Суно убрал серебряный пистолет в кобуру и опустил голову, погрузившись в какие-то мысли.
Он не хотел, чтобы Су Бай видел другую его сторону — ведь прежде он всегда прятал от Су Бая все свои острые грани и скрытые когти.
Но он забыл, что и в прошлом, и в настоящем Су Бай всегда оставался собой. Он никак не мог оказаться робким тепличным растением, запертым в глубине покоев, и тем более не был человеком, неспособным за себя постоять.
Он сам по себе — само существование, с которым мало кто может сравниться.
Просто из-за слабого здоровья он казался столь хрупким именно рядом с ним.
Су Бай обернулся: матросы валялись на полу кто как попало, их тела непомерно раздуло, а одежда на каждом сильнотрещала по швам, особенно брюки на ногах.
— Ты их убил? — спросил Су Бай.
Суно покачал головой:
— На этот раз лишь усыпляющее, но его хватит, чтобы они проспали два часа.
Су Бай поднял взгляд к небу: смена ночи и дня происходила практически без всякого перехода, так называемый рассвет оказался короче падающей звезды. Ночь пролетела мгновенно, и во всем суточном круге оставалось ровно двенадцать часов, так что каждый день действительно казался намного короче.
Неужели эта шайка матросов боялась дневного света?
Боялась ли она дня или самого яркого сияния?
Однако, когда Су Бай только поднимался на корабль, он видел матросов и при дневном свету, да и капитан выглядел совершенно обычно, разве что его фигура казалась немного массивнее, чем у нормальных людей.
Многие загадки требовали ответов. Су Бай посмотрел на Суно: сегодняшней ночью они были разделены, так чем же Суно занимался все это время?
Если Суно не захочет говорить, Су Бай не станет расспрашивать.
— Солнце взошло, — Су Бай посмотрел вдаль. Сплетение дня и ночи происходило стремительно, но на небе все же показывались и утренняя заря, и закат.
Небо покрылось слоями розоватого оттенка — не слишком яркого, но позволявшего ощутить присутствие утренней зари.
Суно достал из кармана карманные часы, откинул крышку и взглянул на положение солнца. Время на его часах тоже сократилось вдвое, но это никак не мешало ему определять время по циферблату.
Су Бай бросил взгляд на Суно. Карманные часы в руке спутника словно были с ним с самого момента попадания в игру, точно так же, как и его собственное «Синее сердце».
— Увидели, увидели!
— Бог Но стреляет, Бог Но стреляет!
Рядом внезапно раздались два голоса, затянувших веселую перекличку: даже не поворачивая головы, можно было сразу понять, что это те самые Странные Братья. Их всегда было слышно задолго до того, как удавалось заметить.
На вчерашнем вечере Су Бай их не видел, возможно, ночью они тоже где-то пропадали, но пока они не мешали его задаче, Су Бай временно не собирался совать нос в чужие дела.
— Этакие странные матросы.
— До чего здоровенные.
Странные Братья направились к валявшейся на полу толпе матросов и принялись наперебой галдеть и спорить.
Су Бай поджал губы. Матросы и впрямь выглядели странно: судя по всему, в их телах уже началась какая-то мутация, и ее истоки наверняка были связаны с тем, что запирали в комнате, или, если подумать, с самим капитаном.
Но у самого капитана пока не наблюдалось никаких признаков мутации — неужели на нем было какое-то защитное средство?
Может быть, та самая бусина?
Ранее капитан упоминал о ней: что это за бусина и каково ее назначение?
Су Бай считал, что сейчас важнее всего разгадать тайну капитана. Какое-то внутреннее чутье подсказывало ему: если не раскрыть секреты капитана, то в дальнейшем путешествии им придется крайне тяжело.
— А-а-а! Госпожа! Госпожа Росс мертва!
— На помощь! Скорее сюда! С госпожой Росс что-то случилось!
Внезапно раздалось несколько женских визгов. Су Бай оглянулся: несколько дам из высшего общества выбежали из коридора, спотыкаясь на ходу; они казались насмерть перепуганными, а на их лицах застыл такой ужас, что от привычной благородной элегантности не осталось и следа.
Су Бай нахмурился: госпожа Росс — не была ли она первоначальной владелицей «Синего сердца»?
А те самые Странные Братья, похоже, заинтересовались происходящим и тут же направились к ее комнате. Су Бай и Суно переглянулись и тоже последовали за ними.
Покои госпожа Росс являлись самыми роскошными на всем судне. Внутри всё блистало богатством, но, как и во всех остальных каютах, окна здесь были наглухо запечатаны — стоило закрыть дверь, и это место превращалось в великолепную тюрьму.
В этот момент помещение, прежде источавшее ароматы духов, наполнилось необъяснимым мраком. Прямо посередине комнаты виднелась фигура госпожи Росс, высоко подвешенная под потолком, однако выражение ее лица было на редкость умиротворенным — казалось, она повесилась по собственной воле.
На ней было белое шелковое ночное платья в обтяжку. Сама она не была полной, отличаясь весьма гармоним телосложением, и даже в таком положении сохраняла изящество, присущее ей при жизни.
Опустив взгляд, Су Бай заметил рядом отброшенный в сторону стул, а безмятежное выражение лица госпожи Росс выглядело так, будто она и вправду лишила себя жизни сама.
— Маленький господин, — тихо позвал Суно, потому что ковер на полу в комнате госпожи Росс был насквозь мокрым.
Су Бай присел на корточки и осторожно принюхался: никакого особого запаха не ощущалось, пахло просто морской водой.
Морской водой?
Су Бай слегка приподнял голову и посмотрел на ноги госпожи Росс.
В этот момент в комнату вбежал запыхавшийся капитан. Окинув взглядом тело госпожи Росс, он состроил скорбную гримасу и приказал немедленно снять ее, после чего лично накрыл покойницу белой тканью.
— Хотя это великая утрата, скорее всего, здесь произошел лишь несчастный случай. Должно быть, госпожа Росс слишком сильно тосковала и не нашла другого выхода. Вы все знаете, что ее муж рано ушел из жизни, поэтому она постоянно предавалась глубокой печали.
— Господин капитан, госпожа Росс вовсе не собиралась умирать по своей воле, — тихо произнес Су Бай.
Капитан явно не желал раздувать скандал и лишь сдержанно предостерег Су Бая:
— Господин, с тех пор как вы ступили на борт, от вас одни неприятности. Я надеюсь, вы сохраните рассудок!
— Если сохранять рассудок означает прикрывать правду, то я предпочитаю его лишиться. — Су Бай посмотрел на белое полотно и чуть приподнял подбородок. — Когда мы только вошли сюда, носки туфель госпожи Росс были обращены в нашу сторону. Если бы она совершила самоубийство, ее стопы безвольно повисли бы вниз, а не вытянулись прямо стрункой.
— А значит, госпожу Росс сначала убили, а уже потом повесили.
Капитан слегка занервничал:
— И что с того!
Госпожа Росс умерла насильственной смертью, но было очевидно, что капитан не намерен давать этому делу ход.
Лицо капитана даже слегка покраснело от гнева:
— Всё! Кем вы себя возомнили, вы же не сыщик!
Братья-близнецы тут же зашушукались между собой:
— Этот капитан что, принимает нас за дураков?
— За дураков, за дураков!
— Человека явно убили, а они твердят о самоубийстве! С чего бы это кому-то среди ночи вовсю веселиться под музыку, а потом вдруг взять и руки на себя наложить?
— Точно-точно!
— Этот капитан — плохой человек!
— Да! Плохой человек!
Чем больше капитан слушал, тем страшнее становилось его лицо. Он рявкнул на парочку:
— Слушайте сюда! Я здесь капитан, и если вы продолжите молоть чепуху, я просто выброшу вас за борт!
Братья тут же попятились и прижались друг к другу, но взгляды их метали искры недовольства — было ясно, что эта парочка затаила на капитана серьезную обиду.
Су Бай оглядел комнату. Единственным путем внутренняя часть каюты сообщалась с коридором через парадную дверь; у самого порога пол был сухим, но на ковре расплывалось огромное мокрое пятно, похожее на лужу морской воды. Неужели в море водилось что-то еще?
К тому же, почему госпожа Росс выглядела столь умиротворенной и в комнате не наблюдалось никаких следов борьбы?
Сверх того, столь странная реакция капитана ясно показывала, что с подобным он сталкивается далеко не впервые. Секретов на этом корабле становилось всё больше.
Су Бай опустил ресницы: эта игра оказалась куда интереснее, чем он предполагал.
— Маленький господин, — снова окликнул его Суно. Су Бай поднял голову и заметил, что Суно обвел комнату взглядом и слегка нахмурился, словно столкнулся с чем-то затруднительным.
— Я понимаю, еще не время спешить.
Брови Суно чуть дрогнули, так и не разгладившись, но он тихо выдохнул.
На самом деле в душе Суно тоже таились некоторые сомнения: он полагал, что для трехзвездочной игры подобного уровня сложности вполне достаточно — в конце концов, это всего лишь базовый сценарий. Но судя по текущему моменту, впереди маячили куда более неприятные вещи.
Хотя сложность игр определялась лишь количеством звезд, даже внутри одного ранга существовали свои различия: одна трехзвездочная игра могла оказаться простым обучением, а другая по сложности почти не уступала четырехзвездочной, просто по тем или иным причинам угодила в категорию трех звезд.
Впрочем, Суно это волновало мало — три звезды или четыре, для него разница была небольшой. Он переживал лишь за то, как бы не позволить причинить вред Су Баю.
Больше всего на свете он боялся не выполнить свой долг защитника.
Он посмотрел на Су Бая. Тот тихонько подошел к телу госпожи Росс, скрытому под белой тканью, принюхался, а затем замер с прежним бесстрастным выражением лица. Его хрупкое тело казалось таким тонким, а сам он излучал холодную, отстраненную чистоту.
Вскоре капитан велел унести тело госпожи Росс и разобраться со всем остальным, официально объявив гостям, будто она покончила с собой из-за невыносимой тоски. Вмиг пассажиры огромного корабля погрузились в жуткий, неописуемый страх.Объяснения капитана выглядели слишком неубедительно — это была ложь, не выдерживающая никакой критики. Даже дамы, которые постоянно собирались вместе за послеобеденным чаем, помрачнели. Поскольку госпожа Роуз пользовалась среди них огромным авторитетом, её исчезновение неизбежно омрачило путешествие ноткой печали.
Пожалуй, из-за общего унылого настроения некогда ясная погода тоже начала хмуриться, и в воздухе даже забрезжили предзнаменования шторма.
Су Бай не нашёл на судне никаких карт маршрута и даже не заметил компаса. Его терзали сомнения: на что же полагается капитан, определяя курс? К тому же это море было слишком бескрайним — сейчас, куда ни кинь взгляд, вокруг расстилалась лишь бесконечная водная гладь.
— Кажется, собирается дождь, — Су Бай поднял голову, глядя на сумрачное небо, и тихонько проговорил стоящему рядом Су Но.
Су Но тоже взглянул вверх, после чего достал карманные часы и открыл их, чтобы посмотреть время:
— Да, скоро разразится буря.
— Разве тебе не хочется узнать, что я обнаружил вчерашним вечером? — Су Бай перевёл взгляд на Су Но.
— Если маленький господин не говорит, то я и не стану спрашивать.
Взгляд Су Бай слегка дрогнул: в какой-то степени Су Но был очень похож на него самого.
— На дне корабля действительно таится некая тайна, и разгадать её, пожалуй, под силу лишь капитану. Впрочем, ждать осталось недолго, возможно, уже сегодня вечером кое-что прояснится.
Су Но ничего не ответил. Он лишь посмотрел вдаль и продолжил с почтительным видом выполнять роль собственной статуи.
Гнетущая атмосфера, царившая весь день, делала всех на большом корабле раздражительными, особенно знатных дам. Казалось, они чувствовали себя крайне неуютно и даже неоднократно требовали, чтобы капитан повернул назад. Сначала капитан вежливо отмахивался от них дежурными фразами, но вскоре потерял терпение и вовсе перестал обращать на дам внимание.
Это довело аристократок до белого каления, и они сбились в кучки, принявшись наперебой возмущённо судачить.
Су Бай сидел неподалёку и прислушивался к обрывкам разговоров — в основном это были обычные женские сплетни. Он слушал вполуха, как вдруг его сидение сзади кто-то тихонько постучал. Су Бай не обернулся, потому что уловил запах дерева.
— Ты всегда появляешься вот так из ниоткуда?
Кукольник управлял своим дыханием и звуками с филигранной точностью — по крайней мере, зачастую Су Бай с большим трудом замечал его присутствие.
То обстоятельство, что даже Су Бай не мог его обнаружить, говорило о том, что силу этого человека ни в коем случае нельзя недооценивать.
Из-за его спины вылезла и не спеша подползла маленькая марионетка. На кукле была надета роскошная одежда, а лицо её было разрисовано яркими красками, отчего она выглядела забавно и неуклюже.Су Бай думал, что Кукловод ловит нити, чтобы управлять этими марионетками, но он не увидел никаких нитей на маленьком деревянном человечке, а значит, оставалось лишь одно объяснение: это была личная способность Кукловода.
Для управления марионетками ему больше не нужны были нити.
Маленький деревянный человечек слез со стула, забрался Су Бай на колено, оттолкнулся ногами и послушно устроился на нём, словно талисман на удачу — казалось, в этот момент он был самой обыкновенной деревянной куклой.
Су Бай лишь почувствовал небольшую тяжесть на колене, не заметив больше ничего странного.
Маленький деревянный человечек тоже уставился на группу знатных дам, слегка прищурив глазницы, а затем поднял голову и посмотрел на Су Бая. С его ракурса открывался вид на идеальный изгиб подбородка Су Бая, который, казалось, всегда выглядел так, будто ко всему на свете относился без малейшего интереса, и, судя по всему, вовсе не любил улыбаться.
По крайней мере, маленькому деревянному человечку было трудно представить, что этот человек может прийти в волнение или даже в безумие — такие люди всегда чересчур рассудительны.
Су Бай опустил ресницы и, протянув палец, надавил на голову марионетки, заставляя её опуститься: ему не нравилось, когда этот деревянный человечек пялился на него, пусть даже это была всего лишь кукла.
— Сегодня вечером может кое-что произойти, мне нужно, чтобы ты помог мне кое-что украсть, — лениво произнес Су Бай, подперев голову рукой и прислонившись к спинке дивана.Маленькая деревянная кукла широко раскрыла глаза и скрестила руки на груди, явно не желая шевелиться.
— Мне нужна твоя помощь, а в качестве награды я обязательно помогу тебе пройти испытание.
Для Су Бая эта игра казалась немного сложной, но с помощью кукловода многие вещи стартанут гораздо проще. В конце концов, в деле воровства этот товарищ был профессионалом.
Маленькая деревянная кукла слезла с колен Су Бая, повернулась и села прямо напротив него, хотя на ее деревянном лице невозможно было разглядеть ни единой эмоции. Тем не менее, судя по ее поведению, Су Бай решил, что отказа не последовало.
— У капитана есть одна бусина. Я не знаю, что это такое, но хочу, чтобы ты ее украл.
Деревянная кукла склонила голову набок, и по ее выражению лица было совершенно очевидно, что она спрашивает: почему?
— Потому что собирается дождь, — лишь ответил Су Бай.
Собирается дождь?
Маленькая кукла посмотрела в окно: погода действительно стояла пасмурная, и сегодня ночью наверняка разразится буря.
И что с того, если пойдет дождь?
Су Бай словно прочитал мысли деревянной куклы:
— Из-за дождя кое-какие вещи станут вести себя куда более безрассудно.Маленький деревянный марионечный человечек покачал своей крошечной головкой влево, затем вправо, похоже, всё ещё не в силах ничего понять.
Немного погодя марионетка кивнула, вдруг безвольно свесила голову и окончательно рухнула Су Баю на колени, утратив всякие признаки жизни и мгновенно превратившись в самую обыкновенную деревянную куклу.
Затем медленно протянулась рука в белой перчатке и подняла марионетку с колен Су Бая. Движения этой руки напоминали грациозный взмах белого голубя, и под её умелыми манипуляциями деревянная кукла словно вновь наполнилась жизненной силой.
— Ты вообще откуда появился? — с недоумением спросил Су Бай.
Он сидел в самом углу: позади него была стена, слева — окно, а прямо перед ним находилась дверь. Если бы этот человек вошёл снаружи, он бы ни за что не ускользнул от его взгляда.
Но самое странное заключалось в том, что Су Бай совершенно не почувствовал появления Кукловода.
Кукловод по-прежнему был облачён в свой серо-голубой фрак, а его лицо скрывала белая маска с нарисованным на ней нелепым выражением. Он склонил голову набок, прижал марионетку к щеке и слегка покачал её ручкой.
— Это секрет.
— Похоже, ты согласился на нашу сделку.
Су Бай сменил руку, подпёк голову и откинулся на спинку дивана, по-прежнему излучая некоторую ленивую небрежность.
Кукловод посмотрел на Су Бая, а затем снова выставил вперёд мизинец:
— Нельзя нарушать обещание.
Су Бай без малейших колебаний протянул свой мизинец, и они трижды легко сцепились пальцами.
— Разумеется.
Кукловод вдруг тихонько засмеялся. Держа в руках марионетку, он поднялся на ноги и сделал оборот вокруг себя. Откуда-то сверху упала ещё одна кукла в рост человека, наряженная в театральный костюм; Кукловод обнял её за талию одной рукой и закружил в танце.
Предельная эстетика, пышная и роскошная.
Марионетка вскинула руку, но в следующий миг, когда они снова повернулись, Кукловод внезапно исчез, растворившись прямо на месте. На полу осталась лишь эта одинокая кукла, которая плавно и легко изгибала стан, словно продолжая танцевать.
Су Бай отвел взгляд. Личный навык Кукловода, пожалуй, подходил ему просто идеально.
У самого же Су Бая личного навыка пока ещё не было.
Мрачное небо за окном постепенно растворялось в сгущающейся темноте — наступала очередная ночь.
Шестичасовая смена дня и ночи всё ещё казалась Су Баю непривычной. Он поднялся с места и неторопливо направился к своей комнате. Приблизившись к двери, он слегка приподнял подбородок: в его комнате кто-то был.
Кто же это?
Изнутри доносились шаги — звуки шагов перекрещивались, значит, человек был не один. Единственным логичным объяснением было то, что туда забралась та странная парочка братьев.
Су Бай протянул руку, сжал дверную ручку и резким толчком распахнул дверь. Те самые странные братья как раз рылись в его сундуке, и старший из них в этот момент держал в руках то самое Сердце лазурной мечты. На мгновение сцена словно замерла, потому что их застали врасплох.
Пойманы с поличным.
— Воровство — это не лучший поступок, — тихо произмолвил Су Бай.
Однако те двое тут же спрятали синий драгоценный камень за спину:
— Но ты же не стал нас останавливать! Мы видели, ты вместе с Кукловодом украл драгоценный камень той женщины!
— Верно, мы оба это видели!
Су Бай кивнул. Он прекрасно осознавал, что воровство — дело неблаговидное, но останавливать никого не собирался: когда дело касалось его собственных интересов, он не чурался подобных методов, а если его интересы не затрагивались, ему было абсолютно всё равно.
Поэтому Су Бай лишь задал вопрос:
— Вы уверены, что хотите забрать этот синий камень?
Братья отступили на шаг назад и в один голос выпалили:
— Конечно!
Су Бай кивнул и посторонился, давая братьям дорогу:
— Ладно, я не буду вам мешать, уходите.
Странные братья переглянулись, явно озадаченные. Старший крепко сжал драгоценный камень в руке и бросил многозначительный взгляд на младшего. Шагая друг за другом, они медленно прошли мимо Су Бая, и лишь выбравшись за порог комнаты, старший не удержался и спросил:
— Ты уверен, что мы можем вот так просто забрать этот камень?
— Я не возражаю, — слегка повернув голову, ответил Су Бай, после чего вошёл в комнату и захлопнул дверь.
Странные братья остались стоять в полном недоумении, глядя друг на друга.
Слишком странно. Этот человек был до безумия странным.
— Брат, а вдруг с этим камнем что-то не так? — испуганно спросил младший.
— Но ведь камень всё это время лежал спрятанным в его комнате!
— Почему он проявил такую доброту?
Старший поднял голову, но тоже не мог найти ответа:
— Не знаю, но главное — камень у нас в руках, а это отличная новость!
— Точно, отличная новость!
Оба тут же радостно умчались от дверей Су Бая обратно в свою комнату.
Но на самом деле Су Бай действительно ничуть не возражал против того, чтобы странные братья утащили этот камень. Ведь этот драгоценный камень был фальшивкой, а раз уж он поддельный, то и переживать о его краже не стоило.
И всё же, у кого в руках сейчас находилось настоящее Сердце лазурной мечты, принадлежавшее Су Баю?
http://bllate.org/book/22587/2389085
Готово:
