Чжоу Юйцы не видел её лица, но по тону Су Ли уловил нотки нежной привязанности.
Он остался весьма доволен: доверие возлюбленной стало тем самым кирпичиком, что укрепил их только начавшиеся близкие отношения. Чжоу Юйцы, вкусив желаемой любви, почувствовал себя словно мороженое в горькой шоколадной глазури, внутри которого начала таять нежная сливочная начинка.
— Обманул, приеду к тебе после обеда.
Су Ли приподняла телефон. Чжоу Юйцы опустил взгляд, делая вид, что очень увлечён салатом из ланч-бокса. Его вилка то и дело тыкала в листья салата, оставляя в них дырочки. Он, прикрываясь этим занятием, пробормотал:
— Тётушка Чжан сказала, что сварила для тебя суп, я заодно прихватил его с собой.
Заодно — чтобы сделать что-то «заодно», всегда нужна основная цель.
Су Ли улыбнулась, не став разоблачать его скромность, тонкую, как крылья цикады.
У Чжоу Юйцы было мало свободного времени — лишь на короткий звонок, чтобы перекинуться парой ласковых слов. Су Ли отправила ему адрес своего нового дома. Она всё ещё лежала на полу, чувствуя, как грудь наполняется тихим удовлетворением, которое дарит любовь.
Пролежав в полудрёме на полу добрых полчаса, она поднялась. Глядя вниз на улицу, она подумала, что в такой момент, полный нежности и счастья, ей следовало бы чувствовать себя радостно, но вдруг её словно пронзило холодным воздухом. Она оглянулась, заметив, что в этом месте, где всё так привычно, всё одновременно и чуждо.
Она машинально коснулась своей гладкой шеи.
До перемещения Су Ли ничем не отличалась от обычного человека, но здесь её признали инвалидом — бетой с недоразвитой железой.
Утреннее спокойствие вмиг разбилось, как мыльный пузырь. Выражение её лица стало холоднее, и, борясь с нарастающей паникой, она открыла чат с Чжоу Юйцы.
Словно моля о лекарстве, она быстро напечатала: Сяо Цы, давай я приеду к тебе.
…
Ответа не было. Су Ли уже успела принять душ и переодеться. Когда она вышла, телефон всё ещё молчал. Глядя на солнце, наполовину скрывшееся за облаками, она поняла, что сейчас ей жизненно необходимо, чтобы кто-то её обнял.
Су Ли ненавидела эти внезапные, тёмные эмоции, словно подкрадывающиеся в тени, — они постоянно напоминали ей о детстве, когда её бросали одну.
Особенно после перемещения чувство, что она в этом мире совершенно одна, постоянно пожирало её изнутри.
Ей нужно было найти способ заглушить эту тоску.
Когда она приехала, Сунь Цзяцзя очень обрадовалась и, обняв её, воскликнула:
— Сестрица Сяо Ли, ты что, не уходишь?
Су Ли вручила ей купленные по дороге кофе и десерты и потрепала по голове:
— Нет, просто сегодня днём выдалась свободная минутка, решила навестить вас.
Сунь Цзяцзя явно неверно истолковала её слова, решив, что Су Ли после повышения всё ещё скучает по старым коллегам. Она опустила уголки губ, сдерживая слёзы, и сказала:
— Не переживай, мы обязательно будем хорошо работать.
Су Ли не поняла, почему Сунь Цзяцзя вдруг так воодушевилась, обещая стараться. Она ведь даже не их начальник, и если бы они ленились, Су Ли было бы всё равно. Она ущипнула Сунь Цзяцзя за щёку и, небрежно сменив тему, произнесла:
— Иди раздай всем угощение.
Её взгляд скользнул по толпе и остановился на Чжоу Юйцы, стоявшем в центре. Он ещё не заметил её прихода. Для съёмок на нём был строгий костюм, волосы зачёсаны назад, открывая красивые брови и глаза. Он с холодным видом слушал указания фотографа, но спустя мгновение кто-то рядом что-то ему сказал.
Чжоу Юйцы поднял голову и посмотрел в её сторону. Сквозь шум толпы и суету Су Ли чувствовала лишь раздражение, но, закусив губу, она мягко улыбнулась. В воздухе их взгляды столкнулись, словно два магнита.
Он улыбнулся, и холод на его лице мгновенно растаял.
Чжоу Юйцы даже поднял руку и слегка помахал пальцами. Из-за этого жеста все, кто окружал его, обернулись к Су Ли.
Взгляды других лишь скользнули по ней, не задерживаясь.
И только взгляд Чжоу Юйцы долго оставался прикованным к ней.
Потому что для остальных она была никем, а для него — всем.
На перерыве, так как Чжоу Юйцы заказал для всех полдник, заполнивший всю студию, он под благодарные возгласы коллег ушёл и в одиночестве сел в машину.
На заднем сиденье уже кто-то был. Чжоу Юйцы подошёл, в его голосе зазвучали игривые нотки влюблённого:
— А Ли, ты и правда не можешь без меня.
Сказал он это с гордостью, но лишь в шутку.
Су Ли кивнула и искренне ответила:
— Да.
Подойдя к заднему сиденью, Чжоу Юйцы упёрся рукой в кресло перед Су Ли. Он слегка наклонился, почти зажав её между собой и сиденьем, и на мгновение замер, в его глазах промелькнули сложные чувства.
Су Ли подняла на него взгляд — её глаза, влажные и блестящие, напоминали птенца, жаждущего неба.
Сердце Чжоу Юйцы дрогнуло под этим взглядом, он шевельнулся, собираясь спросить, что случилось.
В следующую секунду Су Ли легко подалась вперёд, обняв его за талию. Она прижалась щекой к его животу. Ткань костюма была довольно жёсткой, и это было не слишком удобно, но Су Ли почувствовала облегчение, словно обрела опору.
Чжоу Юйцы, чувствуя такую зависимость от себя, свободной рукой осторожно погладил её по уху. Он смущённо покосился на окно — край занавески отогнулся, впуская яркий луч света.
Половина лица Чжоу Юйцы оказалась в тени, а нижняя — на свету. Он убрал руку с кресла, ведь теперь, когда Су Ли его обнимала, не было нужды удерживать её в замкнутом пространстве. Он прикрыл губы ладонью и тихо прошептал:
— Сестрица А Ли, ты такая прилипчивая.
Но не смог сдержать довольной улыбки.
Су Ли медленно дышала, вдыхая запах феромонов Чжоу Юйцы. Она хотела целиком спрятаться в его объятиях, пропитаться этим ароматом до последней ниточки одежды.
Увы, безуспешно.
Она отстранилась. Чжоу Юйцы посмотрел на неё сверху вниз и спросил:
— Достаточно?
Су Ли покачала головой и потянула его за край пиджака:
— Присядь, давай поговорим, а потом, когда закончишь съёмки, сходим куда-нибудь поужинать.
Чжоу Юйцы послушно сел рядом с ней. Он болтал ногами, демонстрируя юношескую энергию, и, взяв Су Ли за руку, просунул свои пальцы между её пальцами:
— Ты не можешь подождать? Съёмки скоро закончатся.
Су Ли ничего не ответила. Она наклонилась, что-то доставая из сумки, не выпуская его руки.
Чжоу Юйцы с любопытством спросил:
— Что ты ищешь?
Су Ли медленно выпрямилась и протянула ему небольшой букет роз. Когда она ехала сюда, её терзала тревога — та самая тревога одиночества, которую не мог заглушить даже взгляд на остаток средств на счету.
Она смотрела на шеи прохожих, на их железы — у альф и бет они были не слишком заметны, в отличие от омег с их припухлостями под пластырями с ингибиторами. Вспомнив о себе, она остановилась у цветочного магазина, где у входа стояли свежие цветы.
Неудивительно, что здесь так пахло.
Она сразу подумала о Чжоу Юйцы и купила розы — символ любви.
Красные розы цвели ярко, источая густой, почти вульгарно-сладкий аромат, бьющий прямо в сердце влюблённого.
Су Ли протянула букет:
— Я не могу ждать, потому что эти цветы сейчас в самом цвету.
Сердце Чжоу Юйцы тут же наполнилось восторгом, радость разлилась по венам. Он взял розы. Букет был совсем маленьким, но он всё равно низко наклонился, чтобы тщательно вдохнуть этот аромат. Приподняв веки, он одарил её лицом, обрамлённым розами, — в нём было столько жизненной силы, что Су Ли невольно подалась ближе.
Она вдыхала аромат любимого, смешанный с густым запахом роз, воздух стал тяжёлым и вязким, атмосфера сама собой сделалась интимной.
Су Ли повторяла свой сценарий любви, как будто заново расставляла мебель в комнате. Лицо человека напротив изменилось, но она, погружённая в процесс, не придавала этому значения.
Ей было важно лишь то, что она искренне наслаждалась этой самоотдачей.
Словно канатоходец, она любила это опасное, шаткое чувство.
Именно его Су Ли считала любовью.
Её глаза ярко сияли, она не скупилась на эмоции, а тот, кто их принимал, верил, что это и есть любовь.
То абстрактное, неопределимое и недолговечное чувство, которое люди назвали одним словом — любовь.
Чжоу Юйцы с улыбкой и лёгкой досадой произнёс:
— А Ли, я с тобой просто не могу.
В его голосе сквозило желание похвастаться. Он обнял Су Ли, и между ними оказался букет роз. Аромат цветов окутал их. Су Ли прикрыла глаза, чувствуя, как он её целует.
Чжоу Юйцы, как обычно, лишь робко коснулся её губ и отстранился.
В этот момент в дверь постучали. За дверью машины послышался голос Сунь Цзяцзя:
— Брат Сяо Цы, босс пришёл навестить нас на съёмках.
— Понял, — ответил Чжоу Юйцы. — Какое совпадение.
Он взъерошил волосы Су Ли:
— Ничего не поделаешь.
Су Ли опомнилась и спокойно ответила:
— Ничего страшного, я подожду тебя.
Чжоу Юйцы улыбнулся. Он не выпустил розы из рук, решив оставить их при себе. Су Ли предупредила:
— Нас могут сфотографировать.
Чжоу Юйцы, уже готовый выйти из машины, обернулся. В его глазах отразились сложные, трудноразличимые эмоции. Он спросил:
— Ты боишься?
Су Ли покачала головой и твёрдо ответила:
— Не боюсь. Я буду рядом с тобой.
Получив ответ, Чжоу Юйцы не смог сдержать улыбки. Он сорвал лепесток упавшей розы и поднёс к носу. Аромат цветов мгновенно пропитал его пальцы. Ничего не сказав, он открыл дверь и вышел.
Су Ли немного подождала в машине, поправила одежду и последовала за ним.
Как только она открыла дверь и встала на подножку, с этой высоты ей легко было разглядеть человека, окружённого толпой.
В таком же костюме, с такими же зачёсанными назад волосами, открывающими похожие черты лица, — они стояли рядом, словно близнецы.
Чжоу Юйцы, прижимая к груди розы, поднял глаза и посмотрел на неё. Их взгляды встретились над головами людей, словно они были влюблённой парой.
Стоявший рядом Лян Юаньчэн слегка улыбнулся, его взгляд скользнул с роз в руках Чжоу Юйцы на лицо Су Ли.
Лян Юаньчэн стоял под лучами солнца, его глубоко посаженные глаза излучали ауру человека, привыкшего к власти. Су Ли замешкалась, чувствуя, что он — сплошная неприятность.
Су Ли встретила взгляды Лян Юаньчэна и Чжоу Юйцы. Не дрогнув, она сошла с подножки, подошла к толпе и, слегка изогнув губы, одарила их мягкой, спокойной улыбкой.
Так как Чжоу Юйцы и Лян Юаньчэн стояли плечом к плечу, им обоим показалось, что улыбка адресована именно им.
Чжоу Юйцы был уверен, что она улыбается ему. Ведь Су Ли примчалась сюда с цветами, а в её глазах плескались сильные чувства, словно в озере, где отражается луна, — стоило ветру коснуться воды, как пошли рябь, такая искренняя и глубокая.
Чжоу Юйцы всегда боялся, что страсть быстро угаснет.
Но Су Ли смотрела на него, ждала его, пришла ради него — она была такой открытой и искренней, что у Чжоу Юйцы возникла иллюзия: стоит ему обернуться, и он всегда увидит Су Ли.
Лян Юаньчэн, также принявший улыбку на свой счёт, замер. На мгновение ему показалось, что время повернуло вспять: он увидел ту же Су Ли, что несколько месяцев назад шла к нему с такой же улыбкой. Он стоял в цветущем розовом саду, и ветер шелестел лепестками, разнося шёпот роз.
Каждый цветок под солнцем казался особенным, ведь Су Ли посадила их сама, каждый нёс на себе её отпечаток, и все они были подарены ему.
Аромат роз был густым и пьянящим, и даже после того, как последняя роза в саду завяла, Лян Юаньчэн часто чувствовал этот запах во сне.
Он скосил глаза на букет в руках Чжоу Юйцы — жалкая попытка подражания. Он почувствовал абсурдную насмешку, будто в историю, где было лишь двое главных героев, случайно вклинился лишний человек.
Лян Юаньчэн слегка улыбнулся, подставляя лицо уже не греющему солнцу. Очки на его переносице отбрасывали тень, создавая иллюзию мягкости.
— Красивые цветы, — похвалил он.
Чжоу Юйцы поджал губы, не в силах сдержать сладкую улыбку человека, по уши влюблённого.
— Спасибо, — тихо ответил он.
Лян Юаньчэн остался равнодушен, но, видя искренность Чжоу Юйцы, в его сердце впервые промелькнула капля жалости.
Краем глаза он заметил, что Су Ли по-прежнему стоит в стороне, тихо ожидая. Толпа шумела, разбирая принесённые ею угощения, все смеялись, а она стояла особняком, пристально глядя на них — на него или на владельца роз?
Лян Юаньчэн опустил глаза. Чжоу Юйцы кончиками пальцев нежно касался лепестков, и яркий цвет роз отражался на его коже, словно окрашивая её в алый.
— Мне тоже когда-то дарили розы, — произнёс Лян Юаньчэн с ноткой ностальгии.
Чжоу Юйцы слегка нахмурился, не понимая, зачем Лян Юаньчэн заговорил о прошлом. Су Ли, стоявшая поодаль, тоже услышала это и отвела взгляд, погружаясь в собственные воспоминания.
— Это был подарок на день рождения от моей девушки. В тот день она подарила мне целый сад роз, — Лян Юаньчэн повернулся и, не мигая, уставился на Су Ли. Видя, как она задумалась, он продолжил: — Я должен был поблагодарить её, но забыл сказать слова, лишь стараясь отплатить подарками подороже. Я забыл, что некоторым людям нужно нечто большее, чем деньги.
Чжоу Юйцы легко улыбнулся и, как посторонний, пусто и дежурно утешил его:
— Если ты до сих пор помнишь об этом, то сказать ей сейчас ещё не поздно.
— Думаешь, не поздно? — Лян Юаньчэн отвёл взгляд от Су Ли и посмотрел на него. В его глазах таилось глубокое желание. Он излучал природное давление альфы, его крепкая фигура в костюме источала амбиции — именно такие люди были неприятны Чжоу Юйцы. С виду человек, а на деле — зверь.
Чжоу Юйцы чуть отодвинулся, следя, чтобы Лян Юаньчэн не задел его розы, и равнодушно ответил:
— Если ты сам считаешь, что не поздно, значит так и есть.
— Я тоже так думаю, — Лян Юаньчэн кивнул. Он собирался сказать пару вежливых фраз и закончить визит. Он оказался здесь случайно — инспектировал отель неподалёку и, стоя у входа, увидел Су Ли, спешащую с розами в руках.
Их разделяла лишь дорога. Лян Юаньчэн видел, как она идёт в красивом платье, словно на свидание, её шаги были быстрыми и лёгкими, а на лице играла улыбка предвкушения.
Раньше он часто видел такое выражение — эмоции, которые могла дарить Су Ли только ему. Ему стало любопытно, и в этом любопытстве сквозила злоба: неужели она правда смогла забыть его?
Такое же выражение лица, те же розы, даже платье, которое они купили вместе.
Она пронеслась мимо него со всеми их общими воспоминаниями, спеша к другому человеку, словно призрак из его прошлого.
— Сяо Цы, — Су Ли прервала их светскую беседу. Она подошла, забрала у Чжоу Юйцы букет и, сохраняя привычное спокойствие, обратилась к Лян Юаньчэну: — Босс, спасибо за сегодняшний полдник.
При её появлении в глазах Чжоу Юйцы разлилась улыбка. Они стояли, разделенные Лян Юаньчэном, не проявляя близости, даже не обмениваясь взглядами, но между ними словно возникла прозрачная стена, отделяющая их от всех остальных, включая самого Лян Юаньчэна.
Его улыбка померкла, он промолчал.
Чжоу Юйцы взял инициативу на себя, представив Су Ли с лёгким оттенком собственничества:
— Это Су Ли, мой бывший ассистент, а теперь она готовится стать моим агентом. — Он протянул руку в сторону Су Ли, а затем перевёл её на Лян Юаньчэна: — Сяо Ли, ты ведь уже виделась с боссом?
Су Ли с улыбкой кивнула, изображая сотрудника, который видел начальника всего пару раз, с долей отчуждённой лести:
— Когда я впервые зашла в кабинет босса, там всё было совсем иначе, чем в твоей гримёрке, Сяо Цы.
Чжоу Юйцы ответил ей:
— Разумеется, босс и сотрудник — разве это одно и то же?
Его глаза сощурились, улыбка стала глубже.
Лян Юаньчэн холодно смотрел на эту молодую пару. Внезапно он почувствовал бессилие: казалось, он приехал сюда лишь для того, чтобы сыграть роль злодея, разлучающего влюблённых, или помочь Су Ли доказать прочность её новых отношений.
Эта мысль мелькнула, как кусочек льда, и тут же была отброшена.
Его взгляд упал на затылок Чжоу Юйцы, на кончики волос, не опускаясь прямо на железу. В душе он усмехнулся, но на лицо вернул улыбку. Его тон стал мягким, как у начальника, заботящегося о подчинённом:
— Остались нерешённые вопросы с прошлого раза. Почему бы нам не воспользоваться сегодняшним временем и не обсудить их?
Как только он закончил, Чжоу Юйцы перевёл взгляд с одного на другого, в его глазах читался явный вопрос. Наконец он посмотрел на Су Ли.
Су Ли улыбнулась. Обнимая букет, она мягко сказала:
— Мне кажется, в прошлый раз мы всё уже достаточно ясно обсудили.
Лян Юаньчэн:
— У меня есть дополнения, и я считаю, что тебе стоит их выслушать.
Су Ли приподняла веки. Она искренне чувствовала раздражение, но оно не доставляло ей мучений — это было похоже на то, как если бы она хотела сегодня поужинать барбекю, но ради свидания пришлось бы учитывать вкусы Чжоу Юйцы, а завтра можно поесть и барбекю. Поэтому её эмоции остались ровными. Она посмотрела на Чжоу Юйцы, обменявшись с ним понимающим взглядом, и ответила Лян Юаньчэну:
— Хорошо.
Чжоу Юйцы добавил:
— На съёмочной площадке слишком много людей, давайте поговорим в моём фургоне.
Лян Юаньчэн не возразил. Су Ли кивнула и повела его к машине.
Она первой поднялась в фургон, аккуратно поставила букет и, привычно достав минеральную воду, налила её в бумажный стаканчик и протянула Лян Юаньчэну.
http://bllate.org/book/22834/2424635
Готово:
