Готовый перевод Transmigrated into a Book and Mind-Read, the Crazy Wolf King Tells Me to Calm Down / Попаданка, чьи мысли читают: безумный король волков просит успокоиться: Глава 10

Сваха замялась, бормоча себе под нос:

— Старая я уже, господин, какая из меня сваха... Откуда у меня взяться чему-то ценному...

— Цзиньфу. — Лин Ханьсюнь уже терял терпение. Задержка и так затянулась, а у него не было ни малейшего желания продолжать этот прием. — Раз уж сваха жадничает, помоги ей. Это ведь спасение её жизни, она будет тебе благодарна.

Стоявшая позади него холодная служанка двигалась быстро и решительно. В один миг она оказалась у порога, одной рукой схватила сваху за запястье, а другой совершила обманный маневр.

Сваха лишь почувствовала, как перед глазами что-то мелькнуло, а пальцы пронзила острая боль. Опустив взгляд, она обнаружила, что кольцо с красным агатом исчезло.

*И правда, владеет боевыми искусствами! Сделала это нарочно у меня на глазах, чтобы запугать. Пришла сюда, чтобы навредить мне!*

Лин Ханьсюнь нахмурился, недовольно взглянув на Цзиньфу, но промолчал.

Две женщины, поддерживая друг друга, поплелись прочь, заливаясь слезами. На столе остались золотая шпилька, пара нефритовых браслетов и кольцо с красным агатом.

Мин Тан осторожно приоткрыл один глаз. Убедившись, что гостьи покинули двор, он сел прямо и перевел взгляд на стол.

— Цзиньбао, отнеси это в ломбард Тяньи, продай управляющему Чэню. Живо возвращайся. И прихвати по дороге фирменные блюда из Тяньсянлоу, сегодня не будем есть то, что готовит дворцовая кухня.

— Слушаюсь, молодой господин.

Цзиньбао сгреб украшения со стола, привычно спрятал их за пазуху и, прихватив двоих слуг, поспешил на выход.

Остался только Чжаоцай, который отправился за водой и полотенцем — нужно было помочь господину умыться и привести себя в порядок.

Мин Тан попытался поправить одежду, но пояс зацепился за рукав. Скосив взгляд на боевую служанку, он позвал:

— Эй, ты, подойди сюда.

Цзиньфу даже не повела глазом, проигнорировав его приказ.

*Эта девчонка с характером. Как удачно, я как раз люблю превращать колючих хамок в послушных собачек. Первый шаг к тому, чтобы поставить мачеху на место — переманить на свою сторону её личную служанку!*

Лин Ханьсюнь лишь молча наблюдал.

Мин Тан улыбнулся на редкость покладисто и мило:

— Добрая сестрица, у меня одежда запуталась, не поможешь?

Цзиньфу на мгновение замерла. Она никогда не видела, чтобы человек менял выражение лица так быстро. Только что был таким дерзким, а теперь... улыбается так покорно.

Она взглянула на своего господина. Тот оставался невозмутимым, лишь слегка опустил глаза, давая молчаливое согласие.

Мин Тан увидел, что девушка подходит, тут же встал и по-детски распахнул объятия.

Цзиньфу сохраняла невозмутимый вид, но кончики её ушей едва заметно покраснели. Она выросла в степях и без дрожи в руках имела дело с дикими зверями, но перед таким лицом у любого сердце забьется чаще.

Мин Тан смотрел, как её пальцы ловко завязывают пояс. На основании большого пальца виднелась мозоль — верный признак того, что она привыкла держать оружие.

Он на секунду замолчал, а потом снова улыбнулся:

— Тебя зовут Цзиньфу? Красивое имя. Сколько тебе лет?

Цзиньфу молчала. Отвечать на этот вопрос она сочла неуместным.

Лин Ханьсюнь нахмурился:

— Молодой господин спрашивает тебя — отвечай, как положено. Он тебе наполовину хозяин.

Наполовину хозяин.

Пальцы Цзиньфу на мгновение застыли. Снова обретя самообладание, она холодно ответила:

— Рабыне семнадцать лет.

— О, ровесница! Неужели твоя госпожа не жалеет тебя, не хочет найти тебе достойного мужа? В столице не нужно быть такой зажатой. Если приглянется какой парень, я сам выступлю сватом.

*Уберу личную служанку — и она останется без единого верного человека. Буду разрушать её позиции шаг за шагом!*

Лин Ханьсюнь едва не рассмеялся — этот «судьбоносный человек» был до крайности наивен. Его племена насчитывали сотни тысяч воинов, разве их так просто разобщить? Иначе бы императоры Центральной равнины не ломали голову столько лет, пытаясь их усмирить.

Цзиньфу с холодным взглядом закончила поправлять пояс и вернулась за спину сидящего Лин Ханьсюня:

— Благодарю, не нужно. Я буду служить своей госпоже всю жизнь и замуж не выйду.

*Ого, какая верная собачка.*

— Хм, ну и оставайся в поместье. Я тебя терпеть не могу, так что сладкой жизни здесь тебе не видать. Не надейся, что раз попала в дом князя, то теперь можешь почивать на лаврах.

В этих словах сквозил двойной смысл: внешне он обращался к служанке, но на деле метил в её госпожу. Лин Ханьсюнь не мог не восхититься противоречивостью этого юноши: в мыслях он хвалил Цзиньфу, а на деле говорил обидные вещи. Впрочем, цель была ясна — запугать их так, чтобы они сами сбежали из поместья.

— Цзиньфу, впредь будь осторожнее. Если снова разозлишь молодого господина, даже я не смогу тебя защитить.

Сегодняшний поступок Цзиньфу — прямое неповиновение и угроза силой — был недопустим, и Лин Ханьсюнь, всегда ценивший справедливость, понимал, почему Мин Тан в ярости.

Мин Тан хмыкнул, сделал два шага вперед и, возвышаясь над сидящим Лин Ханьсюнем, с бледным лицом задал прямой вопрос:

— Говори, у тебя есть какая-то иная цель? Ты специально вышла замуж за князя, чтобы навредить мне?

Мин Тан не рассчитывал услышать правду. Это был полушутливый допрос, чтобы проверить реакцию. Обычную танцовщицу не сопровождает такая искусная в бою служанка. Это не могло не вызвать подозрений.

Лин Ханьсюнь поднял голову, глядя на лицо юноши. С такого близкого расстояния были заметны следы пудры, а также длинные черные ресницы, которые часто подрагивали.

— Сяо Бао, неужели ты думаешь, что у слабой женщины могут быть корыстные цели?

— Родить отцу сына и прибрать к рукам имущество княжеского дома.

— Никогда не...

Едва успев произнести это, Лин Ханьсюнь понял, что сболтнул лишнее, и тут же поправился:

— У меня никогда не было подобных целей. Я просто искала место, где можно укрыться.

Это было недалеко от истины.

Однако Мин Тан явно не поверил. Он хмыкнул и выпрямился:

— Тогда живи себе спокойно, тетушка. Твои «светлые дни» еще впереди.

*Если я не вышвырну тебя из этого дома, грош цена моему имени Бэй Мин Тан!*

Лин Ханьсюнь проводил его взглядом, и в его глазах на миг промелькнула досада, но он всё же окликнул юношу:

— Сяо Бао.

Мин Тан обернулся с раздражением:

— Чего еще? Неужели тетушка не позволит мне даже умыться?

*И так лицом не вышел, если еще и выглядеть буду неряшливо, совсем проиграю тебе в силе духа!*

— Сяо Бао, ты — законный наследник княжеского дома Жунчунь. Зачем ты намеренно портишь свою репутацию? Неужели и правда не собираешься жениться?

Мин Тан подумал секунду и тут же огрызнулся:

— Тебе-то что? Хочу — женюсь, хочу — нет, какое тебе...

Боковым зрением он заметил знакомый силуэт, приближающийся к дверям, и тут же сменил тон:

— Тетушка, ты права, я ценю твою заботу. Ты спрашиваешь о тех двоих, что только что ушли?

Лин Ханьсюнь опешил, не понимая, почему юноша так внезапно переменился в лице, став таким послушным, но согласно кивнул:

— Да. Если они пойдут и начнут болтать лишнее, что будет с твоей репутацией?

— Они не посмеют. Иначе я просто пройдусь по улицам, сияя здоровьем, и все сразу поймут, кто из нас лжет. Тогда я им устрою такую жизнь, что мало не покажется. О, отец, вы вернулись?

— ...

Лин Ханьсюнь обернулся к дверям и с досадой вздохнул: действительно, вернулся князь.

Бэй Чжицзи вошел в комнату и как раз застал момент, когда сын вежливо и покладисто разговаривал с гостьей. На душе у него стало тепло, и он спросил:

— Люди из дома Хэ ушли?

http://bllate.org/book/22795/2418301