Готовый перевод Viral Web Novel [Quick Transmigration] / Хиты веб-новелл: Быстрые переходы: Глава 2

Весенний вечер, прохладный ветерок внезапно пробежал по аллеям. С веток осыпались цветы, распустившиеся в начале весны, а теперь иссохшие и блеклые — они падали решительно и безвозвратно.

Сердце Шуй Чанлэ, подобно этим цветам, погрузилось в бездонную тьму.

Длинные волосы Призрака в белом стали еще гуще, чем в прошлый раз. Они расползались, словно тьма, застилающая небо, и сливались с очертаниями далеких гор в ночи. Длинные пряди, точно змеи, скользнули по лицу Шуй Чанлэ. Он зажмурился.

Но ожидаемая боль так и не пришла. Спустя мгновение он открыл глаза и обнаружил, что призрак стоит рядом.

— Она ушла? — спросила она.

Когда призрак говорила, ее кожа, сморщенная, как намокшая бумажная салфетка, разглаживалась, напоминая старый, пожелтевший календарь.

— Только что… ушла? — неуверенно ответил Шуй Чанлэ.

Затем он услышал, как из ее бледных, почти сливающихся с лицом губ вырвался долгий вздох. Призрак достала из-за пазухи букет роз и подошла к небольшой могиле неподалеку от виллы. Она положила цветы на надгробие.

Это была могила Влюбленной женщины.

Шуй Чанлэ знал: эти розы — материализованная духовная сущность. Кроме таких мастеров, как Ман Аньши, способных отделять духовную сущность от предметов, на это были способны и призраки, достигшие определенной силы. Однако для призрака это стоило огромных затрат энергии и надолго оставляло их в состоянии слабости.

Шуй Чанлэ, который в последнее время перечитал слишком много сетевых романов, тут же достроил в голове душещипательную историю о любовном треугольнике:

Покойная Влюбленная женщина любила своего мужа и, став призраком, оставалась рядом с ним. Но она и не подозревала, что при жизни ее глубоко любила другая женщина, которая из-за общественных предрассудков так и не решилась признаться в своих чувствах. После смерти Влюбленной женщины эта женщина не пожелала больше жить и тоже обернулась призраком. Она была счастлива, полагая, что теперь, когда они обе стали призраками, у них появился шанс. Кто бы мог подумать, что Влюбленная женщина по-прежнему будет тосковать по своему мужу, не замечая никого вокруг, а после того как муж создал новую семью, решит отпустить прошлое и уйти из этого мира.

— Она была моей единственной подругой, — внезапно произнесла Призрак в белом.

Шуй Чанлэ замер, а затем услышал историю, которая кардинально отличалась от его домыслов.

Призрак в белом и Влюбленная женщина не были знакомы при жизни. Призрак в белом странствовала по многим местам, но из-за своего ужасающего облика внушала страх даже другим призракам. В тот день, когда она пришла в деревню, она встретила двух псов. Глаза животных и младенцев способны видеть призраков, и собаки начали яростно лаять на нее. Неизвестно почему, но Призрак в белом до ужаса боялась собачьего лая — возможно, при жизни ее кусали собаки, и эта психологическая травма не прошла даже после смерти.

Именно тогда появилась Влюбленная женщина и прогнала собак. Так они стали подругами. У Влюбленной женщины был легкий характер, она легко сходилась с другими призраками, у нее было много друзей. А у Призрака в белом, кроме нее, не было никого.

Услышав, что Влюбленная женщина любит розы, Призрак в белом в день ее «рождения» специально побежала в цветочный магазин, чтобы извлечь духовную сущность из букета. В процессе какой-то молодой человек купил цветы, на которые она уже начала воздействовать, и ей пришлось прервать заклинание и следовать за ним. Лишь когда мужчина уединился с женщиной-белым воротничком и та отставила цветы в сторону, она смогла продолжить.

С огромным трудом извлекши сущность роз, она примчалась сюда, но оказалось, что опоздала.

Закончив рассказ, призрак развернулась и растворилась в безграничной ночи.

Шуй Чанлэ вернулся в квартиру с тяжелым сердцем и долго не мог уснуть. Как странно. Он ведь прекрасно понимал, что этот мир — лишь иллюзия. Почему же он проникся сочувствием к призраку?

***

Когда Шуй Чанлэ проснулся, солнце уже высоко стояло в зените. Спустившись вниз, он увидел, как Ман Аньши сидит за обеденным столом и возится с какими-то мелкими предметами.

— Редко увидишь, как ты залеживаешься в постели, — Ман Аньши взглянул на часы на стене, стрелки которых приближались к двенадцати. — Наш дисциплинированный призрак сегодня превратился в ленивого поросенка.

Шуй Чанлэ не обратил внимания на подколку, потер глаза и сел напротив:

— Что ты там мастеришь?

Ман Аньши протянул ему то, что держал в руках. Это была довольно грубо сшитая, кривоватая тряпичная кукла. Сразу было видно, что шил её Ман Аньши — только у прямолинейного парня могла получиться такая несуразная поделка.

Шуй Чанлэ усмехнулся:

— Если бы эта кукла умела говорить, она бы, наверное, весь день проклинала тебя на чем свет стоит.

Ман Аньши не смутился:

— Это не просто кукла, это инструмент для Прокалывания призрака.

— Прокалывания призрака?

— Слышал про проклятие кукол? — спросил Ман Аньши.

Шуй Чанлэ кивнул:

— Часто видел в гонконгских фильмах. Делают фигурку из соломы или дерева, берут имя человека, его Восемь иероглифов рождения, волосы или кровь, а потом каждый день читают заклинания и втыкают в голову куклы гвозди, чтобы человек мучился от головной боли и терял удачу.

— О, да ты подкован. Редкость, а я-то думал, ты будешь размахивать флагом науки и бороться с суевериями, — поддразнил его Ман Аньши, полагая, что при жизни Шуй Чанлэ ни за что не поверил бы в существование призраков.

Шуй Чанлэ швырнул куклу обратно:

— И не скажешь, что господин Ман с виду такой благородный человек, а на деле тайком мастерит кукол для проклятий.

— Это не проклятие, а Прокалывание призрака, — Ман Аньши подался вперед, навис над столом и приблизился к лицу Шуй Чанлэ: — Если не будешь слушаться, я первым делом проткну тебя.

Шуй Чанлэ снова взял уродливую куклу:

— Ты хочешь сказать, что всё, что ты делаешь с куклой, отражается на призраке?

Ман Аньши кивнул и, решив, что Шуй Чанлэ испугался, поспешно добавил:

— Чтобы кукла сработала, нужно соблюсти много условий, да и на могущественных призраков она не действует. Не бойся, я не буду использовать её против тебя.

— Нет-нет, — перебил его Шуй Чанлэ. — Лучше сделай одну для меня.

Ман Аньши замер: «?»

— Не замечал у тебя склонности к мазохизму.

— Да нет же, — ответил Шуй Чанлэ. — У меня в последнее время поясница ноет, самому разминать неудобно. Сделай куклу, а потом пусть она сделает мне массаж всего тела.

Ман Аньши: «…»

— Ты настоящий гений.

— Льстишь, льстишь.

В конечном итоге Ман Аньши всё же использовал куклу, чтобы сделать Шуй Чанлэ массаж.

— Боже, как приятно, — Шуй Чанлэ лежал на диване, чувствуя себя на седьмом небе от счастья. — Жаль, что эта кукла работает только на призраков. Если бы на людей, открыл бы массажный салон — озолотился бы.

Ман Аньши промолчал. Его пальцы скользили по грубо сшитой кукле, мягко разминая её — каждый раз, когда он нажимал, Шуй Чанлэ издавал довольный стон, особенно когда дело доходило до чувствительной зоны копчика. Ман Аньши не решался посмотреть на Шуй Чанлэ, его лицо пылало, как у креветки, сваренной в кипятке.

Шуй Чанлэ совершенно ничего не заподозрил:

— Давай, нажми сильнее на бедра, а-а, вот так, отлично.

Когда массаж закончился, Ман Аньши пулей влетел в ванную. Шуй Чанлэ, слушая шум воды и доедая сэндвич, духовную сущность которого Ман Аньши извлек для него на завтрак, почувствовал неладное. Разве Ман Аньши не принимал душ перед сном?

Когда Ман Аньши, переодевшись в темно-синюю пижаму, снова сел напротив, Шуй Чанлэ заговорил о вчерашнем происшествии.

— Зачем ты поперся туда так поздно?! — в голосе Ман Аньши слышалось раздражение.

Шуй Чанлэ не понял:

— Вчера переел, вышел прогуляться, чтобы еда улеглась.

Ман Аньши посмотрел на невинное лицо собеседника, почувствовав себя полным идиотом. Он встал, достал из холодильника ледяную воду и выпил целый стакан.

— Даже буйвол столько не выпьет, — попытался разрядить обстановку Шуй Чанлэ.

Ман Аньши долго смотрел на серебристую дверцу холодильника, наконец успокоился и снова сел за стол:

— Ты еще не встречал разгневанного призрака и не знаешь, насколько они опасны. Разгневанные призраки, долго живущие среди людей, убивают других призраков, чтобы повысить свою духовную силу.

Шуй Чанлэ кивнул. В оригинале «Мастера по поимке призраков первого ранга» действительно было полно опасных персонажей, чья сила росла по мере развития сюжета. Однако, согласно закону главных героев, зло всегда проигрывает: какими бы сильными ни были эти призраки, они — лишь инструмент для прокачки героя.

— Раз ты рядом, я не боюсь, — сказал Шуй Чанлэ. Ты — электричество, ты — свет, ты — единственный главный герой этой саги.

Ман Аньши смотрел на него глубоким, переменчивым взглядом, словно небо в сезон дождей.

— Кстати, — продолжил Шуй Чанлэ, — я вчера думал: та Призрак в белом не злая. Ой, то есть призрак не злой. Готова тратить духовную силу, чтобы порадовать подругу цветами, и даже когда процесс извлечения прервали, не разозлилась и не причинила никому вреда, а стала ждать. У неё отличный характер и воспитание.

Ман Аньши фыркнул:

— Что, запала тебе в душу? Специфический у тебя вкус.

Шуй Чанлэ закатил глаза:

— Нет, просто мне кажется, что, хоть она и выглядит жутко, по сути своей она добрая. Может, у неё были причины стать разгневанным призраком?

Ман Аньши усмехнулся:

— Не знал, что ты такой рыцарь.

Шуй Чанлэ не мог сказать, что в книге этот призрак преследовал главную героиню, поэтому герой расправлялся с ней особенно жестоко. К остальным призракам он относился одинаково, соразмерно их злодеяниям, и даже прощал тех, кто творил зло по принуждению. Но только не Призрака в белом — в романе её раз за разом избивали до полусмерти, а она упрямо возвращалась, и этот цикл повторялся бесконечно. Лишь к финалу, когда герои наконец обрели счастье, её миссия завершилась, и она развеялась в прах. Если бы в загробном мире существовал профсоюз по защите прав призраков, действия главного героя стали бы главным антипримером на всех собраниях.

— Я просто хочу, чтобы ты был с ней справедлив, — сказал Шуй Чанлэ. — Попробуй узнать, почему она стала такой, и упокой её.

В мире «Мастера по поимке призраков первого ранга» призраки делились на четыре типа.

Первые — Белые призраки: те, кто умер естественной смертью и не смог уйти, потому что был привязан к миру живых. Они безобидны и, по мере угасания памяти, в течение недели или трех уходят в загробный мир для перерождения.

Вторые — Призраки обиды: могли умереть как естественной, так и насильственной смертью, но обладали сильной одержимостью. Чаще всего — из-за ненависти, реже — из-за любви. Они задерживаются в мире надолго, их духовная сила невелика, а память угасает медленно, до трех-пяти лет.

Третьи — разгневанные призраки: эволюционировавшая форма Призраков обиды. Некоторые из них, когда память угасает, освобождаются от одержимости и перерождаются. Другие продолжают бродить по миру, не причиняя особого вреда людям. Но есть и те, чья одержимость слишком глубока: у них есть конкретный объект ненависти, и они жаждут мести. Когда их сила растет, они начинают вредить людям, особенно своим обидчикам, преследуя их даже после того, как забудут всё остальное.

Последние — Призраки преисподней: высшая форма, возникающая, когда духовная сила разгневанного призрака постоянно растет, а обида не рассеивается. Убийство других призраков ускоряет процесс. Такие призраки могут обрести плоть, стать видимыми для обычных людей, вселяться в них и легко поглощать жизненную энергию.

Белые призраки и Призраки обиды могут сами выбрать перерождение, разгневанные требуют очищения мастером, а Призраки преисподней уже покинули цикл сансары — для них существует только существование или окончательное уничтожение.

В книге, когда главная героиня впервые встретила Призрака в белом, та была лишь разгневанным призраком. Шуй Чанлэ надеялся, что Ман Аньши спасет её, пока она не зашла слишком далеко.

— Моё упокоение стоит денег, — сказал Ман Аньши. — Ты заплатишь за неё?

Его расценки росли вместе с популярностью — за каких-то два месяца он заработал столько, что хватило бы на квартиру в сто квадратов в центре города.

— Я ведь и так служу тебе верой и правдой, неужели ты не можешь исполнить моё маленькое желание? — Шуй Чанлэ почувствовал укол совести. В конце концов, это он навязался ему, чтобы выжить, и хоть на словах обещал служить, на деле никакой помощи не приносил, а наоборот — заставлял Ман Аньши каждый день извлекать для него духовную сущность из еды.

Ман Аньши посмотрел на Шуй Чанлэ, чьи глаза бегали из стороны в сторону. Его глаза были черными и яркими, и сейчас, когда он отводил взгляд, в нем проскальзывало нечто милое, чего не бывало обычно. Несмотря на то что он был призраком, в нем не было ни капли призрачной дымки — он казался таким живым, что при взгляде на него становилось спокойно и радостно.

— Ладно, — сказал Ман Аньши. — Платой будет то, что ты останешься рядом со мной.

Ожидание в его спокойном голосе было подобно цветам гипсофилы, распускающимся на подоконнике — ярким и полным жизни.

***

На платформе «Божественной Сферы» количество зрителей, следящих за ходом соревнований, стремительно росло. Раньше жанр хоррора был непопулярен, но сегодня случилось исключение. Зрители в комментариях требовали, чтобы трансляция была сосредоточена на «первом номере».

Тема «Мастера по поимке призраков первого ранга» быстро вырвалась в топ.

— Серьезно? Они собираются разбить главную пару? Это слишком круто.

— Нет, более нелепо то, что Шуй Чанлэ даже не осознает, что он это делает.

— Шуй Чанлэ, который сводит главных героев: Главный герой влюбился в меня? О чем ты вообще говоришь?

— Это и есть легендарное сочетание наивности и глупости?

— Тот взгляд героя минуту назад… боже, как же я ненавижу, что Шуй Чанлэ такое бревно!

— Почему у меня, такой молодой, уже остеопороз? А, это от того, как меня пробрало от героя!

— Плевать, я уже скидываюсь на их свадьбу, надеюсь, Шуй Чанлэ не будет упрямиться.

***

Глубокая ночь. Кампус университета.

Ли Синсин быстрым шагом шла по аллее, ведущей к общежитию. Цветы магнолии уже отцвели, а после дневного ливня лепестки превратились в грязное месиво.

Ли Синсин нахмурилась, стараясь осторожно ступать на каблуках. Внезапно её охватило необъяснимое чувство тревоги, и она резко остановилась. Вокруг ни души, ни ветра — тишина.

«К черту всё», — подумала она и ускорила шаг.

Сегодня она должна была петь в баре до четырех утра, но в девять вечера владелец бара Ин Жу внезапно сошел с ума: начал кричать на пустой воздух, плакать, крушить посуду. То он падал на колени, умоляя кого-то о пощаде, то угрожал пустоте ножом. Клиенты в ужасе разбежались.

Ли Синсин питала симпатию к Ин Жу, но тот не жаловал женщин. Однако сегодня она решила проявить женственность и успокоить его, пробиться сквозь его холодную стену. Но стоило ей приблизиться, как Ин Жу, глядя на неё, закричал ещё громче и с ножом в руках приказал ей убираться, обозвав «чудовищем» и «уродом».

Ли Синсин, не стерпев обиды, ушла. Транспорт ходил плохо, пришлось добираться до кампуса с пересадками.

«Черт», — выругалась она. — «Худший день в моей жизни».

Её каблук застрял в щели между камнями. Она попыталась вытащить ногу, но безуспешно. Пришлось снять туфлю и, балансируя на одной ноге, наклониться, чтобы освободить каблук.

Она порадовалась, что когда-то занималась танцами — баланс еще был при ней. Как только она вытащила туфлю и хотела надеть её, боковым зрением заметила неподалеку девушку.

«Наверное, пришла на свидание посреди ночи», — подумала она и с любопытством взглянула в ту сторону.

От этого взгляда у неё кровь застыла в жилах.

Это была женщина, примерно одного роста с ней, но Ли Синсин пришлось задрать голову — ступни незнакомки висели в полуметре от земли. Черные как смоль кудри сливались с ночной тьмой, а лицо… лицо было пугающим. Глаза Призрака в белом были размером с ладонь младенца, черные, без белков, словно глубокие пещеры. И сейчас эти пещеры пристально смотрели на Ли Синсин.

— Призрак! — Ли Синсин, забыв об элегантности, отшвырнула туфли, скинула вторую и, подхватив подол длинного платья, бросилась бежать.

Призрак в белом, казалось, не двигалась — её ноги под платьем были неподвижны, — но когда Ли Синсин, пробежав двести метров, оглянулась, то увидела, что призрак всё так же находится в паре метров позади.

От страха ноги Ли Синсин стали ватными, спина покрылась холодным потом. Инстинкт самосохранения заставил её бежать изо всех сил, но призрак неотступно следовал за ней.

Наконец она увидела свет у общежития. Вахтерша стояла у входа. Ли Синсин, как утопающий за соломинку, бросилась к ней:

— Тетя, спасите! Призрак! Там призрак!

Вахтерша, которая разговаривала по телефону с сыном, была крайне недовольна:

— Ты что несешь? Тут даже кошки нет. Ты из какой комнаты? Время закрытия уже прошло, ты в курсе?

Ли Синсин с замирающим сердцем обернулась.

Никого. Пустота. Только два уличных фонаря тускло освещали дорогу, окрашивая землю в оранжевый цвет. Вокруг света кружились мошки.

***

Неделю спустя. Квартира в городском поселке.

Ман Аньши посмотрел на Шуй Чанлэ, который ходил по комнате кругами, и усмехнулся:

— Ты что, одержим часами?

Шуй Чанлэ посмотрел в ясное небо за окном и покачал головой:

— Она больше не появляется.

— Кто? — полюбопытствовал Ман Аньши. Это звучало так, будто он тоскует по любовнику, хотя в глазах не было ни капли любви.

— Ну, тот разгневанный призрак. В последнее время её не видать.

Ман Аньши не понимал: Шуй Чанлэ был рационалистом, и хотя в его душе было добро, он не отличался навязчивостью.

— Этот призрак так важен для тебя? — Ман Аньши не смог сдержать ревности. Тот упоминал её уже несколько раз.

«Она важна для тебя», — подумал Шуй Чанлэ. Она — катализатор вашей любви, ключ к сердцу твоего избранника. Это благородный призрак, чистый призрак, призрак-помощник, призрак-Купидон!

Но сказать об этом вслух он не мог:

— Мы ведь договорились, что ты её упокоишь. Не люблю оставлять дела незаконченными.

— Можешь не ждать, она пришла, — Ман Аньши указал на монитор компьютера.

Шуй Чанлэ заглянул в экран. Чтобы удобнее было принимать заказы, Ман Аньши создал небольшой сайт: с одной стороны, советы по защите от призраков, с другой — форма для заявок.

В папке «Входящие» лежали десятки писем. С тех пор как Ман Аньши прославился, поток просящих не иссякал. Шуй Чанлэ иногда вздыхал: как же много людей совершают плохие поступки.

Последняя заявка была от знакомой — Ли Синсин. Она подробно описала, как в последнее время её преследует призрак.

— Белое платье, черные кудри до пояса, кожа как у маринованной капусты, огромные глаза… описание прямо как у твоего «призрака мечты», — подколол его Ман Аньши.

Шуй Чанлэ хлопнул себя по лбу. Как он мог забыть! В книге призрак постоянно преследовал Ли Синсин.

После долгих уговоров Шуй Чанлэ Ман Аньши всё же согласился взяться за дело этой студентки. Они договорились встретиться в кафе возле университета.

— Надень синий галстук, и тот зажим, который мы выбрали в прошлый раз, тоже возьми! — командовал Шуй Чанлэ, стоя у зеркала.

Ман Аньши вздохнул:

— Я привык к спортивной одежде. Ладно, костюм, но зачем устраивать из этого свидание вслепую?

«Это и есть свидание вслепую!» — подумал Шуй Чанлэ. В прошлый раз в баре не случилось любви с первого взгляда, значит, они были одеты слишком небрежно.

Вслух же он произнес с самым серьезным видом:

— У каждой профессии должна быть вера. Даже если она кажется незначительной или… необычной, нужно уважать своё дело. А правильный наряд создает нужный настрой.

Ман Аньши взглянул на него:

— Подозреваю, что при жизни ты был учителем — так убедительно вешаешь лапшу на уши.

Сердце Шуй Чанлэ екнуло. Быть разоблаченным виртуальным персонажем — это так странно.

— Что такое? — Ман Аньши заметил перемену в его лице.

— Ничего, — поспешно перевел тему Шуй Чанлэ. — Ты в костюме выглядишь чертовски хорошо, давай быстрее завязывай галстук.

— Но я не умею.

Шуй Чанлэ был готов сам взяться за дело, но, будучи призраком, не мог касаться предметов, поэтому ему пришлось учить его словами. Этот «ученик», несмотря на свой ум, в вопросе галстуков оказался безнадежен: даже после долгих объяснений у него получался какой-то «пионерский узел».

Ман Аньши наблюдал за тем, как тот жестикулирует и злится, и не мог сдержать улыбки. Солнечный свет падал на шею Шуй Чанлэ. Его волосы были черными, густыми, а кожа — неестественно белой, и этот контраст создавал странное визуальное впечатление.

«А может, это я просто потерял голову», — подумал Ман Аньши.

— Эй, ну ты чего такой непонятливый, вот отсюда продень, — Шуй Чанлэ вздохнул, глядя на узел.

Ман Аньши промолчал. Он всё понимал, просто хотел подразнить этого человека… или призрака. Если бы у того была плоть, он бы сейчас приковал его руки галстуком, чтобы тот не мог пошевелиться и смотрел на него только с недоумением. От этой мысли Ман Аньши стало жарко, он поспешно отвернулся, быстро завязал галстук и вышел за дверь.

— Вдруг прозрел? — удивился Шуй Чанлэ, списав всё на то, что количество перешло в качество.

***

Кафе «Правый кот» возле университета всегда было забито, даже в четыре часа дня. Интерьер на первый взгляд казался роскошным, но при ближайшем рассмотрении оказывался дешевым. Однако низкие цены привлекали студентов.

Ман Аньши здесь был впервые. Сделав глоток мокко, он поморщился.

— Мы раньше не встречались? — спросила Ли Синсин, сидевшая напротив.

Этот «Мастер по поимке призраков первого ранга», о котором все говорят, выглядел слишком молодо.

Ман Аньши прекрасно понимал, о чем думает Ли Синсин. Кто бы спорил: профессия заклинателя призраков, как и врача, с годами становится только ценнее. Стоит лишь обзавестись копной седых волос и дряхлым видом, как даже при отсутствии реальных навыков к тебе проникаются доверием.

— У меня оплата по факту, — произнес Ман Аньши. — Если не справлюсь, не возьму ни гроша, так что не бойся стать жертвой мошенников.

— Нет, я не это имела в виду! — поспешно возразила Ли Синсин, не сумев, впрочем, подобрать более удачных слов.

— Кстати, о моих расценках ты наверняка наслышана, — продолжил Ман Аньши. — Как студентка, ты потянешь такую сумму?

Гонорары Ман Аньши были далеки от демократичных.

Ли Синсин заторопилась:

— В этом году у меня стипендия, еще есть образовательный кредит, да и на подработках я кое-что получаю. Правда, оплатить всё сразу будет трудновато... Можно оформить рассрочку?

Ман Аньши не был лишен человечности:

— Можно. Просто подпишем договор.

У него, разумеется, имелась сотня способов заставить клиента выполнить обязательства.

Шуй Чанлэ, стоявший рядом, вздохнул. Подобные сцены в романах о властных генеральных директорах всегда развиваются по одному сценарию: когда героиня не может расплатиться, герой непременно должен злодейски ухмыльнуться, приподнять ее подбородок и пророкотать: Раз нет денег, расплатишься своим телом.

Надо сказать, когда Шуй Чанлэ впервые столкнулся с таким сюжетом в Божественной Сфере, он без колебаний решил вызвать полицию. Но после того, как его неоднократно травили подобным чтивом, он очерствел. Для главных героев такие моменты — лишь пикантная деталь отношений.

А теперь, когда обе стороны по-деловому обсуждали рассрочку, Шуй Чанлэ даже почувствовал себя не в своей тарелке, отвыкнув от нормального человеческого мышления.

Услышав вздох, Ман Аньши с любопытством взглянул на стоявшего рядом человека.

— Вы... на что смотрите? — Ли Синсин заметила, что взгляд собеседника устремлен на пустой стул рядом, и в этом взгляде сквозила нежность, словно в лучах весеннего солнца.

Ман Аньши не стал скрывать:

— На своего напарника.

Ли Синсин вздрожила. Невидимый напарник мог быть только призраком. Независимо от того, притворялся ли Ман Аньши или призрак существовал на самом деле, Ли Синсин хотела держаться от этого как можно дальше.

— Так когда мастер приступит к делу? — с мольбой спросила она.

Ман Аньши уже ознакомился с обстоятельствами дела через обязательную форму на сайте.

Призрак в белом появлялся почти каждую ночь. Поначалу он ограничивался школьным стадионом и дорожками, но вскоре перебрался в общежитие и учебные аудитории, не пропуская ни дня. Даже если Ли Синсин шла в компании друзей или находилась в переполненной аудитории, где студенты готовились к экзаменам, призрак появлялся перед ней, ничуть не смущаясь толпы.

Другие не видели Призрака в белом и лишь замечали, что Ли Синсин в последнее время выглядит подавленной. Добросердечные однокурсники советовали ей обратиться к врачу, а куратор, решив, что у девушки сильный стресс, пытался поговорить с ней по душам.

Но как раз во время этого разговора в кабинете преподавателей Призрак в белом высунулся в окно с четвертого этажа. Ли Синсин закричала так пронзительно, что куратор и подоспевший староста в панике отправили ее в медпункт.

Школьный врач, расспросив о наследственных психических заболеваниях, тоже пришел к выводу, что причина в учебных нагрузках и личных драмах, и посоветовал ей больше заниматься спортом и отдыхать.

Врач велел Ли Синсин немного полежать в медпункте, прежде чем идти домой. Стоило ей прилечь, как она услышала шорох под кроватью.

Ли Синсин долго смотрела в белый потолок, чувствуя, как металлическая кровать слегка подрагивает. В конце концов, любопытство взяло верх, и она свесилась вниз, чтобы заглянуть под низ.

Одного взгляда хватило, чтобы кровь застыла в ее жилах.

Под кроватью, прямо перед ней, находился Призрак в белом. Его тело было погружено в пол по самую грудь, и казалось, будто его разрубили пополам.

— Я мучаюсь каждую секунду, больше нет сил терпеть, — прошептала Ли Синсин, и слезы покатились по ее лицу. Без яркого грима, который она носила, выступая в баре, она выглядела очень жалко.

Шуй Чанлэ захотелось подать ей платок, но, увы, это было невозможно. Он с досадой посмотрел на Ман Аньши, который погрузился в раздумья.

— Если разгневанный призрак преследует человека, значит, тот задолжал ему в прошлой жизни, — произнес Ман Аньши.

— Нет, я этого не делала!

— Госпожа Ли, если вы не будете откровенны, я не смогу назначить верное лечение, — отрезал Ман Аньши, не проявляя ни капли жалости.

Шуй Чанлэ лишь молча смотрел на него.

Да что с ним такое? Мало того, что не случилось любви с первого взгляда, как в оригинальной книге, так теперь еще и атмосфера накалялась, словно перед бурей.

http://bllate.org/book/22869/2431140