— Матерь Божия, почему вы пришли? — Луцифир, который как раз размышлял о вопросах подписания договора с Адом, увидев гостью, на мгновение удивился.
— Я… пришла извиниться перед Вашим Высочеством. — Лицо Матерь Божия было омрачено тяжелой тревогой, она даже не смела поднять глаза на Луцифира. — Все дела в Звездном дворце были устроены мной, я и не думала, что случится столь мерзкий инцидент…
— Я несу за это несмываемую вину, — произнесла Матерь Божия и глубоко поклонилась, принося свои извинения.
— Вы просто хранили верность приказу нашего Бога и направили ко мне лучших ангелов, чтобы они служили мне, — Луцифир торопливо поднялся, помогая Матерь Божия выпрямиться, а в его голосе звучало искреннее раскаяние. — Никто и помыслить не мог, что произойдет подобное. Это козни негодяев бросили на вас тень.
— Разве лорд Рагуил… не причинял вам неудобств? — Настроение Матерь Божия от этого не улучшилось, лицо ее по-прежнему оставалось помраченным печалью. — Как он посмел нарушить приказ нашего Бога и пойти против вышестоящего…
— То был лишь минутный порыв гнева, я не собираюсь сводить с ним счёты. — Луцифир держался с поистине широкой душой и принялся утешать собеседницу: — Прошу вас, успокойтесь, я сам во всём разберусь.
Сказав еще несколько утешительных слов, Луцифир наконец помог Матерь Божия немного рассеять мрачные мысли. Напоследок она с чувством глубокого стыда принесла еще одни извинения и лишь после этого поднялась и удалилась.
Вскоре после этого появился Белиал — с момента ухода Матерь Божия прошло не больше четверти часа.
— Ваше Высочество, во всем удалось разобраться, — доложил Белиал. — Придворные херувимы Звездного дворца были назначены Матерь Божия, однако стражу поручили подобрать покойному премьер-министру.
— О, — Луцифир отнесся к этому равнодушно, точнее говоря, без особого удивления. — И каковы же отношения между премьер-министром и Матерь Божия?
— Поскольку сферы их ответственности пересекаются во внутренней политике, Матерь Божия весьма доверяет лорду премьер-министру. Что же касается самого премьер-министра… — Белиал вдруг усмехнулся и произнес: — По моим личным ощущениям, намерения лорда премьер-министра в отношении Матерь Божия простираются много дальше простой службы.
— О-о, — протянул Луцифир. Вспомнив некоторые детали, он теперь мог с уверенностью сказать, кто именно подстроил появление шпиона в Звездном дворце.
— Как Ваше Высочество намеревается поступить с людьми в Звездном дворце? — спросил Белиал.
— Да никак, — будничным тоном ответил Луцифир. — Моя жизнь всё равно не отличается особой вычурностью, мне не нужно столько народу, который бы крутился вокруг меня, чтобы со временем снова не завелся какой-нибудь предатель.
— Разве… это действительно хорошая идея? — Белиал на мгновение засомневался. Хотя он сам часто позволял себе дерзкие и неортодоксальные речи, в глубине души он всё же оставался Серафимом и просто не мог вообразить, чтобы кто-то, занимающий столь высокий пост Соправителя, жил настолько аскетично, что вокруг него не крутится ни единого слуги-ангела.
— Кстати, что касается слуг, помоги мне выбрать несколько честных и надежных херувимов. Пусть они отвечают исключительно за хозяйство вне моих покоев и книжного зала, — отдал распоряжение Луцифир.
— Слушаюсь. — Белиал больше не стал спорить и принялся исполнять приказ.
Так эта буря рассеялась сама собой, с необычайной легкостью. Создавалось полное ощущение грома гремящего без дождя. Однако те ангелы, что знали подоплеку, понимали: всё далеко не так просто, оставалось лишь гадать, когда именно Луцифир решит нанести удар.
Впрочем, Луцифир вовсе не спешил буйствовать. Напротив, он был невероятно занят: помимо исполнения прямых обязанностей, он лично обошел каждый из слоев Неба. Одновременно с этим, под наставничеством хранителя библиотеки Шафара, Луцифир освоил Небесный язык и теперь мог свободно читать и писать на нем.
Его распорядок дня устоялся: утро уходило на государственные дела, после полудня он совершал объезды по всему Небесному Царству, а ночи проводил в отдыхе у себя в Звездном дворце. Этот цикл повторялся изо дня в изо дня.
Шло обычное утро, Луцифир сидел в книжном зале за бумагами.
— Ваше Высочество, приближается Песах, намерены ли вы посетить Праздник благословений? — прошло уже два-три месяца, но Белиал по-прежнему исполнял при обязанности личного секретаря при Луцифире, хотя тот уже полностью освоился с делами Небесного Царства.
— Песах? — для Луцифира это слово уже не было незнакомым, однако с момента вступления в должность ему еще не доводилось принимать участие в этом празднике. — О, где будет проходить церемония? Что мне нужно делать?
Луцифир испытывал немалое любопытство к празднеству, на котором еще ни разу не бывал.
— Церемония начинается с того, что Матерь Божия вместе с ангелами из Ангельского отряда благословений шествует от Лунного Неба вплоть до Сатурнова Неба, благословляя каждый слой. На каждый уровень уходит по целому дню, всего получается семь дней, — пояснил Белиал.
— Я должен участвовать каждый день? — поинтересовался Луцифир.
— Самая торжественная часть проходит на Лунном Небе, туда лично пожалуют и Серафимы, чтобы излить божественную благодать от имени нашего Бога, — дипломатично посоветовал Белиал. — Если Ваше Высочество тоже соизволит присутствовать, ангелы Небесного Царства наверняка проникнутся к вам глубокой верой.
— О, звучит неплохо. — На самом деле это тонкий намек на то, что моего авторитета всё еще недостаточно?
— В четырнадцатый день я заберу вас.
Так был утвержден график мероприятий на время Песаха.
В день праздника Белиал спозаранку постучал в дверь спальни Звездного дворца. Отворив дверь, он увидел Луцифира, который в своей обычной одежде стоял перед зеркалом и поправлял волосы.
— Ваше Высочество, вы готовы? — поинтересовался Белиал.
— Да, пошли, — Луцифир окинул взглядом аккуратно причесанного и одетого себя в зеркале и с удовлетворением кивнул.
Воспользовавшись транспортным магическим массивом Звездного Неба, они вдвоем напрямую переместились на Лунное Небо. К тому моменту главный город Лунного Неба уже кишел народом: несметное множество ангелов собралось перед святилищем в ожидании прибытия Матерь Божия и возглавляемого ею Ангельского отряда благословений.
Луцифир не спешил входить в святилище. Вместе с Белиафом они проверили охранные посты вокруг, и во время этого обхода столкнулись с нервным и крайне занятым Сариилом.
— Ваше Высочество Соправитель, вы… как вы здесь оказались?! — с первого же взгляда заметив Луцифира, Сариил, и без того напряженный, занервничал еще сильнее.
— Не нервничай так, я просто пришел помочь тебе подлатать бреши, — Луцифир велел Сариилу успокоиться и непринужденно спросил: — Как продвигается создание прежнего защитного магического массива?
— Все еще строим, — постаравшись расслабиться, ответил Сариил. — Все-таки это огромный массив, на его возведение требуется немало времени.
— Этот массив настолько сложно строить? — Луцифир редко сталкивался с вещами вроде магии и разбирался в них слабо. Тем не менее, это не помешало ему заметить, как собеседник замялся, не договорив фразу. — Возникли какие-то трудности?
Сариил изначально не собирался жаловаться Луцифиру в такой момент, но, посомневавшись мгновение, всё же честно доложил о положении дел:
— Из-за передачи военных полномочий множество херувимов, охранявших Врата Небесного Царства, отозвали на верхние уровни, из-за чего возникла огромная нехватка стражи. Судя по всему, в Аду заметили это, и в последнее время стали часто тревожить границы Небесного Царства. Нам приходится отвлекать людей на отражение набегов демонов.
— Этих стражников подняли наверх, а взамен разве не прислали новых людей? — Луцифир уловил подвох.
— Я докладывал об этой проблеме лорду Рагуилу, но он ответил… — Сариил поднял глаза, бросил на Луцифир взгляд и замялся, словно стыдясь произнести это вслух: — Сейчас Армия Ангелов всё еще находится в процессе передачи полномочий, у него больше нет прав перебрасывать войска, и он велел мне дождаться завершения передачи и обратиться к вам…
— ?l — у Белиала, стоявшего рядом, от услышанного просто дар речи пропал. На его неизменно невозмутимом лице проступил гнев.
— Чушь собачья! Еще на днях он устраивал мне демонстрацию силы, заявляя, что не позволит мне воспользоваться ни единым солдатом из Армии Ангелов, — Луцифир позволил себе редкое бранное словцо, после чего тут же спросил: — А что теперь? Откуда взялись те, кто отвечает за охрану сейчас?
— Я одолжил их у Гавриила и Михаила… — голос Сариила становился всё тише. — А позже еще попросил Рафаила отправить людей из Ангельского отряда благословений помочь с постройкой массива…
— Даже строителей массива Рагуил забрал? — услышав это, Белиал изумился еще сильнее.
— Это Разиэль… Он заявил, что бедствия Небесного Царства исходят не извне, а изнутри, и отказался выделять ангелов магии.
— А, так он от меня защищался, — хмыкнул Луцифир. Мысленно он подумал, что от подобных действий Разиэля толку чуть: даже если согнать в одно место всех ангелов магии Небесного Царства, еще неизвестно, смогут ли они одержать над ним победу.
— А что насчет финансирования? Что сказал премьер-министр? — тут Белиалу пришлось задать еще один вопрос, повинуясь предчувствию.
— Премьер-министр не отказал. Без лишних слов перевел средства на общий счет Лунного Неба.
— О, похоже, премьер-министр все-таки умеет отделять зерна от плевел.
— Выходит, приказы, которые я подписываю, в конце концов не более чем чистый лист бумаги? — Луцифир изобразил внезапное прозрение, однако по его лицу невозможно было понять, гневается он или рад.
— Прошу Ваше Высочество простить… это подчиненный плохо справился с работой… — Сариил не смел перекладывать вину на других и мог лишь принять удар на себя.
— …Мм? — услышав это, Луцифир на мгновение умолк. Он окинул Сариила оценивающим взглядом, думая о том, что хотя тот и является Серафимом, по своей сути он остается наивным и добрым ребенком. Почему же Бог назначил его управлять важнейшими вратами Небесного Царства?
— …Ваше Высочество? — Сариилу стало не по себе под пытливым взглядом Луцифира, и он лишь осторожно подал голос.
— Неужели ты настолько позволяешь вытирать о себя ноги, что оба этих старых хрыча решили использовать тебя в качестве мишени? — Луцифир протянул руку и ущипнул Сариила за щеку — гладкую, с весьма приятной на ощупь кожей.
— Ц-с… Э-э? — Сариил окончательно растерялся, забыв даже попытаться вернуть свою щеку обратно.
— Ладно, то, что ты мне рассказал, чрезвычайно важно, — Луцифир убрал руку и вместо этого похлопал Сариила по плечу. — Сначала занимайся своими прямыми обязанностями, а со всем остальным я разберусь.
— Х-хорошо… — откликнулся Сариил и кивнул, после чего проводил взглядом удаляющихся двоих.
Луцифир: За всё в этой жизни рано или поздно приходится платить.
— Разделительная линия —
Скорость выхода глав действительно упала! Я ведь собирался ускорить темп публикации, но этот маленький вредитель вечно умудряется в пух и прах разрушить все мои планы…
XXXVII
— И подумать только, что Рагуил способен на столь двуличные поступки, — отойдя на некоторое расстояние, Белиал редкостно для себя поделился впечатлениями. — Раньше я думал, что он просто упрямый и не умеющий приспосабливаться старший Серафим, но теперь вижу, что переоценивал его.
— Азазель терпеть его не может, — заметил Луцифир.
— Многие Серафимы не выносят его замашек, просто Азазель — один из немногих, кто открыто демонстрирует эту неприязнь, — безмятежно произнес Белиал. — Но я никак не ожидал, что Разиэль тоже встанет с ним на один путь, поистине редкое зрелище.
— Разиэль обычно не отличается особой активностью, он вечно сидит в собственном дворце? — воспользовавшись случаем, спросил Луцифир.
— Да уж, божественный дар, которым наделил его Бог — это предвидение будущего, а миссия — записывать каждое слово и каждое движение Бога. У него в руках есть книга, дарованная самим Богом, и имя ей — Книга Разиэля, — ответил Белиал.
— … — нужно было даже специально создать Серафима, чтобы тот записывал каждое его слово и движение? Услышав это, Луцифир вдруг почувствовал себя так, будто его стошнило: он ведь правил Царством Хаоса столь долгое время, но ему и в голову не приходило нанимать отдельного мудреца для летописи собственных речей…
Оставалось лишь признать, что Бог знатный затейник…
— Меня больше удивляет другое: с чего это вдруг Разиэлю вздумалось ополчиться против вас? — в голосе Белиала сквозило недоумение. — По идее, кроме собственных пророчеств, мирские дела Небесного Царства его волновать не должны вовсе.
— Потому что он напророчил, что я стану бедствием для Небесного Царства, и даже не стал скрывать этого на церемонии возведения в должность, — предельно откровенно произнес Луцифир. — А, ну тогда его остановил Рагуил.
— …Что? — Белиал снова изумился, совершенно не ожидая такого поворота. Сейчас у него не было времени раздумывать над тем, откуда Луцифир вообще узнал о пророчестве Разиэля, он лишь пытался уложить в голове некоторые нестыковки: — Так вот почему Разиэль тогда посмел самовольно ворваться в Святой Храм!
— О? — Луцифир с огромным интересом пожелал разобраться в том, о чем заговорил Белиал.
— Незадолго до празднества Створения Мира он без всяких божественных указаний самовольно вломился в Святой Храм. Вообще-то это тягчайшее преступление, но наш Бог позволил ему вернуться невредимым и со всеми конечностями, — кратко пояснил Белиал. — Ангелы, знавшие об этом, гадали, что же он доложил нашему Богу, но я и помыслить не мог, что дело в этом.
— И после этого ты всё еще можешь спокойно следовать за мной? — пытливый взгляд Луцифира упал на Белиала.
— Более чем спокойно, а почему бы и нет? — улыбнулся Белиал. — Всё равно делать мне нечего, служить Вашему Высотельству — лучший выбор, лишь бы вы не сочли меня плохим работником.
— С чего бы вдруг? — Луцифир тоже улыбнулся. — В будущем я очень надеюсь на наше с тобой приятное сотрудничество.
Они увлеченно перебрались словом за словом, даже сами того не замечая, замедлили шаг. Лишь когда они увидели, как Матерь Божия вместе с ангелами Ангельского отряда благословений спустилась к святилищу, они ускорили шаг и приблизились.
— Ваше Высочество Соправитель, Ваше Высочество Белиал, сюда, пожалуйста… — херувим, отвечающий за прием гостей, повел двух высших чинов за собой.
Место Луцифира находилось справа на почетном возвышении, рядом с ним сидел премьер-министр Небесного Царства Метатрон, а старший Серафим Рагуил расположился напротив.
— Ваше Высочество Соправитель, вы опоздали, — едва Луцифир занял свое место, Рагуил выдал это безо всякого предупреждения.
На первый взгляд фраза казалась простой констатацией факта, но в данной обстановке, да еще и в присутствии Матерь Божия, это было несомненным и наглым задиранием.
— Мне кажется, в столь важных случаях безопасность ангелов превыше всего. В конце концов, оборона Лунного Неба крайне слаба, и если силы Ада воспользуются моментом и нарушат порядок празднества, будет скверно, — Луцифир намеренно подчеркнул слабость обороны Лунного Неба, отчего лицо Рагуила мгновенно помрачнело.
— Но как бы то ни было, забыть о времени и нарушить ход церемонии — моя вина.
Произнеся это, Луцифир поднялся и отвесил Матерь Божия чинный поклон.
— Матерь Божия, приношу свои глубочайшие извинения.
— Ничего страшного, — Матерь Божия мягко улыбнулась, словно вовсе не заметив словесной перепалки. — Я чувствую, сколь сильно Ваше Высочество переживает о судьбе всех живых существ Небесного Царства.
— Благодарю за ваше великодушие, Матерь Божия, — с признательностью отозвался Луцифир, после чего вернулся на свое место, до конца церемонии больше ни разу не взглянув на Рагуила.
Эта маленькая буря не отняла у священнодействия много времени: Матерь Божия объявила церемонию открытой и обратилась к подданным Небесного Царства с проповедью, распространяя божественную благодать.
Сидевший рядом Метатрон на сей раз на удивление не сводил глаз с Матерь Божия — он наблюдал всю только что разыгравшуюся борьбу. Ранее он считал Луцифира лишь грубым воякой, сильным лишь в кулачных боях, однако в этом противостоянии тот парой слов с легкостью разрешил собственное неловкое положение и вдобавок публично утер нос Рагуилу.
Однако тяготило его вовсе не могущество Луцифира. Больше всего Метатрона терзал взгляд, которым Матерь Божия одарила Луцифира: то было доверие, выходящее далеко за рамки товарищеских отношений, то была едва уловимая влюбленность.
Взгляд Метатрона невольно сместился на Луцифира. Тот был полностью поглощен речью Матерь Божия, изредка записывая одну-две фразы в свой молитвенник. Еще недавно ходили слухи, будто он ни бельмеса не смыслит в письме на Небесном языке, но теперь он выводил буквы вполне сносно.
Быть может, Метатрон смотрел слишком пристально, и Луцифир это заметил.
— Премьер-министр? — негромко позвал Луцифир. — С вами все в порядке?
— О, да, все хорошо… — с трудом возвращаясь к реальности, ответил Метатрон. — Простите, что заставил вас наблюдать столь неприглядную картину.
— Все это время, стоило мне выкроить свободную минуту, я изучал священные тексты, однако никак не мог уловить их суть. Но сегодня, слушая проповедь Матерь Божия здесь, я чувствую, что некоторые истины стали мне понятны, — неожиданно произнес Луцифир.
— И я был бы рад услышать подробности. — Метатрон не ожидал, что собеседник заговорит с ним. Мысленно припомнив, что он вроде бы ни в чем не провинился перед этим человеком, он немного успокоился.
— Матерь Божия — женщина с колоссальным чувством ответственности, до которого мне, пожалуй, далеко, — многозначительно произнес Луцифир. — После того как я объявил о расформировании стражи Звездного дворца, она даже приходила ко мне с повинной, говоря, что это она дурно подобрала людей.
— ?l — Метатрон внезапно замер, кровь в его жилах, казалось, остановилась, обратившись в камень.
— Я долго убеждал Ваше Высочество, прежде чем она смогла хоть немного избавиться от чувства вины, — словно не замечая оцепенения собеседника, продолжил Луцифир: — Позже я задумался: кто же тот злодей, из-за которого Матерь Божия претерпевает столь незаслуженные страдания?
— Я… я тоже не совсем понимаю… — сердце Метатрона заколотилось о ребра, как испуганная птица. Хотя он и старался сохранять видимость хладнокровия, он смертельно боялся сидевшего рядом правителя и даже не смел поднять на него глаза, страшась, что тот заметит подвох.
— Верно, вы же не участвовали в этом деле, так что вполне естественно, что вы не в курсе.
Спокойный тон Луцифира лишь сильнее заставил Метатрона ерзать на месте в полном унынии.
— ?l — как только Метатрон хотел было что-то возразить, ангелы из Ангельского отряда благословений в святилище затянули гимн, воспевающий Бога.
Благоговейное, чистое пение омывало души всех собравшихся ангелов. Даже Луцифир, закрыв глаза и слушая его, ощутил легкое чувство невесомости.
(Конец главы, продолжение следует.)
Саняша① — имя, хорошо знакомое высшим ангелам трех небесных сфер. Когда-то он был военачальником Армии Ангелов, но после мятежа пал; он стал первым падшим Серафимом, снискавшим печальную славу.
— О, так ты тот самый падший Серафим, — Луцифир не выказал и доли того гнева, что проявили другие Серафимы. — И зачем же падший ангел явился сюда? Насколько я помню, Небесное Царство не рассылало приглашений падшим ангелам.
Луцифир говорил непринужденно, и в его голосе невозможно было расслышать ни злобы, ни радости.
— И что с того? — Саньяса рассмеялся, словно услышал какую-то шутку, и в его взгляде, устремленном на Соправителя Небесного Царства, промелькнуло презрение. — Даже если не ждали, мы всё равно пришли. Что ты мне сделаешь?
— ?l — услышав столь заносчивые речи, Азазель, разумеется, возмутился. Когда он попытался выступить вперед и как следует «поговорить» с наглецом, его остановил Белиал.
— Не встревай, предоставь это Вашему Высочеству, — тихо бросил Белиал.
— … — Азазель бросил взгляд на держащегося с поистине невозмутимой легкостью Луцифира, сглотнул зарождающийся гнев и решил подождать, пока этот человек покажет себя.
— И впрямь ничего не сделаю, — Луцифир вовсе не оскорбился дерзостью падшего ангела. — Позволить тебе ускользнуть и затеять мутную игру — это действительно недоработка с моей стороны… Должен признать, мне есть над чем поразмыслить.
— Но раз уж ты осмелился бесчинствовать и вести себя нагло на священном празднестве нашего Бога, я непременно заставлю тебя заплатить за это, — голос Луцифира постепенно холодел, обретая зловещие нотки.
http://bllate.org/book/23048/2462959
Готово: