Готовый перевод The Whole Internet Exploded! But the Marriage Certificate Was Photoshopped / Весь интернет шипперит! Но я сам подделал наше свидетельство о браке: Глава 19

— Девятый?

Чэнь Дун, увидевший вошедшего, на мгновение замер и машинально сбросил вызов на телефоне, который как раз начал дозваниваться. Затем он обернулся и посмотрел на Ши Мина, сидевшего на небольшом диванчике.

Ши Мин поднял голову, как только услышал звук открывающейся двери. Его взгляд скользнул по мужчине в черном повседневном костюме, и он едва заметно нахмурился. Вид у того был совсем не такой, будто он только что приехал с банкета.

— Девятый, господин Ши еще днем перестал температурить, — Линь Жуань, заметив его, казалось, просиял, и голос его зазвучал куда громче и увереннее, чем когда он говорил с другими. — Утром поставили капельницу, лекарства в обед и вечером он принял, если будет хорошо отдыхать, то скоро поправится.

Ши Мин и Чэнь Дун одновременно перевели взгляд на радостного юношу, а затем на Гу Цзюцзина. После они обменялись многозначительными взглядами. Ничего не было сказано, но смысл был понятен без слов.

Чэнь Дун: Твой соперник в любви?

Ши Мин: Твой папаша.

— Господин Ши сегодня послушно принимал лекарства и лежал под капельницей, но были и моменты, когда он не слушался. Он тайком пил ледяные напитки, не соблюдал диету, на обед съел лишь немного каши, которую приготовила тетушка Цинь, а потом заказал острую лапшу… — Линь Жуань, который до этого говорил запинаясь, теперь под изумленными взглядами Ши Мина и Чэнь Дуна начал перечислять все грешки Ши Мина за день, ничуть не смущаясь своего доносительства. — И еще, когда ему ставили капельницу, он сам выдернул катетер, теперь у него на тыльной стороне ладони синяк.

— …

Ши Мин остолбенел. У Чэнь Дуна отвисла челюсть.

Затем он слегка толкнул Ши Мина в плечо и прошептал:

— Постой, он что, весь день следил за тобой? Раз уж он запрещал тебе есть, почему не сказал сразу?

Ши Мин, вспомнив что-то, нахмурился и неуверенно произнес:

— Возможно, боялся, что я его пну.

Чэнь Дун шокировано повернулся:

— Ты его пинал?

— Я пинал только тебя.

Чэнь Дун тут же изобразил льстивое удивление, пока Ши Мин с бесстрастным лицом не закончил фразу:

— Кто просил тебя по натуре быть как мотоцикл.

— То есть, напрашиваться на пинок.

Выражение лица Чэнь Дуна сменилось на скорбное.

Гу Цзюцзин, выслушав поток жалоб Линь Жуаня, слегка склонил голову и посмотрел на Ши Мина, сидевшего на диване. Тот выглядел совершенно спокойным, даже с оттенком безразличия, свойственным человеку, которому уже нечего терять. В его глазах не было ни капли страха — очевидно, ему было глубоко плевать, что Линь Жуань докладывает обо всем Гу Цзюцзину.

В конце концов, Гу Цзюцзин ему не отец, чего его бояться? Если такой смелый — пусть попробует прибить.

— Протяни руку, я посмотрю.

Гу Цзюцзин присел перед ним на корточки и протянул правую руку. В его приказе не чувствовалось давления, скорее, в нем сквозила мягкость, будто он заранее знал об упрямстве собеседника.

Ши Мин, конечно, не пошевелился. Поскольку он сидел на диване, он оказался выше присевшего Гу Цзюцзина и смотрел на этого всегда высокомерного мужчину сверху вниз. В его спокойном взгляде читался юношеский бунт и упрямство — словно у гордой королевы, которая никогда не склонит головы.

Чэнь Дун, наблюдая за этим, почему-то страстно желал, чтобы Ши Мин пнул их Девятого так же, как пинал его самого. Сам не зная почему, он испытывал странное возбуждение.

— Когда начинаются съемки шоу? — внезапно сменил тему Гу Цзюцзин.

Ши Мин не сразу сообразил, о чем речь. Помедлив, он сухо ответил:

— Не знаю.

— Полагаю, завтра. За такой короткий срок удастся найти новую пару?

— …

Ши Мин молча положил руку в ладонь, протянутую к нему. В глазах Гу Цзюцзина мелькнула легкая улыбка. Тон, которым были произнесены последние слова, был настолько непринужденным, что угрозу в них мог заметить не каждый, но Ши Мин все понял, потому-то и протянул руку с холодным лицом.

— Не эта, — сказал Гу Цзюцзин.

Ши Мин протянул левую.

— Техника извлечения иглы у доктора Ши хромает, нужно больше практики.

— …

Ши Мин думал, что они с Линь Фаном уже достигли предела язвительности, но оказалось, что Гу Цзюцзин ничем не уступает.

— Что доктор Ши ел сегодня? — снова спросил Гу Цзюцзин.

— Колу со льдом и острую лапшу.

— Вкусно было?

— Неплохо.

— Больше не ешь, — Гу Цзюцзин посмотрел на его посиневшую руку и, подняв взгляд, как бы невзначай бросил: — Кола снижает активность сперматозоидов.

Ши Мин холодно ответил:

— Что, Девятый, планируешь завести со мной детей?

Пф-ф!

Оба одновременно обернулись и увидели Чэнь Дуна, который только что сделал глоток воды и тут же выплюнул ее, теперь он прикрывал рот рукой, сотрясаясь в приступе кашля. Линь Жуань молча достал салфетки и послушно сел на пол вытирать лужу.

— Кхе-кхе… Девятый, Ши, уже поздно, мы пойдем, — проговорил Чэнь Дун, оттаскивая Линь Жуаня, который все еще упорно тер пол салфеткой. Он потянул ошарашенного парня к выходу, на ходу улыбаясь: — Как будут новости от съемочной группы, свяжемся в WeChat, Ши, отдыхай.

Дверь захлопнулась.

С такой скоростью, что Ши Мин невольно нахмурился:

— Чего он так рванул?

Гу Цзюцзин, казалось, не обратил на Чэнь Дуна особого внимания. Он снова внимательно осмотрел руку, лежащую в его ладони, и спросил:

— Когда пошла кровь из катетера, разве не было больно?

— Не почувствовал.

Ши Мин закончил фразу, посмотрел на мужчину, все еще сидящего перед ним на корточках, и внезапно произнес:

— Девятый, вы в последнее время заняты?

Гу Цзюцзин на долю секунды замер, словно зацепившись за какое-то слово, а затем ответил:

— Когда ты учился, то наверняка в учебниках по внеклассному чтению встречал вдохновляющие истории о том, как известные предприниматели встают в три-четыре часа утра, чтобы работать.

— Значит, у вас нет времени?

— Значит, у меня полно свободного времени, — ответил Гу Цзюцзин с привычной интонацией. — Потому что я — злостный капиталист.

— …Тогда зачем вы только что упоминали тех предпринимателей?

— Боялся, что тебе будет неловко занимать мое время.

— Вы слишком много о себе думаете, — Ши Мин усмехнулся и, отвернувшись к окну, добавил холодным тоном: — Мне совсем не неловко.

— Когда тебе «совсем не неловко», ты орешь на меня и называешь по имени, причем делаешь это куда охотнее, чем мой отец.

— ………

Ши Мин замер, не поворачиваясь. Ему даже не нужно было напрягать память: в голове тут же всплыли телефонные разговоры с Гу Цзюцзином за последние годы. Если не было терпения говорить — просто бросал трубку, если отвечал — то лишь для вида.

Когда он злился, то действительно орал и называл его по полному имени, тут он был прав. В конце концов, Гу Цзюцзин был за границей и не мог приехать, чтобы прибить его. А сам он смерти не боялся.

— Если вам не нравится, в следующий раз не буду, — Ши Мин повернул голову и серьезно посмотрел ему в лицо.

Тон не был похож на обиженный, но и на извинение это не тянуло — скорее, на поведение человека, который вынужден пойти на уступки, прося о чем-то, но при этом не желая отступать. Это невольно напомнило знаменитую фразу из интернета: «Встань на колени, я хочу тебя кое о чем попросить».

http://bllate.org/book/22594/2390330