Заказав отдельный кабинет в ресторане, трое расселись по местам.
Установив звукоизолирующий талисман, Шэнь Сюаньцзин проговорил:
— Призрачный Владыка, которого подавляли дома, сбежал.
— И тебя вот так отправили ловить его в одиночку? — подхватил Гу Чан.
Шэнь Сюаньцзин слегка покачал головой:
— Не только меня, Семья Шэнь отправила немало молодых потомков.
В нынешнем поколении кланов Небесных Мастеров именно у семьи Шэнь было больше всего молодежи. Семья Чжан пришла в упадок, остался лишь один Чжан Вэйлин с выдающимся талантом. Что же до Клана Гу, там по прямой линии шел лишь единственный наследник — Гу Чан.
Чжан Вэйлин спросил:
— Где в последний раз появлялся этот Призрачный Владыка?
То, что под землей у семьи Шэнь был запечатан тысячелетний Призрачный Владыка, было известным в кругах фактом. Говорили, что тысячу лет назад предки семьи Шэнь объединились с несколькими другими великими мастерами, чтобы нанести тяжелейшие увечья бушевавшему тогда в мире смертных Призрачному Владыке. Обе стороны получили серьезные ранения, и ничего не оставалось, как запечатать Призрачного Владыку глубоко под землей у семьи Шэнь.
— Город Z.
Глаза Гу Чана ярко заблестели.
Город Z находился недалеко от города А, как раз можно было спрятаться от этой Бай Синьюэ.
— Удалось лишь зафиксировать ауру Призрачного Владыки, но нельзя с уверенностью сказать, что он всё еще в городе Z, — добавил Шэнь Сюаньцзин.
Желание Гу Чана отправиться в город Z тут же улетучилось.
Пообедав и немного поболтав в кабинете, Чжан Вэйлин собрался идти в Союз брать задание.
Хотя все Небесные Мастера в Союзе проходили аттестацию и могли брать задания прямо на интернет-сайте Союза Небесных Мастеров, Чжан Вэйлин привык обращаться туда лично.
Глядя на удаляющегося Чжан Вэйлина, от которого исходило золотое сияние, Гу Чан потер переносицу.
Шэнь Сюаньцзин протянул руку, и его холодные кончики пальцев коснулись щеки Гу Чана.
Рука Гу Чана, массировавшая переносицу, замерла, а затем опустилась. Он удивленно посмотрел на Шэнь Сюаньцзина.
В тех янтарных глазах отражался только Гу Чан.
Густые респы опустились, словно следом за ними меркла вся звездная россыпь небес. Гу Чан не мог толком понять, что происходит, но его собственные черные глаза были доверху полны Шэнь Сюаньцзина.
Аромат прохладной сосны витал вокруг Гу Чана, и тот не удержался от вопроса:
— Что такое?
Шэнь Сюаньцзин легонько ущипнул мягкую щечку Гу Чана и произнес:
— Ничего, пошли домой.
Малыш еще слишком мал, кое о чем ему говорить пока рано.
— Погоди минутку, я сделаю звонок, — внезапно с серьезным видом сказал Гу Чан.
Увидев, как после телефонного разговора тот с облегчением выдохнул, Шэнь Сюаньцзин спросил:
— Что выяснил?
— Это Бай Синьюэ. Как только у меня начались каникулы, она заявилась домой, деваться было некуда, пришлось прятаться. Только что уточнил у сестры Али, дома ли она. Сейчас ее нет, можем возвращаться.
Убрав телефон в карман, Гу Чан потянул собеседника за собой и вышел из кабинета.
Вернувшись в усадьбу Гу и приняв ванну, Гу Чан обнаружил, что Шэнь Сюаньцзин сидит за его письменным столом и просматривает его домашнее задание.
Гу Чан: «……»
Неужели среди ночи придется садиться за уроки?!
Вытерев волосы, Гу Чан повесил полотенце на спинку стула, подошел к Шэнь Сюаньцзину и слегка наклонился:
— Ты чего в мои уроки заглядываешь?
Свежий аромат юноши то и дело приближался, принося с собой влажное дыхание только что принявшего ванну человека.
Шэнь Сюаньцзин повернул к нему голову:
— Я помогу тебе высушить волосы.
— А, ладно.
Видя, как Шэнь Сюаньцзин встал и пошел за феном, Гу Чан бросил взгляд на свой письменный стол: контрольная лежала абсолютно чистой, на ней даже имя было не написано.
Прогулявший весь день Гу Чан: «……»
Шэнь Сюаньцзин высушил волосы Гу Чана и ровным тоном произнес:
— Завтра дома доделаешь уроки.
Гу Чан: «……» Он так и знал!
На следующий день после завтрака было уже за восемь.
Бай Синьюэ, цокая каблуками мягких коричневых туфель, вошла в усадьбу Гу.
Едва переступив порог гостиной, она увидела горничную Али, занимавшуюся уборкой.
— Старший брат Гу дома?
Али ответила:
— Юный господин в спальне, пожалуйста, подождите минутку, я пойду…
— Не нужно, я сама, — не дожидаясь окончания фразы, оборвала ее Бай Синьюэ и сразу поднялась на второй этаж, направляясь к двери спальни Гу Чана.
А в следующее мгновение, толкнув дверь, она радостно воскликнула:
— Старший брат Гу, я пришла навестить тебя, пойдем погуляем вместе!
Гу Чан сидел за письменным столом и делал уроки, а Шэнь Сюаньцзин читал книгу на другом стуле.
Услышав голос, оба одновременно обернулись к двери.
Стоявшая на пороге Бай Синьюэ была одета в бежевое длинное платье с рюшами, ее прическа была тщательно уложена, а в руке она держала самую последнюю модель брендовой сумочки.
По ней совершенно нельзя было сказать, что перед нами семнадцатилетняя старшеклассница.
Шэнь Сюаньцзин слегка нахмурился, его взгляд был пугающе холодным.
Гу Чан отвернулся обратно, продолжая заполнять контрольную, и холоновато бросил:
— У меня еще не дописана контрольная, поищи кого-нибудь другого.
Бай Синьюэ подошла ближе и опустила ладошку на листок с заданием Гу Чана:
— Нет, ты должен составить мне компанию, правда же? Старший брат Гу~
Взгляд Гу Чана потемнел, он откинулся назад:
— Убери руку, ступай куда собиралась.
Это обращение старший брат Гу действовало ему на нервы.
— Нет, я хочу остаться с тобой, — Бай Синьюэ попыталась продолжить.
Холодный голос Шэнь Сюаньцзина раздался из глубины комнаты:
— Раз не хочешь уходить, тогда оставайся.
Не успела Бай Синьюэ порадоваться, как Шэнь Сюаньцзин бросил ей толстую стопку тестовых заданий:
— Пиши.
— С какой стати мне это писать? — Бай Синьюэ надула губки и устремила на Шэнь Сюаньцзин свои оленьи глазки.
— Не будешь писать — уходи, — холодно бросил Шэнь Сюаньцзин.
Разозленная Бай Синьюэ топнула ногой и швырнула тесты в сторону:
— Тц, да кому охота это писать! Старший брат Гу, признайся, ты же сам хочешь пойти погулять?
Неизвестно откуда у Бай Синьюэ взялась храбрость пойти против Шэнь Сюаньцзина.
На самом деле в душе она всё еще немного побаивалась его, но раз уж ей с таким трудом удалось выследить Гу Чана, упускать шанс сблизиться она не собиралась.
Если Гу Чан в нее не влюбится, то через два года она…
Малыш, в этой главе еще кое-что осталось, пожалуйста, нажми на следующую страницу, чтобы продолжить чтение, дальше будет еще интереснее!
Гу Чан равнодушно отказался:
— Нет, я еще не закончил уроки, да и гулять не хочу. Возвращайся домой, иначе не взыщи, если выгоню силой.
Лицо Бай Синьюэ перекосилось от злости. Она развернулась и зашагала к выходу, громко стуча каблуками мягких туфель по полу.
Закрыв за ней дверь, Шэнь Сюаньцзин подошел к Гу Чану, склонился над его контрольной и указал пальцем на одно из мест:
— Здесь ошибка, метод решения выбран неверно.
Кончик ручки Гу Чана уткнулся в черновик. Он втягивал исходивший от другого человека аромат прохладной сосны — невероятно чистый и бодрящий.
Тот самый хвойный запах, к которому он привыкал больше десятка лет.
Он вдруг вспомнил, как в трехлетнем возрасте впервые увидел Шэнь Сюаньцзина и подумал, что этот человек хорош собой абсолютно во всем.
Он помнил, как Шэнь Сюаньцзин тогда сказал: «Ты ведь сам меня поймал».
С тех пор Шэнь Сюаньцзин и прожил в их доме больше десяти лет.
— О чем задумался? — холодный голос прозвучал прямо у самого уха Гу Чана, прерывая его мысли.
— Думаю о том, что ты сказал в детстве, — автоматически ответил Гу Чан.
Шэнь Сюаньцзин тут же поинтересовался:
— И что же я говорил?
Гу Чан мгновенно пришел в себя. Повернув голову и собираясь заявить, что ничего он не вспоминал, он случайно мазнул губами по уголку губ Шэнь Сюаньцзина.
Гу Чан остолбенел, плотно сжал губы и уставился в тетрадь.
С чего это тот вдруг оказался к нему так близко?
Шэнь Сюаньцзин никак не отреагировал, его выражение лица осталось спокойным:
— Не забудь исправить ошибки, на которые я только что указал, а я отойду по делам.
— Ага… — отозвался Гу Чан, не смея поднять взгляд на Шэнь Сюаньцзина.
Уставившись на контрольную, он продолжал тыкать ручкой в черновик, но его мысли были бесконечно далеки от учебы.
Спустя какое-то время Гу Чан смиренно уткнулся лбом в столешницу и тяжело вздохнул.
Если бы он до сих пор не понял, какие чувства испытывает к Шэнь Сюаньцзину, его годы можно было бы считать прожитыми зря.
И то, что он додумался до этого только сегодня, говорило о его изрядной заторможенности.
Бросив ручку в сторону, Гу Чан начал елозить лицом по столу, словно жарящаяся лепешка.
Теперь его главной проблемой было: а что делать, если Шэнь Сюаньцзин видит в нем лишь хорошего братана?
Если он захочет поехать за Шэнь Сюаньцзином в университет H в городе А, ему прежде всего придется как следует взяться за учебу — в конце концов, поступить в университет H для него задача не из легких.
Впрочем, не страшно, до экзаменов еще есть время, успеет.
Поэтому, когда Шэнь Сюаньцзин просто съездил по делам и купил любимые снеки малыша, вернувшись, он застал Гу Чана за невероятно серьезным и сосредоточенным написанием тестов: формулы на выброшенных на пол черновиках были исписаны сплошным потоком.
Шэнь Сюаньцзин: «……»
— Я купил тебе кое-что перекусить.
— Ага, оставь там, я понял, — продолжая писать, даже не поднял головы Гу Чан.
Шэнь Сюаньцзин слегка нахмурился. Оставив пакет на кровати, он намеренно помаячил у Гу Чана за спиной, но тот по-прежнему усердно строчил в тетради и даже не думал поднимать на него глаза.
Взгляд Шэнь Сюаньцзина потемнел. Ничего не сказав, он вышел из комнаты, аккуратно притворив за собой дверь.
Вспомнив явившуюся сегодня Бай Синьюэ, он прекрасно понимал, что у той на уме. Неужели малыш игнорирует его из-за этой особы?
Что ж, прекрасно, Бай Синьюэ.
Сидящая в чайной лавке Бай Синьюэ вдруг судорожно вздрогнула.
— В чем дело, Синьюэ, тебе нездоровится? — сидевший напротив парень выглядел лет на семнадцать-восемьдесят, с ухоженной смуглой кожей, копной натуральных светло-каштановых кудрей, глубокими чертами лица и светло-зелеными глазами, отдающими некоторой метисной красотой.
Он с беспокойством смотрел на сидящую напротив Бай Синьюэ.
Та покачала головой, и ее алые губы широко растянулись в красивой улыбке:
— Я в порядке, брат Сюань.
Лу Сюань участливо произнес:
— Если почувствуешь себя плохо, обязательно скажи.
Бай Синьюэ с улыбкой кивнула. Лу Сюань оставался точно таким же, как в прошлой жизни: теплым, заботливым, да к тому же неравнодушным к ней.
А вот Гу Чан по-прежнему относился к ней с паническим страхом, не говоря уже о Шэнь Сюаньцзине и Чжан Вэйлине.
Можно сказать, что эти трое, в отличие от прошлой жизни, не питали к ней ни малейшей симпатии.
Раз так, то когда придет тот день, ей придется подготовиться самым тщательным образом.
Возможно, ей стоит разыскать Призрачного Владыку…
Время текло и текло, незаметно докатившись до экзаменов.
Сразу после их окончания Гу Чан пустился во все тяжкие.
Не прошло и двух дней, как старший Гу за ухо приволок его в фамильное святилище клана Гу, где почиталось божественное создание Байцзэ, и велел постигать там законы Дао и искусство талисманов, пригрозив не выпускать, пока тот не выучит всё до единого.
Гу Чан: «……» Только не это, его прекрасные летние каникулы QAQ!
Он перепробовал все способы заставить старшего Гу изменить решение, но в итоге был вынужден подчиниться, а когда Гу Чан поинтересовался мнением Шэнь Сюаньцзина, тот ответил, что это замечательно.
Это замечательно…
Замечательно…
Да хрен там плавал!
Гу Чан был близок к исступлению: он-то планировал, как будет сближаться с Шэнь Сюаньцзином во время каникул!
А теперь ему оставалось лишь пялиться на висящий на стене портрет божественного зверя Байцзэ.
Даже этот сопляк Чжан Вэйлин выглядел так, будто только и ждал, когда же Гу Чан наконец отправится в заточение.
Просто бесит до невозможности.
Город Z.
Бай Синьюэ шла по памяти в один из переулков.
Она помнила, что именно здесь Призрачный Владыка спас маленькую девочку и одновременно выдал свою ауру, из-за чего за ним увязались даосы из Союза Небесных Мастеров.
Оставалось надеяться, что Призрачный Владыка все еще здесь.
— Девчонка… зачем пожаловала? — хриплый, зловещий голос зловеще прозвучал прямо над ухом Бай Синьюэ.
Бай Синьюэ моргнула, пытаясь совладать с собой:
— Я хочу заключить с тобой сделку.
— Девчонка… ты из людей Союза, с чего мне тебе верить? А знаешь, давай-ка я вырву твое сердце, — черная тень появилась перед Бай Синьюэ безо всякого предупреждения. Силуэт возвышался над ней на целую голову, а кроваво-красные глаза впились в девушку.
Температура вокруг резко упала.
Хотя на дворе стоял июнь, Бай Синьюэ ощутила лютый холод, пробирающий до мозга костей.
Однако следующие слова Призрачного Владыки заставили ее провалиться в ледяную бездну.
— Я вижу, что твое тело тебе не принадлежит. Как думаешь, что будет, если я отберу эту оболочку себе? — Призрачный Владыка резко подался вперед, и ледяная призрачная ци окружила Бай Синьюэ, норовя проникнуть внутрь ее тела.
— Ты… ты врешь! Это мое тело! — попятившись на пару шагов, Бай Синьюэ побелела губами.
Этого не может быть, не может… Призрачный Владыка просто блефует!
Она и есть Бай Синьюэ!
http://bllate.org/book/22880/2433222
Сказали спасибо 0 читателей