Готовый перевод Star Wars: Besieged / Звёздная осада: Один против всех: Глава 2

Говоря это, Нин Сяочуань снова поддвинулся ближе, понизил голос и с легким нервным напряжением напомнил:

— Старшая сестрица Утун тоже вернулась, будь осторожнее.

В глазах Нин Яо промелькнуть искры, будто он о чем-то задумался. Нин Яо годами не бывал дома и в повседневной жизни почти не общался с Нин Сяочуанем, однако тот не поленился предупредить его — у этого ребенка просто доброе сердце, какая редкость. Улыбнувшись, Нин Яо кивнул Нин Сяочуаню:

— Я понял, спасибо.

Нин Сяочуань покраснел, кивнул и, не желая отнимать у Нин Яо время, бросил на прощание — увидимся — и вернулся в класс. Но стоило ему переступить порог, как его тут же обступили одноклассницы, наперебой расспыпывая вопросы об их отношениях с Нин Яо. Нин Сяочуань лишь весело усмехнулся, глядя на их горящие от предвкушения глаза: ну не мог же он им заявить — оставьте надежды, у этого цветка уже есть хозяин, неужели вы думаете, что сможете перетянуть его у *этого* человека?

Нин Яо тем временем погрузился в раздумья. Клан Нин, будучи передающимся из поколения в поколение древним боевым родом, обладал врожденными способностями, завязанными на крови, из-за чего всегда привлекал завистливые взгляды и вызывал опасения. Десять лет назад семья Чу предложила заключить брак по расчету. Желая надежнее закрепиться на Шае, клан Нин охотно согласился и в качестве невесты выбрал родную племянницу главы рода. Нин Утун обладала привлекательной внешностью, выдающимися способностями и высокой концентрацией крови; после союза с семьей Чу статус ее ветви рода и вовсе взлетел до небес. А старший брат Нин Утун, Нин Хайчэн, и вовсе был выдвинут кланом Чу на службу в министерство обороны и к настоящему моменту уже дослужился до звания майора.

Вот только теперь кандидатура невесты изменилась. И при таких обстоятельствах Нин Хайчэн специально возвращается из министерства обороны... Какая занимательная история.

Впрочем, Нин Яо вовсе не собирался пугаться какого-то майора. Ему потребовалось ровно три секунды, чтобы мысленно отправить Нин Хайчэна — столь безупречного в чужих глазах, что на нем живого места от медалей не осталось — прямиком в корзину. Первостепенной задачей оставалось расследование дела с фейерверком: времени начальство выделяло не так уж много.

Гу Туншань уже отправился в лабораторию перед ним. Нин Яо шел не спеша, провел рукой по уху, и в ушной раковине зафиксировался миниатюрный голографический наушник-микрофон.

— Арбузик, как успехи?

— Провожу финальную сверку, шеф. Судя по имеющимся данным, эта тварь действительно прячется в академии.

— Хорошо, сообщи мне сразу, как будут результаты.

В тот день, став свидетелем того фейерверка, Нин Яо задействовал все доступные ресурсы для тайного расследования. Той же ночью люди Белого альянса по остаткам крови на месте происшествия быстро установили личности террористов. Но не прошло и получаса после завершения расследования, как все данные были искусственно уничтожены — не осталось ни малейшей зацепки. Если бы подчиненные Нин Яо не действовали так шустро, нить расследования на этом бы и оборвалась.

Террористы оказались уроженцами Фарклина, на первый взгляд — законопослушными гражданами, причем совершенно незнакомыми друг с другом. Нин Яо потратил целых три дня на их поиски, прежде чем наконец напал на след: незадолго до инцидента каждый из них получал по одностороннему сообщению, отправленному с одного и того же терминала.

Поручив людям отследить источник, Нин Яо узнал, что сигнал проделал извилистый путь через полгалактики, пока не привел к Первой военной академии.

Тем не менее в одном Нин Яо был уверен точно: правительство Шая к этому инциденту руки не прикладывало, иначе ему бы просто не позволили продолжать поиски. Прятаться здесь — и правда неплохой выбор, кто догадается искать в таком месте? К тому же вытащить преступника на свет из сотен тысяч студентов и преподавателей — задачка не из легких.

— Шеф! Есть результат! — в наушнике снова раздался радостный голос того самого Арбузика. — Сигнал запеленгован в корпусе мехов! Отправлено из одного из компьютерных классов на факультете мехов!

— Понял. Дальнейшую проверку поручи Серому Волку, смотри не спугни спугнуть добычу. И еще: отправь Хун Цзянь проверить, где сейчас Утун.

— Есть! — бодро отозвался Арбузик.

Улыбнувшись, Нин Яо отключил связь, и в этот момент на его терминал пришло сообщение. Писал Гу Туншань: мол, сегодня срочные дела, придется уйти пораньше, лабораторию он закрывает, так что Нин Яо может туда не заглядываться. Хороша ложка к обеду — Нин Яо снял очки, убрал их в карман, развернулся и, выйдя за ворота академии, поймал такси.

Его самого безо всяких на то причин втянули в этот водоворот сватовства, да к тому же нашелся недовольный, которому он явно пришелся не по нраву — если не явиться на представление и не поглазеть на этот цирк, он просто не простит себе упущенной возможности.

— Водитель, поезжайте на гору Юэляншань в пригорье.

В то же время на планете Ланка у границ Шая:

— Господин генерал-майор, — один из офицеров опустил трубку коммуникатора, развернулся, вытянулся по стойке смирно и отдал честь, — господин Нин благополучно вернулся в Цяньчэн и в настоящее время служит в Первой военной академии!

Генерал-майор стоял перед командным пультом, наблюдая за трансляцией полевых войсковых учений на световом экране. Услышав доклад, он поднял голову, и в его темных глазах мелькнул яркий огонек. Широкие брови чуть распрямились:

— Я понял. Пусть Утун войдет.

— Есть!

Словесный бой

Городской округ Цяньчэн, гора Юэляншань.

Нин Яо стоял у подножия, задрав голову и разглядывая поросшую зеленью вершину высотой всего в три-четыреста метров, и внезапно принялся в уме подсчитывать: с тех пор как он возглавил Шестой отдел военной разведки, который раз он возвращается сюда? Третий? Или второй?

Помнится, во время прошлого визита ему было всего двадцать три, и та девица Утун тоже здесь находилась, все такая же холодная и неприступная высокомерная гордячка. Трудно было вообразить, что подобная особа способна предать семью и наставить мужу рога. По правде говоря, с самого начала Нин Яо относился к этому браку скептически: у него было отличное чутье, и интуиция подсказывала, что в этом деле кроется какой-то подвох.

Но в чем именно заключается этот подвох?

Нин Яо пока не мог сказать наверняка — возможно, ответы найдутся, когда он поднимется на гору. Горная дорога оказалась узкой, всего в метр шириной, петляя, каменная тропа уходила наверх. Прошагав около получаса сквозь густой лес, Нин Яо вышел к раскинувшемуся в долине громадному комплексу зданий.

Это было убежище клана Нин, одного из древних родов боевых искусств. Если смотреть сверху, сложная маскировочная световая сеть надежно скрывала любое вторжение: разглядеть хоть кирпич или черепицу было невозможно, с высоты открывалось лишь сплошное зеленое море. На картах Шая данный район и вовсе значился как пустая территория.

Будучи родом, пережившем эпоху Древней Земли, семья Нин благодаря своим особым кровным способностям владела боевыми искусствами, имея колоссальное врожденное преимущество как в одиночном бою, так и в управлении мехами. Поначалу эти древние кланы пользовались невероятным влиянием, но постепенно высокое дерево ломается ветром — по мере того как семьи одна за другой подвергались зачисткам за отказ подчиниться, оставшиеся вместе со своими сородичами ушли в подполье.

Клан Нин можно назвать везунчиком: старые предки не сошли с ума, пытаясь бороться за власть над миром, поэтому их роду удалось выжить. И все же даже в изоляции определенные компромиссы были неизбежны. Союз с семьей Чу и рождение потомка с пробужденными способностями крови стали ценой, которую клан Нин заплатил за мир.

В этот самый момент в главном зале усадьбы клана Нин продолжался разговор.

— Старший дядя, сейчас главное — как можно скорее отыскать Утун, — старший брат Нин Утун, Нин Хайчэн, всё еще не снявший военную форму, смотрел на него полными тревоги глазами.

Тот, кого назвали старшим дядей, являлся нынешним главой клана Нин — Нин Юаньшань. На вид ему было около пятидесяти с хвостиком, но выглядел он бодро, а его густые черные волосы не тронула ни одна седина.

— Хайчэн, дело не в том, что твой дядя не хочет искать, — ответил он. — Я и сам хочу вернуть ее, но с Утун сейчас вообще нет никакой связи.

— Но если мы ее не вернем, что будет с ее браком с семьей Чу?

— А как же Нин Яо? — Нин Юаньшань сидел на главном месте, и в его голосе прозвучала беспомощность.

— Нет, я против. Мы еще толком ничего не выяснили насчет Утун, возможно, это просто недоразумение. С какой стати мы вдруг заговорили о замене кандидатуры? — Нин Хайчэн продолжал упорствовать, категорически отказываясь отступать. — Старший дядя, вы же знаете характер Утун, как она могла совершить подобное?

— Правдивы слухи или нет — во-первых, мы сейчас не можем связаться с Утун, чтобы все проверить, а во-вторых, семья Чу уже обо всем осведомлена и напрямую потребовала заменить ее на Нин Яо.

Нин Юаньшань посмотрел на племянника. Нин Хайчэн и Нин Утун остались сиротами в раннем возрасте, и он воспитывал их как собственных детей. Он вовсе не хотел доводить дело до нынешнего тупика, но раз уж всё зашло так далеко, как глава рода он был обязан заботиться об интересах всего клана.

— Хайчэн, мы продолжим искать Утун, но сейчас наша главная задача — убедить Нин Яо взять это бремя на себя за нее.

— Он? — при мысли об этом смазливом личике Нин Хайчэна передернуло от омерзения. Если бы не этот выскочка, Шестой отдел военной разведки наверняка достался бы ему, и ему не пришлось бы пробиваться в армии с самых низов, начиная рядовым. Нин Хайчэн нахмурился: — Старший дядя, вы же прекрасно знаете Нин Яо. Если отправить его на этот брак, он всё только испортит.

Заметив мелькнувшую в глазах Нин Хайчэна скрытую злобу, Нин Юаньшань мысленно покачал головой. Он никогда не вмешивался в распри между младшими, но даже представить не мог, что ненависть зашла так далеко. Он уже собирался что-то сказать, как вдруг снаружи раздался короткий возглас, а затем в дверях зала появилась улыбающаяся физиономия.

Нин Яо неторопливо перешагнул порог, перекинув снятый белый халат через руку, и вежливо кивнул Нин Юаньшаню:

— Дядя Нин, я вернулся.

Что же до Нин Хайчэна, то для него тот словно пустое место — прозрачный воздух.

Стоило Нин Хайчэну увидеть Нин Яо, как его взгляд впился тому в лицо, а во взгляде сверкнул ледяный блеск. Бросив взгляд за дверь, он холодно бросил:

— Нин Яо, что ты сделал с моим человеком?

Охранник у входа прибыл вместе с Нин Хайчэном из армейского лагеря и считался одним из его самых преданных подчиненных за последние годы. Только что вскрикнул явно он. Сначала парень хотел преградить непрошенному гостю дорогу, чтобы тот не мешал беседе со старшим дядей, но вспомнив методы Нин Яо, Нин Хайчэн мгновенно помрачнел.

Взгляд Нин Яо оторвался от Нин Юаньшаня, словно он только сейчас заметил Нин Хайчэна:

— О, братец Чэн тоже здесь. Тот парень у двери — твой человек? Надо же, а я-то гадал, кого это привели, да только манерам он совсем не обучен. Я случайно... всадил ему в тело иголочку, чтобы немного тебя выручить и преподать ему урок.

Нин Хайчэн мысленно фыркнул. Стоило Нин Яо вот так вот воткнуть кому-то иглу, как паралич конечностей на полдня — это еще цветочки. Он действительно остался все тем же бессердечным и безжалостным ублюдком. Не удержавшись от сарказма, Нин Хайчэн протянул:

— Вообще-то он человек из армии, от чьего же имени кузен учит его манерам?

— Какая жалость, но, будучи начальником Шестого отдела военной разведки, я ношу воинское звание подполковника, — не моргая, Нин Яо уставился на Нин Хайчэна своими красивыми глазами. — Кстати, должен поблагодарить братца Чэна: если бы не твое великодушное уступчивое отречение, Шестой отдел вряд ли достался бы мне.

Соль на рану! Это же открытая, кристально чистая соль на свежую рану! Великодушное уступчивое отречение? Да услышь эту фразу дворовая собака клана Нин, и та бы залаяла в знак крайнего недоверия, что уж говорить о самом Нин Хайчэне. При одном воспоминании о собственных сломанных тогда ребрах у Нин Хайчэна начинали чесаться зубы от злости.

Нин Яо, черт побери, оставался точно таким же омерзительным типом, как и годы назад! Обыкновенный сирота, у которого оба родителя сгинули в могиле, если бы не содержание клана, добился бы он чего-то в жизни?

— Нин Яо, ты ведь редко бываешь дома, садись скорее, давай поговорим спокойно, — заметив выражение лица Нин Хайчэна, Нин Юаньшань поспешил сменить тему.

Хотя в душе он тоже начал задавать себе вопросы: Нин Яо ведь еще даже не вызывали, с какой стати он приперся по собственной воле?

Нин Яо кивнул и с абсолютно непринужденным видом уселся в кресло, закинув ногу на ногу — изящный, расслабленный, вылитый благовоспитанный аристократ. Глядя на него, никто бы в жизни не догадался, что секунду назад он щедро засыпал здоровущую горсть соли на чужую незаживающую рану.

Кулаки Нин Хайчэна сжались, но в конце концов он разжал их: сейчас портить отношения с Нин Яо до конца было нельзя, иначе, если тот упрется рогом, о браке можно забыть окончательно. Но сдержать желчь Нин Хайчэн не смог и все же ядовито бросил:

— У кузена поистине выдающиеся таланты. Человек за дверью приехал со мной и вообще-то является гостем, неужели в традициях гостеприимства нашего клана Нин заведено тыкать в людей иголками?

— Ох, — легко усмехнулся Нин Яо. — Братец Чэн может не переживать, я использовал новейшие биологические иглы, они очень скоро сами растворятся в крови и тканях организма, вреда для здоровья никакого. Если в будущем братец Чэн почувствует себя плохо где-нибудь еще, я с радостью поставлю и тебе парочку уколов — эффект превосходный.

— Благодарю кузена за беспокойство, — со свинцовым лицом Нин Хайчэн опустился в кресло напротив Нин Яо.

Нин Юаньшань, наблюдая за этим со стороны, мысленно вздохнул: эх... Хайчэн все-таки слишком молод и не обладает должной выдержкой. Среди молодежи, кроме Утун, пожалуй, никто по силе духа не мог тягаться с Нин Яо — куда уж этому дурню с ним состязаться.

— Нин Яо, не буду ходить вокруг да около: раз ты вернулся, то, должно быть, знаешь о деле с замужеством, — Нин Яо был слишком умён, тратить время на пустые намеки бессмысленно, поэтому Нин Юаньшань решил говорить прямо. — Высказывай свои мысли, любые молодые таланты важны для клана Нин, мы уважаем твое мнение.

— Дядя Нин, я вернулся лишь за тем, чтобы прояснить, что именно стряслось с Утун.

В конце концов, личная неприязнь к Нин Хайчэну — это одно, но Нин Яо не собирался ломать себе жизнь из-за желания с ним посчитаться.

— С Утун до сих пор нет связи, новости о ней передали через третьих лиц. Странно лишь то, что семья Чу тоже узнала об этом, после чего и встал вопрос о замене кандидата, — пояснил Нин Юаньшань. — Звонок от генерала-майора Чу я принимал лично.

— Он звучал сердито? — поинтересовался Нин Яо.

Нин Юаньшань покачал головой:

— Голос был совершенно спокойным. Он просто сообщил о своем решении заменить кандидата и повесил трубку.

Нин Яо мысленно прикинул: и всё? Вот так просто?

— История с Утун еще не закрыта, старший дядя, этот брак был заключен еще десять лет назад, как можно вот так запросто менять людей? — вмешался Нин Хайчэн.

Нин Яо бросил на него мимолетный взгляд и, проигнорировав реплику, продолжил говорить с Нин Юаньшанем:

— Дядя Нин, дело Утун действительно требует расследования, она не настолько опрометчива, возможно, здесь кроются какие-то скрытые причины. Ну а что касается брака — раз этот генерал-майор лично высказался, то даже если с Утун произошла досадная ошибка, боюсь, повернуть всё назад уже не удастся.

— Судя по словам кузена, ты уже твердо решил выйти замуж туда? — поинтересовался Нин Хайчэн.

Нин Яо чуть прищурился, потер заколку в волосах, затем снова переплел пальцы рук на коленях и слегка выпрямился:

— А у тебя есть другие предложения? Проблемы возникли у твоей сестры, а вовсе не у меня, Нин Яо.

— Ну, в этом еще стоит разобраться, братец Нин.

Едва Нин Яо договорил, как в разговор бесцеремонно вторгся еще один голос. Оглянувшись, Нин Яо увидел входящего Нин Лю — сына третьего дяди Нин Юаньшаня.

Нин Лю было всего семнадцать, внешне он уродился смазливым, но вот высокомерие во взгляде и неприятный тон выдавали избалованного ребенка. Нин Яо не видел его уже несколько лет, и вот теперь он внезапно нарисовался... Нин Яо невольно покосился на Нин Хайчэна, заметив, как тот сидит в кресле — удивительно, откуда вдруг столько выдержки?

Увидев, как Нин Лю так бесцеремонно вваливается в комнату, Нин Юаньшань нахмурился:

— Сяо Лю, мы обсуждаем серьезные вопросы, какого черта ты сюда заявился? Совсем потерял манеры.

Нин Лю все же немного побаивался старшего дядю, поэтому тут же принялся оправдываться:

— Старший дядя, я просто услышал, что братец Чэн и братец Нин вернулись, мы так давно не виделись, вот я и заглянул поздороваться. К тому же, братец Нин ведь только что тоже зашел без приглашения.

— О? Ты своими глазами видел? — с улыбкой посмотрел на него Нин Яо.

— Ну... — Нин Лю на секунду замялся. Он прибежал сюда, получив тайное сообщение от Нин Хайчэна, откуда ему было что-то видеть? — Я... я не подглядывал из укрытия.

Услышав такое, Нин Хайчэн даже не нашелся, что сказать. Ему задают вопрос — а он отвечает как на духу, ну какая же честность! Мозгов хотя бы чуточку включить нельзя было?!

— О, — уголки красивых глаз Нин Яо изогнулись, после чего он глубоко, многозначительно посмотрел на Нин Хайчэна, но разоблачать никого не стал.

Нин Хайчэн прекрасно понимал, что вновь проиграл раунд, и втайне заскрежетал зубами, однако виду не подал. Вместо этого он обратился к Нин Юаньшаню:

— Старший дядя, третий младший брат тоже член клана, он имеет полное право присутствовать при обсуждении. Он еще ребенок, послушает — ничего страшного.

«Еще ребенок» — поистине забавный оборот. То есть всё, что этот сопляк скажет дальше, следует списывать на детскую наивность? Нин Яо провел языком по пересохшим губам, еле сдерживая смех.

И точно: не успел Нин Юаньшань выразить свое мнение, как Нин Лю уже вовсю разразился тирадой. В таком возрасте, с таким красноречием — тсс, просто пища для ушей:

— Старший дядя, я ведь тоже слышал об этом от отца. Сестрица Утун с детства ко мне хорошо относилась, я не верю, что она способна на такую глупость — даже если она не думает о себе, о нас-то она должна была побеспокоиться. По-моему, здесь кто-то банально подстроил нам ловушку, чтобы мы в нее угодили. Род Чу силен, кто же отказался бы запрыгнуть к ним в постель ради славы и почета? И еще, меня всегда мучил один вопрос: братец Нин, ты что, знаком с генерал-майором? С чего бы ему называть по имени именно тебя, а не кого-то другого?

Нин Яо мысленно усмехнулся: прямо или косвенно, но под тем, кто «подстроил ловушку», подразумевали именно его.

— Если говорить о знакомстве, то мы действительно знакомы, — в упор глядя на Нин Лю, с полуулыбкой произнес Нин Яо. — Зато ты — сын третьего дяди — просто поразителен, в столь юном возрасте, а уже мастак строить теории.

Услышав, что Нин Яо открыто признает знакомство с тем человеком, Нин Лю даже преисполнился гордости. Подумаешь, Нин Яо! О нем столько всего страшного рассказывали, а его собственные слова оставили того без единого возражения.

— Братец Нин, так ты признаешь?

— В чем именно признаю? Выкладывай, послушаю.

— Нин Лю, прекрати баловаться! — Нин Юаньшань помрачнел, переводя тяжелый взгляд то на Нин Лю, то на Нин Хайчэна. Неужели они думали, что он не видит этих дешевых трюков! Уж он-то прекрасно знал цену способностям Нин Лю.

— Старший дядя, я не балуюсь, пусть я и мал, но тоже хочу внести свой вклад в благополучие клана... — Нин Лю в этот момент уже не обращал внимания на предостерегающие взгляды Нин Хайчэна, продолжая гнуть свою линию. — Братец Нин, как ни крути, а генерал-майор Чу — мужчина сестрицы Утун, среди младших мы всегда держимся вместе, да и в конце концов, у друзей жен не уводят... Отнимать чужого мужа у сестрицы... ну как-то нехорошо, к тому же братец Нин сам мужчина...

Нин Яо рассмеялся. Глаза его сузились в лучики, а в сияющем взгляде почти физически ощущалось переизбыток эмоций. При виде этого у Нин Лю внезапно ёкнуло сердце, и по телу мгновенно растеклась волна тревоги. Нахмурившись, он попытался продолжить, сыпля словечками про братца Нина и разыгрывая карту семейных ценностей — человек со стороны наверняка подумал бы, что у Нин Яо полностью отсутствует человечность. Однако в этот самый момент резкий окрик Нин Юаньшаня оборвал его на полуслове.

— Хватит! — Нин Юаньшань резко подскочил с кресла, его лицо побелело от ярости.

Нин Лю опешил. Что бы он ни говорил, мишенью его выпадов был Нин Яо, простой выходец из побочной ветви. Даже если он позволил себе лишнего в выражениях, старший дядя всегда баловал его, с какой стати так бесноваться?

— Старший дядя, я...

— Заткнись! — Нин Юаньшань сейчас злился по-настоящему. Нападать на кого угодно было бы еще куда ни шло, но только не сметь произносить подобное перед Нин Яо! — Чему мы с твоим отцом тебя учили, неужели всё забыл?! Нужно быть благодарным за добро! Если бы не твой братец Нин тогда, все вы, младшие, сгинули бы в лапах чужаков! Мало того, что ты не умеешь быть признательным, так еще несешь эту чушь!

— Он... спас мне жизнь? — Нин Лю остолбенел от шока. Тот давний эпизод он всегда считал детскими шуточками — в конце концов, тогда он был совсем мал и ничего не помнил, да и сам Нин Яо был подростком. Даже если тот и помог, насколько велик мог быть его вклад?

http://bllate.org/book/22821/2423275