Йе помог им оповестить людей, и вскоре у подножия горы собралась сотня с лишним человек — были тут и старики, и молодежь, явился почти весь род.
Многие заявляли о резком протесте против подобного решения, а остальные тоже не одобряли его, разве что не столь пылко, как первая группа. Что же до сторонников, то, пожалуй, даже Йе, Яо и Тин не слишком-то разделяли эту затею.
Вскоре первый же сильный бурошёрстый сородич вызвал Яня на поединок. Янь принял вызов и вышел на арену.
Янь бросил взгляд на Ся Юня, а тот сжал висевший на груди алмазный кулон и ободряюще кивнул ему.
Претендент атаковал первым, стремительно бросившись на Яня. Тот, однако, не спешил с контратакой: слегка подавшись назад и укрепив центр тяжести, он выждал, пока гигантская, словно веер, ладонь противника обрушится на него, а затем резко качнулся в сторону, уворачиваясь от удара, в тот же миг ухватил неприятеля за руку и применил силовой бросок через бедро.
Первый соискатель потерпел поражение.
Вокруг немедленно раздались восторженные крики.
Сердце Ся Юня, замершее от испуга, опустилось на место: видя, насколько крепок тот претендент, он по-настоящему боялся, что Янь проиграет.
На очереди был второй. Увидав силу Яня, участники стали куда осторожнее: многие вовсе отбросили мысли о вызове и принялись с азартом наблюдать за схваткой.
Йе оглянулся на стоявшего в самом внутреннем кругу Ся Юня, а затем, ухватив за руку Яо и Тина, протиснулся сквозь толпу наружу.
Отыскав свободную полянку, Йе загадочно произнес:
— Знаете, что я только что видел?
Яо покосился на поле боя и равнодушно бросил:
— Что?
Йе перевел взгляд на Тина и, заметив, что тот тоже смотрит на него с любопытством, придвинулся к обоим ближе и шепнул:
— Я видел, как Ся Юнь и Янь соединились.
Яо:
— …
Тин:
— …
Пара секунд прошла в молчании, после чего Тин посмотрел на Йе взглядом, каким смотрят на неразумных детей, и произнес:
— Это спаривание, чего тут удивительного.
Лицо Йе густо покраснело, и он возмущенно возразил:
— Про спаривание я, конечно, знаю! Там соединяются внизу, а они соединились ртами!
Его лицо так и кричало: «Ну теперь-то вы поняли?»
Яо и Тин переглянулись, в их глазах читалось абсолютно одинаковое недоумение.
Тин спросил:
— Как это — ртами соединились?
Яо тоже сдержал раздражение, ожидая разъяснений от Йе.
— Вот так.
Йе вытянул губы трубочкой и подался вперед к лицу Яо.
Яо ледяным взглядом уставился на Йе.
Йе испуганно втянул голову в плечи, повернулся к Тину и, сложив губы бантиком, невнятно забормотал:
— Я тебе покажу.
Тин поглядел на губы Йе, немного помедлил и тоже вытянул свои.
Два рта, четыре губы соприкоснулись, и оба уставились друг на друга во все глаза.
Йе высунул язык, Тин в ужасе распахнул глаза и молча уставился в глаза Йе безмолвным вопросом. Йе издал пару мычащих звуков и моргнул, давая понять: вот так.
Кто-то случайно обернулся и, заметив припавших ртами друг к другу Йе и Тина, не удержался от громкого вопроса:
— Вы что это делаете?!
Соединенная парочка мгновенно отпрянула друг от друга и синхронно отвернулась, сплюнув на землю.
Йе торопливо размахивал руками по лицу, пытаясь скрыть пылающий румянец, и затараторил:
— Я говорю, у меня зубы на ощупь гладкие, как речная галька, а Тин не верит, вот я и дал ему попробовать! — Затем он покосился на Тина и нарочито победоносно добавил: — Теперь-то веришь?
— …
Тин:
— У меня зубы гладкие?
Йе распробовал воспоминания и щедро рассыпался в похвалах:
— Мм, неплохо, только не такие гладкие, как мои.
Тот сородич скривился от отвращения:
— Тьфу, мерзость какая.
Потерев руки, по которым побежали мурашки, он отвернулся и продолжил следить за поединком.
Йе подмигнул Яо, ожидая, что тот оценит его гениальность, но Яо по-прежнему остался ледяным, отчего Йе разом потерял всякий интерес.
Яо протиснулся обратно к центру арены, а Йе и Тин молча поплелись следом, оба испытывая немалую неловкость за только что случившееся.
Поединки шли уже третий круг, и голоса противников сократились наполовину.
Янь смахнул со лба пот, в котором смешались капли крови, непоколебимо, словно гора, замер посреди площадки и пробасил:
— Кто еще?
Толпа на мгновение затихла, и как раз в тот момент, когда один из бурошёрстых сородичей в самом расцвете сил собрался выйти вперед, Яо внезапно быстрым шагом выбежал на арену.
— Я!
Ся Юнь изумленно ахнул.
Йе опешил, испугавшись до такой степени, что был готов броситься вперед и стащить Яо обратно.
Претендентов к Яню и без того хватало, какого черта Яо лезет создавать проблемы? А вдруг он проиграет?
Тин тоже нахмурился.
Янь слегка удивился, но не сердился на Яо — напротив, он понимал его лучше кого бы то ни было. Речь шла о деле, касающемся абсолютно всех, и Яо имел полное право на протест.
Янь кивнул ему и принял боевую стойку:
— Давай.
Однако Яо не стал нападать с ходу, а с беззаботным видом приблизился к Яню. Заметив это, Янь воздержался от атаки.
Яо склонился к самому уху Яня и произнес так тихо, что слышать могли только они двое:
— Я побеждаю тебя, и Ся Юнь достается мне.
Янь остолбенел. Он скосил глаза на стоявшего неподалеку перепуганного Ся Юня, а когда посмотрел на Яо снова, его взгляд сделался холодным и чужим.
Оттолкнув Яо на шаг назад, Янь холодно бросил:
— Начинай.
Яо отступил на пару шагов и с яростным ревом бросился в атаку.
Уровень схватки мгновенно подскочил: если прежде это были лишь товарищеские спарринги без намерения причинить вред и соперники сдерживались, то теперь оба выложились на полную мощь, сражаясь так, что от зрелища захватывало дух.
Шумная толпа вмиг утихла, и над площадкой разносились лишь глухие звуки ударов тел.
Йе стоял рядом с Ся Юнем и панически причитал:
— Что творит Яо? Я же чувствовал, что с ним что-то не так!
Ся Юнь тоже чувствовал, что на этот раз все иначе, а услышав слова Йе, встревожился еще сильнее. Ему хотелось крикнуть Яню, чтобы тот прекратил, не выкладывался на износ. Но в этот момент у него даже не было такой возможности: двое на арене сцепились не на жизнь, а на смерть, словно злейшие враги, совершенно забыв про окружающих.
Наверное, Яо так и не простил Яню прошлый инцидент, когда тот приревновал к его руке на собственной шее, и между ними возникла трещина. А ведь тогда он даже не помышлял о том, чтобы поладить с Янем или встать с ним на одну сторону — теперь же Ся Юнь горько раскаивался в содеянном.
Телосложение Яо было поистине исполинским, а силища — безграничной, его удары сыпались градом, тяжелые и неотвратимые, как молоты. Физические данные Яня тоже поражали, хоть и не были столь преувеличенными; он уступал в чистой силе, зато превосходил противника в ловкости, неизменно увертаясь от чулаков и ни в чем не уступая врагу.
Шло время, и стиль атаковавшего все это время Яо оказался раскрыт. В момент очередной бреши в его нападении Янь резко припал к земле и с грозным ревом взвалил на плечи грузного, как гора, Яо, после чего, крутанувшись на месте, с размаху швырнул его прочь.
В тот же миг поле боя погрузилось в гробовую тишину.
Спустя один удар сердца у подножия горы грянул оглушительный рев восторга — все ликовали, празднуя победу Яня, и кровь в жилах каждого закипала от адреналина.
Для бурошёрстых сородичей, чья жизнь от начала и до конца состояла из битв, культ силы был абсолютен. Можно сказать, что сила заменяла им всё: сила и была справедливостью, силой измерялась сама истина.
Ся Юнь тоже поддался этой атмосфере: его сердце колотилось как безумное, и ноги сами собой понесли его вперед, к обливающемуся потом Яню.
Янь перехватил руку Ся Юня, взметнул ее вверх и испустил звериный клич, слившийся с многоголосой бурей оваций.
Ликование продолжалось еще долго. Яо с трудом поднялся на ноги, изо рта у него сочилась струйка крови. Тяжело и медленно он зашагал к арене, к Яню и Ся Юню.
Шум стих, и люди молча расступились, освобождая пространство.
На лице Яня все еще играло выражение триумфа; он заслонил собой Ся Юня, настороженно глядя на Яо.
Яо произнес:
— Я проиграл... Он твой.
Ся Юнь слушал их бессвязный диалог и с удивлением заметил, что Янь, кажется, заметно расслабился.
После столь потрясающего, безупречного поединка больше желающих бросить вызов не нашлось, и этот вопрос наконец был решен окончательно и бесповоротно.
http://bllate.org/book/22953/2447671
Готово: