Готовый перевод Quick Transmigration: No One Can Stop Me From Saving Male Leads / Быстрое перемещение: Я спасу второстепенных героев вопреки всему: Глава 13

Двойняшки, не в силах сдержать негодование, выхватили мечи и указали на Юнь Чунгуана:

— Это ты воспользовался тем, что мы сражались с черным питоном, и украл её! С какой стати ты заявляешь, что это мы пытались отобрать?

Юнь Чунгуан даже не удостоил эту компанию взглядом, считая, что тратит на них время:

— Черный питон? Какое отношение он имеет к траве? Вы просто ищете предлог, чтобы её отобрать. Сами опоздали и не успели собрать, а теперь пытаетесь повесить на меня клеймо вора. Эта духовная трава растет в Тайном царстве Солнца и Луны, с каких пор она стала вашей собственностью? И о какой краже речь? Не ищите для своего разбоя столь высокопарных оправданий, вы просто позарились на мои сокровища.

Поняв, что переспорить Юнь Чунгуана не удастся, двойняшки переглянулись, но нападать не спешили. Юнь Чунгуан небрежно погладил девятихвостую лису, обвившуюся вокруг него. Четверо против него одного? Смешно.

Чжао Кан, видя, что угрозы не действуют, решил сменить тактику:

— Второй брат, эта Трава Долголетия мне самому не нужна, я хотел преподнести её отцу. Будет лучше, если она окажется у тебя. Если ты сам вручишь её отцу, он непременно увидит твою искренность, и старые обиды между вами будут забыты.

— О, преподнести Чжао Гуану? — Юнь Чунгуан лениво поглаживал жесткую, как иглы, шерсть лисы и тихо ответил: — Ему не нужна Трава Долголетия.

Чжао Кан не сдавался:

— Чунгуан, пусть отец и достиг стадии Зарождающейся Души, ты же знаешь, в каком состоянии его здоровье. Трава Долголетия способна продлить ему жизнь. Не дури, не веди себя как ребенок.

Юнь Чунгуан подумал, что Чжао Кан сейчас выглядит пугающе глупо. Он действительно не понимает или притворяется? Словно бестолковый упрямец, которого невозможно добудиться. Неужели только после того, как он вырежет всю семью Чжао, этот человек поймет, что между ними лежит кровавая вражда?

У Юнь Чунгуана пропало всякое желание продолжать спор. Он опустился на землю и лениво произронил:

— Хватит болтать. Травы нет, и жизни я вам тоже не дам. А теперь проваливайте с глаз моих долой. Я могу не бить вас только ради того, что ты мой соученик. Иначе, как пришли на своих двоих, так и полетите отсюда прочь.

Коренастый парень рядом с Чжао Каном потерял терпение:

— Принц, не тратьте на него слова! Неужели мы вчетвером не справимся с этим никчемным отбросом? Давайте атаковать!

Чжао Кан с опаской покосился на дремлющую возле Юнь Чунгуана лису и кивнул:

— Раз ты совсем не ценишь родственные узы, мне, как старшему брату, придется как следует тебя проучить.

Мечи обнажились, и четверо бросились в атаку. Их уровень совершенствования не превышал средней ступени Золотого Ядра, и для Юнь Чунгуана, привыкшего сражаться с противниками сильнее себя, они не представляли угрозы. Ловко увернувшись от четырех летящих к нему клинков, он наконец перешел в наступление.

Выхватив из-за спины длинный хлыст с ледяными шипами, Юнь Чунгуан усмехнулся. Один взмах — и Пурпурная Молния, подобно маленькой змее, обвила запястье Чжао Кана. Юнь Чунгуан дернул хлыст, и духовный артефакт на руке противника разлетелся в щепки, а на коже проступили капли крови.

Двойняшки тут же бросились к нему, полные сочувствия. Чжао Кан на мгновение замер, пораженный видом Пурпурной Молнии, и именно в этот момент Юнь Чунгуан легко нанес удар. Теперь в глазах Чжао Кана не осталось былой жалости — лишь ненависть:

— Откуда у тебя Пурпурная Молния?

Наконец-то перестал притворяться.

— Ты про этот хлыст? Конечно, Сяо Сяо мне его дала. Она велела мне присматривать за тобой. Еще сказала, что если ты посмеешь в тайном царстве заглядываться на других женщин или крутить шашни, я должен как следует тебя отхлестать.

Не успел он договорить, как хлыст снова свистнул в воздухе, мастерски полоснув Чжао Кана по лицу. Отлично, теперь на том самом лице, которое он ненавидел больше всего, не хватало куска плоти!

Коренастый парень, испугавшись, не посмел приблизиться. Чжао Кан был на средней ступени Золотого Ядра, но даже он оказался беспомощен перед этим отбросом. Сам же он был лишь на начальной ступени — если сунется, только лишний раз огребет. Сюэ-сюэ хотела было броситься вперед, но Шуан-шуан удержала её, видимо, обдумывая что-то свое.

Крики Чжао Кана становились все громче, а удары Юнь Чунгуана — все яростнее. На его лице играла злая улыбка:

— Это тебе за измену! Это за твое непостоянство! За то, что ты не держишь слово, за то, что нарушаешь супружеский долг! За то, что двуличный лжец!

Неизвестно, кого он хлестал — Чжао Кана или, сквозь него, своего ненавистного отца.

Вскоре Чжао Кан потерял сознание. Он был изуродован до неузнаваемости, его одежда пропиталась кровью и слилась с плотью. Лишь вздымающаяся грудь напоминала окружающим, что он еще жив.

Увидев, что Чжао Кан еще дышит, Юнь Чунгуан медленно убрал хлыст. Размяв затекшее запястье, он снова сел на землю и закрыл глаза, словно ничего не произошло. Трое перепуганных спутников украдкой утащили бесчувственного Чжао Кана подальше. Запах крови привлек кружащих в небе птиц, и те потревожили сон девятихвостой лисы.

— Эй, это ведь твой брат. Не боишься, что навлечешь на себя неприятности?

Юнь Чунгуан даже не открыл глаз:

— Мои неприятности никогда не заканчивались, одной больше — одной меньше.

В прошлой жизни он никогда не нападал на соучеников, но его все равно травили. В секте его поносили и обвиняли во всех грехах, а в итоге заперли в пещере для покаяния. Раз уж клеймо виновного все равно на него повесят, так пусть хоть будет за что. Будь то заточение или изгнание — он примет всё как есть.

За пределами тайного царства, у магического массива, Лу Чаннин задумчиво потер пальцы, нахмурившись. Избить Чжао Кана до такого состояния — дело хлопотное. У того слишком много связей, это может вызвать всеобщий гнев.

Сяо Хун был спокоен:

— По плану Юнь Чунгуан в любом случае должен был отправиться на пять лет в заточение за нанесение вреда соученикам. Считай, это просто часть сюжета.

Однако Лу Чаннин не хотел, чтобы его ученик, которого он вырастил, подвергался таким мучениям:

— Это была самооборона. Я своими глазами видел, как первыми напали люди Чжао Кана. Мой ученик просто защищался, неужели и за это нужно наказывать?

Сяо Хун лишь вздохнул:

— Ладно, делай что хочешь, лишь бы Юнь Чунгуан остался жив.

Время шло, Чжао Кан пришел в себя, и вскоре было объявлено, что испытание в Тайном царстве Солнца и Луны завершено.

Услышав новость о закрытии входа, люди на острове оживились. Они долго ждали возможности купить целебные травы, а поговаривали, что в этот раз ученики собрали немало ценного. Помимо торговцев, старейшины сект с нетерпением ждали выхода своих подопечных. Слух о том, что Юнь Чунгуан приручил девятихвостую лису, уже разлетелся повсюду, и каждый хотел увидеть легендарного зверя.

Однако ученики выходили один за другим, а лисы все не было. Толпа заволновалась: неужели зверь передумал и отказался переезжать? Конечно, нет. Просто Юнь Чунгуан в это время прорывался на новый уровень на вершине горы.

Нужно признать, Юнь Чунгуан был превосходным злодеем: с тяжелой судьбой, стальной волей и выдающимся талантом. В этом шумном месте, где каждый думал лишь о наживе, он сумел успокоиться и совершить прорыв. Лу Чаннин был тронут: меньше двадцати лет, а уже Зарождающаяся Душа! И это его ученик! Пик Цинчжу всегда славился талантами.

Юнь Чунгуан открыл глаза, оглядел этот мир и с неохотой направился к выходу, ведя за собой лису. Старейшины у массива переглянулись, понимая друг друга без слов.

Юнь Чунгуан вышел, а следом за ним показалось огромное, внушающее ужас существо. Его шерсть отливала золотом, девять хвостов величественно развевались за спиной. Зверь был настолько велик, что вполне мог служить верховым животным.

Лу Чаннин впервые видел живую девятихвостую лису и, присев у края массива, пробормотал:

— Вживую она выглядит еще внушительнее, даже больше лошади. Похоже, цену на входной билет придется поднять.

Сяо Хун испугался таких мыслей:

— Лу Чаннин, даже не думай об этом. Девятихвостые лисы еще не вымерли. Если ты попробуешь использовать их как ездовых животных в этом мире, обещаю: когда ты вернешься в Мир Богов, они превратят тебя в игрушку.

По спине Лу Чаннина пробежал холодок:

— Что ты такое говоришь! Это же божественный род, как у меня могут быть такие дерзкие мысли?

Выйдя, Юнь Чунгуан повел лису к лагерю секты Циншань. Он знал, что впереди его ждет буря, но это не имело значения — ведь рядом был человек, который всегда его поддержит.

Глава секты, увидев такого гиганта, расплылся в улыбке, крепко пожимая руку Юнь Чунгуану, хотя взгляд его был прикован к лисе. А сама лиса держала голову высоко, с видом крайнего высокомерия. Но на самом деле она смотрела прямо туда, где сидел на корточках Лу Чаннин.

Закрыв массив вместе с остальными старейшинами, Лу Чаннин отряхнул руки — его миссия была выполнена. Юнь Чунгуан, увидев учителя, с улыбкой побежал к нему:

— Учитель, давно не виделись, как вы?

Лу Чаннин, как обычно, потрепал его по волосам:

— Все хорошо.

Юнь Чунгуан словно хвастался сокровищем, подвел его к лисе:

— Учитель, посмотрите, хороший ли я ездовой зверь вам нашел?

Оба — человек и зверь — замерли. Взглянув друг на друга, они увидели в глазах собеседника лишь брезгливость. Юнь Чунгуан, заметив реакцию учителя, разочарованно произнес:

— Учитель, вам не нравится? Я подумал, как бы вы величественно смотрелись верхом на ней.

Лу Чаннин помнил слова Сяо Хуна и не хотел стать игрушкой. Он протянул руку и похлопал лису по холке, но тут же отдернул её — шерсть была жесткой, как проволока. Это же просто дикий зверь! Где тут божественность? Если на нем ездить, он останется без штанов.

Юнь Чунгуан, обладавший острым зрением, тут же заметил покрасневшую ладонь учителя, и его восторг мгновенно сменился неприязнью к зверю.

Девятихвостая лиса, видя их одинаковые взгляды, пришла в ярость: Я божественный зверь! Что это за отношение? Это я еще вас не презираю! Раньше вы бы мне в ноги кланялись, а теперь смеете морщиться?

Не успели они обменяться и парой слов, как к ним подошли любопытные.

— Это и есть легендарная девятихвостая лиса? Достойна звания божественного существа из Мира Богов, поистине впечатляет.

Лу Чаннин обернулся и увидел того самого старейшину в синем, с которым они вместе охраняли массив. Глава секты поспешил поприветствовать его:

— О, Преподобный Лань, это всё благодаря таланту нашего ученика, что он смог приручить такого зверя. Это большая честь для нашего мира совершенствования.

Преподобный Лань лишь мельком взглянул на Юнь Чунгуана и снова перевел взгляд на лису, не скрывая своего восхищения:

— Такое божественное существо должно принадлежать всему нашему миру, разве не так?

Двое других старейшин, подошедших следом, согласно закивали. Остальные главы сект и зеваки тоже поддержали их гулом. Преподобный Лань усмехнулся:

— Секта Циншань ведь не собирается совершить такую низость, как единоличное присвоение божественного зверя?

Глава секты Циншань понимал, что у них недобрые намерения, но не ожидал, что нападки начнутся так быстро. Он взглянул на Лу Чаннина, возлагая все надежды на Верховного старейшину, и, улыбаясь, ответил:

— О чем вы, почтенные? Мы договаривались, что все награды в тайном царстве принадлежат ученикам. Раз лису привел Юнь Чунгуан, она принадлежит ему. Ни о каком присвоении сект Циншань не может быть и речи, это лишь домыслы.

Преподобный Лань понял, что глава Циншань не собирается вмешиваться, и это придало остальным смелости. Скрестив руки на груди, он наконец соизволил посмотреть на Юнь Чунгуана:

— Юный друг, что скажешь? Продашь ли ты лису, или нам придется забрать её самим?

Юнь Чунгуан был поражен такой наглостью, но лихорадочно анализировал ситуацию. Вступать в открытый бой сейчас — самоубийство. Он еще не восстановил силы прошлой жизни, он всего лишь практик на стадии Зарождающейся Души. Даже если он сможет продержаться, что будет с учителем? Его слабосильный учитель даже ходить без посторонней помощи не мог, как он его защитит?

Юнь Чунгуан посмотрел на лису. Она, услышав, что за неё спорят, с довольным видом разлеглась на земле. Хм, существо, которое можно сдуть одним талисманом, — разве можно на него рассчитывать? Может, просто прихлопнуть эту тварь? Она не только не принесла радости учителю, так еще и навлекла кучу проблем.

http://bllate.org/book/22877/2432793