжэ, ты что, хочешь свести своего отца в могилу? Я говорю тебе: мало того, что ты постоянно ввязываешься в неприятности, так теперь ты должен немедленно его отпустить!
Ли Чжэ, прикрывая распухшую щеку, обиженно пробормотал:
— Отец, ты что, из ума выжил? Это всего лишь второсортный актер с кучей скандалов, ты…
Господина Ли охватил такой приступ гнева, что он схватился за сердце.
— Как я мог породить такого идиота? — простонал он. — Я тебе говорю: даже если ты окончательно лишился рассудка, я — нет.
Голос господина Ли, понизившийся до шепота, дрожал от страха:
— Человек, который стоит за ним, нам не по зубам. Если ты продолжишь творить безумства, я прямо сейчас перепишу завещание, и ты не получишь ни гроша.
Сказав это, господин Ли больше не обращал внимания на сына и подошел к Цзян Яню.
— Господин, прошу прощения за дерзость моего сына. Надеюсь, вы проявите великодушие и не станете сводить с ним счеты.
Цзян Янь уловил в тоне и словах господина Ли нотки искреннего почтения, что показалось ему крайне странным. Но сейчас было не время разгадывать загадки. Он слегка кивнул:
— Разумеется. Благодарю вас за помощь, господин Ли. Если больше ничего нет, я заберу своего друга.
— Конечно, конечно, вы можете идти прямо сейчас, — господин Ли нервно потер руки, на его лице отразилось смущение. Он понизил голос: — Надеюсь, вы сможете замолвить за нас словечко перед господином Фу, чтобы он не держал на нас зла.
Цзян Янь понятия не имел, о каком господине Фу идет речь, но сделал вид, что все понимает:
— Обязательно.
Затем он обошел господина Ли, подошел к Чэнь Мину, разрезал веревки фруктовым ножом и помог ему выбраться из особняка.
— Брат Чэнь, ты в порядке? Не ранен?
Чэнь Мин покачал головой:
— Со мной все хорошо, они просто связали меня, больше ничего не делали. Но почему они вдруг решили нас отпустить? — недоумевал он.
Цзян Янь лишь пожал плечами:
— Кто знает? Главное, что мы в безопасности. Не будем об этом думать, возвращайся в компанию, а то Сяо Ли уже наверняка в полицию собрался звонить.
Цзян Янь поймал такси для Чэнь Мина, а сам решил заехать в больницу к матери своего персонажа. Однако не успел он поймать машину, как перед ним затормозил черный Майбах.
Дверь открылась, и он увидел знакомое лицо — того самого человека из бара.
В глазах Фу Цзиньчуаня, скрытых за стеклами очков, искрилось веселье. Его глубокий, завораживающий взгляд, казалось, был наполнен неким сиянием. Он слегка приоткрыл губы, и его низкий, бархатный голос прозвучал почти нежно:
— Мы снова встретились.
Пальцы Фу Цзиньчуаня, лежавшие на коленях, мелко дрожали от возбуждения, и он крепко сжал кулаки, чтобы скрыть волнение. Все только начинается, нужно вести себя сдержаннее, чтобы не спугнуть его.
Цзян Янь встретился взглядом с Фу Цзиньчуанем. Глядя в эти глубокие, обжигающие глаза, он почему-то почувствовал, что стал чьей-то добычей.
http://bllate.org/book/22568/2385504
Готово:
