Готовый перевод After Divorce / После развода: Глава 14

Увидев, что Чу Бай молчит, Е Ли обиделся еще сильнее:

— Говори же.

— Я и не думал, что ты такой безнадежный, надеялся, ты сможешь сбежать.

Голос Чу Бая звучал очень слабо. Он изо всех сил старался потянуть для него время, так почему же его всё-таки поймали?

Е Ли промолчал:

— Я ведь тоже не специально, но зачем ты уволился? Я не хочу какого-то другого агента.

Хотя с положением Е Ли он мог выбрать себе любого менеджера, и в компании было немало специалистов лучше Чу Бая, к нему Е Ли привык больше всего.

— Я возвращаюсь домой, чтобы унаследовать семейный бизнес.

— Лжец, ты сам говорил, что тебе не интересны все эти их дела.

Е Ли безжалостно разоблачил ложь Чу Бая.

— Ладно, я купил лотерейный билет, выиграл пятьдесят миллионов и больше не собираюсь работать агентом.

Е Ли: «……»

Он что, выглядит настолько простофилей, которого легко обмануть? Разве можно врать, даже не подготовившись заранее? Ну погодите, этот человек… Е Ли был готов уже укусить его.

— Говори правду, иначе больше меня не увидишь.

Грозно потребовал Е Ли.

Чу Бай посмотрел на чересчур палящее за окном солнце:

— Правда в том, что мой брат женится, и я собираюсь уволиться, чтобы поехать в горный регион учить детей.

— Какое тебе дело до женитьбы твоего брата? Неужели твоя новая невестка угрожает тебе?

Поразмыслив так и эдак, Е Ли нашел только одно возможное объяснение.

— А ты разве не говорил со своим братом? Он же так сильно тебя любит, пусть найдет себе другую жену, — не раздумывая, заявил Е Ли.

Услышав слова Е Ли, произнесенные без малейшего колебания, Чу Бай почувствовал, как у него закружилась голова.

— А Ли.

— М?

Е Ли не понимал, к чему тот клонит.

— Перестань уже бегать, ладно?

— Почему это?

— Потому что мне кажется, что без Инь Бэя тебе придется туго.

— С чего бы это? Ты же знаешь, как я богат. У меня столько денег, без него я прекрасно проживу.

В голосе Е Ли звучала полнейшая уверенность.

Чу Бай беспомощно хлопнул себя по лбу:

— Дело вовсе не в количестве денег.

А в том, что у тебя врожденные задатки наивного дурачка. Если обычный наивный простофиля — это тот, кого продадут, а он еще и сам пересчитает чужие деньги, то Е Ли — это усиленная версия: его продадут, а он еще сам себя упакует и на дом покупателю доставит.

Наверное, только Инь Бэй и способен его защитить.

— Хватит обо мне, лучше расскажи о себе. То, что твоя невестка тебя недолюбливает — это ее проблемы, главное ведь, что брат тебя любит, разве нет?

Е Ли совершенно не понимал, о чем думает нынешняя молодежь.

Будь он на месте Чу Бая, он бы не только никуда не ушел, а еще сильнее сблизился бы с братом, чтобы довести эту невестку до белого каления — подума подумать только, еще даже замуж не вышла, а уже такая наглая.

— Дело вовсе не в том, любит меня брат или нет.

Чу Бай чувствовал себя обессиленным.

— А в чем же?

Чу Бай тяжело выдохнул:

— Разве ты не всегда завидовал тому, как хорошо ко мне относится брат?

— Ну да. Он ведь и правда к тебе очень хорошо относится, даже лучше, чем Инь Бэй ко мне.

Получивший неизвестно откуда столько уколов Инь Бэй громко чихнул.

— ……Я для него — то же самое, что ты для Инь Бэя.

Чу Бай думал, что после таких слов Е Ли наконец всё поймет, но реальность доказала, что он явно переоценивал его сообразительность.

Чу Бай едва не трепетал душой от злости на Е Ли, и в конце концов ему пришлось высказаться прямо и грубо:

— Я переспал со своим братом.

— Ого, поспать — это хорошо. Стоп, вы что, спали вместе?

Е Ли изумился.

Чу Бай устал настолько, что ему уже расхотелось разговаривать с Е Ли.

— Короче говоря, дело обстоит так: теперь он женится, а я ухожу.

— Какой же он мерзавец, даже собственного младшего брата оприходовал!

Бормоча себе под нос, Е Ли вынес вердикт. С сегодняшнего дня идеальный образ братолюба в его сердце рухнул.

— Вот именно! Поспал — и отвечать не хочет, да еще черт бы побрал этого жениться надумал.

Злобно выругался Чу Бай.

— Точно.

Они вдвоем шушукались и ругались еще полчаса, пока Е Ли не услышал звуки шагов на лестнице и не сбросил вызов.

Спустившись вниз, Инь Бэй увидел Е Ли, который сидел с совершенно ошеломленным видом.

Словно пережил сильнейшее потрясение.

— Инь Бэй.

— Мм?

— Больше я не буду говорить, что ты мерзавец.

— А? Ты что, называла меня мерзавцем?

— Сейчас не об этом. Главное, что я нашел коекого похлеще тебя.

Не успел Инь Бэй спросить, кто этот человек, как Е Ли уже затараторил вновь:

— Чу Жуй и вправду последний негодяй, даже со своим братом переспал.

Инь Бэй приподнял бровь:

— Я тебе еще давно говорил.

— Но тогда я и представить не мог, что он настолько свихнулся. Куда хуже тебя.

Инь Бэй: «……»

Почему он оказывается замешан во всем?!

Вздохнув, Е Ли посмотрел на застегивающего пуговицы Инь Бэя:

— Ты куда-то уходишь?

Сегодня же выходной, неужели он не собирается побыть дома с ним? Этот мужчина просто невыносим.

— Мы едем вместе.

Поправил его Инь Бэй.

— Куда это?

Е Ли настороженно посмотрел на него.

— Забрать подарок, который я приготовил для дедушки.

— И я поеду с тобой?

— Мм, я не спокоен, если ты не у меня на глазах.

Впрочем, Инь Бэй не был до конца спокоен, даже когда тот находился прямо перед ним — в конце концов, в прошлый раз этот кое-кто умудрился сбежать у него под самым носом средь бела дня.

Е Ли вздохнул:

— Нельзя же быть таким прилипчивым, это никуда не годится. Еди сам, во всем нужно полагаться на собственные силы.

Он выглядел точь-в-точь как престарелый отец, наставляющий своего непутевого сына.

— Чжао Сюэ тоже поедет.

— Пусть едет, мне какое дело.

— Ты разве не ревнуешь?

— Ладно, тогда я поеду.

Первое правило выживания юного возлюбленного: делать вид, что тебе очень дорог твой покровитель.

Хотя в душе он показывал языки.

Шлепая тапочками, Е Ли поплелся следом за безупречно одетым Инь Бэем.

— Ты собираешься ехать со мной вот так?

— Я тебе противен?

Е Ли обиженно надулся.

На ногах у него были тапочки с Пикачу, а на теле — пижама с Пикачу, весь он представлял собой ходячего гигантского Пикачу.

— Ты слишком милый, а вдруг кто-нибудь тебя украдет? Иди переодевайся.

Инь Бэй опустил голову и поцеловал Е Ли в щеку.

Е Ли гордо выпятил грудь:

— Ну да, вообще-то моя популярность на улице всегда была очень высока.

Так что тебе лучше относиться к старому Е по-хорошему, не то в любой момент останешься с рогами.

Прислушавшись к совету Инь Бэя, Е Ли поднялся наверх и переоделся в повседневную одежду, специально выбрав наряд освежающе-зеленого цвета.

Зеленый цвет всегда был капризным, но у Е Ли была тонкая кость и молочно-белая кожа, поэтому он отлично справился с задачей. Благодаря природной привлекательности он выглядел невероятно бодрым, свежим и юным.

Такой милый, так бы и…

Посмотрев на Е Ли, Инь Бэй дернул бровью и вдруг подумал, что лучше бы тот остался в костюме Пикачу.

-

В столице было не так уж мало мест, где можно было заказать украшения для интерьера, и по идее Инь Бэй не должен был обращаться в дом Чжао, но его дедушка питал особую страсть к черному нефриту. Так совпало, что несколько дней назад в лавке Цуйюйсюань как раз распилили глыбу такого нефрита, вот и подвернулся подходящий случай.

Присутствие Е Ли рядом с Инь Бэем лишило Чжао Сюэ всякой возможности строить козни — от злости ее лицо едва не позеленело. Когда они вдвоем вышли из лавки, Е Ли чуть не согнулся пополам от смеха.

Выражение лица Чжао Сюэ секунду назад было точь-в-точь как цвет его одежды — ярко-зеленым, травянистым. Наверное, она никак не ожидала, что Инь Бэй приведет с собой и Е Ли.

Стоило им сесть в машину, как Е Ли со смехом рухнул в объятия Инь Бэя.

Инь Бэй искренне не понимал, что здесь смешного.

Е Ли терся щекой о грудь Инь Бэя:

— Ты видел, какая физиономия была у Чжао Сюэ? Точь-в-точь цвета моей одежды, ярко-зеленая такая.

Инь Бэй: «Правда?»

— Угу, именно так. Она наверняка думает, что я уже потерял твоую милость.

Е Ли смеялся так, что не мог закрыть рот.

— Но она не подумает о том, что даже если я впал в немилость, у тебя есть еще от нуле первого до нуле десятого. Ей будет трудновато заполучить тебя безраздельно.

— Только ты.

Е Ли на мгновение замер, а затем рассмеялся:

— Думаешь, я в это поверю? Ни за что. Ты опять меня обманываешь.

— У меня в последнее время совсем нет работы. После того случая никто не осмеливается меня нанимать.

Хотя в итоге Инь Бэй замял эту историю, определенные последствия для Е Ли она все же имела.

Его популярность сильно упала, но к счастью, Е Ли отнесся к этому довольно философски. Ему изначально не особо нравилось быть знаменитостью, и в эту сферу он подался исключительно ради легких денег, в которых так сильно нуждался.

Остыв, он и вовсе понял, что его ничего не связывает с тем миром — то место ему изначально не подходило.

— Открою книжную лавку.

— Мм? Прекрасная идея.

— Инь Бэй, когда мы расстанемся?

Вдруг ни с того ни с сего спросил Е Ли.

— Ты хочешь со мной расстаться?

— Разве это не неизбежно? У нас такая разница в положении, даже если мы можем быть вместе сейчас, со временем продолжать это станет невозможно. Почему бы тебе не назвать мне точный срок?

— Ты хочешь со мной расстаться?

— Не хочу, но это неизбежно. Мы оба мужчины, у нас ведь не может быть детей.

В словах Е Ли таился скрытый подтекст: наблюдая за ним в последнее время, он никак не мог отделаться от ощущения, что Инь Бэй понятия не имеет о его беременности.

Инь Бэй повернулся, коснулся ладонью живота Е Ли и прижался губами к его уху:

— Наверное, я просто недостаточно старался. Постараюсь еще немного, и тогда здесь появится ребенок.Е Ли зжался, словно боясь щекотки, и сам не понимая, испытывает он разочарование или тайную радость.

Инь Бэй не знал, что у него в животе сидит малыш, но Е Ли тут же захлестнула еще большая волна сомнений. Если Инь Бэй не в курсе, то почему он так хорошо к нему относится? И даже после того, как Е Ли снова попытался сбежать, а его поймали обратно, Инь Бэй продолжал относиться к нему так же хорошо.

Вспомнив, что за последние несколько дней максимум их близости сводился к поцелуям в щеку, а еще к тому разу, когда Инь Бэй выказал к нему отвращение...

Взгляд Е Ли потемнел. Неужели Инь Бэй всё еще отталкивает его, просто по каким-то причинам притворяется дружелюбным и любезным?

Е Ли прикусил губу и робко коснулся губами губ Инь Бэя. Инь Бэй замер на секунду, а затем прижал Е Ли к себе, поддерживая рукой за затылок, и ответил на поцелуй со всей страстью.

Е Ли потерял способность дышать, и в какой-то момент ему даже показалось, что он задыхается от нехватки кислорода.

И вовсе не то чтобы Инь Бэй не хотел прикасаться к Е Ли — он просто боялся его напугать.

Но перед лицом стольких попыток Е Ли подразнить его, он временами просто терял способность сдерживаться.

Е Ли тяжело и прерывисто дышал после поцелуя.

— Ты можешь быть хоть немного пожнее? — запротестовал он.

— Ты сам первый начал меня дразнить, — пробормотал Инь Бэй, целуя Е Ли в шею.

Е Ли всего лишь хотел проверить, не брезгует ли он им по-прежнему, и вовсе не планировал заниматься с ним любовью.— Я всего лишь хотел поцеловать...

Е Ли только и делал, что уворачивался и прятался от поцелуев Инь Бэя.

Е Ли ни капли не сомневался: если бы не водитель на переднем сиденье, этот старый развратник давно бы сожрал его со всеми потрохами.

— Поцеловать? Разве ты не этого самого от меня хочешь? М?

От ласк Инь Бэя тело Е Лимягчело.

К счастью, Инь Бэй помнил, что они находятся в машине, и не заходил слишком далеко. Когда они приехали домой, Е Ли вцепился в дверцу автомобиля и наотрез отказывался выходить, но в итоге Инь Бэй просто вынес его на руках.

Гао Шу проводил взглядом удаляющуюся пару:

— Как думаешь, сколько раз за ночь господин это сделает?

Помощник невозмутимо поправил очки на переносице:

— Примерно от четырёх до пяти раз.

— А презервативы он наденет?

— Нет. Использовать презерватив не в характере господина.

— А-а-а-а! Среди бела дня похищают честного юношу! — вопил Е Ли.

Если его затащат внутрь в таком состоянии, с ним наверняка поступят жестоко, а он этого совсем не хотел.

Тётушка-кухарка, где вы? Дядюшка-дворецкий, где вы? А Гао Шу? Хоть кто-нибудь может его спасти?

Никого. Ни единой души.Инь Бэй уложил Е Ли прямо на широкую кровать, навис над ним и глубоко впился в продолжавшие болтать губы.

В мгновение ока с Е Ли, который еще минуту назад был аккуратно одет, сорвали всю одежду.

Е Ли прикрыл руками живот:

— Какого черта, ты не можешь вести себя как зверь, у меня вообще-то твой ребенок в животе.

Инь Бэй приподнял бровь, явно не придавая этому значения и принимая слова Е Ли за любовную игру.

— С ребенком тоже можно, я буду аккуратнее.

— Нет, и не мечтай заняться со мной этим.

Ни за что в этой жизни.

— Ли-ли хочет этого? Хорошо.

С этими словами Инь Бэй подхватил Е Ли на руки и перевернулся, усаживая его себе на бедра.

Е Ли был готов заплакать от злости.

Разве это он имел в виду? Очевидно, нет.

— У меня ребенок, ты не смеешь вести себя как скотина.

— Пока еще нет, но если я постараюсь еще пару раз, он появится. Сколько детей хочет Ли-ли?

Инь Бэй достал из-под подушки лубрикант.

Е Ли был готов взвыть от отчаяния: что значит сколько хочет?

Он ни одного не хочет!

Е Ли грозно зыркнул:

— Только одного.

И то этот единственный — чистая случайность, впредь этот старый развратник обязан использовать презервативы.

— Хорошо-хорошо, пусть будет один.

Но родить одного еще не значит ограничиться одним разом.

Желая ускорить появление ребенка, Инь Бэй заставил Е Ли заняться этим на кровати еще два раза.

Позы, о которых стыдно говорить, ощущения, о которых стыдно упоминать.

Хотя в конце концов Е Ли тоже дошел до полного кайфа, он все равно яростно всхлипывал и плакал.

Чем больше он плакал, тем сильнее Инь Бэй хотел над ним издеваться.

— Сладкий.

Инь Бэй слизал слезы с лица Е Ли и тихонько рассмеялся.

Сладкий в рот твою душу.

Е Ли заскрежетал зубами.

— Не ругайся.

Инь Бэй ущипнул Е Ли за щеку.

Е Ли клялся всеми богами, что предыдущую фразу про мать и рот он выругал про себя, даже губами не шевельнув!

— Я не ругался.

Голос Е Ли сильно охрип, а покрасневшие до неприличия глаза лишь сильнее разжигали желание поиздеваться над ним.

Инь Бэй усмехнулся:

— Думаешь, я поверю?

Е Ли шевельнулся, пытаясь уползти в безопасное место.

Но тело ныло от жуткой усталости, сделав пару движений, он снова замер.Инь Бэй протянул руку и нежно помассировал Е Ли уставшую и нывшую поясницу.

Е Ли уткнулся лбом в грудь Инь Бэя, недовольно бормоча.

— Маленькая свинка.

Сам ты свинка, и вся твоя семья свинки.

— Руку чуть в сторону сдвинь, тут неудобно.

Командуя Инь Бэем, Е Ли сладко зеванул.

— Спать хочешь?

— Угу.

— Тогда спи.

Е Ли поднял голову, бросил на Инь Бэя взгляд и закрыл глаза. Ресницы у него были длинными и пушистыми.

Инь Бэй любовался им с замиранием сердца и, наклонившись, оставил лёгкий поцелуй на его ресницах.

Е Ли тут же распахнул глаза и настороженно посмотрел на Инь Бэя:

— Только не вздумай вести себя как зверь!

Все эти нежности с поцелуями в глаза явно были предвестником бурной ночи. Он и так уже дважды согрешил перед собственным сыном, а если сделать это снова... Е Ли был готов хоть сию минуту удавиться.

Отец ребёнка не вынесет третьего раунда.

— Я просто поцеловал тебя, больше ничего делать не буду.

Предупреждение в глазах Е Ли не только не исчезло от этих слов, но стало ещё тяжелее. Я просто поцеловал тебя и больше ничего делать не буду — это звучало точь-в-точь как я только потрусь и не стану входить, а также как я только войду и не буду кончать внутри, кхе.

Инь Бэй невольно рассмеялся от забавной реакции Е Ли и похлопал его по спине:

— Спи давай, не трону я тебя. Если сейчас же не уснёшь, вообще спать не будешь.

В голосе Инь Бэя послышалась явная угроза, и, опасаясь за сохранность своего многострадального мягкого места, Е Ли послушно зажмурился.

Инь Бэй прижал Е Ли покрепче к себе и вскоре тоже закрыл глаза.

Из-за бурной ночи Е Ли спал крепко-крепко. Когда он проснулся, на улице уже стояла глухая темнота.

В комнате горел всего один светильник, а тело ощущалось удивительно чистым и свежим — судя по всему, пока он спал, Инь Бэй уже привёл его в порядок.

Е Ли ворочался в постели туда-сюда: то головой на север повернётся, то на юг.

— Проснулся?

— Угу, проголодался.

Лениво отозвался Е Ли.

— Тётя уже приготовила ужин, пойдём.

— Не хочу двигаться.

Е Ли забился в одеяло, оставив снаружи только глаза.

— И что же делать?

Инь Бэй проявлял из ряда вон выходящее терпение.

— А то, что ты должен отнести меня вниз ужинать.

Заявил Е Ли с самым невозмутимым видом.

Инь Бэй вздохнул:

— А ещё говорит, что не свинка. Только свиньи бывают такими ленивыми: самим идти неохотно, обязательно нужно, чтобы кто-то на руках носил.

Е Ли не стал отвечать Инь Бэю, лишь широко раскинул руки, требуя, чтобы его взяли на ручки.

Инь Бэй наклонился и подхватил Е Ли на руки.

Е Ли победно болтал ножками: даже если я свинка, всё равно обязан меня носить, ля-ля-ля.

Инь Бэй покорно понёс маленького предка вниз.

На обеденном столе уже дымились аппетитные блюда. Видимо, малыш в животе тоже понимал, как тяжело пришлось Е Ли в последнее время, поэтому у того пропали все прежние приступы тошноты.

Аппетит оказался даже лучше, чем раньше.

Следующие несколько дней Е Ли большую часть времени таскался за Инь Бэем в офис. Конечно, ему вовсе не улыбалось участвовать во всей этой суете, но Инь Бэй настаивал, чтобы он был рядом.

Е Ли ничего не оставалось: не желая злить своего щедрого покровителя, он с кислым видом таскался за ним на работу.

Несколько дней пролетели незаметно.

Хотя Инь Бэй снова предложил Е Ли поехать вместе, тот наотрез отказался. В конце концов, Инь Бэй ничего не мог поделать и был вынужден оставить Е Ли в Сишане.

Ощущение полной свободы, когда ты предоставлен сам себе, было просто потрясающим. Больше не нужно опасаться внезапно протянувшейся из какого-нибудь угла загребущей лапы и переживать, что кто-то попытается стянуть с тебя штаны.

Уезжая, Инь Бэй хоть и не стал ограничивать личную свободу Е Ли, но оставил целую толпу телохранителей. Впрочем, Е Ли обладал способностью во всём находить утешение.

Телохранителей, конечно, оказалось маловато... тьфу, то есть многовато, но зато можно было свободно разгуливать повсюду, а процессия из толпы охранников за спиной придавала ему куда более крутой вид. Ну разве не прелесть?

Надев солнечные очки, Е Ли с лихим видом шествовал впереди, а за ним плотным строем тянулась внушительная толпа крепких парней в чёрных костюмах и тёмных очках.

Если выражаться словами Чу Бая, непосвященные могли бы подумать, что это мафиозный босс вышел на разборки.

Е Ли сидел напротив Чу Бая, а сопровождавшие его телохранители тут же заняли соседние столики, образовав плотное кольцо окружения.

— Знай я, что Инь Бэй приставил к тебе столько народу, ни за что бы не позвал тебя встретиться.

Вздохнул Чу Бай.

— Я же говорил, он боится, что я сбегу.

Произнес Е Ли и закатал рукав, демонстрируя изящный нефритовый браслет на белом запястье:

— Внутри него маячок.

Чу Бай только покачал головой: да уж, этот человек действительно панически боится побега.

http://bllate.org/book/22947/2446700