Млatь, эти твари хотят зайти нам в тыл!
Чжоу Куй тоже заметил манёвры бандитов и в ярости топнул ногой.
Задняя часть деревни практически не имела никакой защиты: многие глинобитные стены там давно обрушились, и взрослый мужчина мог перемахнуть через них одним взмахом ноги.
Стоило этой сотне с лишним бандитов пробраться с тыла, как старики, женщины и дети превратились бы в овец, ожидающих заклания.
Чжоу Куй! — голос Чэнь Цзэ звучал на редкость хладнокровно. — Возьми десяток людей и немедленно отправляйся на подкрепление в тыл!
Чжоу Куй на мгновение растерялся:
— Братец Чэнь, а как же вход в деревню? Если я уйду, здесь останешься один…
МНЕ хватит и одного, — прервал его Чэнь Цзэ, и в его тоне не терпилось никаких возражений.
Он бросил взгляд на бандитов, которые как раз перестраивали ряды, а затем посмотрел в сторону задворок деревни.
— Запомни, твоя задача — не перебить их всех, а удержать стены и защитить женщин с детьми.
Голос Чэнь Цзэ затих, а затем стал тяжелее:
— Особенно мой дом. Ни один бандит не смеет переступить его порог.
Сердце Чжоу Куя дрожало.
Он понимал, что под словами «мой дом» Чэнь Цзэ имел в виду Су Ваньнян и Сяомань.
Чэнь Цзэ доверил ему самое уязвимое место — свой собственный тыл.
Это доверие весило больше любого приказа.
Братец Чэнь, будь спокоен! — Чжоу Куй ударил себя широким тесаком по груди, издав глухой стук. — Пока в груди Чжоу Куя теплится хоть вдох, я никому из этих ублюдков не позволю и волоска тронуть с головы невесток!
С этими словами он тут же отобрал десять самых крепких парней, вскинул тесаки и, не оглядываясь, помчался к тыльной стороне деревни.
На переднем крае обороны у входа в деревню давление мгновенно возросло.
Как только Чжоу Куй ушёл, от прежнего отряда из двадцати с лишним человек осталось едва ли с десяток.
Они укрылись за импровизированными баррикадами и с тревожным напряжением следили за теми бандитами, что снаружи готовились к атаке.
Увидев передвижения в деревне, Цзо Шаньдяо скривил губы в насмешливой улыбке.
— Решили разделить силы? Самонадеянно!
Он взмахнул широким тесаком.
— Лучники! Вперед, за мной! Подавить их! Остальным — приготовиться к штурму!
Семь-восемь бандитов с луками за спиной немедленно бросились вперед и принялись осыпать крыши и заборы деревни градом стрел.
Вжух! Вжух! Вжух!
Стрелы падали с неба сплошной пеленой, подобно ливню.
— Ложись! Все на землю!
Ли Эргоу на старом вязанном дереве вовсю драл глотку, вцепившись в ствол мёртвой хваткой и не смея шелохнуться.
Какой-то не успевший увернуться мужик рядом с ним получил стрелу в плечо и с пронзительным криком рухнул с дерева.
На крышах остальные парни, отвечавшие за стрельбу, тоже были прижаты к черепице так, что не смели поднять голов, прячась за коньками крыш.
Вмиг огневая мощь у входа в деревню оказалась полностью подавлена.
Оставшиеся несколько десятков бандитов, переступая через тела товарищей, с диким воплем вновь ринулись на деревню.
За разрушенной стеной.
Чэнь Цзэ наблюдал за происходящим, и взгляд его холодел всё сильнее.
Стоило ему мысленно отдать приказ, как арбалет Чжугэ, что так долго пылился в системном инвентаре, мгновенно материализовался в его руке.
Ложе арбалета сочилось холодом, в руке лежало тяжело.
В пазу арбалета ровно в ряд выстроились десять стрел, сверкающих ледяным блеском.
Чэнь Цзэ присел на одно колено за полуразрушенной стеной и, используя её как укрытие, взвёл арбалет.
Он целился не в бегущих в атаку головорезов, а в тех лучников, что всё еще вели обстрел с дальних позиций.
Сначала сбей главаря, бей змею под семь дюймов.
Стоило разобраться с этими лучниками, как давление на входе в деревню тут же спадет само собой.
Он глубоко вздохнул и нажал на спусковой крючок.
Вжух —
Раздался едва слышный щелчок механизма.
Свист!
Первая стрела сорвалась с тетивы, быстрая как молния.
Бандит-лучник, до предела натянувший лук, даже не успел сообразить, в чем дело, как между его бровей образовалось кровавое отверстие.
Выражение его лица застыло, тело качнулось, и он замертво рухнул на спину.
Чэнь Цзэ не останавливался ни на секунду.
Палец продолжил беспрерывно жать на спуск.
Свист-свист-свист-свист!
Стрелы из арбалетного магазина с поразительной скоростью вылетали одна за другой.
Черные молнии безошибочно неслись в сторону вражеских стрелков.
Один бандит только выпустил стрелу и еще не успел потянуться за второй, как его горло пронзила арбалетная стрела.
Другого бандита, перепуганного градом стрел, потянуло укрыться где-нибудь, но стоило ему пробежать пару шагов, как спину насквозь прошибло смертоносным жалом.
Прошло всего несколько мгновений.
Чэнь Цзэ опустошил весь магазин.
Десять стрел — пять убитых бандитов-лучников.
Оставшиеся стрелки врага насмерть перепугались столь внезапной и точной расправы: они больше не смели выпускать стрелы и, истошно вопя, бросились врассыпную.
— У них меткий стрелок!
— Укрывайтесь! Этот гад стреляет слишком быстро!
Огневое давление с тыла мгновенно испарилось.
Ли Эргоу на вязах почувствовал, что стало легче дышать, высунул нос и обомлел, увидев усыпанную трупами лучников землю.
— Э… Это кто сделал?
Только что его прижимало к стволу так, что он даже голову поднять не смел, и откуда прилетели стрелы, он впопыхах не разглядел.
За рухнувшей стеной.
Чэнь Цзэ мгновенно убрал опустевший арбалет обратно в системный инвентарь.
Мысленный приказ.
Достать.
Новенький арбалет, доверху снаряженный десятью стрелами, вновь оказался у него в руках.
Он снова прицелился, но на этот раз перевел перекрестие на бандитов, уже добежавших до баррикад.
В то же самое время.
В тыльной части Деревни Хэйшуй.
Больше сотни разбойников бесшумно прокрались под глинобитные стены по периметру деревни.
Разделиться! Идем тройками! — понизив голос, приказал один из главарей бандитов.
— Оказавшись внутри, не шумите! Сначала ищите баб и зерно! Найдете — подайте сигнал!
— Есть!
Бандиты карабкались по стенам, используя руки и ноги, и тихонько проникали на задние дворы деревенских домов.
Вмиг всю заднюю часть деревни наполнили звуки карабканья по стенам и сдавленное прерывистое дыхание.
В том маленьком дворике, где жили они с семьей.
Су Ваньнян прижимала к себе Сяомань, спиной прислонившись к запертой деревянной двери, и мертвой хваткой сжимала в руке кухонный тесак.
Она слышала приближающиеся шаги снаружи и неразборчивые выкрики.
Сяомань смертельно испугалась, уткнувшись личиком в грудь Су Ваньнян, её тельце непрерывно дрожало.
— Мама… мне страшно…
— Не бойтесь, Сяомань, не бойтесь, папа скоро вернется.
Голос Су Ваньнян тоже дрожал, но она изо всех сил старалась успокоить дочку, прижатую к груди.
В этот самый момент.
— Бац!
Раздался оглушительный грохот.
Полуразвалившуюся глинобитную стену двора кто-то снаружи пробил ударом ноги, оставив в ней огромную дыру.
Трое бандитов с жестокими звериными лицами, с тесаками наперевес, ухмыляясь, полезли через пролом.
— Ххе, а дворик-то вполне приличный, похоже, тут живут бабы!
Бандит с повязкой на одном глазу, бывший за главного, обвел двор взглядом и тут же уставился на ту самую плотно закрытую деревянную дверь.
— Вышибите эту дверь ко всем чертям!
Двое других головорезов тут же бросились вперед и принялись со злости колотить по ней ногами.
— Бац! Бац!
Ветхая деревянная дверь ходила ходуном, а засов в пазах жалобно хрустел под невыносимой нагрузкой.
Внутри дома лицо Су Ваньнян вмиг лишилось всяких красок.
Глядя на эту дверь, которую могли выбить в любую секунду, она чувствовала, как сердце готово выпрыгнуть из груди.
Она бессознательно глянула на испуганную Сяомань у себя за спиной, а затем перевела взгляд на холодное лезвие тесака в собственной руке.
Слова Чэнь Цзэ эхом звучали в её ушах:
— Если бандиты всё-таки ворвутся во двор, бери этот нож и руби им шеи.
Руки Су Ваньнян затряслись еще сильнее, но пальцы, сжимающие рукоять, с каждым мгновением сжимались всё туже и туже.
— Тресь!
Раздался громкий треск: деревянная дверь наконец не выдержала и распахнулась от мощного пинка.
Одноглазый бандит переступил порог, и когда он разглядел, что в комнате находится лишь одна женщина с ребенком, его лицо озарила похотливая, злорадная ухмылка.
— Тц-тц-тц, да тут у нас еще и бабёнка с приплодом.
Приговаривая это, он двинулся вперед, поигрывая тесаком.
— Красотка, брось ты этого щенка, что у тебя на руках, послужи хорошенько господину, и господин гарантирует, что тебе будет сладко…
Он не успел договорить.
Су Ваньнян резко подняла голову, и в её глазах вспыхнуло безумное, свирепое ожесточение.
Она оттолкнула Сяомань за спину, обеими руками занесла тяжелый тесак и изо всех сил, вложив всю оставшуюся душу, рубанула сверху вниз по голове одноглазого!
— А-а-а!
http://bllate.org/book/22738/2409278
Готово: