Тот самый человек — красив, не так ли? Его просто невозможно забыть, как я мог не вспомнить, где именно видел этого странного парня?
Су Шаои размышлял об этом всё чаще, и сегодня, встретившись с Шэнь Цзином, наконец спросил напрямую.
В ответ на вопрос Су Шаои Шэнь Цзин слегка склонил голову, немного подумал и ответил:
— Секрет.
— ... — Су Шаои нахмурился, глядя на него с недовольством, но тут же сдался под мягкой улыбкой собеседника. — Ну а почему ты вообще мне помогаешь?
— Да особого повода и нет, — Шэнь Цзин немного поразмыслил. — Ты ведь любишь Шэнь Лю? Раз уж ты готов хорошо относиться к этому ребенку, я, естественно, не буду против.
— Тогда хотя бы подскажи, что мне подарить Шэнь Лю на этот раз?
— Хм... дай подумать, — Шэнь Цзин слегка улыбнулся. — Шэнь Лю в последнее время помешался на коллекционировании карточек из лапши быстрого приготовления. Может, подаришь ему их?
— Дарить такую ерунду — это как-то несолидно, я ведь...
Шэнь Цзин плавно протянул руку и нежно щелкнул Су Шаои по лбу.
Су Шаои застыл. Он ошарашенно смотрел на этот слегка интимный, полный баловства жест, не в силах сразу прийти в себя. Слова, которые он собирался договорить, постепенно затихли.
Он машинально коснулся лба в том месте, куда его щелкнул Шэнь Цзин. Честно говоря, боли не было. Напротив, осталось ощущение легкой прохлады.
Словно крошечная ледяная бабочка, устав лететь, присела на мгновение на его лоб, а затем снова легко вспорхнула и унеслась прочь.
— Самое важное — это то, какой подарок на самом деле хочет получить Шэнь Лю, верно? — Шэнь Цзин прервал его раздумья и игриво подмигнул. — Разве нет?
В этот погожий послеполуденный час, в один из самых обычных моментов, Су Шаои вдруг явственно услышал бешеный стук собственного сердца.
Раз за разом, мощно и настойчиво.
С тех пор Су Шаои зачастил в цветочный магазин к Шэнь Цзину, иногда просто оседал рядом и проводил там весь остаток дня.
— Эй, нечего тут околачиваться, мелочь, мешаешь нам работать, — иногда ворчал владелец магазина Генри, делая вид, что выгоняет парня.
— Хм.
— Хозяин, Су Шаои еще ребенок, зачем ты с ним задираешься? — Шэнь Цзин выглядел слегка утомленным.
— Пф, если бы мой сын, когда вырастет, стал таким же надоедливым, я бы точно притащил его домой и как следует проучил.
Су Шаои тоже был не в восторге от владельца магазина:
— Эй ты, я буду платить тебе десять тысяч в месяц, просто увольняйся отсюда и проводи время со мной.
— Мелкий? Ты что, прямо у меня на глазах пытаешься переманить моего сотрудника?
— ...Хозяин, не подливай масла в огонь. И еще, Шаои, — Шэнь Цзин с досадой посмотрел на него. — Я же говорил тебе, не разбрасывайся деньгами направо и налево. Хотя твоя семья и богата, в конечном счете это деньги твоих родителей.
Су Шаои молча протестовал против нотаций.
Шэнь Цзин вздохнул и снова щелкнул его по лбу:
— Если не сменишь настрой, так и будешь всю жизнь бегать за Шэнь Лю без толку.
— Когда-нибудь я добьюсь своего, он даже начал сам звать меня гулять.
— Вот как? Большой прогресс, — Шэнь Цзин, как обычно, улыбнулся мягко и искренне.
От этой улыбки сердце Су Шаои дрогнуло:
— Эй, ты.
Шэнь Цзин до сих пор не назвал своего имени, поэтому Су Шаои по сей день обращался к нему лишь на ты или через эй.
— М?
— Если однажды я начну встречаться с Шэнь Лю, что ты будешь делать?
Услышав вопрос, Шэнь Цзин естественно улыбнулся:
— Конечно, я буду рад за вас.
— ...И всё? — в голосе Су Шаои прозвучала нотка досады.
— Только это, — Шэнь Цзин мягко улыбнулся. — Ты так искренне хочешь заботиться о нем, я спокоен.
Су Шаои, услышав такой естественный ответ, почему-то почувствовал раздражение...
Он ведь понимал, что этот странный человек не может отреагировать иначе, но его безмятежность всё равно выводила из себя.
— Эй.
— М?
Су Шаои вспомнил, как тот недавно назвал его ребенком в разговоре с хозяином лавки, и пламя раздражения вспыхнуло с новой силой.
— Для тебя я все еще ребенок? — Су Шаои вспомнил, как Шэнь Цзин вечно щелкает его по лбу и смотрит с такой снисходительной нежностью, и возмутился: — Ты ведь сам старше меня всего на пару лет.
Чем чаще он приходил в этот магазин, тем больше его изначальная цель отходила на второй план.
Сначала он искренне хотел узнать у этого странного типа, как завоевать расположение Шэнь Лю, но в какой-то момент всё изменилось...
Он уже не был уверен, так ли важно добиться взаимности от Шэнь Лю.
Теперь он приходил сюда лишь для того, чтобы увидеть этого человека с сияющей улыбкой, имя которого он даже не знал... Просто увидеть, и больше ничего.
Шэнь Цзин странно посмотрел на него, словно не понимая, к чему этот спор.
— Я старше тебя на два года, — спокойно ответил он.
— Два года — это пустяки, — Су Шаои не унимался. — К тому же я выше тебя на пять-шесть сантиметров.
Су Шаои был высоким, стройным и весьма привлекательным. Если судить по росту, он действительно был чуть выше.
— Шаои, мне кажется, тебе не стоит зацикливаться на этом, — Шэнь Цзин подбирал слова. — Парни в твоем возрасте хотят поскорее повзрослеть, но, выйдя в мир, понимаешь, что школьные годы — прекрасное время.
Су Шаои молча уставился на него.
Шэнь Цзин в недоумении встретил его взгляд, и в глубине его глаз читался немой вопрос: Что случилось?
На самом деле, Су Шаои и сам не знал, что с ним. Мысль о том, что Шэнь Цзин видит в нем лишь ребенка, ранила сильнее, чем когда-то отказ самого Шэнь Лю.
Он не понимал причин своего раздражения и лишь закусил нижнюю губу, чувствуя себя потерянным зверьком.
Шэнь Цзин работал в магазине до шести вечера, и Су Шаои всё это время оставался рядом, пока Генри не упаковал букет и не протянул его Шэнь Цзину.
— Вот, доставь по этому адресу, и можешь быть свободен.
— Хорошо, — Шэнь Цзин взял заказ. Су Шаои заглянул в записку: — Этот ресторан, кажется, рядом с нашей школой?
[Конечно рядом, ведь это носитель его выбрал, — вздохнула Цзюцзю. — Такое чувство, что ты снова затеваешь грандиозное представление.]
[Не такое уж и грандиозное.]
Шэнь Цзин кивнул и повернулся к Су Шаои:
— Шаои, может, ты пойдешь домой?
— Я пойду с тобой, — не задумываясь, ответил Су Шаои.
В последнее время ему хотелось быть рядом с этим человеком, даже сутки напролет казались недостаточными.
— Какая крепкая дружба, — усмехнулся Генри.
Су Шаои бросил на него сердитый взгляд, а Генри лишь пожал плечами и вернулся к работе.
Летний вечер, солнце только начало клониться к закату. Оранжево-золотистые лучи, словно застенчивые девицы, лишь робко выглядывали из-за дверного проема, не решаясь показаться целиком.
Они шли рядом, храня молчание.
— Эй, — первым прервал тишину Су Шаои.
— М? — Шэнь Цзин, как всегда, мягко отозвался.
— У тебя есть кто-то, кто тебе нравится? — спросил Су Шаои. — Ну, в том смысле, как я люблю Шэнь Лю, как возлюбленного.
Шэнь Цзин задумался, затем с горькой усмешкой покачал головой:
— Я либо на занятиях, либо на подработке. У меня нет времени на свидания, да и финансовой возможности тоже.
— Пф, — Су Шаои фыркнул, но на душе вдруг стало легко.
Значит, у этого странного типа никого нет. Впрочем, неудивительно — при всей его красоте он совсем не романтик.
— Впрочем, — добавил Шэнь Цзин, — у меня есть младший брат, которого я очень люблю и берегу.
— Брат не считается.
— Конечно, не считается. Но для меня сейчас он — весь мой мир, — спокойно произнес Шэнь Цзин. — Мы оба были брошены родителями и выросли в приюте. В детстве меня обижали, и брат всегда заступался за меня. Хотя обычно заканчивалось тем, что нас обоих избивали старшие хулиганы.
— ... — Су Шаои вырос в любящей и обеспеченной семье, он не мог даже вообразить подобного.
Брошенные дети, приют, травля — насколько же печальным было его детство.
— Когда я закончил девять классов, то съехал из приюта, чтобы подрабатывать на ночном рынке. Там было полно бандитов, я часто попадал в переделки. По ночам брат со слезами на глазах обрабатывал мои раны.
Слушая это, Су Шаои словно увидел тринадцатилетнего Шэнь Цзина, избитого в темном переулке. Сердце внезапно сжалось, стало трудно дышать.
— Позже, когда мы подросли, жизнь наладилась. Когда я хотел поступить в университет искусств, брат бросил учебу на год, чтобы поддержать меня.
— Сейчас для меня важнее всего он. Я должен заботиться о нем до совершеннолетия, у меня нет сил думать о чем-то другом. Включая любовь.
Су Шаои не мог описать свои чувства.
Он никогда не испытывал ничего подобного — сильного, яростного, словно прилив, захлестнувшего его сердце.
Тупая боль не утихала. Слушая спокойный рассказ Шэнь Цзина, он мечтал лишь об одном: вернуться в прошлое и защитить того беспомощного мальчишку.
Или хотя бы разделить с ним ту давнюю боль.
Су Шаои не знал названия этому чувству, но оно давило на него всей своей тяжестью.
Шэнь Цзин бросил на него мимолетный взгляд.
Избалованный с детства юноша, никогда не знавший настоящей любви, как он мог понять, что это — сострадание?
То самое чувство, которое возникает лишь тогда, когда любишь кого-то до боли, когда готов принять на себя все его страдания.
— Если кто-то другой захочет позаботиться о моем брате, я буду только рад, — тихо сказал Шэнь Цзин.
Су Шаои замер, глядя на его привычную, спокойную улыбку.
Впервые в душе зародилось странное, колючее чувство — ревность?
Ревность к брату этого странного человека. Ревность к тому, что кто-то получает столько нежности и заботы, что кто-то является смыслом его жизни.
Такой сложный коктейль эмоций — горечь ревности и ноющая боль в груди — терзал его.
Он смотрел на хрупкую фигуру Шэнь Цзина. Заходящее солнце, словно тоже питая к нему слабость, окутывало его мягким оранжевым светом.
Впервые Су Шаои почувствовал не только восхищение, но и острую жалость.
Эта мягкая улыбка, тихая и сдержанная, лишенная агрессии, но ошеломляюще прекрасная, насильно приковывала его взгляд, не позволяя отвернуться.
Тот образ, что при первой встрече казался лишь красивой картинкой, теперь наполнился глубоким, тяжелым смыслом.
Этот странный человек... сколько же несправедливости ему пришлось пережить, чтобы сохранить такую спокойную улыбку? Черт возьми... почему я не встретил его раньше?
Движимый неведомым порывом, Су Шаои сжал кулаки.
— Эй, — нерешительно позвал он.
— М? — Шэнь Цзин вопросительно повернул голову.
Су Шаои хотел сказать, что если у него возникнут трудности, он всегда может обратиться к нему, что он... он защитит его.
Но не успел он договорить, как вдалеке послышался звонкий, радостный голос:
— Брат!
Су Шаои остолбенел, глядя, как Шэнь Лю подбегает к Шэнь Цзину и радостно хватает его за руку.
— Брат, ты пришел встретить меня из школы?
Шэнь Цзин с долей усталости и нежности посмотрел на него:
— Нет, я просто доставлял цветы. Но, Лю, мы можем пойти домой вместе.
Су Шаои переводил взгляд с Шэнь Лю на Шэнь Цзина.
Воспоминания начали складываться в единую картину.
Почему этот человек так хорошо знает Шэнь Лю? Почему он всегда смущался, когда Су Шаои ругал его брата? И его слова: Ты искренне относишься к Шэнь Лю, я рад.
Он должен был догадаться раньше... этот странный человек и есть Шэнь Цзин, старший брат Шэнь Лю.
— Ты... брат Шэнь Лю. Шэнь Цзин, — это не был вопрос. Су Шаои сжал кулаки, подавляя гнев.
Шэнь Лю, заметив Су Шаои, удивленно перевел взгляд на брата:
— Су Шаои? Почему ты с моим братом?
— Случайно встретились по дороге, — мягко пояснил Шэнь Цзин.
— Прости, — он виновато посмотрел на Су Шаои. — Сначала я не хотел говорить, потому что ты был настроен против меня, а потом не подворачивалось удобного случая.
Шэнь Цзин помедлил:
— Позволь представиться официально. Я Шэнь Цзин, брат Шэнь Лю. Спасибо, что заботишься о нем.
Он протянул руку для рукопожатия.
Су Шаои с силой отбил его руку:
— Лжец!
Не обращая внимания на возмущенные крики Шэнь Лю: Эй! Как ты смеешь так вести себя с моим братом! Су Шаои, куда ты?! — он развернулся и побежал в противоположную сторону.
— Что с ним такое? — Шэнь Лю нахмурился, глядя вслед убегающему. — Брат, с рукой всё в порядке? Он сильно ударил?
— Пустяки, — Шэнь Цзин улыбнулся, успокаивая брата.
— Хе-хе, ну и хорошо, — Шэнь Лю просиял ангельской улыбкой. — Пойдем скорее, доставим цветы и домой? Брат? Пожалуйста?
— Хорошо.
*
Этот странный тип — Шэнь Цзин? Брат Шэнь Лю?
Су Шаои бежал по улице, эмоции внутри него буквально клокотали.
Он вспоминал, как ругал брата Шэнь Лю при нем, а тот лишь неловко улыбался. Вспоминал, как спрашивал совета о подарке, а тот смотрел на него с таким пониманием.
Черт... черт! Он всё знал с самого начала, но молчал!
Лжец! Лжец!
В глубине души он чувствовал себя одураченным. Он больше никогда не хочет видеть этого мерзавца Шэнь Цзина!
Но тут же в памяти всплыли его слова: Мы с братом выросли вместе, он — смысл моей жизни. До его совершеннолетия я не думаю о любви. Если кто-то искренне любит Шэнь Лю, я счастлив.
Опять... эта ноющая боль в сердце.
Невероятно. Су Шаои сжал кулаки — он сочувствует собственному сопернику? И даже... хочет обнять его и защитить от всех бед мира.
*
— Брат... — по дороге домой Шэнь Лю не выдержал. — Откуда ты вообще знаешь Су Шаои?
Разве у Су Шаои не было предубеждений против брата? Их миры вообще никак не пересекались.
Почему они оказались вместе? И этот взгляд Су Шаои перед уходом...
В сердце Шэнь Лю закралась тревога. Ему показалось, что Су Шаои смотрел на брата как-то... странно.
Будто он... влюблен в него?
Нет... никто не смеет отнять у него брата.
Шэнь Лю нервно теребил пальцы. Брат принадлежит только ему. Он никому не позволит забрать его.
— Брат, — он посмотрел на Шэнь Цзина, в его больших глазах читалась тревога и полное доверие. — У тебя ведь нет никаких чувств к Су Шаои?
— Чувств? — Шэнь Цзин удивленно задумался, но быстро покачал головой. — Конечно нет. Он ведь любит тебя, разве нет?
Точно. Су Шаои любит его. Шэнь Лю наконец выдохнул. Наверное, это было просто совпадение. У Су Шаои столько предрассудков, с чего бы ему влюбляться в брата? Наверное, ему просто показалось.
Брат всю жизнь любил только его, он никогда не изменит.
Укрепившись в своей решимости, Шэнь Лю успокоился.
— Кстати, на ужин я хочу лапшу, которую ты готовишь.
http://bllate.org/book/22891/2435475
Готово:
