Чжэн Юймин впервые так пристально и серьезно вгляделся в сидевшую перед ним женщину. Когда с ее лица исчезали деловая хватка, с которой она обсуждала работу, и домашняя открытость вперемешку с жизнерадостью, на первый план выступала тревога, ничем не отличающаяся от переживаний любой матери на свете.
Как звездная сваха брачного агентства, Матушка Лю повидала бесчисленное множество счастливых пар и человеческих бурь. Раньше ее мечты казались ей такими прекрасными: выудить из собственной картотеки одну на миллион превосходную девушку и представить ее сыну в качестве невесты — разве не чудесно жилось бы всей семье? У них с мужем фамилия Лю, и у сына тоже Лю. Тогда они даже шутили, что Лю Цицзюню лучше всего найти невесту с фамилией Лю, чтобы все они могли собраться под крышей одного семейного двора Лю. К сожалению, база данных хороших девушек еще не успела полностью сформироваться, как Лю Цицзюнь вдруг заявил семье, что девушки ему не нравятся, ему по душе парни. Матушка Лю разозлилась так сильно, что едва не угодила в больницу.
В тот период в доме, если и не стоял кромешный кошмар, то по меньшей мере каждый день полыхали нешуточные страсти. Их семья и без того не пользовалась особым авторитетом среди родственников, а тут еще появился единственный сын, который вовсе не собирался жениться и заводить детей. Матушка Лю была готова горько заплакать от обиды и злости. Если бы не то обстоятельство, что оба родителя не страдали феодальными предрассудками и консерватизмом, они бы давно выставили Лю Цицзюня за дверь.
Быть родителями — значит хлопотать всю свою жизнь. Матушка Лю с таким трудом уговорила себя смириться с ориентацией сына, но тут же испугалась, что он, подобно многим представителям этого круга, начнет шастать повсюду, заводить беспорядочные связи и предаваться разгулу. В итоге она попросту посадила сына под домашний арест: четкий график работы, постоянный присмотр родных — и никаких неприятностей.
Теперь, оглядываясь назад, она и сама не знала, правильным ли был тот поступок. Лю Цицзюнь рос сыном почтительным и во всем слушался родителей. Все эти годы он действительно вел себя благоразумно, и за исключением редких задержек на работе или дружеских посиделок, почти не ночевал вне дома. Сначала Матушка Лю радовалась, что сын стал таким разумным, но со временем поняла: так продолжаться не может. Пусть он не женится и не заводит детей, но ведь нельзя же оставаться совсем без пары!
Матушка Лю глубоко переживала за старость сына. Она боялась, что в будущем рядом с ним не окайдется детей и он останется в ужасном одиночестве — а с надежным спутником жизни всяко лучше. И тогда она принялась подыскивать ему подходящую пару. Увы, присмотревшись к многочисленным представителям того же круга, она с горечью осознала, каких только людей там не встретишь, и кого ни поставь рядом с ее сыном — всё выглядело дико и неестественно. Время от времени ей все же приглядывалось кое-кто, она тащила сына на свидания вслепую, но в итоге всё неизменно заканчивалось ничем.
Вообще-то она смутно догадывалась, что у Лю Цицзюня было несколько бойфрендов, но дома он почти об этом не распространялся и никогда не приводил их на официальное знакомство, поэтому родители делали вид, будто ничего не знают.
Встреча с Чжэн Юймином стала для Матушки Лю полной неожиданностью.Если не брать в расчет сексуальную ориентацию, Чжэн Юймин во всех отношениях был превосходной партией: внешность, семейное положение, доход и личные качества — всё на высоте. С такими данными ему не нужно было бояться, что кто-то сочтет его недостаточно хорошим, скорее он сам мог перебирать кандидатов. И действительно, требования, которые выдвинул Чжэн Юймин, оказались вовсе не низкими.
Впрочем, Матушка Лю прекрасно это понимала. При данных Чжэн Юймина было совершенно нормально стремиться найти кого-то равного себе или даже лучше.
Эту шутливую историю со сватаньем Лю Цицзюня поначалу ни тот, ни другая особо не воспринимали всерьез. Оба понимали, что это лишь ни к чему не обязывающая проба почвы, и никто из них даже не помышлял о каком-либо продолжении.
Кто же мог предвидеть, что Лю Цицзюнь в конце концов по-настоящему влюбится?
Матушка Лю тяжело вздохнула и произвела:
— Малыш Чжэн, скажи тетушке правду, какие у тебя… какие у тебя вообще планы насчет Сяо Цзюня?
Как раз в этот момент официант начал подавать блюда, и их разговор на миг прервался. Чжэн Юймин, разворачивая для нее упакованные в пленку палочки и ложки и обдавая их кипятком для дезинфекции, попутно обдумывал ответ. Когда на столе появилось почти всё заказанное, он неторопливо заговорил:
— Тетушка, раньше я ни с кем не встречался, так что насчет планов — я даже не знаю, как это описать.
Матушка Лю кивнула, показывая, что понимает.
— Мы познакомились на свидании вслепую, и наше знакомство начало складываться от бумажных анкет к реальности. Было бы наивно полагать, что между нами нет никакой разницы по сравнению с парами, которые сходятся естественным путем. Прежде всего мы уже обладали предварительным представлением и оценкой социального положения, семьи и работы друг друга, и лишь затем начали задумываться о романтической стороне. Я понятия не имею, как другие общаются после подобных встреч, но мы с Лю Цицзюнем просто ужинали, болтали, временами ходили в кино, подвозили друг друга на работу и домой. Всё очень обычно.
Выслушав его, Матушка Лю кивнула:
— У большинства потенциальных женихов и невест, если они друг другу приглянулись, примерно так всё и происходит.
— О, вот как, — Чжэн Юймин облегченно выдохнул. На самом деле он совершенно не представлял, какое общение считается нормальным, и, услышав, что у остальных всё обстоит точно так же, сразу успокоился.
Матушка Лю, погрузившись в какие-то свои мысли, пару раз кашлянула и спросила:
— Вы… это… кхм… вы уже…
Чжэн Юймин слегка наклонил голову и озадаченно посмотрел на нее:
— Что?
— Ну… Разве Сяо Цзюнь не ночевал пару раз вне дома? Вы… кхм… — Матушка Лю уставилась в потолок, чувствуя, что ее бесстыдство с годами только крепнет.
Чжэн Юймин сперва мысленно припомнил те несколько вечеров, когда Лю Цицзюнь не возвращался домой, а затем сообразил, к чему клонят. Лицо его в тот же миг наполовину покраснело, и он запинкой произнес:
— Н-нет… Тетушка, о чем вы только думаете!Матушка Лю тоже смутилась. На самом деле она вовсе не собиралась спрашивать так прямо, но... понимаете ли... ее сын совсем не похож на невинного, послушного мальчика! Судя по тому, как она знала Лю Цицзюня, раз уж этот парень готов каждый день липнуть к Чжэн Юймину так, что хоть на весь мир объявляй, потребности у него в этом плане определенно немаленькие. Они ведь знакомы уже столько времени, неужели они до сих пор застряли на стадии объятий и поцелуев?
— Тетя просто так спросила, к слову, — Матушка Лю неловко рассмеялась, подкладывая ему еду, чтобы скрыть свое смущение. — Ешь давай, ешь.
Чжэн Юймин думал, что уж его-то собственные родители — те еще чудики. Люди искусства всё-таки народ более свободный, и порой услышать от них какие-то смелые высказывания вполне простительно. Но почему Матушка Лю, которая с первого взгляда казалась типичной доброжелательной, но скромной китайской матушкой, способна вот так в лоб задавать парню своего сына подобные вопросы?! Да что вообще этот ненормальный Лю Цицзюнь наговорил своим родителям?!
Ему было до смерти неловко, оставалось лишь уткнуться в тарелку и есть. Обоим было неуютно, и в отдельной кабине стояла тишина, нарушаемая лишь звуками еды.
Спустя какое-то время жар на их лицах немного спал, и Матушка Лю, кашлянув, заговорила снова:
— Ну... Сяо Чжэн, я что-то совсем не слышала, чтобы ты рассказывал о своих родителях.
Вообще-то Чжэн Юймин уже давал ей информацию, хоть и не слишком подробную. Теперь, когда она спросила снова, он не стал ничего скрывать и выложил всё как на духу — ровно то же самое, что рассказывал когда-то Лю Цицзюню.
Возможно, потому что она сама была матерью, отношение Матушки Лю оказалось куда более широким, чем у Лю Цицзюня:
— Ох, у родителей своя жизнь, и порой с этим ничего не поделаешь. Как и у нас в семье: мы ведь тоже прошли через всякое, путь был ухабистым. Твой дядя Лю в молодости тоже был занят карьерой, вечно пропадал на работе. Бывало, возьмет крупный проект — и целый месяц летает по командировкам, вернется домой от силы на два-три дня — и снова уедет, а я остаюсь одна вести хозяйство. Сяо Цзюнь тогда как раз в детский сад ходил, а бабушкам и дедушкам с обеих сторон было неудобно приезжать и помогать с ребенком, так что мне пришлось уволиться и сидеть дома, заботиться о нем. Когда он немного подрос, у него появилось много друзей во дворе, я только тогда и смогла потихоньку снова найти работу — ту самую, в брачном агентстве. Правда, старалась далеко не уходить, работала строго по графику, чтобы успевать присматривать за ним.
Чжэн Юймин никогда не слышал от Лю Цицзюня об этом, поэтому слушал ее очень внимательно.
— Семья и карьера — вещи сложные, тут трудно однозначно рассуждать. Раньше я занималась административной работой в компании, и если бы не необходимость воспитывать ребенка, сейчас, наверное, уже дослужилась бы до какого-нибудь топ-менеджера. Хотя моя нынешняя карьера тоже неплоха, но сказать, что совсем нет сожалений, было бы неправдой. Иногда, глядя на Сяо Цзюня, я думала: если бы мы с его отцом в молодости оба занимались только работой и пустили этого мальчишку на самотек, кто знает, каких бы делов он натворил вместе с Чжоу Ханем и остальной шпаной.
Чжэн Юймин улыбнулся. Он и не подозревал, что в детстве Лю Цицзюнь был таким проказником.
Матушка Лю вошла во вкус воспоминаний и с увлечением принялась рассказывать о неловких и смешных случаях из детства сына.
Раньше у Матушки Лю был на редкость мягкий характер, но после того, как она стала домохозяйкой и целыми днями возилась с непослушным ребенком и домашними делами, она превратилась в очень нетерпеливого, вспыльчивого человека и держала Лю Цицзюня в ежовых рукавицах. Лю Цицзюня можно было назвать типичным раннеспелым ребенком: он не устраивал никаких безумных бунтов, гладко и ровно прошел через все хорошие школы, да и характер у него был неплохой, вот только амбиций маловато — вечно плыл по течению. Матушка Лю подозревала, что дело в ее излишне строгом воспитании в детстве: внутренне Лю Цицзюнь сопротивлялся, игнорируя ее ожидания, и подсознательно чувствовал, что если он постарается еще лучше, то и требований к нему станет больше. Ему было лень напрягаться дальше, поэтому он просто решил оставаться послушным середнячком.
Такой настрой сохранился у него и во взрослой жизни: несмотря на прекрасные данные во всех отношениях, он вечно проявлял полный ноль интереса к повышениям, смене работы или собственному делу. Делал всё с большим энтузиазмом, но надолго запала не хватало.
Открыв бухгалтерскую контору и проработав в поте лица несколько лет, Батюшка Лю наконец вспомнил, что неплохо бы ощутить и семейное тепло, но обнаружил, что характер сына уже сформировался, а жена сильно изменилась. Одолеваемый чувством вины, Батюшка Лю перешел в режим домашнего хозяйственника: за исключением самых необходимых выходов в свет и деловых встреч, он сидел дома, составляя компанию жене и сыну, и зажил типичной старомодной жизнью китайского дедушки — пил чай, играл в шахматы, занимался тайцзициу. Жизнь просто загляденье.
Прожив рука об руку всю жизнь, они добились и успешной карьеры, и семейного счастья, и единственной их головной болью оставался этот единственный сын.
Изначально жизнь Лю Цицзюня тоже полностью входила в планы стариков, но они и помыслить не могли, что их сын окажется геем.
Заговаривая об этом, Матушка Лю выглядела донельзя беспомощной:
— Ну разве не нарочно он идет против нас?
Чжэн Юймин лишь улыбнулся в ответ, ничего не сказав. Сексуальная ориентация — вещь в подавляющем большинстве врожденная, ее невозможно легко изменить по собственному желанию, и уж тем более тут нет никакого намеренного бунта против родителей.— Смотри на меня, куда меня занесло! — Матушка Лю хлопнула себя по лбу, возвращая разговор в прежнее русло. — Вообще-то я хотела сказать, что твои папа с мамой — люди, для которых карьера на первом месте, они, возможно, уделяли тебе меньше внимания. Но это не значит, что они тебя не любят, просто они слишком заняты…
Заметив, что она собирается пуститься в пространные рассуждения, Чжэн Юймин тут же произнес:
— Тетя, я вовсе не держу на них зла. У меня с родителями прекрасные отношения, хоть они и не такие близкие и забавные, как в вашей семье, но никаких проблем в общении у нас нет.
— Ну и славно, ну и хорошо, в конце концов, они твоя семья, — Матушка Лю с улыбкой снова положила ему в тарелку еды. — У такого положения дел есть свои плюсы. Посмотри на тебя: ты гораздо самостоятельнее Сяо Цзюня. Он же просто неотесанный чурбан: вечно всё теряет, ничего толком сообразить не может, вечно не помнит, куда забросил собственные носки. Такой здоровбял, а ведет себя как малый ребенок. Стоит вам сблизиться, как он начинает нести всякую сентиментальную чушь, просто тошнотворно приторную.
В этом отношении у Чжэн Юймина были самые живые впечатления.
Лю Цицзюнь больше всего на свете любил звонить ему и писать сообщения. Когда они были вместе, ему жутко нравилось хватать его за руки, целовать, гладить, обнимать и прижимать к себе. Стоило же Чжэн Юймину сделать строгое лицо и рассердиться, как он тут же расплывался в бесстыдной улыбке, пытаясь умилостивить его, и даже по-детски лукаво понижал голос, начиная ластиться. Его брови и глаза, излучавшие мягкую улыбку, неотрывно смотрели на него до тех пор, пока Чжэн Юймину не становилось неловко от макушки до пят и он не вспыхивал от гнева и смущения.
Этот прием срабатывал безотказно, неизменно заставляя его собственное мягкое сердце капитулировать.
Обед затянулся надолго, и за это время они успели обсудить множество вещей.
Когда трапеза подходила к концу, Чжэн Юймин наконец высказал главную цель сегодняшней встречи:
— Тетя Лю, я бы хотел посоветоваться с вами по одному вопросу.
После этой беседы отношение Матушки Лю к нему стало намного теплее, и она с улыбкой поддразнила его:
— О? Это ты спрашиваешь будущую свекровь или сваху?
Теперь-то Чжэн Юймин отчетливо понял: редкие проделки Лю Цицзюня были переняты именно у его матушки. Хотя от таких шуток ему всё еще было немного неловко, он сохранил ровный тон и невозмутимо ответил:
— Спрашиваю сваху.
Матушка Лю заметила, что он человек тонкокожий, улыбнулась и сказала:
— Спрашивай, золотая сваха ответит на всё, что знает, ничего не утая.
— Я хотел спросить… — Чжэн Юймин смущенно опустил взгляд, а затем снова поднял его. — Эм… что делать дальше?
— М? Что именно дальше?
— Обеды, прогулки, походы в кино… встречи и проводы с работы, иногда помощь с приготовлением завтрака… Что делать после всего этого? — Чжэн Юймин серьезно посмотрел на нее.
Матушка Лю: «……»
Она почувствовала, что ей срочно нужно побыть в тишине.
Кто вообще приходит посреди развивающегося романа спрашивать, как продолжать встречаться?!
Она решила, что вечером просто необходимо будет как следует проучить этого сорванца Лю Цицзюня — неужели их романтические отношения оказались настолько провальными?
Подумав, что она его не поняла, Чжэн Юймин пояснил:
— То есть… что делают другие пары после всего этого?
Матушка Лю изначально хотела сказать: «А что тут еще делать, готовьтесь к свадьбе да и всё», но, приняв во внимание особенности их ситуации, немного подумала и ответила:
— Если говорить о вас двоих… м-м… попробовать выйти на новый уровень отношений?
Чжэн Юймин:
— На какой именно новый уровень?
— Например… съехаться, начать жить вместе? — с опаской произнесла Матушка Лю, чувствуя себя при этом злой свекровью, которая помогает собственному сыну совратить невинного юношу.
Чжэн Юймин: «……»
Он медленно, густо покраснел.
Хотя он так или иначе задумывался об этом, почему же слышать такое из уст Матушки Лю было донельзя стыдно?
Матушка Лю смотрела на сидящего напротив интеллигентного молодого человека в очках, который после ее шутливой реплики залился румянцем. Образ невозмутимого элитного профессионала рассыпался, являя совершенно иное очарование, и женщина невольно мысленно восхитилась отменным вкусом своего сына: такого наивного и чистого юношу днем с огнем не сыщешь.
Вечером Лю Цицзюнь ходил на ужин в компании Чжоу Ханя, а вернувшись домой, обнаружил, что императрица-матушка поджидает его с крайне суровым выражением лица.
В прошлый раз подобная обстановка царила лишь тогда, когда она собралась знакомить его с Чжэн Юймином. Не то чтобы он жаловался, но, за исключением того случая, его матушка была настоящим мастером подставлять собственного сына — с самого детства она то и дело строила ему козни.
Выработанное годами чувство самосохранения заставило Лю Цицзюня замереть на пороге прихожей и осторожно подать голос:
— Мам, что это с тобой сегодня?
Матушка Лю поманила его пальцем:
— А ну-ка подкати сюда, чего застрял в дверях?
Лю Цицзюнь решительно покачал головой:
— Давайте лучше на словах, до рукоприкладства мы не опускаемся!
Батюшка Лю вышел из кухни и отвесил ему легкий подзатыльник:
— Что за глупости ты мелешь? Мать велит подойти и поговорить, чего ты телинишься?
Услышав приказ верховного правителя, Лю Цицзюнь больше не смел бунтовать. Он робко и слякотно зашагал к дивану, аккуратно присел на краешек и стал ждать вердикта матушки.
Матушка Лю перешла прямо к делу:
— Спрашиваю тебя: до какой стадии вы со Сяо Чжэном уже дошли?
Лю Цицзюнь втянул голову в плечи:
— Мам, ты всё-таки женщина передовых взглядов, разве гоже задавать такие вопросы с душком?
Матушка Лю шумно втянула воздух сквозь зубы, ежесекундно желая отвесить ему затрещину:
— Ты перед Чжэн Юймином тоже такую чушь несешь?
— Да как я посмею… — Лю Цицзюнь потер нос. — Он такой серьезный… я даже шутить при нем не решаюсь.
Матушка Лю схватилась за голову.
Батюшка Лю пояснил со стороны:
— Твоя мать спрашивает, каковы ваши отношения со Сяо Чжэном?
— Вроде нормальные, — Лю Цицзюнь перевел взгляд на родителей. — С чего это вы вдруг заинтересовались?
Матушка Лю не хотела упоминать о своей встрече с Чжэн Юймином, поэтому ответила:
— Вы со Сяо Чжэном знакомы уже почти полгода, верно? На твоем месте другие уже давно бы поженились и разослали свадебные приглашения, а вы чего жуете сопли?
Лю Цицзюнь вытаращил глаза:
— Мам, ты что, свадьбу мне ускоряешь?
— Ой, иди ты, да разве вы поженитесь? — раздраженно бросила Матушка Лю. — Я к тому, как вы вообще ладите? Я ведь так ни разу и не видела, чтобы ты привел его к нам.
— Всё равно это скрытое подталкивание к женитьбе… — пробормотал Лю Цицзюнь, а затем добавил: — Давай через какое-то время, я сам у него спрошу.
Матушка Лю посмотрела на непутевого сына, собираясь что-то сказать, но передумала: ей хотелось предупредить, что если он продолжит так тянуть, то может попросту упустить человека, однако, помня, что это их личное дело, она лишь тяжело вздохнула и посоветовала:
— По-моему, у Сяо Чжэна характер более сдержанный, он не привык говорить о чем-то напрямую. Раз уж ты старше, проявляй больше заботы и действуй решительнее.
Вспомнив, как медленно продвигались их отношения, Лю Цицзюнь живо откликнулся на эти слова и серьезно кивнул:
— Я понял.
Напоследок Батюшка Лю бросил:
— Не зарывайся в работу так, чтобы совсем забывать о человеке.
Это напутствие было основано на личном опыте: Лю Цицзюнь бросил взгляд на матушку, вспомнив, с каким трудом им самим в молодости удалось сберечь свои чувства, и согласно кивнул, решив относиться к этому со всей серьезностью.
Вернувшись в свою спальню, Лю Цицзюнь немного подумал и все-таки позвонил Чжэн Юймину.
— Алло? — приветствие Чжэн Юймина оставалось неизменным из года в год.
— Поужинал?
— Да. — Чжэн Юймин на секунду замолчал. — Ты уже дома?
— Угу, Чжоу Хан с остальными поехали развлекаться дальше, а мне завтра на работу, так что я не поехал, — Лю Цицзюнь довольно хихикнул. — Я послушный, да?
Чжэн Юймин не удержался от улыбки:
— С чего бы это?
— Не шатаюсь по клубам со всякой шпаной! — Лю Цицзюнь раскинулся на кровати, расслабляясь. — Говорю тебе, эти ребята пользуются моментом, пока не женаты, гуляют напропалую. Посмотрим, как они запоют, когда женятся!
Чжэн Юймин отреагировал без особого энтузиазма:
— Разве большинство людей поступают не так?
— Точно, нынешний народ всегда сначала нагуляется вдоволь, а уж потом задумывается о создании семьи. — Проникшись этой мыслью, Лю Цицзюнь уныло вздохнул. — Чжоу Хан сегодня сказал мне, что дома его пилят насчет женитьбы. Да у него даже девушки нет, где он жену-то возьмет?
В сердце Чжэн Юймина шевельнулось смутное предчувствие, и он спросил:
— Всегда думал, что Чжоу Хан и Хуан Цянь такие же, как ты.
В каком смысле такие же? Конечно же, предпочитающие мужчин.
Лю Цицзюнь на мгновение опешил, а затем с горькой усмешкой пояснил:
— О чем ты вообще думаешь? Чжоу Хан любит девушек, просто этот паникер любит покрасоваться, да и при виде симрячков у него слюнки текут — чистой воды эстетическая любовь к прекрасному. Что же касается Хуан Цяня…
Он немного замялся, припоминая тайные виды Хуан Цяня на Чжэн Юймина. Поколебавшись пару секунд, он все-таки честно ответил:
— Хуан Цянь в плане отношений всеяден, мы видели его романы и с парнями, и с девчонками, так что сложно сказать, что у него на уме. Но его семья ворочает огромным бизнесом, так что жениться в будущем ему точно придется.
Закончив говорить, он вдруг подумал: если Чжэн Юймин всё это время считал, что Хуан Цянь любит мужчин, заметил ли он те странные знаки внимания? Судя по их недавнему мимолетному общению, тот, казалось, воспринимал Хуан Цяня исключительно как обычного приятеля… Лю Цицзюнь мысленно с облегчением выдохнул, сам не понимая, из-за чего он вообще поднял эту панику.
Чжэн Юймин помолчал какое-то время и тихо произнес:
— Жениться ради галочки?
— М? Ты про Чжоу Ханя и Хуан Цяня?
— Да.
Он говорил немногословно, но Лю Цицзюнь чутко уловил неустойчивость в его голосе. Быстро приподнявшись, он серьезно задумался над ответом и лишь после этого проговорил:
— Ну… как тебе сказать, необязательно же. Они не дураки, даже если женятся, то выберут человека, который им по душе. Чжоу Хан сегодня как раз говорил, что на днях собирается заглянуть к моей маме и попросить ее сосватать ему надежную девушку.
— Точно так же, как со мной? — задал встречный вопрос Чжэн Юймин.
— А? — Лю Цицзюнь замер. — Это… да разве это одно и то же?
— Найти через знакомства подходящего человека, с которым проведешь вторую половину жизни, пообщаться какое-то время, а потом вот так запросто решить провести вместе всю жизнь, — слова Чжэн Юймина звучали сквозь помехи в проводе немного искаженно. — Я нашел тебя. А они? Точно так же найдут кого-то другого?
http://bllate.org/book/22916/2441061
Сказали спасибо 0 читателей