Чэнь Мо посмотрел на сообщение в окне личного чата и ответил не сразу.
Антибиотики у него действительно были. Две упаковки. Они выпали после убийства двух с лишним сотен мутантов, а шанс этого был просто омерзительно низким. В этом мире травматическая инфекция стояла на третьем месте среди причин смерти, уступая лишь самим мутантам и волнам мертвецов. Без антибиотиков небольшая рана могла за несколько дней свести человека в могилу от сильнейшего жара. Ценность этой вещицы он прекрасно понимал.
Пять армейских кинжалов за один флакон антибиотиков?
Он отстучал в ответ два слова:
— Они есть, но пяти мало.
Собеседник помолчал секунд несколько — судя по всему, прикидывал варианты.
— Су Сяороу: Восемь. Это мой предел.
— Чэнь Мо: Десять и одна информация в придачу. Откуда у тебя столько кинжалов?
Снова повисло молчание. Дольше, чем в прошлый раз.
— Су Сяороу: Двенадцать кинжалов за флакон антибиотиков. Информация оплачивается отдельно.
— Чэнь Мо: По рукам.
Выскочило окно обмена. Чэнь Мо выставил флакон антибиотиков, а на противоположной стороне легли двенадцать армейских кинжалов. Подтвердить. Кинжалы аккуратной стопкой появились в рюкзаке, заняв всего одну ячейку, а рядом с количеством стояло «×12». Он вытащил один клинок на пробу — совершенно новый, на лезвии даже сохранились следы антикоррозийной смазки, ножны из прочного технического пластика, застёжка сидит намертво. Никакого хлама, забранного с трупов мутантов, чистейшая армейская амуниция.
Двенадцать новеньких армейских кинжалов. Эту вещь невозможно вытащить из ящика с припасами — оттуда сыпется лишь всякое дешёвое старьё. И они не могли выпасть с мутанта: оружие, оставляемое тварями, всегда носит следы износа и использования. Эта женщина где-то нашла схрон с постоянным источником.
— Чэнь Мо: Информация. Откуда у тебя эти кинжалы? Я куплю её за два флакона зелья бодрости.
— Су Сяороу: Двадцать флаконов.
— Чэнь Мо: Два. Правдива твоя информация или нет, я не знаю, а два флакона — это знак моей искренности.
— Су Сяороу: Живодёр.
— Су Сяороу: Ладно, пусть будет два. Но я сразу предупреждаю: место это не для живых. Если подохнешь, не пеняй на меня, что не предупреждала.
— Чэнь Мо: Выкладывай.
— Су Сяороу: Координаты в секторе D887: -87.9, 28.2. Заброшенный оружейный завод.
Оружейный завод.
Чэнь Мо дважды постучал пальцами по колену.
— Чэнь Мо: Как ты оттуда живой выбралась?
На этот раз собеседник молчал ещё дольше. Чэнь Мо почти решил, что та вышла из сети, и тут сообщение наконец выскочило на экран.
— Су Сяороу: Я не заходила внутрь. Нашла эти кинжалы на складе по периметру. У входа крутились два мутанта первого порядка, я отвлекла их с помощью способности, схватила добро и дёру. Соваться в главное здание завода у меня кишка тонка.
— Чэнь Мо: Что в главном здании?
— Су Сяороу: Мутант второго порядка. И сотня мутантов первого, они там все набились битком. Я сама видела.
Второго порядка.
Чэнь Мо перевёл те два флакона зелья бодрости и закрыл окно личного чата.
Он прислонился спиной к железному каркасу автобусной остановки, рассеянно оглаживая пальцами ножны кинжалов. Мутант второго порядка. Ему ещё не доводилось с такими сталкиваться: неизвестны ни характеристики, ни особые способности. Выдержит ли абсолютная неуязвимость атаку твари второго уровня? Неизвестно. Действует ли остановка времени на таких противников? Неизвестно. Хватит ли радиуса сферы, чтобы вырваться из кольца сотни низкоуровневых мутантов? Неизвестно.
Сплошные неизвестные.
Но сама по себе эта информация не выглядела ложью. Запросив двадцать флаконов зелья бодрости, Су Сяороу дала понять, что оценивает сведения высоко. И раз она заломила такую цену, значит, либо информация настолько достоверна, что можно не бояться обвинений в мошенничестве, либо ей просто плевать — хотя нет, ей не плевать. Тот, кто умеет торговаться, дорожит своей репутацией. В мире конца света репутация ничего не стоит, но репутация информатора — вещь ценная, потому что это их единственный долгосрочный капитал.
К тому же само место — оружейный завод — звучало логично. Армейские кинжалы, военные ящики с припасами, армейские же сплавы в чушках — источником всего этого мог быть только военный объект. Система раскидала по городу тысячу ящиков наугад, но точки концентрации высококлассного снаряжения обязаны располагаться в подобных местах: на заводах, в воинских частях или гарнизонных складах.
Чэнь Мо принялся взвешивать риски.
Во-первых, информация может оказаться липой. Су Сяороу могла вообще не совать туда нос, а координаты с потолка взять ради двух флаконов зелья. Хотя два флакона — слишком мелкая плата за сочинение столь детализированной истории. Будь это обман, она затребовала бы больше.
Во-вторых, сведения правдивы, но она уже сплавила их кому-то ещё. Если люди из Союза Гегемонов или Железнобоких Мастеров заявятся туда раньше него, ему ничего на заводе не достанется. Каким бы сильным ни был мутант второго порядка, толпа игроков задавит его числом.
В-третьих, это может быть ловушка. И вовсе не со стороны Су Сяороу — у неё кишка тонка проворачивать такое. Скорее, сам завод запросто окажется «подземельем повышенной сложности», специально созданным Системой, чтобы заманивать и убивать наивных игроков, возомнивших, будто они нашли клад. Излюбленный трюк игр в эпоху апокалипсиса.
Пять минут.
Чэнь Мо принял решение.
Идти.
Координаты находились примерно в тридцати километрах от его текущей позиции. При его скорости, если выложиться на полную, добраться можно меньше чем за сорок минут. На месте не стоит лезть на рожон — для начала нужно осмотреться по периметру. Если там действительно бродит мутант второго порядка, сперва стоит изучить его повадки и проверить, нельзя ли выманить поодиночке кого-то из низкоуровневых тварей. Каждая убитая тварь — это плюс к материалам.
Если же ситуация выйдет из-под контроля — когда сотка перворанговых попрёт одновременно с боссом второго порядка — его пятидесятикилометровая скорость и трехсекундное неуязвимое замедление времени позволят сделать ноги.
Главное — материалы. До среднего энергетического кристалла не хватало ещё четырёх штук, а чистых ядер не было вовсе. И сколько можно убить времени, зачищая рядовых мутантов на улицах? Требования для поднятия навыка до третьего уровня висят дамокловым мечом: без риска останется только смотреть, как Су Цинчэн, Ба Тянь и прочие уносятся далеко вперёд.
На таком объекте, как оружейный завод, шанс добыть энергетический кристалл в разы выше, чем с обычных уличных тварей. Даже не пробираясь вглубь, а отстреливая отбившихся от стаи тварей на подступах, он получит куда большую эффективность, чем просто шатаясь по городу.
Взвесив всё в уме, Чэнь Мо вновь открыл региональный канал и набросил сообщение для отправки.
— Куплю: гранаты, взрывчатку, взрывоопасные предметы. Возможен обмен на зелье бодрости, продовольствие, медикаменты.
Взрывчатка. Сейчас его скорость зачистки целиком зависела от собственных ног и одного-единственного кинжала: на убийство рядового мутанта уходило от трёх до десяти секунд. Если тварь кислотная, приходилось ещё и уворачиваться от брызг, что затягивало дело. Но если раздобыть гранату… Бросить одну в самую гущу тварей — и бабах, экран заполняется сообщениями об опыте. Защиты и выносливости ему хватало, а вот массового урона не хватало отчаянно.
Сообщение улетело, но отвечать никто не спешил. Чэнь Мо закрыл системную панель, поднялся и размял плечи.
Цель: заброшенный оружейный завод.
Он сорвался с места, выскочив из-под навеса автобусной остановки. На разбитом асфальте его пятидесятикилометровая скорость оставила длинный шлейф пыли, а ледяной встречный ветер ударил в кожу, разогретую до двадцати шести градусов, — впрочем, холода он почти не почувствовал.
Километров через двадцать пейзаж вокруг начал меняться.
Плотные ряды жилых многоэтажек и торговых улиц исчезли. На смену им пришли низкие корпуса промышленных цехов со стенами грязно-белого цвета и синими крышами из профнастила, большая часть которых уже обвалилась. Заборы рухнули больше чем наполовину, обнажая заросшие бурьяном внутренние дворы. Брошенные на дороге машины тоже изменились: вместо легковушек и такси попадались лишь старые ржавые грузовики.
Это уже была промышленная зона на окраине города.
Преодолев ещё с десяток километров, Чэнь Мо притормозил у очередной заброшенной автобусной остановки.
Указатель давно кто-то скрутил, оставив лишь одинокий железный скелет, жестяная крыша которого жалобно скрипела под порывами ветра. Землю покрывал слой сероватой пыли вперемешку с осколками стекла и высохшими бурыми пятнами крови.
Скрип —
Чэнь Мо сбавил шаг и шагнул под навес остановки. Не от усталости — просто организму требовалось перевести дух. Бешеный темп бега давал нулевую нагрузку на тело, но ментальное напряжение было вполне реальным. Ему нужно было остановиться на пару минут и позволить мозгу выйти из состояния предельной концентрации.
Он опустился на землю, прислонившись спиной к металлической стойке, достал из рюкзака бутылку минералки с куском тряпицы и принялся отмывать с кинжала запёкшуюся чёрную кровь. За всю дорогу пришлось прикончить ещё полтора десятка тварей, и лезвие покрылось липким чёрным налётом вперемешку с крошечными осколками костей, который на воздухе застыл словно лак. В нос ударил тяжелый смрад гниения, от которого на затылке натягивалась кожа. Система предупреждала: уровень рассудка напрямую зависит от окружающей среды, и долгое вдыхание такой вони способно свести рассудок на нет.
— Чистить клинок — куда большая морока, чем убивать мутантов.
Чэнь Мо открутил крышку бутылки и плеснул немного воды на лезвие. Черно-красная кровавая жижа потекла вниз, капая на серую пыль и оставляя темные округлые пятна. Обернув клинок тряпкой, он тщательно протёр его взад и вперёд, пока металл снова не блеснул первозданной чистотой.
В этот самый момент с дальнего конца улицы донесся странный звук.
Не рев мотора. Что-то более резкое и частое, напоминающее высокочастотную вибрацию какого-то механизма. Звук нарастал, приближаясь и становясь отчётливее.
Чэнь Мо поднял голову.
По улице бежал человек. Точнее, не бежал, а… скользил? Между ступнями этого человека и дорогой лежал какой-то невидимый зазор, позволявший ему каждым шагом пролетать по три-четыре метра со скоростью около двадцати-тридцати миль в час. Чуть подавшись корпусом вперёд для сохранения равновесия, он перебирал ногами с бешеной частотой, но способ передвижения явно не имел ничего общего с обычным бегом.
Способность. Какая-то разновидность навыка скольжения или снижения трения.
Приблизившись к остановке, незнакомец сбросил скорость. Прослойка под ногами исчезла, и он перешел на обычный шаг. Подойдя к павильону, он задрал голову, уставившись на Чэнь Мо.
Мужчина средних лет. Лысый, с редким венчиком волос вокруг макушки, растрепанных ветром. Худощавое лицо, резкие скулы, глубоко посаженные глаза с быстро бегающими зрачками, словно два стеклянных шарика в глазницах. На нем была засаленная серая куртка с залоснившимися манжетами и темным кругом пота вокруг ворота. Весь его вид напоминал уличного торговца подержанным хламом, примостившегося в каком-нибудь углу рыночной площади.
Пару секунд он молча изучал Чэнь Мо, скользнув взглядом по его почти мальчишескому лицу лет восемнадцати-девятнадцати и замер на окрепшем благодаря технике абсолютной неуязвимости теле. После этого его глаза вспыхнули.
Не просто блеснули. В них загорелся тот самый огонек, с каким дикая собака, проголодавшаяся за три дня, внезапно видит жирный кусок мяса.
— Ой-ей! Батюшки, великий игрок! Настоящий великий игрок!
Лысый засуетился, потирая ладони, и мелкими шажками подбежал ближе. Шаг у него был семенящий, словно к подошвам приделали пружины, а сам он так и норовил придвинуться поближе. Лицо его сморщилось в угодливой улыбке, глаза превратились в щелочки, но из этих щелок ни на секунду не прекращался жадный осмотр Чэнь Мо: рюкзак, пояс, кинжалы, одежда, обувь.
— Да у вас тело… Охренеть просто, какая мощь! И как сильно бьете, наверное? Мутант о такого в лепёшку разобьётся!
Чэнь Мо молча глянул на зажимаемый в руке кинжал и продолжил протирку. На лезвии оставалось еще одно за высохшей черно-красной кровью пятно, и он соскреб его ногтем.
Заметив, что на него ноль внимания, лысый не только не ушел, но и качнулся вперед еще на шаг. Его рука протянулась так, будто он хотел потрогать руку Чэнь Мо, растопырив пальцы с жесткими серо-черными мозолями на ладонях.
— Руки убери.
Голос Чэнь Мо прозвучал негромко. Всего два слова — словно два куска льда бросили в воду.
Рука лысого замерла в воздухе, провисела так пару секунд и виновато вернулась назад. Но улыбка не сползла с его лица, скорее наоборот, стала еще шире и натужнее.
— Хе-хе, братишка, без обид, я просто в восторге от вашей физической формы!
Он затер ладони еще быстрее, от трения мозолей послышался сухой шелест.
— Слушайте… Великий игрок, вам в группу люди не требуются?
Он ткнул пальцем в собственную грудь, выпрямляясь и силясь придать засаленной куртке хоть сколько-нибудь приличный вид.
— Меня зовут Ван Гоу, я несколько лет отработал поваром! Готовлю потрясно! Не хвастовства ради, но красное мясо в соусе, свинина в кисло-сладком, рыба по-сычуаньски — всё умею. А еще могу шить, латать одежду, чинить молнии, пришивать пуговицы, мастер на все руки! Вам же одному тяжело, возьмите меня к себе! Я ем мало, работаю за троих, разрешите только миску похлебки да позвольте спать на полу!
Пока он тараторил, его бегающий взгляд то и дело косился на рюкзак Чэнь Мо. Тот сильно раздулся, застежка-молния на нем натянулась до предела. В щели между зубчиками проглядывали упаковки — обертки от сжатого сухого пайка, консервных банок и батончиков сникерс едва заметно блестели в рассеянном свете. От рюкзака исходил слабый запах — вовсе не смрад разложения мутантов, а слабый, но отчетливый аромат съестного. В условиях апокалипсиса этот запах разил наповал сильнее любых ножей.
Кадык Ван Гоу судорожно дернулся.
Он вспомнил, что ел сегодня утром. Заплесневелый кусок хлеба, найденный в ящике с припасами — твердый как кирпич, от которого крошились зубы, и чтобы проглотить хоть крошку, пришлось запивать парой глотков воды. А потом вспомнил собственную способность — «скользкие пятки», созданную лишь для того, чтобы уносить ноги. Кроме способности быстро бегать, от нее не было никакого проку. Встретишь мутанта — беги, встретишь игрока — беги, да что ни встретишь — всё одно, ноги в руки. Трехколесный велосипед? Да не было у него никакого велосипеда, он выдумал его на ходу, лишь бы показаться ценным кадром.
Стоит ему прибиться к этой могучей силе, и бегать больше не придется.
Чэнь Мо прекратил возиться с кинжалом.
Он положил оружие на колени, поднял голову и посмотрел на Ван Гоу сверху вниз. Его взгляд прошелся по расплывшемуся в улыбке лицу, по безостановочно трущимся друг о друга ладоням, по залоснившимся краям рукавов и по той нескрываемой жажде, что затаилась на самом дне глубоких глазниц.
— Ты умеешь шить?
В голосе Чэнь Мо прозвучала едва заметная усмешка. Он указал на собственную одежду — штормовку, разошедшуюся в нескольких местах от частых схваток, сквозь прорехи которой виднелась целая и невредимая кожа. — И как, разбираешься, что это за материал?
Ван Гоу опешил. Опустив взгляд на одежду собеседника, он только сейчас заметил, что ткань куртки совсем не похожа на обычную материю. Ни нейлон, ни полиэстер — ничего из того, что ему доводилось видеть. По поверхности ткани змеились еле заметные золотистые прожилки, точь-в-точь как кровеносные сосуды, то проступая, то исчезая. Он беззвучно приоткрыл рот, в голове образовалась пустота.
— Это… это типа бронежилет высшего класса?
— Хех.
Чэнь Мо холодно усмехнулся. Стряхнув грязную воду после мытья клинка прямо на землю, он брызнул черно-красными каплями на башмаки Ван Гоу.
— Ты не представляешь для меня никакой ценности.
— Проваливай.
Всего одно слово. Четко, отрывисто, словно удар ножом при разделке мяса.
Улыбка на лице Ван Гоу застыла. Не растаяла постепенно — замерла в одно мгновение. Уголки рта все еще тянулись вверх, но огонь в глазах подорожал и сменил цвет. Напускное радушие осыпалось сухой глиняной коркой, обнажая изнанку.
Однако он продолжал скалиться.
— Братишка… ну не надо так, больше друзей — больше дорог…
Хруст.
Чэнь Мо вставил кинжал обратно в ножны на поясе. Не просто убрал, а резко задвинул до щелчка. Звук удара металла о металл прозвучал звонко, отчетливо отдавшись в ушах Ван Гоу.
— Мне не нужны друзья, — Чэнь Мо посмотрел на него с таким же будничным выражением, с каким говорят о хорошей погоде. — Мне нужны мишени. Хочешь попробовать?
Тело Ван Гоу на миг оцепенело. Зрачки сузились, кадык снова качнулся, но на сей раз причиной тому был вовсе не запах еды. Он начал пятиться назад — шаг, второй, — а улыбка окончательно стерлась с лица, словно кто-то щелкнул выключателем.
— Ну… ладно! Крутой больно! Мешать не буду!
Он резко развернулся, и под его подошвами снова возникла та самая полупрозрачная сероватая пленка, покрывшая пространство между обувью и асфальтом. Сделав шаг, он скользнул вперед метра на три-четыре, набирая приличную скорость. Серая пелена оставляла за собой едва заметный след на дороге, напоминавший слизь после ползущей улитки, только куда более тонкую — та испарялась за считанные секунды.
Проводив взглядом удаляющийся сероватый след, Чэнь Мо отвел глаза.
Подобные сценки на дороге случались слишком часто. Ему не раз попадались желающие пристроиться за чужой спиной: кто-то предлагал припасы, кто-то ценные сведения, а кто-то и собственное тело. Такой болтун, как Ван Гоу, обходился дешевле всех прочих.
Закрутив крышку бутылки, он аккуратно сложил тряпку, запихнул ее в боковой карман рюкзака, поднялся и приготовился продолжить путь.
До оружейного завода оставалось около пяти километров.
Чего он не знал, так это того, что, проскользив два километра, Ван Гоу свернул в руины обрушившегося жилого дома. Серо-белый след оборвался на щебнистой почве и растаял в воздухе. Прислонившись спиной к треснувшей бетонной колонне, Ван Гоу шумно дышал. Не от бега — от злости. Лицо его сводило судорогой, кожа на скулах дергалась от каждого вдоха, а глаза в глубине глазниц едва не вылезали из орбит.
— Тьфу! Подумаешь, мразь! Ну повезло пробудить чертовски крутую способность, и что теперь, нос задирать?!
Он со злости пнул лежавший под ногами обломок камня, но угодил носком ботинка в монолитный бетонный блок так, что аж взвыл от боли. Согнувшись пополам и массируя ушибленный палец, он исказил лицо в звериной гримасе. От прежней приторной угодливости не осталось и следа — ее место заняла неприкрытая, рожденная от унижения лютая ненависть.
— Не хочешь брать меня с собой… ладно, раз решил всё захапать в одиночку, я устрою так, что тебя стошнит кровью!
Он открыл системную панель, торопливо заскользив пальцами по виртуальному экрану. Вызвав интерфейс регионального канала, он листал список личных чатов, пока не отыскал нужное имя — [Го Юн]. Из Банды Свирепых Волков. Вчера он заприметил их вербовочное объявление в ленте и на всякий случай занес пару ников в память, мало ли пригодится.
Ткнув в чат, он принялся набирать сообщение. Пальцы со злостью колотили по виртуальной клавиатуре, будто он заколачивал гвозди в чью-то крышку гроба.
— Ван Гоу: Донос! Я нашел жирную овцу!
Спустя несколько секунд пришел ответ.
— Го Юн: Что за фрукт?
— Ван Гоу: Игрок с охрененной способностью! Уровень два или три! Один! Рюкзак забит припасами под завязку, я сам видел!
— Ван Гоу: Координаты: сектор D887, -87.3, 28.9, рядом с автобусной остановкой. Он сейчас прямо там!
Собеседник на том конце провода на мгновение затих. Судя по всему, оценивал достоверность сведений.
— Го Юн: Один? И способность сильная? Ты уверен?
— Ван Гоу: Клянусь матерью! Я с ним только что лицом к лицу общался! У этого парня шкура тверже камня, даже кинжал не берет! Как только вы его прикончите, мне хватит и крошек с вашего стола! Вышлите десять порций зелья бодрости!
— Го Юн: По рукам. Паси его, чтобы не сбежал. Если подтвердится, получишь все десять порций до единой.
Ван Гоу захлопнул окно личного чата, и на его губах расплылась улыбка. Не добрая улыбка — уродливая смесь злорадства и жестокости. Губа приподнялась, обнажив ряд желтоватых зубов, а на деснах алела свежая кровь — видимо, прикусил в бешенстве, даже не заметив этого.
— Ну что, парень, погляжу теперь, как ты смотришь на меня свысока.
Прислонившись к бетонному столбу, он задрал голову, вглядываясь сквозь трещины в руинах в направлении автобусной остановки. С такого расстояния ничего разглядеть было нельзя, кроме серого неба да силуэтов разрушенных зданий. Но в его глазах горел странный свет, словно он уже наяву лицезрел ту картинку, которую так жаждал увидеть.
— Я сам отправлю тебя к праотцам.
http://bllate.org/book/22755/2411299
Готово:
