Готовый перевод Let's Act for Each Other / Давайте сыграем друг для друга [Быстрое прохождение]: Глава 3

Вэй Юаньцзи не ответил сразу. Хотя слова Му Фэя звучали убедительно, в душе он всё ещё испытывал сомнения.

— Куда делся Сун Цзи? — спросил Вэй Юаньцзи.

— М? — Му Фэй решил, что ослышался. — Ты сказал, Сун Цзи?

Вэй Юаньцзи:

— Да. Мне любопытно: раз я занял его тело, то куда делся он сам?

Му Фэй:

— Только мёртвые могут стать новым телом Исполнителя. Настоящий Сун Цзи уже мёртв.

Узнав правду, Вэй Юаньцзи почувствовал себя неловко.

— Есть ещё вопросы? — спросил Му Фэй.

Вэй Юаньцзи покачал головой. Вопросы у него были, но кое-что сейчас было неудобно выяснять.

— Я согласен сотрудничать с тобой, — сказал Вэй Юаньцзи. — С этого момента я буду серьёзно выполнять задания.

Услышав эти слова, Система Вэй Юаньцзи чуть не расплакалась от радости — всё-таки женская красота действует безотказно. Сколько он ни уговаривал этого парня раньше, тот пропускал всё мимо ушей.

— Значит, всё так, — кивнул Чжан Юнь, но внезапно замялся. — А ты можешь поговорить со старшими из клана Сун?

Вот так: стоило появиться красивой женщине, которая ему по вкусу, как он сразу же полу-согласился, полу-уступил. Настоящий друг, забывающий о товарищах ради красоты!

Никто не обращал внимания на ворчание Системы. Главное, что Му Фэй был очень доволен — уголки его губ заметно приподнялись.

Когда Му Фэй, удовлетворённый, вернулся в класс, он увидел, что парень, который прежде хватал Вэй Юаньцзи за плечо, теперь стоит рядом с девушкой, с тревогой на лице что-то объясняя.

Му Фэй недоумевал:

— Что тут объяснять?

— Вроде могу, — сказал Му Фэй.

Заметив, что Чжан Юнь смотрит на него, Му Фэй отставил ещё не открытый чай с молоком и улыбнулся:

— Ты друг Сяо Цзи?

— Это действительно мой прежний заклятый враг, я просто увидел, как ему плохо, и захотел помочь ему… — объяснял Чжан Юнь.

Му Фэй понял.

Хотя поведение было странным, но по сути ничего предосудительного.

Объяснившись со своей девушкой, Чжан Юнь перевёл взгляд на Му Фэя. Несмотря на недавний хаос, он всё же расслышал, как Сун Цзи назвал его «старшим братом».

— Впрочем, возможно, я не очень хорошо знаю их семейную ситуацию, мог кого-то пропустить.

Он подошёл, похлопал Вэй Юаньцзи по плечу:

— А теперь как ты меня назовёшь?

Остальные тем временем попивали чай и наблюдали за представлением.

— Эй, её раньше обманывал гей, так что она к этому очень чувствительна.

Откуда же тогда взялся этот брат?

Вэй Юаньцзи:

— …Брат.

— Вроде нет? — Чжан Юнь покачал головой. — А ты с ним в каких отношениях? Я не слышал, чтобы у него был какой-то брат.

Му Фэй не собирался рассказывать, что он родной сын клана Сун, а лишь сказал, что они с братом не очень близки и раньше не общались.

— Это же парень Лю Синь? Он только что говорил тому курьеру… твоему брату какие-то странные вещи, вот сейчас и объясняется.

Но он никогда не слышал, чтобы у Сун Цзи были братья. Ни родных, ни двоюродных, ни троюродных.

— Что здесь происходит? — Му Фэй только подошёл, как ему тут же всучили стаканчик с чаем.

— Давай тогда добавимся в друзья, — Чжан Юнь, подумав, решил не говорить при всех, а обсудить наедине.

Добавившись в друзья, Чжан Юнь больше не мешал им. Он вообще пришёл только проведать девушку и заодно угостить её однокурсников чаем.

Му Фэй подрабатывал здесь репетитором. Когда он помог Лю Синь выделить главное, то получил сообщение от Чжан Юня, смысл которого сводился к тому, чтобы Му Фэй попросил родителей Сун Цзи проявить снисхождение.

Пусть у них нет кровного родства, но за двадцать с лишним лет сложились тёплые отношения, и бросать Сун Цзи на произвол судьбы было бы слишком жестоко.

— Он, похоже, много чего неправильно понял.

Система Му Фэя мрачно прокомментировала.

— Но намерения у него добрые, — тихо усмехнулся Му Фэй, в голосе слышалась лёгкая насмешка. — Вот только репутация клана Сун может пострадать.

Тем временем Вэй Юаньцзи уволился с работы курьером. Он понимал, что теперь электрический скутер ему, скорее всего, не понадобится, но всё равно аккуратно поставил его в гараж — ему казалось, что он ещё пригодится.

Вернувшись на скутере в дом клана Сун, он обнаружил, что родители Сун уже вернулись из командировки — всю прошлую неделю, пока он развозил еду, их, естественно, не было дома, иначе они бы давно его остановили.

— Почему ты так одет? — Матушка Сун, увидев сына, просто не поверила своим глазам.

Вэй Юаньцзи честно ответил:

— Я неделю развозил еду.

Матушка Сун заметила, что сын явно потемнел на тон: раньше у него была холодная светлая кожа, а теперь стала цвета слоновой кости!

— Зачем тебе вообще пришло в голову развозить еду? — с болью в голосе спросил и отец Сун. — Разве ты сможешь вынести такие тяготы? Если хочешь найти работу, я могу тебе устроить, ты…

Вэй Юаньцзи тогда не хотел, чтобы родители Сун устраивали ему работу — это было совершенно не нужно. К тому же, работу, которую они предложили бы, скорее всего, была бы должностью в компании. Подходит ли ему, человеку, окончившему только старшую школу, конкурировать с выпускниками престижных вузов за место?

А сейчас ему больше хотелось знать, что на самом деле думает Му Фэй.

— Я больше не буду этим заниматься, — сказал Вэй Юаньцзи. — Во время последней доставки я встретил брата Му Фэя, и он тоже сказал мне не делать этого.

Му Фэй?

Услышав это имя, родители Сун слегка удивились — они не ожидали, что эти двое так хорошо ладят.

Ведь Сун Цзи по характеру был бунтарём: если говорить с ним поучительным тоном, то, независимо от того, прав ты или нет, он всё равно не слушал.

Как же Му Фэю удалось договориться с Сяо Цзи?

Родителям Сун было очень любопытно, но они не знали, как спросить.

Раз уж он пообещал Му Фэю изображать братскую любовь, Вэй Юаньцзи, естественно, собирался это сделать. Он небрежно описал свой опыт развозки еды, опустив разговор о заключении сделки.

Сказал лишь, что посчитал слова Му Фэя разумными и последовал его совету.

Он изобразил на лице выражение: «Я вообще-то не хотел работать, но Му Фэй дал мне возможность сохранить лицо и отступить».

Родители Сун поняли. Увидев, что дети хорошо ладят, у них возникла другая мысль — а не поужинать ли вместе сегодня?

Вэй Юаньцзи не возражал, спросил Му Фэя — тот тоже был согласен. Так вся семья из четырёх человек собралась в одном ресторане.

Му Фэй играл роль хорошего старшего брата: на губах играла улыбка, он без конца подкладывал еду своему ненастоящему брату. Вэй Юаньцзи говорил мало, но всё, что клал ему Му Фэй, съедал дочиста.

Истинная картина братской гармонии, от которой родители Сун пришли в умиление — это было даже лучше, чем самые лучшие их ожидания.

В конце концов, путаница с детьми произошла по вине больницы, оба ребёнка — плоть от плоти, как можно не жалеть обоих?

Сун Цзи рос с ними с детства, хоть и был озорным и непослушным, но таким живым и милым, когда ластился, его сладкие речи были не то что мёдом — он дарил им столько счастливых воспоминаний.

Му Фэй — с ними одна кровь, но рос он вдали от них, и хотя его жизнь сложилась благополучно, по сравнению с тем, как если бы он вырос в клане Сун, ему во многом не хватило.

Теперь, когда его приёмные родители умерли, по логике вещей его нужно было вернуть в клан Сун и хорошо воспитывать.

Оба ребёнка им нравились, и, будучи взрослыми, они, конечно, хотели обоих.

Увидев, что у них хорошие отношения, старый любитель выпить, отец Сун, тоже воодушевился. Он велел официанту принести несколько бутылок белого вина, пил сам и хотел напоить сыновей.

— Они же ещё студенты, зачем им пить? — нахмурилась матушка Сун.

— А, да-да-да, тогда ладно, — сказал отец Сун, но в душе был не согласен: оба ребёнка уже взрослые, немного выпить не помешает.

Поэтому добавил:

— Если не хотите — не пейте, а если захотите — как хотите…

Му Фэй не очень любил алкоголь, раз никто не настаивал, он и не пил. А Вэй Юаньцзи из любопытства потихоньку отхлебнул несколько глотков, и лицо у него даже покраснело.

После нескольких тостов отец Сун перебрал и начал нести чушь.

Матушка Сун, глядя на это, не выдержала. Она видела, что оба сына не пьяны, и подумала, что, может, пусть молодые люди поболтают наедине и пообщаются. Она взяла мужа, который уже напился, и ушла домой.

Как только они ушли, Вэй Юаньцзи поставил бокал и повернулся к Му Фэю:

— Нам тоже пора возвращаться?

— А не хотим ли мы ещё побыть вместе? — Му Фэй, казалось, немного устал; уголки его глаз покраснели, он склонил голову, глядя на Вэй Юаньцзи. — Они только ушли, а мы сразу расходимся — нехорошо как-то.

Вэй Юаньцзи посмотрел на него: Му Фэй явно клевал носом от усталости, судя по тёмным кругам под глазами, ему лучше было отдохнуть.

Поэтому он сказал:

— Но я устал. Да и нам не о чем особенно болтать, правда?

— Тогда, может, сразу в гостиницу? Скажем, что мы хорошо пообщались, а время позднее, вот и остались ночевать.

Вэй Юаньцзи не ответил. Он чувствовал, что взгляд начинает расплываться, но лицо Му Фэя перед ним становилось всё чётче. Не говоря уже о чертах лица, даже маленькая родинка на щеке казалась живой и выразительной.

Некоторые люди, видимо, красивы от природы — даже родинка у них растёт лучше, чем у других. На вид она ничем не отличается от других, но заставляла взгляд Вэй Юаньцзи прилипать к ней.

Му Фэй понял, что этот человек выглядит трезвым, но на самом деле уже пьян до беспамятства — взгляд остекленел. Забавно.

Ради этого забавного зрелища Му Фэй был готов тащить в отель взрослого мужчину, который был выше и тяжелее его.

Но он, похоже, недооценил, насколько страшен пьяный мужчина. Когда он доставил человека в номер и уже собирался уходить, тот случайно схватил его за руку.

— Что ещё…

Не успев договорить «за», Вэй Юаньцзи прервал его.

Пьяный не слушает доводов. Он вдруг хлопнул по краю кровати и громко продекламировал:

— «У излучины Сюньяна ночью провожал гостя, под клёном и камышом осенний шорох…»

Му Фэй: ?

— А дальше что? — Вэй Юаньцзи, дойдя до середины, забыл слова и с досадой почесал затылок.

Му Фэй не отрицал: в тот момент его на миг очаровала эта красота. Но не успел он опомниться, как этот человек вместо декламации запел.

Петь было легче, чем декламировать, но голос был не очень.

Допев до конца, он снова забыл слова, устал и бессознательно положил голову на плечо Му Фэя. Мягкие пряди волос щекотали его щеку, а прикосновение кожи становилось всё горячее.

Му Фэй не был праведником. В запахе алкоголя, казалось, и он сам слегка опьянел. Стоявший перед ним Вэй Юаньцзи был красив — словно вылеплен по его собственному эстетическому шаблону. По логике, Му Фэй должен был бы тайком воспользоваться моментом.

Но он всё-таки не напился — в нём оставалась доля рассудка: Вэй Юаньцзи был его партнёром по сотрудничеству, и при таком статусе лучше не делать ничего предосудительного.

Иначе потом обоим будет неловко.

И Му Фэй, подняв руку, чётко и быстро отрубил буянившего Вэй Юаньцзи.

— Ом мани падме хум, форма — это пустота, пустота — это форма… — Он уложил парня на кровать, сложил ладони и тихо пробормотал.

Му Фэй, ты отлично справился. Всё-таки мужчины только мешают выполнять задания.

Вэй Юаньцзи не очень помнил, что случилось после того, как он напился. Ему казалось, что он ступил в мягкое облако. В полусне-полуяви ему виделось, как Му Фэй улыбается ему среди облаков.

Тот сбросил с себя обычную маску мягкости, содрал внешнюю яшму, а внутри оказался нежнейший цветок.

В улыбке Му Фэя словно таился крючок, утянувший душу пьяницы.

Но он быстро очнулся и, увидев перед собой улыбающегося Му Фэя, на мгновение остолбенел.

Во сне — неотразимая красота, наяву — человек с недобрым замыслом.

Вэй Юаньцзи понимал, что сон нереален, но он был обычным человеком и хотел продолжать спать.

Кто не любит нежных и красивых людей?

Но Му Фэй не дал ему шанса снова погрузиться в сон. Он лишь кашлянул и сказал:

— Вчера, как только ты приехал в отель, сразу сильно напился. Я боялся, что ты, пьяный, устроишь скандал, и с трудом втиснулся с тобой в один номер.

Вэй Юаньцзи:

— …С трудом?

Ему показалось, что это слово не очень подходит, и что нынешний Му Фэй чем-то отличается от прежнего.

Чем же? Кажется, он сбросил часть маскировки и стал немного более настоящим.

http://bllate.org/book/23181/2483608