— Круизный лайнер, номер 901.
— Ситуация на данный момент такова, господин Юэ, вы только посмотрите...
Закатное солнце слепило глаза, и мужчина средних лет, не в силах сдержать гримасу, продолжал кланяться и извиняться. Он не мог разглядеть выражения лица собеседника, лишь заметил, как тот с нескрываемым раздражением дергает себя за кончик хвоста волос.
— Комната была забронирована давно. Люкс семейства Хань слишком роскошен, мне в нем не по себе.
Финансовое могущество клана Хань не знало границ: осенью им взбрело в голову организовать музыкальный фестиваль на круизном лайнере, и Юэ Чанси, как известный в стране пианист, был приглашен в качестве почетного гостя. Не успел он провести на корабле и одной ночи, как его потревожили слуги семейства Хань. Причина оказалась донельзя нелепой: Хан Кэ, родной сын организатора мероприятия, пожелал обменяться с ним каютами.
Юэ Чанси мысленно посетовал на скудоумие этого человека, но, видя скорбное лицо слуги, не выдержал и, сменив гнев на милость, согласился. В дурном расположении духа, наскоро проглотив ужин, он подхватил свой огромный багаж и отправился на поиски новой каюты. Однако в коридоре он столкнулся с самим Хан Кэ, который, заложив руки за спину, раздавал указания рабочим.
— Хм! — Хан Кэ прошел мимо, даже не удостоив его взглядом.
Слуги, заметив ярость молодого господина, затаили дыхание, боясь пошевелиться. В тишине коридора раздался насмешливый голос. Хан Кэ нахмурился и обернулся.
— Ха, — Юэ Чанси уселся прямо на свой чемодан, глядя ему в глаза, — молодой господин Хань, вы выглядите весьма импозантно, но что же вы делаете в коридоре, озираясь по сторонам? Тот, кто не знает, может принять вас за воришку.
— Ты!
Хан Кэ вытаращил глаза, но собеседник лишь лучезарно улыбался, не выказывая ни капли раскаяния. Раздраженный и бессильный, Хан Кэ сорвал злость на слугах и, развернувшись, гневно зашагал прочь.
С самого момента, как он предложил обмен каютами, он не решился никому рассказать об истинной причине. На самом деле, за день до посадки на лайнер Хан Кэ получил электронное письмо:
Кому: Хан Кэ. Время: через три дня, полночь.
Подпись: Nightmare.
Даже не зная английского, он, годами помогавший отцу в его грязных делах, прекрасно понимал, что означает это имя. Он стоял на коленях перед Хан Инем, умоляя о спасении, но отец лишь посмотрел на него с таким холодным безразличием, будто перед ним был брошенный щенок.
Дрожащие пальцы Хан Кэ не ускользнули от взгляда Юэ Чанси. Он, сидя на чемодане, перевел взгляд на камеру наблюдения. Та была отключена. Юэ Чанси задумчиво посмотрел на потолок.
— Это он?..
***
— Парк Бинхэ.
Наступила ночь. Лайнер озарился огнями, медленно разрезая морские волны. Фэн Сяосяо, прислонившись к перилам, издалека наблюдала за роскошным судном, до нее доносились отголоски элегантной музыки.
— Сяосяо! — девушка похлопала ее по плечу и заглянула в лицо. — Тоже смотришь на этот лайнер?
— Угу, очень красиво.
Девушка мечтательно вздохнула:
— Вот бы нам когда-нибудь попасть туда.
Фэн Сяосяо, подперев голову рукой, посмотрела на подругу:
— Ты что, все еще грезишь о том молодом господине Хань?
Девушка смущенно почесала затылок. Слова Фэн Сяосяо напомнили ей о юном гении, который в шестнадцать лет уже получил степень магистра, и она на мгновение выпала из реальности. Фэн Сяосяо, напротив, скучающим взглядом провожала проплывающее мимо судно, как вдруг ее глаза широко распахнулись.
— Э? — она отчетливо увидела на палубе фигуру, которая тут же исчезла. Фэн Сяосяо была крайне чувствительна к чужой ауре; сосредоточившись, она уловила слабый след. Сердце ее сжалось — на этом лайнере определенно творилось что-то недоброе.
— Юю, не ходи смотреть на лайнер в ближайшие пару дней, — Фэн Сяосяо встретилась с удивленным взглядом Кун Юю. — Разве на Дуншане не открылся новый парк развлечений? Давай сходим туда?
Кун Юю не стала спорить, решив, что подруге просто хочется повеселиться, и неохотно согласилась. Когда Фэн Сяосяо обернулась снова, призрачная фигура возникла опять, словно зная, что за ней наблюдают.
***
— Круизный лайнер, номер 901.
Ночной ветер завывал за окном. Хан Кэ плотно запер двери и окна, его лицо было напряжено до предела. По пути к новой каюте он отключил все камеры наблюдения. Никто не знал, почему он сменил номер, никто не знал, где он находится. Пусть этот белолицый пианист станет козлом отпущения, когда убийца придет за ним.
Прошел целый час. На лайнере воцарилась пугающая тишина, пока вдалеке не послышались звуки фортепиано — кто-то играл старинную колыбельную.
— Черт, кто играет в такую рань! — выругался Хан Кэ, показывая средний палец в сторону источника звука. Убедившись, что вокруг нет ничего подозрительного, он немного успокоился. Он взглянул в зеркало у шкафа: на него смотрело изможденное лицо с заспанными глазами.
Музыка стихла так же внезапно, как и началась. Хан Кэ резко открыл глаза. Он заснул, и даже во сне ему слышалось капанье воды.
— Кап.
Он судорожно вцепился в край одежды. Это не сон. Звук доносился из-за спины. Хан Кэ прикусил губу и, дрожа, потянулся к лампе, но та не зажглась. Он отчетливо слышал стук собственного сердца и капанье воды с потолка.
Потолок... протекает? Лайнер, построенный семьей Хань, не мог иметь дыр в перекрытиях. К тому же дождя не было — откуда взяться воде?
Неужели в воде завелся монстр?
Хан Кэ слышал немало легенд. Хотя на дворе был современный век, но что если... Он вдруг вспомнил женщину, которую купил на черном рынке два года назад. За неповиновение он приказал отрубить ей ноги и выбросить в реку. Тело так и не нашли.
— Нет, этого не может быть!
В панике он опрокинул настольную лампу, схватил ее и, ползая по полу, наконец нащупал выключатель. Свет был тусклым, но хотя бы что-то.
— Если это призрак, то он боится света. Не подходи, не надо, не ищи меня...
Хан Кэ, прижимая к себе лампу, стоял на коленях, окончательно утратив облик наследника клана Хань. Звук капель не прекращался. Хан Кэ впился взглядом в свет лампы — в ореоле света возник женский силуэт. Он потер глаза, но тень не исчезла.
— Хлоп!
Лампа упала на пол. Хан Кэ бессильно рухнул, его глаза потускнели. Неизвестно откуда натекшая лужа намочила его брюки. Хан Кэ проследил за источником воды и поднял голову: растрепанная женщина стояла перед ним, и, хотя она стояла, их глаза были на одном уровне.
Это она...
Порыв ветра распахнул незапертое окно. Хан Кэ вытаращил глаза, не успев издать ни звука. Его тело откинулось назад, словно невидимые когти демона сомкнулись на его горле, перекрывая дыхание.
Увидев, как Хан Кэ замертво повалился на пол, призрачная фигура явно опешила.
— Пф, — раздался неуместный смешок у двери. — Ты, наверное, и сама не ожидала, что достопочтенный молодой господин Хань умрет от испуга. Если узнают — засмеют до смерти.
Призрак обернулся, но из-за спутанных волос лица было не разглядеть. Незнакомец подошел, присел на корточки и, протянув руку, заправил пряди волос за ухо женщины.
— Давно не виделись.
Юэ Чанси заглянул в ее чистые зеленые глаза и мысленно усмехнулся: Хан Кэ был слишком примитивен, чтобы оценить такую красоту.
— Nightmare.
Юэ Чанси улыбнулся и в шутку спросил:
— Можешь показать мне свое настоящее лицо?
Женщина-призрак коснулась его пальцев и, кажется, тоже улыбнулась:
— Спасибо.
За дверью поднялся шум — к каюте бежали люди. Женщина хотела сбежать, но Юэ Чанси притянул ее к себе и прыгнул в окно. Ступая по воде, он раскрыл за спиной белоснежные шестикрылые крылья, облетел освещенные каюты и бесшумно приземлился в своем номере.
Юэ Чанси не стал включать свет. Женщина-призрак изменилась: теперь это был изящный юноша, сидящий на подоконнике. Лунный свет укутал его плечи, словно белая накидка. Он молча смотрел на Юэ Чанси, и их взгляды — изумрудный и золотой — встретились. В этой тишине вспыхнули воспоминания, отражая радость встречи или долгое эхо разлуки.
Юноша вспомнил, что в прошлый раз не успел назвать своего имени, из-за чего этот человек упрямо называл его старшим.
— Ся Сяо.
В лунном свете это прозвучало как шепот. Юэ Чанси хотел было ответить, но фигура уже растворилась.
— Опять ушел... — он вздохнул, но стук в двери прервал его раздумья. — Сначала разберемся с этим.
***
— На следующий день.
— Круизный лайнер, номер 904.
Молодой господин Хань мертв. За одну ночь лайнер погрузился в панику, полиция начала допросы. Юэ Чанси, выбрав тост из тележки с едой, невозмутимо завтракал, сидя на стуле. По крайней мере, именно таким его застал Кун Синфань, когда вошел в каюту.
— Господин Юэ?
— М-м?
Юэ Чанси кивнул, выпрямляясь и показывая, что готов к разговору. Кун Синфань допросил уже многих, но этот человек был самым спокойным из всех — при том, что являлся главным подозреваемым.
— Вы весьма беспечны. Разве вы не слышали, что произошло?
Кун Синфань показал жетон полицейского. Юэ Чанси проглотил последний кусок тоста и ответил:
— Всего лишь сдох какой-то мажор, и вы решили подозревать меня?
— Советую вам отвечать серьезнее, господин Юэ.
Юэ Чанси пожал плечами, небрежно согласившись. Кун Синфань не любил ходить вокруг да около:
— По словам людей из охраны Хан Кэ, вчера у вас с ним была перепалка в коридоре?
— Верно. Вы, должно быть, знаете: он хотел поменяться со мной каютами, я отказался. В конце концов, меня вынудили согласиться, а вечером мы случайно столкнулись, и я не сдержался, ответил ему парой колкостей.
Кун Синфань прокрутил в голове показания других свидетелей: слова Юэ Чанси были правдивы, но в последние дни конфликтовал с Хан Кэ только он. Полицейский попытался задать еще несколько вопросов, но так и не нашел доказательств вины, поэтому был вынужден уйти.
— Еще один вопрос. Можно мне выйти прогуляться? Говорят, морской пейзаж с палубы просто изумительный.
Кун Синфань задумался:
— Сегодня — нет.
— Хорошо. Тогда не могли бы вы передать на кухню, чтобы мне прислали на обед пельмени с бульоном?
Юэ Чанси улыбнулся. Кун Синфань нахмурился, но кивнул. Зачем ему пельмени? Он размышлял об этом всю дорогу, пока не оказался в ресторане. Златовласый юноша вежливо поклонился ему:
— Офицер Кун, есть новости о деле Хан Кэ?
Кун Синфань покачал головой:
— Сложно. Он отключил камеры, а в номерах их нет ради приватности... Впрочем, есть один человек, вызывающий подозрения.
— Есть подозреваемый? — юноша был явно шокирован.
— Не совсем. Господин Хань, вы выглядите удивленным?
Хань Чэнлань на мгновение замер, затем устало кивнул:
— Разумеется. Офицер Кун, вы же знаете мое положение. Раз Хан Кэ умер, дядя первым делом заподозрит меня.
Кун Синфань не стал отвечать, лишь утешил его парой фраз и ушел. Хань Чэнлань вышел из ресторана — после случившегося он обязан был показаться Хан Иню. Но, к сожалению, тот был убит горем и никого не принимал. Хань Чэнлань вернулся в свою каюту ни с чем.
— М? — на столе под стаканом с водой лежало письмо. Он опустил глаза, запер дверь и вскрыл конверт.
— Сегодня вечером, 904.
***
Смерть Хан Кэ повергла лайнер в ужас, музыкальный фестиваль отменили. Музыканты заперлись в своих каютах, Кун Синфань расставил охрану, особенно вокруг Хан Иня и Хань Чэнланя.
Хань Чэнлань ломал голову, как обойти полицейских, но дверь, которая была заперта, внезапно приоткрылась. Он выглянул и увидел, что оба полицейских, охранявших его, спят у стены. Коридор был пуст. Он проскользнул в каюту 904.
В комнате было темно, лишь лунный свет падал на подоконник. Хань Чэнлань не видел человека, но знал методы этих людей. Заперев дверь, он спросил:
— Почему ты убил его?
Свет внезапно загорелся. Хань Чэнлань зажмурился, а когда открыл глаза, перед ним стоял Ся Сяо.
— У Nightmare есть свои способы допроса мертвецов, но требования заказчика — превыше всего.
— Ты хочешь сказать, что Хан Кэ убил кто-то другой? — Хань Чэнлань вспомнил свой заказ на черном рынке. Он хотел, чтобы кто-то раздобыл доказательства подземных сделок Хан Кэ. Он не ожидал, что заказ примет Nightmare.
— Но раз он мертв, Хан Инь усилит контроль надо мной, и получить доказательства станет еще сложнее, — Хань Чэнлань был в ярости.
Ся Сяо покачал головой. В его глазах мысли Хань Чэнланя были слишком наивны:
— Доказательства сделок Хан Иня были уничтожены на следующий день после того, как ты разместил заказ.
Хань Чэнлань застыл, не ожидая, что его намерения были раскрыты с самого начала.
— Раз задание невыполнимо, зачем ты его принял?
— Смысл заказа — во взаимной выгоде, — Ся Сяо встретился с его полным враждебности взглядом. — Кто-то готов пожертвовать свободой ради твоей безопасности, а кто-то хочет убить Хан Иня, пожертвовав собственной жизнью. А то, что предложил ты, — лишь ничтожные деньги.
Хань Чэнлань опешил. Он был всего лишь богатым наследником, за чьим состоянием охотились родственники. Он был неопытен и хотел лишь свергнуть лицемеров, но чуть сам не попал в ловушку.
— Ты сказал, кто-то хочет убить Хан Иня?
— Фестиваль отменен, послезавтра лайнер причалит для полицейской проверки. Завтра в полночь я приступлю к делу.
Ся Сяо выпрыгнул в окно, оставив Хань Чэнланя в смятении. Если Хан Инь умрет, никто не будет расследовать смерть Хан Кэ, но ниточки к черному рынку оборвутся. Впрочем, в черных сделках участвовали и другие — Хань Цзихун и Хань Янь.
— Завтра... возможно, я смогу это использовать.
***
— На следующий день.
— Круизный лайнер, палуба.
Наутро Хань Чэнлань проснулся от шума: Кун Синфань поймал тех самых полицейских, что уснули на посту.
— Офицер Кун, вчера правда кто-то играл на пианино, мы слушали и...
— Заткнись! Марш отрабатывать дисциплину!
Хань Чэнлань решил уйти от греха подальше на палубу, но небо затянуло тучами, и он поежился от холода.
— Погода дрянь, почему же юный господин решил прогуляться? — Юэ Чанси, прислонившись к перилам, с интересом наблюдал за дрожащим от холода наследником.
Хань Чэнлань счел его слова странными, из вежливости спросил имя, но тот лишь отмахнулся. Только он хотел спросить, не придирается ли к нему этот человек, как следующие слова Юэ Чанси повергли его в шок:
— Наконец-то выпустили, а тут такая погода... Эх.
Хань Чэнлань задумался: после допросов всем разрешили гулять по палубе. Он подошел ближе:
— Вы — подозреваемый офицера Куна?
— Ага, стал подозреваемым на ровном месте, обидно, правда? — Юэ Чанси бросил взгляд на застывшего Хань Чэнланя и усмехнулся.
— Кхм, прошу прощения, — смущенно ответил Хань Чэнлань.
Юэ Чанси потер замерзшее лицо и ни с того ни с сего добавил:
— Хан Инь скоро тоже отправится на тот свет. И кто же из клана Хань приберет тебя к рукам?
Это была больная мозоль. После смерти отца он был как золотой слиток, который каждый хотел присвоить. Хан Инь был не первым, кто добился своего. Хань Чэнлань шесть лет был разменной монетой, пока не купил землю и не нанял охрану, запретив всем с фамилией Хань приближаться к нему.
Юэ Чанси, словно разговаривая сам с собой, вытащил скомканный бумажный комок и бросил его Хань Чэнланю:
— Прочитай позже. Тебя ищут.
Хань Чэнлань сжал бумагу. В этот момент он услышал, как его зовет полицейский, охранявший его дверь.
— Господин Хань, офицер Кун хочет вас видеть!
Хань Чэнлань кивнул и направился к нему, но вдруг увидел, что полицейский замер, его лицо побелело, а глаза уставились куда-то за спину Хань Чэнланя. Не успел он спросить, что случилось, как тот рухнул на пол, дрожащим пальцем указывая вперед. Хань Чэнлань обернулся: за спиной Юэ Чанси поднимался черный дух, окутанный темной аурой, длинные черные ногти тянулись к нему.
— Призрак! Призрак! — полицейский, пятясь, бросился бежать.
Хань Чэнлань закричал:
— Эй! Позади тебя!
Юэ Чанси, казалось, ничего не замечал, продолжая махать рукой, с той же легкой улыбкой на губах. Хань Чэнлань, не раздумывая, бросился к нему, чтобы оттащить.
Юэ Чанси на мгновение замер и вздохнул:
— Ну что за несносный ребенок...
Призрак, увидев бегущего Хань Чэнланя, резко схватил Юэ Чанси за горло и потянул назад. Перила сломались, и оба рухнули в море.
Хань Чэнлань едва не упал следом. Послышались шаги: к ним бежали Кун Синфань и Хан Инь. Кун Синфань успел схватить Хань Чэнланя, покрывшись холодным потом. Хан Инь, увидев это, хотел было ударить Хань Чэнланя, но Кун Синфань преградил ему путь.
— Уйди с дороги!
— Господин Хань, господин Хань — свидетель.
Хан Инь был в ярости. Вчера он пытался подкупить Кун Синфаня, чтобы тот обвинил Хань Чэнланя, но получил отказ. Теперь же этот упрямец защищал парня. Хан Инь бросил на Хань Чэнланя злобный взгляд:
— Бездельники-полицейские, лучше бы вы как следует расследовали это дело!
Кун Синфань молча прикрывал Хань Чэнланя, пока не раздался голос:
— Спасибо, я в порядке.
— Тогда идите отдыхать, здесь опасно. Сяо Чэнь, опечатай место. Остальным гостям — вернуться в номера, не выходить до особого распоряжения!
***
— В реке.
Юэ Чанси пожалел, что не научился плавать, иначе не выглядел бы сейчас так жалко. В момент падения он видел, что тот несносный мальчишка чуть не упал следом.
— Хорошо, что не упал, старший бы точно не успел его спасти, — подумал он.
— Кх!
Почувствовав под водой мягкую духовную энергию, Юэ Чанси решил, что нужно притвориться мертвым, и открыл рот, позволяя морской воде заполнить легкие. Кто-то поддерживал его за спину. Это касание было иным, не тем, что зажимало ему нос и рот. Юэ Чанси закрыл глаза, чувствуя, как его медленно поднимают. Магия внезапно исчезла. Он открыл глаза и увидел Ся Сяо — того самого, о ком грезил. Расстояние было пугающе близким.
Он хотел поздороваться, но захлебнулся водой. Ся Сяо, глядя на богатую мимику Юэ Чанси, невольно усмехнулся. Он обнял его за шею и, прильнув к губам, поделился воздухом. Юэ Чанси распахнул глаза, но, встретив спокойный, холодный взгляд Ся Сяо, поспешил отогнать неуместные мысли.
Вокруг них разливалось зеленое сияние — мягкий барьер отсек морскую воду. Почувствовав, что Юэ Чанси дышит ровно, Ся Сяо отстранился.
— Старший?
— Жди, пока не начнут поиски, тогда всплывай.
Юэ Чанси расплылся в улыбке:
— Слушаюсь.
***
— Круизный лайнер, комната наблюдения.
По требованию Хань Чэнланя Кун Синфань взял его с собой. Хань Чэнлань сжимал в кармане бумажный комок, размышляя, как объяснить все офицеру.
— Офицер Кун. — К ним подошел юноша с розовыми волосами, заплетенными в косу, и отдал честь.
Полицейские с крашеными волосами? Хань Чэнлань присмотрелся: лицо у парня было миловидным, как у девушки.
— Новенький?
— Так точно.
Кун Синфань оглядел его и начал просматривать записи. На видео он увидел, как за борт падает Юэ Чанси — объект его особого внимания. Как он выбрался на палубу, если было приказано держать его под стражей? И почему так совпало?
— Господин Хань знаком с этим человеком?
— Нет. Я просто хотел прогуляться, он сам заговорил со мной.
Хань Чэнлань смотрел на экран: они стояли рядом. Это не было слепой зоной, но... бумажный комок! Где он? Хань Чэнлань стоял за спиной Кун Синфаня, проверяя карман — комок был на месте. Неужели запись подделали? Но здесь же полиция...
— Господин Хань, — Кун Синфань заметил, что тот отвлекся. — Что вы и тот полицейский видели в тот момент?
— ...Призрачную фигуру. Полицейский увидел ее первым, а когда я обернулся, его уже стащили вниз, я не успел...
— Но на записи нет никакого призрака. На палубе были только вы трое. — Кун Синфань показал запись еще раз. Никакой мистики. Хань Чэнлань всмотрелся: призрака не было, но выражение лица Юэ Чанси, переходящее от улыбки к ужасу, было неоспоримым доказательством того, что он видел.
Они замолчали, пока в дверь не постучали — пришел полицейский, работавший на месте происшествия.
— Командир Кун, палуба полностью оцеплена. К тому же, прутья ограждения в месте пролома были срезаны намеренно.
Сяо Чэнь протянул фотографии с места происшествия. Кун Синфань еще раз внимательно изучил их, убеждаясь в правильности выводов, и спросил:
— Что с Сяо Сюем?
— Э-э... Похоже, он еще не пришел в себя. Все твердит что-то про призраков.
Кун Синфань потер переносицу:
— Понятно. Пусть пару дней отдохнет. И еще... сформируйте поисково-спасательный отряд. Сделайте все возможное, чтобы найти пропавших.
— Есть.
Просмотрев записи с камер трижды и ничего не обнаружив, Хань Чэнлань, пребывая в смятении, позволил Кун Синфаню проводить себя до спальни. Уже на пороге он не удержался и спросил:
— Офицер Кун, вы действительно ни разу не усомнились во мне?
Кун Синфань рассмеялся в ответ на этот вопрос:
— Если бы появились улики против вас, я бы действовал по всей строгости закона. Моя дочь учится в том же университете, что и вы, так эта девчонка только и делает, что хвастается мне, какой у них в вузе гений.
— Э-э... — Хань Чэнлань слегка растерялся.
В следующую секунду его взъерошенные волосы накрыла тяжелая рука. Кун Синфань потрепал его по голове:
— Я хорошо разбираюсь в людях. Вы все еще студент, далекий от реалий общества, не слушайте Хань Иня. Эх, если бы в нашем полицейском участке были такие таланты, как вы, было бы просто замечательно!
Хань Чэнлань натянуто улыбнулся и, бросив дежурную фразу, попрощался. Оставшись один, он рухнул на кровать и в раздражении перевернулся на другой бок — бумажный комок выкатился из-под подушки и упал на пол. Он все еще был заинтригован этой бумажкой и теперь, наконец, получил возможность ее развернуть.
— 904-й — это моя бывшая комната, которую я великодушно одолжил вам для совещания! В качестве благодарности пусть кухня приготовит побольше паровых булочек, а то старшему товарищу не хватило.
Хань Чэнлань уже хотел было съязвить насчет булочек, как вдруг его осенило: тот, кто упал за борт, должен был быть сообщником Ся Сяо! Пока он размышлял, снаружи внезапно поднялся шум.
— Командир Кун! Мы нашли его!
Ночь. Круизный лайнер.
Дневные дела еще не были завершены, а ночь уже поспешно опустилась на судно, стремясь скрыть пороки, что процветали на его борту.
22:40. Комната мониторинга.
Лайнер совершил экстренную остановку. Ближайший город уже направил отряд полиции, который спешил на помощь. Казалось, эта ночь вот-вот закончится и правда выйдет наружу. Кун Синфань сосредоточил небольшую группу полицейских вокруг спальни Хань Иня, а сам не сводил глаз с каждого монитора.
16:33. Гостевой номер 904.
Поисковый отряд обнаружил на берегу Юэ Чанси, которого выбросило волнами. Его пальцы были так сильно сжаты, что ладонь оказалась стерта в кровь — в руке он сжимал металлические карманные часы. Стрелки замерли ровно на полуночи. Учитывая анонимное письмо от Nightmare, найденное в сетевых записях Хань Кэ, Кун Синфань пришел к предварительному выводу, что время на часах — это дерзкий намек убийцы на время второго преступления. Что касается падения Юэ Чанси в воду, то, вероятно, это тоже было частью послания преступника.
Когда состояние Юэ Чанси удалось стабилизировать, Кун Синфань покинул его палату, чтобы отдать распоряжения. В этот момент к нему в панике подбежал Хань Инь, дрожащими руками сжимая две записки.
— Это он! Это Хань Чэнлань! Он хочет меня убить! Скорее...
Кун Синфань отстранил Хань Иня, вцепившегося в его воротник, и взял выпавшие листки. Первый, помятый, был тем самым, что Юэ Чанси передал Хань Чэнланю. На втором, чистом, было четко выведено: Ноль часов, Хань Инь.
Пока Хань Чэнлань навещал Юэ Чанси, Хань Инь пробрался в его номер. Хань Чэнлань ушел в спешке, оставив записку на столе. Когда Хань Инь, торжествуя, что нашел ключевую улику, случайно заметил под стаканом еще один листок, он понял, что это почерк Nightmare: имя цели плюс время исполнения. Эти люди всегда предупреждали жертв — они были настолько дерзки, что еще ни разу не провалили заказ.
— Вы сами видите! Хань Чэнлань в сговоре с Nightmare! Они хотят меня убить! — Хань Инь опустился на колени, обхватив голову руками. Он был так похож на своего отца, Хань Кэ, который еще несколько дней назад в безумии умолял его о чем-то.
Кун Синфань позволил Хань Иню тянуть себя за штанину, тупо глядя на помятую записку. Такова уж переменчивость судьбы. Только что он сам так тепло отзывался о парне, а теперь этот юноша, чье имя означало чистоту, оказался запятнан грязью. Улик было недостаточно для ареста, но подозрения стали слишком тяжелыми.
На самом деле Кун Синфань мало что знал о Nightmare, он всегда работал «в поле». Хань Инь, забыв о своих сделках на черном рынке, выложил все как на духу: и про их вражду с Хань Чэнланем, и про все остальное. Перед лицом смерти любые дела превращались в ничто. У Кун Синфаня сжалось сердце, но, несмотря на все ошибки, превыше всего для него оставалась человеческая жизнь.
— Хань Инь, — голос Кун Синфаня прозвучал устало. — Прикажите лайнеру срочно пристать к берегу, я свяжусь с ближайшим отрядом. По крайней мере, сегодня ночью мы вас защитим.
19:57.
Когда Хань Чэнлань вошел в номер 904, Юэ Чанси все еще находился под присмотром врачей. Кун Синфань оставил двух полицейских в помощь медикам. Хань Чэнлань молча стоял в стороне, пока мизинец Юэ Чанси вдруг не дрогнул, а кардиограмма не показала всплеск активности. Врачи с облегчением выдохнули — человека удалось спасти. В суматохе они приняли Хань Чэнланя за родственника пациента, дали ему кучу наставлений и поспешно удалились.
Хань Чэнлань подошел к кровати и посмотрел на бледное лицо Юэ Чанси. В душе заворочалось смутное чувство вины. Неужели его начали преследовать из-за него? Хань Чэнлань тряхнул головой: о чем я думаю? Они ведь сообщники! Бросив последний взгляд на бесчувственного Юэ Чанси, он пробормотал что-то вроде «доставучий» и собрался уходить.
Но едва он повернулся, как его схватили за запястье. Хань Чэнлань пошатнулся и упал прямо к изголовью кровати. Юэ Чанси не открывал глаз, но его слова, словно бред, долетели до ушей опешившего Хань Чэнланя:
— Если будешь и дальше так бегать, никто тебя не спасет.
19:59. Комната мониторинга.
Изображение на мониторах внезапно оборвалось. Кончики пальцев юноши порхали над панелью управления, пуская электрические разряды. Изображения с камер исчезли, оставив лишь картинку из концертного зала. Он сдернул слегка великоватую фуражку, поправил косу и уверенным шагом вышел из комнаты.
Полицейские, проходившие мимо, лишь мельком взглянули на него. Юноша в полицейской форме, чье присутствие было столь подозрительным, растворился в пространстве, будто его и не было вовсе.
20:02. Гостевой номер 904.
— Хань Чэнлань, — полицейский снова показал свое удостоверение, — будьте добры, посодействуйте нашему расследованию.
Хань Чэнлань смотрел прямо в глаза полицейскому, не выражая ни печали, ни радости. Уходя, внимательный страж порядка бросил взгляд на номер 904 за спиной Хань Чэнланя.
23:50. Концертный зал.
— Если ты пойдешь к Хань Иню, то только создашь проблем старшему товарищу.
Юэ Чанси перехватил Хань Чэнланя у входа в зал, ухватив его за воротник. Хань Чэнлань стряхнул его руку, глядя на человека, который так мастерски притворялся без сознания:
— Цель Ся Сяо — Хань Инь. Я иду туда ради своего будущего. Хань Кэ мертв, и наше сотрудничество закончено.
— Пф, — Юэ Чанси преградил ему путь. — Ты что, настолько глуп, чтобы выбивать из Хань Иня доказательства его подпольных сделок?
— Нет. У меня другие дела.
Юэ Чанси посторонился, пропуская Хань Чэнланя:
— Как знаешь. Главное — не мешай старшему.
Хань Чэнлань толкнул тяжелые двери зала. На сцене стоял рояль. Юэ Чанси сел на банкетку, вспоминая колыбельную, которую играл пару дней назад. Красный огонек камеры, направленной на него, уловил его профиль, и Кун Синфань отчетливо увидел на мониторе его загадочную улыбку.
23:51.
На мониторе Юэ Чанси сидел неподвижно, как марионетка, закрыв глаза и положив руки на клавиши. Кун Синфань мгновенно понял, что с камерами что-то не так. Не успев разобраться в причинах, он бросился из комнаты мониторинга прямо в концертный зал. Юэ Чанси либо использовали, либо он был лишь отвлекающим маневром. Конечно, ему хотелось верить в первое.
Двери зала были распахнуты, полицейские уже оцепили помещение. Кун Синфань выхватил пистолет и осторожно двинулся к сцене, но на полпути створки дверей с грохотом захлопнулись, отрезав его от остальных сотрудников.
Юэ Чанси стоял неподвижно, ожидая, пока Кун Синфань, который бросился проверять запертые двери, повернется к нему.
Он любил выступления, любил рояль. Придя в этот мир из неведомых краев, он доверял инструменту свои тайны, свои истории, с помощью музыки он привлекал людей, которые ему нравились, и она же становилась его оружием. Впрочем... гипноз — это не совсем оружие, подумал Юэ Чанси. Кун Синфань уже обернулся и, казалось, что-то гневно выкрикивал, пока тот витал в облаках.
— Какая невоспитанность, — Юэ Чанси отвесил изящный поклон, словно перед ним был лишь обычный опоздавший зритель, а не ругающийся полицейский. — Это же последнее выступление музыкального фестиваля, мой слушатель.
— Так это ты виноват во всех тех ночных звуках фортепиано! — Кун Синфань пытался разглядеть хоть что-то в глазах Юэ Чанси, но видел лишь дерзость.
— Ой? А я думал, ты уже догадался? — Юэ Чанси беспомощно поднял руки, когда на него наставили пистолет. — Не смотри на меня так. Если будем терять время, убийца сбежит. Впрочем, раз уж ты пришел, как можно не послушать музыку?
Он сел за инструмент, и его пальцы извлекли из клавиш небесную мелодию, подобную мягкому, но твердому взгляду ангела, взирающего на суетный мир. Раз уж от ангельских глаз не скрыться, сопротивление бесполезно — лучше погрузиться в забытье.
Очарован был не только Кун Синфань, но и все присутствующие на лайнере. Юэ Чанси вошел во вкус и расправил шесть крыльев, пока капля крови, сорвавшаяся с его губ, не расцвела на клавишах. Пальцы замерли. В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь дымящейся пулей, застрявшей в стене, и обрывком окровавленного крыла.
Юэ Чанси искоса взглянул на Кун Синфаня, который, шатаясь, опирался на спинку кресла. В его золотистых глазах читалось нечто неопределенное. Он небрежно нажал на самую высокую клавишу, пронзительный звук которой ударил по затуманенному сознанию полицейского. Пистолет выпал из ослабевших рук. Юэ Чанси подошел к нему, не обращая внимания на кровоточащую рану на спине, и накрыл его глаза ладонью. Серебряный крест на его шее слабо засветился, и Кун Синфань, подчинившись силе, осел на пол, погружаясь в сон.
— Как неожиданно... Вот почему я люблю людей.
23:55. Снаружи главного люкс-номера.
Внутри окруженного помещения Ся Сяо сбросил маскировку Хань Чэнланя и приоткрыл штору. Лайнер уже пришвартовался, берег был забит машинами полиции, чьи огни слепили глаза. Полицейские снаружи спали крепким сном.
Лавируя между спящими охранниками, Ся Сяо под тиканье секундной стрелки часов направился к самому роскошному номеру лайнера.
Кошмар наступил чуть раньше. Внутри номера все еще стоял шум, голос Хань Чэнланя перекрывал гневные удары по столу. Его здесь быть не должно было. Ся Сяо услышал в наушнике помехи и остановился.
Голос пробился сквозь треск:
— Он... внутри...?
— Да, похоже, ссорится со своим приемным отцом.
На том конце связи воцарилась тишина, пока помехи не стихли:
— Действуйте по плану. В этой комнате должны остаться только мертвецы. Он заслужил урок... или избавление.
Ся Сяо замолчал, дожидаясь, пока затихнет последний крик в комнате.
23:58. Берег.
Ослепительные огни полицейских машин собрались у реки. Командир отряда связался по рации:
— Шеф, второй и третий отряды на месте. Жду указаний!
— ...Хорошо, — раздался старческий голос, полный скорби. — Отступайте...
— Что? — в изумлении переспросил командир, но ответом ему стал опустившийся трап и медленно открывающиеся двери лайнера. Юноша в полицейской форме стоял в проеме и лениво ответил:
— Этот кейс передан Trial.
Вокруг воцарилась тишина. Trial — самое секретное подразделение полиции, куда стекались все дела, связанные с паранормальными явлениями, которые не подлежали огласке. Юноша тряхнул длинным хвостом волос, достал прибор и бросил его командиру:
— Посмотрите сами. Уровень духовного фона лайнера поднялся до 120. Кто не боится смерти — можете войти.
0:00. Внутри роскошного люкс-номера.
Голос Хань Иня оборвался. Он оцепенело смотрел на открывшуюся дверь и на холодные зеленые глаза, что прожигали его насквозь. Хань Инь, который рассчитывал использовать Хань Чэнланя как заложника, увидел, как зеленая тень пронеслась мимо, и призрачный клинок пронзил плечо Хань Чэнланя.
Ся Сяо отбросил мешающего Хань Чэнланя в сторону, Хань Инь попятился, споткнувшись. Он видел много видов отчаяния перед смертью, но это было самым обычным. Прибор в руке Ся Сяо вспыхнул красным: «Духовный фон: 120, 126, 135...»
— Ты, ты не можешь меня убить! Ты тоже культиватор, семья Хань... Юньчи! Они не простят... А-а-а!
— Слишком шумно.
Ся Сяо убрал клинок, но прибор продолжал пищать. Вспомнив отчет, полученный по прибытии — «культиватор с начальной мутацией, семья Хань», — он посмотрел на Хань Чэнланя, зажимающего рану.
«Удар был точным», — подумал Хань Чэнлань, прислонившись к стене. Когда придет полиция и увидит его в таком состоянии, они ни в чем его не заподозрят. Улик все равно не осталось, он доверял профессионализму Nightmare. Но тут он услышал, как Ся Сяо что-то бормочет.
— Он тоже? ...Возвращаться? Хорошо, я понял.
Зрение начало расплываться, и последнее, что запомнил Хань Чэнлань перед тем, как потерять сознание от взрыва, — это пара кожаных туфель на пороге.
— Старший! — Юэ Чанси, волоча за собой бесчувственного Кун Синфаня, запыхавшись, ворвался в комнату. Заметив удивленный взгляд Ся Сяо, он поспешно объяснил: — Хань Кэ мутировал, какая-то женщина подралась с ним и взорвала лайнер!
Женщина? Ся Сяо склонил голову, но в наушнике сразу же получил ответ:
— Кхм, это Trial.
— Уходим.
Ся Сяо выбил окно, морская вода хлынула внутрь. Юэ Чанси, взвалив Кун Синфаня на спину, вылез первым. Ся Сяо хотел было забрать и Хань Чэнланя, но связь прервала его:
— Забирай Хань Иня.
Ся Сяо вышвырнул труп Хань Иня в окно и поспешил покинуть тонущее судно.
Берег.
Хуа Нянь, ступив на берег, потащила за собой спасенного Хань Чэнланя. Полиция уже полностью отступила. Хуа Нянь наконец нашла время включить секретную связь Trial.
— Доставила. Что с ним делать? — спросила она, одновременно отправляя сообщение: «Вышла, ты где?»
Ответ пришел мгновенно: «В компании, заехать за тобой?»
— Духовный след? — Хуа Нянь взглянула на рану Хань Чэнланя, которая все еще кровоточила. — Ему еще рано, даже тени духовного следа нет.
«Хорошая Листочек, люблю тебя!» — отправив сообщение, она услышала распоряжение женщины на том конце связи:
— Привези его на лечение. Лин слишком уж поторопилась...
— Да-да, поняла.
Десять минут спустя Хуа Нянь забросила Хань Чэнланя, похожего на дохлую собаку, на заднее сиденье роскошного авто, а сама села на пассажирское, разворачивая леденец.
— Трофей? — спросил Е Чжэ, глядя в зеркало заднего вида.
— Человек, который нужен Лин, — Хуа Нянь подняла стекло и добавила: — Листик, съездишь со мной в Des?
Е Чжэ мягко улыбнулся и развернул машину:
— Хорошо, я подожду тебя снаружи.
※
【Информационное сообщение центра мониторинга сигналов ■■】
【■-Утренняя звезда, планета с совместным проживанием людей и духовных существ. Природная среда вызывает опасения, доступная энергия снижается. Между коренными жителями явных противоречий нет, социальная обстановка стабильна. Принято решение о внедрении нового резервного источника энергии ■■■ для долгосрочного наблюдения и записи. Ответственность за ■■ и ■■ нового источника энергии ■■■ возлагается на лорда ■ планеты KELT-■■■■-F. О прогрессе докладывать на звезду ■■■■ немедленно!】
http://bllate.org/book/23140/2477923
Готово:
