Готовый перевод The Supreme God Wants to Be Mortal / Верховный бог хочет стать смертным: Глава 12

— Слышал, господин Лин очнулся. Надеюсь, вы в добром здравии?

— И Исянь, та многотысячная армия, что окружила Лунные курганы, — это и есть твой подарок к моему возвращению?! — Яошао, яростно размахивая веером, ткнул им в лицо И Исяню.

— Господин Яошао, вы явно меня не поняли. Я полагал, что вам и господину Лину не составит труда разделаться с силами демонов и чудовищ, а я тем временем отвлеку на себя внимание Бессмертных земель. Кто же знал, что вы внезапно покинете поле боя? Мне пришлось разрываться между сражением и попытками сдержать натиск врага, из-за чего господин Лин и получил ранение. Это моя вина, прошу господина Яошао наказать меня.

— Наказать? И Исянь, ты просто стоял в стороне и наблюдал за пожаром, надеясь испытать своего господина? — Взгляд Яошао, холодный и острый, как лезвие, казалось, был готов пронзить собеседника насквозь. Однако, поразмыслив, он осознал и свою ошибку: в былые времена господин Лин внушал ужас всем шести мирам, и никто из демонов не смел даже громко вздохнуть в его присутствии. А он сам проявил беспечность — за десять тысяч лет нынешние обитатели миров демонов и чудовищ совсем распоясались!

— Не смею!

— Не смеешь? Раны на теле господина Лина более чем наполовину нанесены массивами Бессмертных земель. Скажи мне, это три мира решили избавиться от него, или ты сплел интригу, чтобы занять его место?

И Исянь склонился в поклоне:

— Я не смею, господин Яошао, прошу, будьте благоразумны. Массивы Бессмертных земель предназначены как для их собственных людей, так и для обитателей мира демонов. Я покинул Глубины Бездны тысячи лет назад лишь для того, чтобы подготовить путь к пробуждению господина Лина. Если господин Лин заподозрил меня в недобром, я готов доказать свою верность собственной смертью!

Яошао поморщился:

— Довольно. Набрался в Бессмертных землях всякой праведной дряни, смотреть тошно.

— С тех пор как господин Лин исчез, Бессмертные земли загнали людей Лунных курганов в тупик: кто-то погиб, кому-то удалось бежать, старых соратников почти не осталось. Позже новые люди, обученные оберегать господина Лина у дворца Сюньюэ, были полностью уничтожены при очередном нападении. Тех, кто выжил, запечатали в разных уголках мира, и лишь мне одному удалось спастись.

Яошао, слушая это, скрежетал зубами, сжимая кулаки:

— Бессмертные земли... Проклятые Бессмертные земли! Я с вами до самой смерти не помирюсь! — Татуировка Мандала на тыльной стороне его ладони вспыхнула кроваво-красным цветом.

— Господин Яошао, умерьте гнев. Столько лет прошло, все мы ждали пробуждения господина Лина. Теперь, когда он вернулся, настанет день, и мы расправимся с ними!

Яошао был в ярости:

— Хорошо. Будем разбираться с ними по очереди. Мир чудовищ, мир демонов, Бессмертные земли — пусть все ждут своей участи!

— Это Жемчужина Морской Души, она способна разрушить печать Глубин Бездны. Те, кто там заперт, подчинятся тому, кто снимет заклятие.

Лин Чжифэн нахмурился:

— Как она оказалась у тебя?

— Пока двое дерутся, третий радуется. Чем больше хаоса, тем легче действовать. Это мой подарок господину Лину к пробуждению.

— Занятно. Яошао! — Лин Чжифэн подал знак, и Яошао, подойдя, принял жемчужину и поднес её господину.

Лин Чжифэн подумал: украсть что-то у Мо Цзыси — это действительно требует мастерства. Он повертел жемчужину в руках:

— Раз ты искренне решил перейти под моё начало, то впредь служи Лунным курганам как следует.

— Благодарю, господин Лин. Ваш слуга приложит все усилия. Господин, люди из Бессмертных земель скоро выйдут на след этого места. Их влияние сейчас огромно, мне не стоит надолго задерживаться у озера Сюэя, надеюсь, вы и господин Яошао будете осторожны.

Когда И Исянь ушел, Яошао заметил:

— Я не увидел в этом человеке ни капли преданности. Может, прикажете следить за ним?

— Поступай как знаешь. И Исянь пришел ко мне только потому, что его прижали к стене Бессмертные земли.

— На этот счет не беспокойтесь. С тех пор как разнеслась весть о вашем пробуждении, многие решили присягнуть нам. Если так пойдет и дальше, через год мы полностью покорим миры демонов и чудовищ.

— Я не показывался миру десять тысяч лет, нужно сначала разузнать реальное положение дел. Отправь туда своих людей как можно скорее. Когда я подлечу раны, они должны будут явиться ко мне с поклоном, не так ли?

— Отличная мысль. Пустые слова ничего не значат, явиться во дворец Сюньюэ — вот высшее проявление искренности, — продолжал Яошао. — Господин Лин, а что насчет горы Хэхуа?

— Этот Мо Цзыси с горы Хэхуа весьма любопытен. Ты вчера упоминал, как зовут главу утеса Дицзе?

— Юань Шуан.

— Юань Шуан? Имя кажется знакомым. Кто-то уже упоминал его при мне... — Лин Чжифэн напряг память: вспомнил, это был Мо Цзыси.

— Юань Шуан на горе Хэхуа.

— Вы хотите сказать, что Юань Шуан в руках у Мо Цзыси?

— Да.

— Неудивительно, что мои люди, вернувшись с утеса Дицзе, докладывали о мощнейшей печати над ним. Я думал, это дело рук Бессмертных земель, а оказалось — Мо Цзыси.

— Мо Цзыси? Разве не говорили, что он обещал Бессмертным землям не покидать гору Хэхуа без крайней нужды?

— Господин, вы слишком наивны. Он не покидает её открыто, зато делает всё исподтишка. Иначе с чего бы все миры так трепетали перед этой крошечной горой в мире смертных? Я навел справки об этом человеке: он — волк в овечьей шкуре, крайне жесток. Вам стоит быть с ним настороже.

— Забавно. Волк в овечьей шкуре... Выходит, я какое-то время выживал прямо у него в пасти?

— Я не шучу, господин. Этот человек — либо наш друг, либо враг, нам нужно хорошенько подумать, как с ним быть.

— Хм, об этом позже. Тот Юань Шуан — он ведь был из Врат Морской Пучины?

— Верно. После того как он захватил власть на утесе, его соученика Дуань Юньюаня изгнали в мир чудовищ. А теперь он заточен на горе Хэхуа. Если он вам нужен, я немедленно всё устрою.

— Пока не нужно.

Вошли Хуа Цинъянь и Линь Юй:

— Господин Лин.

— Сяо Хуа, что в мире демонов?

— После битвы на горе Хэхуа Юэ Цзю из мира демонов ушел в затворничество, а Сяо Сянь из пещеры демонов отправился на Запад встречать кого-то.

Яошао спросил:

— Кого?

Хуа Цинъянь ответил:

— Это держится в строжайшем секрете, ни единого слуха.

Линь Юй добавил:

— Господин, полагаю, Юэ Цзю встречает свою дочь Юэ Яньло, чтобы та взяла управление миром демонов на себя. Эта женщина обладает огромным авторитетом! В мире чудовищ делами заправляет Цан Ай, они пока затаились.

— Сяо Хуа, что с горой Хэхуа?

Хуа Цинъянь:

— Мои духи цветов доложили, что гора Хэхуа быстро восстанавливается, кажется, из-за озера с голубыми лотосами. Господин, эти лотосы — великое сокровище, это не только гордость горы Хэхуа, но и творение богов-созидателей. Я думаю...

— Я видел озеро с лотосами на платформе Иньцзюнь в усадьбе Моцзюань и понял, что никто, кроме Мо Цзыси, не может к ним прикоснуться. Я пытался подобраться тайно, но не вышло.

Хуа Цинъянь кивнул. Лин Чжифэн взглянул на него, намекая продолжать. Тот добавил:

— Кажется, хозяин усадьбы Мо был тяжело ранен, но теперь, похоже, оправился.

Лин Чжифэн уставился на свою фиолетовую флейту:

— Линь Юй, Сяо Хуа, отправляйтесь к Юэ Яньло в мир демонов, проверьте её силы.

— Слушаемся! — получив приказ, они удалились.

Яошао был недоволен:

— Господин, почему не отправили меня?

— Тебя? Ты ведь так интересовался Бессмертными землями. Не хочешь прогуляться?

— Господин, теперь меня интересует гора Хэхуа.

— Туда соваться нельзя.

— Почему?

Лин Чжифэн бросил на него короткий взгляд, и Яошао тут же покорно опустил голову:

— Но, господин, нельзя недооценивать этого Мо Цзыси. Он в одиночку отбил нападение владык демонов и чудовищ. Если он на стороне Бессмертных земель, то станет для вас камнем преткновения!

— Сейчас нам нужно накопить силы и спасти тех, кто еще остался.

— Хорошо, я немедленно приступлю к поискам. Есть еще поручения?

— Я хочу найти одного человека.

— Кого?

— Чан Цин. Яошао, ты знаешь, куда я попал, когда десять тысяч лет назад дворец Сюньюэ был запечатан?

Яошао покачал головой:

— И что же?

— Я встретил девушку по имени Чан Цин и пообещал ей провести тысячу лет в Мире Груш.

— А что потом?

— Потом... пришел Лянь-цзюнь, захватил её в плен и утащил в Божественный мир. Смешно то, что когда я бросился следом, врата Божественного мира уже были закрыты!

— И теперь вы хотите... отправиться в Божественный мир за ней?

— Если я не могу войти, то какой смысл? Отправься в Бессмертные земли и узнай, нет ли там кого-то по имени Чан Цин.

Лин Чжифэн взмахнул рукой, и с помощью духовной энергии в воздухе проявился облик Чан Цин.

Яошао, увидев её, застыл в изумлении. Он не мог поверить, что в мире бессмертных есть такая красавица, и в душе шевельнулось недовольство:

— Господин, вряд ли она из Бессмертных земель, не так ли?

Иначе стал бы Лин Чжифэн так носиться с какой-то женщиной?

— А как ты думаешь, откуда она?

— Трудно сказать. Но... — Яошао вглядывался в лицо девушки, ему казалось, что он уже видел её когда-то, мельком, в каком-то тумане. Но вспомнить не удавалось. Его волновало лишь то, кто красивее его самого, — с такими он обычно дрался. А если не мог победить — служил, как сейчас служит Лин Чжифэну.

Яошао ответил:

— Не беспокойтесь, господин, я всё разузнаю в лучшем виде.

— Если такой человек существует — хорошо. А если нет...

Яошао не понял:

— Но упомянутый вами Мир Груш? Это тот, что на горе Хэхуа?

— А была ли тогда гора Хэхуа?

Яошао покачал головой, подтверждая, что нет, и ушел по делам.

Слова Яошао погрузили Лин Чжифэна в глубокие раздумья. Почему Лянь-цзюнь из Божественного мира тогда похитил Чан Цин? Что их связывало? Кто такой Мо Цзыси с горы Хэхуа? Почему у него возникло странное чувство узнавания при встрече с ним? Почему во время древнего жертвоприношения зазвучала мелодия Очищения Духа? Духовная сила Мо Цзыси невероятно сильна, но почему от него исходит еще и дыхание тьмы?

Тысячи мыслей переплелись в голове Лин Чжифэна. Он не мог найти ответа, но вспомнил об одном человеке, который, возможно, знал древние тайны, если только он еще жив.

***

На горе Хэхуа.

— Наконец-то несколько дней тишины.

После пробуждения Мо Цзыси не покидали тяжелые думы. Он словно разговаривал сам с собой, прижав указательный палец к переносице и слегка потирая её. Он чуть приподнял белую повязку на глазах, но тут же опустил её, закрыл книгу, взял чашку из белого нефрита и сделал глоток. Аромат чая застыл на тонких губах.

Вошел Вэй Се и поклонился:

— Господин Мо, прибыл бессмертный Инь из гор Линцзи, он в павильоне Биюэ. Яо Цинь спрашивает, не желаете ли вы подойти?

Мо Цзыси, прикрыв веки под повязкой, молчал. Вэй Се не видел ни единого движения на его лице. Он лишь почтительнее склонил голову и замер, ожидая ответа. Только когда Мо Цзыси прошел мимо, он позволил себе выдохнуть.

Он зарекся когда-либо еще передавать послания для господина Мо, даже если Яо Цинь будет умолять его об этом. Вэй Се про себя посетовал на то, как неприятно тревожить господина по пустякам.

Разумеется, Мо Цзыси не пошел на встречу с бессмертной Инь.

— Господин Мо! — навстречу ему вышел Яо Цинь. Увидев его, он тут же остановился и поклонился: — Господин Мо, у нас гости. — Заметив за спиной Вэй Се, он получил от того знак молчать.

— Где они?

Яо Цинь отвечал за прием гостей на горе Хэхуа. Он отлично знал, кого стоит допускать к господину, а кого нет. За эти годы посетителей было не счесть: одни просили совета, другие хотели полюбоваться видами, третьих гнали прочь, а кого-то выносили без чувств. Раз Яо Цинь решил, что этот гость достоин встречи, значит, так оно и есть.

— В павильоне Юйся!

Павильон Юйся стоял рядом с трехъярусным водопадом, его изящные изгибы напоминали летящую птицу. Звук падающей воды походил на перебор струн цитры. С террасы открывался вид на извилистую реку Нинбо, огибающую гору Хэхуа. Сквозь утренний туман пробивались золотые лучи солнца, укрывая гору тончайшим шелком. Вид был подобен ожившей картине.

На террасе стоял мужчина в белых одеждах, чья грация и мягкая улыбка напоминали облака, и женщина в желтом платье с нефритовой заколкой в волосах. Они смотрели в одну сторону, и со стороны казалось, что это пара, созданная небесами.

Би Ло, склонив голову, что-то оживленно рассказывал, а женщина, глядя в указанном им направлении, согласно кивала. В Бессмертных землях все были уверены, что только такая женщина достойна стоять рядом с ним.

Мо Цзыси не стал их тревожить, тихо любуясь картиной со стороны. Когда они его заметили, Хуа Ин поспешила навстречу:

— Господин Мо пришел!

Мо Цзыси ответил:

— Прошу, присаживайтесь.

— Господин Мо, давно не виделись. Чем вы были заняты в последнее время? — спросила Хуа Ин.

— Что значит занят или не занят? Лишь пустая суета, — Мо Цзыси подошел к перилам из белого нефрита, присел на них, вполоборота глядя на далекие горы.

Наступила неловкая пауза. Мо Цзыси словно витал в облаках, не обращая внимания на гостей.

Хуа Ин заговорила:

— Мы прибыли на гору Хэхуа с просьбой.

— С просьбой? — переспросил Мо Цзыси.

Би Ло, который до этого молча пил чай, бросил на него быстрый взгляд. Мо Цзыси посмотрел на Би Ло, снова перевел взгляд вдаль и помолчал:

— Если Би Ло лично попросит меня о помощи, тогда я, возможно, подумаю.

Хуа Ин, не зная, что делать, обратилась к Би Ло. Тот отставил чашку:

— Хуа Ин через несколько дней предстоит пройти через испытание бессмертия. Я слышал, что если поместить голубой лотос в чертог Миньшэнь, это поможет обрести божественное покровительство и укрепить совершенствование. Не мог бы ты подарить ей один цветок?

— Это несложно. Но подарить легко, а вот вынести его отсюда — задача трудная.

— Что вы имеете в виду, господин Мо?

— Вы знаете, почему я выбрал гору Хэхуа своим домом?

Би Ло спросил:

— Неужели из-за лотосов?

— Да. Я обошел весь мир в поисках места, где они могли бы расти. Гора Хэхуа — единственное такое место. Все в девяти мирах знают цену этим лотосам и мечтают заполучить их, но никому еще не удавалось унести ни одного цветка.

— Что? — воскликнула Хуа Ин. — Почему?

Мо Цзыси слегка улыбнулся:

— Кто знает. Впрочем, удастся ли его забрать — зависит от судьбы.

— Благодарю вас, господин Мо, я попробую.

Хуа Ин направилась к озеру, а Би Ло и Мо Цзыси остались позади. Би Ло спросил:

— Есть ли другие способы унести их?

— Нужен сосуд высшего уровня или божественный артефакт. Хотя я принес их из Божественного мира, они всё же уступают тем, что растут в высших пределах, но всё равно это не обычные вещи. Мало что может их выдержать. У неё за плечами две тысячи лет совершенствования, но боюсь, выдержать силу лотоса ей будет нелегко.

И действительно, едва Хуа Ин приблизилась к цветку, её отбросило мощной волной. Она не сдалась и пробовала снова и снова, но безуспешно.

Тогда Мо Цзыси подошел к озеру, взмыл над водой, и бесчисленные искры света, словно светлячки, влились в его тело. В конце концов, один цветок оказался в его руках, уменьшившись до размера ладони. Он подошел к Хуа Ин:

— Этот цветок ближе всего к тебе по духу, попробуй.

Хуа Ин, радостная, протянула руки:

— Благодарю, господин Мо!

Как только она коснулась цветка, её тело затряслось, духовная энергия начала стремительно покидать её, поглощаемая лотосом. Би Ло, заметив это, немедленно перехватил цветок и передал его обратно Мо Цзыси. Хуа Ин пришла в себя.

— Не думала, что у лотоса такая колоссальная сила. Моих способностей не хватило, — расстроенно произнесла она. — Прошу прощения, что потревожила вас.

Мо Цзыси взял лист лотоса, начертал на нем печать, завернул цветок и отдал Хуа Ин:

— Береги его. Если потеряешь — я не отвечаю.

— Это?..

Би Ло поторопил её:

— Поблагодари господина.

Хуа Ин низко поклонилась. Немного погодя Би Ло увел её на гору Таоду.

http://bllate.org/book/23143/2478432