Готовый перевод My Wives Are All Beautiful, Strong, and Tragic (Quick Transmigration) / Каждая жена — красавица, сильна и несчастна: Глава 1

Вопреки ожиданиям, в тот самый момент, когда Янь Цзиньчжао уже приготовился пожертвовать своим имиджем, лишь бы не надевать женское платье, Чу Цзюгэ внезапно подал голос:

— Я возьму на себя роль новобрачной… этой женщины.

Воцарилась тишина. Чу Цзюгэ, казалось, совершенно не замечал пристальных взглядов, устремленных на него, и невозмутимо добавил:

— У меня лучше развиты актерские навыки, шансов, что меня не разоблачат в женском образе, гораздо больше.

Остальные участники тут же понимающе закивали, восхищаясь профессионализмом Чу Цзюгэ. Хуан Чэнчэн принялся в открытую и исподтишка упрекать Янь Цзиньчжао в отсутствии проницательности и нежелании работать, за что удостоился лишь холодного взгляда.

Но только Янь Цзиньчжао заметил, что Чу Цзюгэ на самом деле тоже совсем не хотел переодеваться в женщину. Будучи актером, всецело преданным своему делу, и занимая высокое положение, он совершенно не был приспособлен к формату развлекательных шоу. Увидев в сценарии слова «новобрачная жена», он едва не утратил самообладание, не сумев сохранить свою фирменную невозмутимость.

И вот этот самый Чу Цзюгэ, заметив отвращение и неприязнь Янь Цзиньчжао к женскому наряду, не раздумывая решил взять эту роль на себя, подыскав подходящий предлог. Вся его забота и чуткость были скрыты в этих словах и поступках.

Взгляд Янь Цзиньчжао смягчился.

Он последовал за остальными в гримерную, переоделся в небесно-голубой халат с широкими рукавами, уложил темные волосы в высокую прическу, закрепив их серебряным венцом, и получил в руки белый складной веер.

Стоило ему раскрыть веер и слегка взмахнуть им, как лицо юноши озарилось улыбкой — перед всеми предстал настоящий благородный муж, воплощение изящества и стиля.

Сяо Сяо, одетый в черный тренировочный костюм, при виде такого преображения сперва покраснел, очарованный мужественной красотой Янь Цзиньчжао в древнем облачении, но тут же поперхнулся и сделал кислое лицо:

— Ты выглядишь слишком хорошо, не находишь? Рядом с тобой я чувствую себя обычным телохранителем… Впрочем, с твоей харизмой играть ловеласа — проще простого. Ты даже просто стоишь, а уже выглядишь как негодяй, разбивающий сердца затворниц. Скрытое задание в кармане!

Янь Цзиньчжао бросил на него косой взгляд:

— По легенде, мой персонаж с первого взгляда влюбился в первую красавицу Цзяннани, раскаялся в прошлых грехах и стал преследовать её, пока наконец не добился взаимности. Сейчас у нас медовый месяц, и в моих глазах, кроме супруги, не может быть никого другого.

— А потом, когда красавица наскучит, вернешься к прежним развлечениям? — подшутил подошедший Ли Шэнь, выглядевший очень благородно в красных чиновничьих одеждах первого ранга.

Пока они перешучивались, дверь последней гримерной наконец отворилась, и оттуда медленно вышел изящный, ослепительно красивый молодой человек.

Янь Цзиньчжао, до этого момента сохранявший безразличный вид, замер.

Чу Цзюгэ был облачен в плиссированное платье из лунно-белого парчового шелка, а в его собранные волосы была вколота простая, но элегантная нефритовая шпилька. На лбу красовалось украшение в форме капли, а аккуратно уложенная челка открывала чистый лоб. На фоне холодно-белой кожи красная драгоценность выглядела еще роскошнее.

Грим сгладил резкие черты лица, придав облику мягкость. Издалека он и в самом деле казался существом неопределенного пола.

Красота юноши осталась прежней, как и его холодноватая отстраненность, но из-за непривычного макияжа и одежды в нем проступила легкая застенчивость, от которой было невозможно оторвать глаз. В этом женском наряде он выглядел не нелепо, а необычайно эффектно.

Как актер, привыкший полностью погружаться в роль, Янь Цзиньчжао почувствовал, как сердце пропустило удар. Он будто наяву прочувствовал, как тот самый ловелас из легенды мог влюбиться в свою жену с первого взгляда.

Вспомнив шутку Ли Шэня, он понял, что охлаждение чувств здесь невозможно. Такая красавица достойна того, чтобы её любили всю жизнь, и чтобы они вместе состарились, храня верность друг другу…

— Тц.

Осознав, о чем он думает, Янь Цзиньчжао прикусил язык, чтобы прийти в себя. В этот момент Чу Цзюгэ уже подошел к нему.

Сам Чу Цзюгэ, поначалу смущавшийся своего наряда, в тот миг, когда увидел Янь Цзиньчжао, был полностью очарован его элегантным и статным видом. Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы не потерять лицо, и, не в силах скрыть восхищение, произнес:

— Ты очень хорош в этом костюме.

Ему не терпелось поскорее начать играть с Янь Цзиньчжао в этой исторической постановке.

Янь Цзиньчжао долго колебался, но так и не решился сказать вслух: «Ты тоже очень хорош в женском платье», поэтому лишь сощурил свои персиковые глаза и искренне ответил:

— Брат Чу выглядит еще лучше.

Сяо Сяо и Ли Шэнь, стоявшие рядом: Простите, а нас здесь двое живых людей, нас никто не хочет похвалить?

Комментарии в чате трансляции были как всегда точны:

— Кто-то знает, что они на шоу, а кто-то подумает, что они примеряют свадебные наряды.

— Я тоже считаю, что они оба прекрасны, но не слишком ли долго они краснеют, глядя друг на друга?

— Женский образ Гэ-Гэ — это просто подарок для моих глаз, жизнь прожита не зря!

— Снимите с ними стосерийную дораму по этому сценарию, пожалуйста, только с этими двумя в главных ролях.

Как победители прошлой игры, пара Чао-Гэ отправилась в путь на полчаса раньше остальных трех пар, наслаждаясь временем наедине.

Чу Цзюгэ, чувствуя себя неловко в юбке, семенил за Янь Цзиньчжао. Мелкие шажки придавали ему сходство с благородной девицей из древности, знающей правила приличия.

Янь Цзиньчжао замедлил шаг, поравнявшись с ним.

Он смотрел на молчаливого Чу Цзюгэ и впервые чувствовал себя немного растерянным. Янь Цзиньчжао осознал, что в их общении инициатива всегда исходила от партнера. Человек, которому так трудно давались слова, всегда неуклюже, но настойчиво тянулся к нему.

Ворота парка развлечений приближались. Скоро им предстояло официально войти в роль и предстать перед NPC.

Чу Цзюгэ наконец завершил внутренний диалог с самим собой, убеждая себя: «Носить женское платье — не позор, я хороший актер», «Даже если это стыдно, это важнее, чем упустить любимого», «Вживайся в роль, я теперь законная жена Янь Цзиньчжао», «Раз уж мы законные супруги, нужно постараться превратить эту временную карту опыта в постоянный VIP-статус».

Он ухватился за широкий рукав Янь Цзиньчжао, покраснел до корней волос и, собравшись с духом, произнес чистым голосом:

— М-мы ведь играем молодоженов в период влюбленности, может, нам стоит вести себя… поближе?

Янь Цзиньчжао моргнул:

— Насколько близко?

Глаза Чу Цзюгэ забегали, ресницы задрожали, и он очень смущенно прошептал:

— Ну, например, держаться за руки… или проявлять нежность…

Чу Цзюгэ уже предлагал это до распределения ролей. Очевидно, он очень хотел держаться за руки и миловаться с Янь Цзиньчжао, и ради этого был готов даже надеть женское платье, используя роль в качестве оправдания.

Он так долго молчал и колебался, явно стыдясь своих слов, но не в силах подавить желание.

Настоящий безнадежный романтик: стоит ему полюбить, как он идет напролом, не заботясь об имидже и мнении окружающих, лишь бы стать ближе к объекту своего обожания.

Янь Цзиньчжао поджал губы, чувствуя, как уголки рта невольно ползут вверх. Глядя на Чу Цзюгэ, который выглядел разочарованным его молчанием, он внезапно взял его за руку, спрятанную в рукаве.

Пальцы Чу Цзюгэ были длинными и тонкими, ладони — нежными и мягкими, сразу видно, что он привык к комфорту. Рука Янь Цзиньчжао, покрытая легкими мозолями, была чуть крупнее, и их пальцы идеально сплелись в замок.

— Ум…!

Чу Цзюгэ не успел насладиться моментом, как Янь Цзиньчжао поднес их сцепленные руки к своему красивому лицу. Тыльная сторона ладони Чу Цзюгэ оказалась в опасной близости от его губ — он почти чувствовал дыхание партнера.

— Так достаточно близко? — с улыбкой спросил Янь Цзиньчжао. — Или нужно еще ближе? Например, как влюбленные на улице — я обниму тебя за талию?

Сказав это, он бросил взгляд на талию Чу Цзюгэ, перехваченную шелковым поясом — она выглядела такой тонкой и манящей.

— Н-н-нет, достаточно просто держаться за руки!

Лицо Чу Цзюгэ вспыхнуло. Хотя в глубине души он хотел большего, его чувство стыда еще не было окончательно побеждено, к тому же за ними неотступно следовала камера. Он боялся даже представить, как зрители будут смеяться над его видом.

— Вот как? Ну, как хочешь.

Янь Цзиньчжао изобразил разочарование, а затем, склонив голову набок, игриво добавил:

— Раз уж мы должны идеально исполнить роли, не пора ли войти в образ? Например, изменить обращение друг к другу.

— М-м, да, пора.

— И как бы ты хотел, чтобы я тебя называл? Супруга? Дорогая? Или… малышка? Сердечко мое?

Эта внезапная нежность взорвала сознание Чу Цзюгэ. Его мозг, казалось, плавился, а каждое слово превращалось в сладкий сироп, затуманивающий мысли.

Сердце Чу Цзюгэ колотилось так сильно, что он боялся, как бы микрофон не записал этот грохот. Низкий, сексуальный голос любимого человека заставил его ноги стать ватными, и он, вцепившись в рукав Янь Цзиньчжао, едва мог сделать шаг.

Хотя он понимал, что взрослому мужчине, которого называют «супругой», нечем гордиться и фанаты наверняка будут смеяться, Чу Цзюгэ был по-настоящему счастлив.

— Су-супруга… будет достаточно. Этого вполне достаточно.

— Хорошо, сегодня ты — моя супруга.

Янь Цзиньчжао погладил Чу Цзюгэ по волосам, заметив, что парик на ощупь так себе, и, опустив руку, ущипнул его за раскрасневшуюся щеку.

Этот жест был таким дерзким, но он заставлял сердце Чу Цзюгэ биться еще чаще. Янь Цзиньчжао, глядя на этого красавца в древнем наряде, не смог удержаться от соблазна поддразнить его еще сильнее.

Он улыбнулся:

— А как супруга должна называть своего мужа?

Разум Чу Цзюгэ окончательно превратился в кашу, и он машинально ответил:

— Муж… мой?

Янь Цзиньчжао, довольный, сощурил глаза; в этот момент он был похож на лиса, довольно виляющего хвостом:

— Какая послушная супруга.

Сказав это, он, не разжимая рук, уверенно повел Чу Цзюгэ в парк.

Ошеломленный Чу Цзюгэ осознал, что, кажется, открыл в Янь Цзиньчжао какую-то странную черту, лишь когда проходящие мимо старики начали шутить о том, какая у них прекрасная пара.

Зрители в чате были в шоке:

— Я сейчас смотрю историческую дораму?

— Это слишком сладко, я сейчас умру, Чао-Гэ — лучшие!

— Сейчас они держатся за руки, а в следующий раз будут целоваться. VIP-пользователи увидят больше?

— Янь Цзиньчжао наконец показал свое истинное лицо! Он никакой не нежный «мальчик-зайчик», он настоящий хитрый «волчонок»! Посмотрите, как он заигрывает с Гэ-Гэ, тот уже забыл, где находится.

— Видео с этим моментом уже нарезали и выложили в Weibo, оно заняло три места в топе поиска.

— Надеть женское платье ради него, называть его мужем… Чу Цзюгэ, как же сильно ты его любишь.

— Чу Цзюгэ больше не тот холодный неприступный красавец, я и подумать не мог, что в любви он такой… мягкий и податливый.

— +1, если бы я был на месте Янь Цзиньчжао, я бы тоже не удержался. Такой красавец сам лезет обниматься, кто сможет устоять?

— Подождите, все уже решили, что они встречаются, и даже распределили роли?

— А как иначе? Моя пара настолько реальна, что они сами кормят фанатов этим «сахаром».

— Не верю, это всё пиар, после шоу они разойдутся.

— Зачем трехкратному обладателю кинопремии пиариться с непопулярным айдолом?

— А вдруг Янь Цзиньчжао просто водит его за нос ради популярности? Вы посмотрите, как он взлетел всего за неделю!

— Убирайтесь из чата пары Чао-Гэ!

***

По дороге в тематический парк Янь Цзиньчжао и Чу Цзюгэ изучили карту. Решив выполнять задания по очереди, от дальних к ближним, они направились к первой точке.

Первым испытанием был «Ритуал».

Их встретил мужчина средних лет с длинной бородой. Увидев их, он с улыбкой поприветствовал:

— Добро пожаловать! Господин Янь, давно не виделись. Это вы решили прогуляться со своей молодой супругой?

Актерская игра была настолько убедительной, что они невольно вошли в роль.

Янь Цзиньчжао с многозначительной улыбкой ответил:

— В доме супруги строгие правила, она редко выходила в свет. Вот, едва поженились, она упросила меня вывести её на прогулку. Как я мог отказать?

Чу Цзюгэ: «…»

Янь Цзиньчжао игриво добавил:

— Хорошо, что дома её держали в строгости, а то с такой редкой красотой её давно бы приметил кто-нибудь из знати, и мне бы не досталось такое сокровище.

Чу Цзюгэ: //////

Он думал, что Янь Цзиньчжао, айдол с годовым стажем, будет неловко чувствовать себя в ролевой игре, но тот оказался настоящим мастером перевоплощения!

Мужчина рассмеялся и перешел к делу:

— Вы пришли как раз вовремя, у нас акция. Если господин Янь и его супруга пройдут тест, мы поставим печать о выполнении задания на вашей карте и вручим небольшой подарок.

Он продемонстрировал две изящные фигурки-брелоки с сердечками. Чтобы не смущать их, он дал им мужские варианты, у которых сбоку были магниты, позволявшие «мило обниматься».

Глаза Чу Цзюгэ загорелись. Хотя он был равнодушен к милым безделушкам, сама мысль о том, чтобы иметь «парную» вещь с Янь Цзиньчжао, была невероятно соблазнительной.

— Давайте скорее начнем, — поторопил он.

— Хорошо. Вопрос такой: Конфуций говорил: «Без знания ритуала невозможно стать личностью». Ритуал — основа всего. А свадьба — событие жизни, у него тоже есть свои правила. Скажите, что такое «Шесть ритуалов бракосочетания»?

Мужчина подмигнул:

— Вы ведь молодожены, только что прошли через это, неужели не знаете?

Янь Цзиньчжао: «…»

Он понятия не имел. Он и современные свадьбы-то не особо понимал, куда уж там древние!

Но не успел он обратиться к Системе за подсказкой, как Чу Цзюгэ быстро ответил:

— Нацай, Вэньмин, Нацзи, Начжэн, Цинци, Циньин.

— Правильно! — мужчина захлопал в ладоши, а затем подозрительно прищурился. — Господин Янь, вы так талантливы, почему же отвечаете медленнее супруги? Вы точно тот самый Янь Цзиньчжао, что сдал экзамены на отлично?

Это была явная провокация со стороны съемочной группы — они играли слишком хорошо, и организаторы пытались искусственно создать заминку.

Чу Цзюгэ нахмурился, но не успел ничего сказать, как почувствовал, что его обняли за талию. От тепла, исходящего от мужчины, он застыл.

Янь Цзиньчжао прижал его к себе, демонстрируя близость, и с улыбкой ответил мужчине:

— Стыдно признаться, но я так давно мечтал о ней, что когда она согласилась выйти за меня, я от радости забыл обо всем на свете. Все формальности улаживали старшие, поэтому я и растерялся… К тому же моя супруга — первая красавица и умница Цзяннани, для неё такие простые вещи — сущий пустяк.

— …Да, сущий пустяк, — эхом отозвался Чу Цзюгэ, который едва понимал, о чем речь, но под влиянием красоты Янь Цзиньчжао и атмосферы момента тоже полностью погрузился в роль.

Чу Цзюгэ решил взять от ситуации всё. Сдерживая бешеный стук сердца, он обвил руками талию Янь Цзиньчжао и, подняв раскрасневшееся лицо, добавил:

— Я знаю это не потому, что я женщина, — (ведь у него была легенда о переодевании), — а потому, что я с нетерпением ждала дня, когда смогу носить твою фамилию… Я прокручивала эти ритуалы в голове тысячи раз.

Актерская импровизация была на высоте.

Мужчина был в шоке: «Откуда они такие талантливые? Неужели за работу NPC теперь доплачивают тем, что кормят собачьим кормом?»

Зрители тоже были ошеломлены:

— Как думаете, их лица в день настоящей свадьбы будут такими же красными?

Янь Цзиньчжао тоже был поражен!

Красавец, добровольно льнущий к нему и шепчущий «я так ждала дня, когда стану твоей» — какой мужчина устоит? Кто не захотел бы прямо здесь повторить брачную ночь?

Хотя Янь Цзиньчжао сдержался, он не мог не почувствовать, как внутри всё затрепетало.

«Подожди, господин актер, ты помнишь, кто ты? Ты же главный герой-атака, как ты можешь быть таким мягким и сладким?»

В этот момент Янь Цзиньчжао подумал: если бы у Хуан Чэнчэна было хотя бы вполовину больше таланта соблазнять мужчин, как у Чу Цзюгэ, то неудивительно, что он стал «любимчиком» в романе.

— Муж мой? — Чу Цзюгэ, видя, что Янь Цзиньчжао замолчал, позвал его снова.

Честно говоря, хотя сначала называть его так было невыносимо стыдно, теперь он чувствовал лишь сладость от того, что официально может быть с любимым человеком.

— Супруга моя послушна, я тоже всегда мечтал поскорее забрать тебя домой.

Янь Цзиньчжао улыбнулся, в нем проснулся азарт — он не мог проиграть Чу Цзюгэ, который краснел от каждой пошлости. Он не отпускал его талию, прижимая еще ближе.

С тех пор как он отбросил осторожность и решил временно стать парнем Чу Цзюгэ, чтобы удовлетворить его «любовное помешательство», Янь Цзиньчжао почувствовал вкус к жизни.

Чу Цзюгэ же, убаюканный сладкими речами, был готов на всё. Он с надеждой смотрел на Янь Цзиньчжао, гадая, не разозлится ли тот, если он сейчас его поцелует.

Должно быть, нет?

Хотя они знакомы недолго, Чу Цзюгэ чувствовал, что неплохо его изучил. Несмотря на мягкий вид, Янь Цзиньчжао был очень осторожен, и если бы он не испытывал симпатии, то не стал бы так сближаться даже ради шоу.

…Хм? Шоу?

Чу Цзюгэ внезапно понял, что они оба, кажется, кое-что забыли.

Он резко обернулся и увидел, что NPC-мужчина смотрит на них с выражением «я больше не могу на это смотреть». Особенно когда он посмотрел на Чу Цзюгэ, в его глазах читалось: «Не ожидал, что ты такой актер».

— …

Чу Цзюгэ, который обычно мало заботился о чужом мнении, почувствовал неловкость и напрягся.

Янь Цзиньчжао тихо посмеялся.

Мужчина явно не хотел больше терять время, наблюдая за их «романтикой», и повел их вглубь площадки для финального испытания.

— Как известно, древние невесты должны были перешагивать через жаровню, а жених должен был нести их на спине, чтобы ноги не касались земли.

Они посмотрели на 800-метровую дорожку, уставленную жаровнями, и у обоих возникло дурное предчувствие.

— Вызов в том, чтобы мужчина донес женщину до финиша за десять минут. Если заденете жаровню или не уложитесь в срок — провал.

Мужчина взглянул на эту единственную в шоу гомосексуальную пару и добавил:

— Э-э, вы можете сами решить, кто кого несет.

Янь Цзиньчжао и Чу Цзюгэ переглянулись.

Не успел Чу Цзюгэ открыть рот, как Янь Цзиньчжао присел перед ним, предлагая залезть на спину:

— Супруга, запрыгивай скорее.

Чу Цзюгэ помедлил, но все же осторожно забрался на него.

— Я немного тяжелый, если устанешь, поменяемся.

— Что ты такое говоришь? Ты легче облака в небе, — Янь Цзиньчжао подбросил его на спине, чувствуя, что тот действительно очень легкий. — К тому же, как я могу позволить супруге устать?

Чу Цзюгэ весь горел от его слов, его сердце таяло от каждого «супруга», и он уткнулся лицом в шею мужчины:

— Тогда… муж мой, будь осторожнее.

Перешагивать через жаровни в длинных одеждах было непросто, но Янь Цзиньчжао был сильным и ловким. Когда он опустил Чу Цзюгэ на финише, тот заметил капли пота на его лице.

Чу Цзюгэ с жалостью вытер пот платком, но смутился от странного выражения лица Янь Цзиньчжао.

— Это от костюма, так же, как и веер, который дал гример, — неловко сказал он.

Янь Цзиньчжао понял.

Чу Цзюгэ тут же отвязал веер с пояса Янь Цзиньчжао и принялся усердно махать, чтобы хоть немного охладить мужчину.

Янь Цзиньчжао почувствовал облегчение. Немного отдохнув, он забрал веер и начал обмахивать их обоих.

— Супруга так старалась не шевелиться, чтобы мне не было тяжело, мое сердце тронуто, — пошутил он. — Не заботься только обо мне, ты тоже вспотел, вытрись, а то макияж потечет и будет некрасиво.

Чу Цзюгэ было приятно, но, глядя на Янь Цзиньчжао, у которого были лишь слегка подкрашены брови и губы, он почувствовал укол зависти — его кожа уже не такая свежая, как у двадцатилетнего юноши.

Янь Цзиньчжао, заметив его грусть, понял, что сказал лишнее, и поспешил исправиться:

— Я ошибся. Супруга прекрасна с макияжем и без. Ты не только первая красавица Цзяннани, ты — первая красавица во всем мире.

— …

Чу Цзюгэ был и смущен, и сердит — что делать, если любимый человек такой мастер игры? Он хотел закрыть ему рот рукой, но не успел — перед ними уже держали карту с печатью «Задание выполнено».

NPC холодно отрезал:

— Задание выполнено. Вот карта и награда, идите к следующей точке, пока время не вышло.

В конце концов, он решил, что с их склонностью постоянно проявлять нежность, им и трех дней не хватит.

Янь Цзиньчжао принял вещь и поблагодарил, но тут же озадаченно спросил:

— А какой тогда смысл в том, что мы отвечали на вопросы в начале? Неужели нужно было дать правильный ответ, чтобы пройти к жаровне?

Мужчина средних лет покачал головой и указал им на площадку напротив:

— Тем гостям, кто ответил неверно, предстоит пройти путь жизненных испытаний.

Взглянув на беговую дорожку длиной в тысячу метров, усеянную плотными рядами мешков с рисом, оба невольно замолчали.

Янь Цзиньчжао обернулся и искренне произнес:

— Хорошо, что моя супруга всем сердцем стремится выйти за меня.

Чу Цзюгэ сдержанно, но с довольной улыбкой приподнял уголки губ.

***

Для этой пары, чьи таланты граничили со всемогуществом, остальные испытания пяти искусств прошли как по маслу. Будучи киноактерами, не раз снимавшимися в исторических драмах, они без труда справились с верховой ездой и стрельбой из лука.

Янь Цзиньчжао не упустил случая похвалить супруга, когда тот выбил десять очков:

— Моя жена — настоящая героиня среди женщин!

За что получил от покрасневшего Чу Цзюгэ легкий, почти символический толчок локтем.

Испытание на знание литературы представляло собой викторину. Благодаря эрудиции и скорости реакции, отточенной годами холостяцкой жизни, они разгромили три другие пары и вышли победителями с почти идеальным результатом. В награду они получили ваучер на бесплатное питание во всех точках парка, чем вызвали жгучую зависть у остальных участников, вынужденных зарабатывать на обед самостоятельно.

Испытание на внимательность обернулось забавным казусом. Организаторы наняли актеров массовки, которые разыграли сценку на оживленном рынке. У Чу Цзюгэ глаза разболелись, пока он пытался сосчитать и запомнить количество мужчин и женщин, но вопрос оказался про количество украденных редисок, что чуть не довело высокомерного киноактера до срыва. К счастью, Янь Цзиньчжао быстро дал верный ответ.

NPC, не ожидавший, что всё закончится так скоро, в шутку заметил:

— У господина Яня зоркий глаз, неудивительно, что вы нашли себе такую красивую и талантливую супругу.

Янь Цзиньчжао с улыбкой принял комплимент, и гнев Чу Цзюгэ мгновенно улетучился, снова превратив его в нежного молодожена.

В последнем испытании, посвященном музыке, им пришлось разучивать милый танец кролика, который они смогли сдать только после одобрения ребенка, жующего леденец на палочке. Чу Цзюгэ смутился настолько, что готов был отобрать вуаль у проходящей мимо гейши, лишь бы спрятать лицо, однако его нежелание танцевать лишь привлекало больше внимания. Янь Цзиньчжао же отнесся к этому проще и даже импровизировал, превратив милый танец в выступление степного хищника. Его широкие рукава не смогли скрыть мощи движений, заставив зрителей и аудиторию в сети восхититься его профессионализмом.

К трем часам дня они закончили все задания, оставив далеко позади остальные три пары, которые всё еще мучились на этапах. Если до шести вечера их не разоблачат бдительные уличные NPC, победа в игровом этапе будет у них в кармане. Оставшиеся три часа были свободным временем для свиданий. В конце концов, это шоу о любви, и зрители предпочитали наблюдать за тем, как влюбленные флиртуют, а не за тем, как они мучаются.

Они пообедали в самом популярном ресторане семьи Дун. Еда была типичной для туристических мест, но каждый раз, глядя на сидящего напротив юношу, Чу Цзюгэ казалось, что эти простые блюда становятся изысканными яствами.

После обеда они гуляли по парку, где смешались эпохи и стили, создавая особую атмосферу. Внезапно к ним подошла девушка в желтом платье:

— Благодетель, благодарю вас за то, что помогли вернуть мой кошелек!

С глазами, полными слез, она прижалась к Янь Цзиньчжао:

— В нем мое приданое, которое я копила годами. Раз уж мы встретились, в народе говорят: спас жизнь — женись. Может быть, я…

— Это сущий пустяк, не стоит благодарности, — Янь Цзиньчжао, сохраняя невозмутимость, мягко отстранился.

— Но ведь спасение жизни…

— Я уже женат, — Янь Цзиньчжао притянул к себе Чу Цзюгэ, счастливо улыбаясь. — Это моя супруга, мы очень любим друг друга.

Чу Цзюгэ, нахмурившись, встал чуть впереди, закрывая мужа от взгляда девушки. Та перевела взгляд с одного на другого и, театрально всхлипнув, прошептала:

— Раз у благодетеля такая прекрасная жена, я не против стать наложницей! Я готова делить с ней одного мужа.

Янь Цзиньчжао опешил, а от Чу Цзюгэ повеяло настоящим холодом. Девушка, не обращая внимания на атмосферу, продолжала:

— Благодетель, нельзя же питаться одними деликатесами, иногда хочется и простой каши… Эй, куда же вы, благодетель?

Не выдержав абсурдности ситуации, Янь Цзиньчжао потащил Чу Цзюгэ прочь, но вскоре их остановил стражник:

— Эй вы, кто позволил бегать по улицам? Нарушаете общественный порядок!

Янь Цзиньчжао, моментально войдя в образ, вскинул подбородок:

— Кто позволил тебе сметь подозревать меня? Или мне нужно отчитываться перед тобой за каждый свой шаг?

Стражник замешкался, но быстро подыграл:

— Прошу прощения, господин Янь, не смею вас задерживать.

— То-то же, — фыркнул Янь Цзиньчжао. — Вместо того чтобы болтать, лучше бы патрулировал улицы. Я только что поймал вора, а вы зря едите свой хлеб.

— Слушаюсь, господин! — стражник поспешно удалился.

Чу Цзюгэ не сдержал смеха:

— Откуда у тебя такие актерские способности?

— Просто люблю играть в ролевые игры, — ответил Янь Цзиньчжао, сжимая руку супруга. — У меня нет актерского таланта, просто любовь к жене помогает мне противостоять любым соблазнам.

— Льстец, — проворчал Чу Цзюгэ, но его лицо светилось от счастья.

Внезапно из толпы в руки Янь Цзиньчжао прилетел красный шар. Это был свадебный шар.

Янь Цзиньчжао сжал его в руке, глядя на кокетливо улыбающуюся девушку на балконе и чувствуя исходящий от Чу Цзюгэ холод. Впервые в жизни он захотел не исчезнуть, а придушить режиссера, который никак не мог угомониться.

http://bllate.org/book/22862/2430130