Готовый перевод I Buried Moonlight This Summer / Я спрятала лунный свет этим летом: Глава 22

Правда об уголовном деле раскрылась, и репутация Цзинь Ся наконец-то была полностью восстановлена.

Те интернет-пользователи, которые еще недавно с пеной у рта доказывали, что Цзинь Ся — любовница, наконец-то признали свою неправоду и принялись извиняться перед ней.

Цай Сибэй, отлично разбирающаяся в интернет-технологиях, воспользовалась случаем и завела аккаунт под названием Цзинь Ся Ю Цинтянь. С его помощью она объявила, что зоомагазин окончательно закрывается и перепрофилируется в магазин напитков. В честь открытия в первые три дня объявлялась акция: при покупке одного напитка второй давался в подарок. На это мероприятие приглашались все интернет-пользователи.

Они получили благословение в несчастье: стоило аккаунту проработать всего день, как число подписчиков перевалило за шестьсот тысяч, побив рекорд сайта.

В день открытия множество пользователей пришло лично поддержать подруг, а те, кто не смог приехать, прислали поздравительные корзины с цветами.

Цзинь Ся и Цай Сибэй, у которых почти не было друзей, заранее предвидели сегодняшний утренний застой, однако никак не ожидали, что с самого рассвета вход окажется заставлен корзинами с цветами. Отец и мать Цай встречали гостей у входа, не успевая даже сделать глоток воды.

Лян Шань и Лю Инцзе держали в руках по цветочной корзине, которые поставили у входа. Одетые в повседневную одежду, как обычные люди, они увидели, что в магазине полно народу, и тут же принялись помогать с уборкой.

Цай Сибэй уже близко сошлась с ними и совсем не церемонилась, вовсю погоняя обоих парней за работой, в то время как Цзинь Ся, напротив, было неловко их утруждать.

Для открытия бизнеса требовалось оформить документы, и Ши Инь очень сильно помог: он лично привез им готовые бумаги по ускоренной процедуре. А теперь она заставляла его подчиненных работать, и ей все время казалось, что это как-то неловко.

Лян Шань же вовсе не брал это в голову и произнес: — Подумаешь! Ты помогла нам раскрыть дело, а мы поможем тебе поработать, так что это не в тягость.

Лю Инцзе кивнул и принялся протирать столы тряпкой: — Вы не знаете, в последнее время моего наставника из-за этого расследования начальник полиции каждый день вызывал на ковер и отчитывал, он по ночам нормально спать не мог. Вчера во второй половине дня в управлении прошло торжественное собрание с награждением, и наставник специально отправил нас сюда на помощь, а сам спит до сих пор и еще не проснулся.

Он смертельно устал. Дело было невероятно напряженным, к тому же наставник боялся, что Цзинь Ся будут донимать неприятностями на новом месте, поэтому наказал им обязательно явиться сюда и навести порядок.

Цзинь Ся кивнула, но тут Цай Сибэй позвала ее помочь с кассой и приемом заказов. Та вела прямую трансляцию с телефона, и объектив был направлен прямо на лицо Цзинь Ся.

Многие из сегодняшних посетителей в свое время поливали Цзинь Ся грязью в интернете. Сама Цзинь Ся не слишком дорожила репутацией: раз они извиняются, она принимала извинения, говоря, что ничего страшного, она понимает их «справедливость».

— Без вашего внимания многие несправедливости остались бы в тени, а справедливость не восторжествовала бы. Я лишь надеюсь, что впредь вы не будете столь опрометчивы и не станете ранить невиновных.

Посетители были тронуты пониманием Цзинь Ся. Кто-то достал стикер для заметок, написал на нем множество слов и прилепил на еще не успевшую преобразиться белую стену в магазине.

Эту стену Цзинь Ся изначально планировала оставить под установку клеток для животных: среди соседей было немало постоянных клиентов, и если чей-то питомец заболел бы, она смогла бы помочь с уходом.

Теперь же она превратилась в стену желаний, сплошь уклеенную разноцветными стикерами с хвалебными отзывами в адрес Цзинь Ся и здешних напитков.

«Сестричка, обязательно держись! Напитки очень вкусные!»

«Прости меня, сестричка, я не должна была тебя ругать, пожалуйста, не сердись на меня!»

Провозившись до трех часов дня, Цзинь Ся наконец выкроила минутку на отдых и вышла на улицу, чтобы разобрать стоявшие у входа цветочные корзины. Ненужные она отобрала и сложила вместе, собираясь выбросить.

Именно в этот момент к магазину подошел Ши Инь. Указывая на ту кучу корзин, он спросил: — Их выбросить? Все эти?

Цзинь Ся обернулась. Он успел принять душ, побриться и коротко постричься под «ежик», отчего выглядел гораздо моложе и бодрее.

На его черной футболке красовались два иероглифа, выписанные каллиграфическим почерком: «Справедливость». Это очень шло к его внешности и характеру.

Пожалуй, это был редкий случай, когда короткая стрижка делала человека непохожим на преступника.

Цзинь Ся кивнула, указала на узкий переулок рядом с магазином и произнесла: — Их нужно отвезти к мусорному баку на улице, там стоит ручная тележка.

Пешеходная улица наконец-то стряхнула с себя мрачную пелену, дождавшись долгожданного процветания, и мусорные баки нарочно выкатили к самому перекрестку для удобства прохожих.

Ши Инь сбегал за угол магазина, выкатил тележку и покидал в нее все цветочные корзины, напрочь проигнорировав надписи Корпорация Ханьшэн на них и даже не пытаясь уговорить Цзинь Ся оставить столь дорогие подарки.

Вдвоем они покатили тележку к выходу на улицу, и Цзинь Ся первой выразила признательность: — Офицер Ши, спасибо вам.

За бесчисленные оказанные услуги она благодарила его разом.

— Не стоит благодарности. Это моя зона ответственности, так что это просто служебный долг, — Ши Инь не принял благодарность близко к сердцу и тут же предложил: — Сегодня вечером я угощаю в честь успешного завершения дела, не хочешь пойти вместе?

Банкет по случаю победы, судя по всему, устраивал весь их полицейский отряд, и Цзинь Ся в роли постороннего человека была бы там неуместна.

Она покачала головой: — Нет, я не большой любитель шумных компаний.

Раз уж торговля в магазине шла так бойко, Цзинь Ся не хотелось уходить развлекаться в одиночку, оставляя семью Цай отдуваться в одиночку.

Ши Инь больше не настаивал, и они вернулись в магазин.

Лян Шань и Лю Инцзе сегодня вели себя чуточку панибратски и уже вовсю обсуждали дизайн «стены желаний» для Цзинь Ся: — Нарисуем дядю-полицейского с яркой красной пятиконечной звездой — абсолютное воплощение справедливости!

Цай Сибэй наложила вето: — Ни в коем случае! Стикеры нельзя клеить прямо на лица персонажей, это нарушит всю эстетику. Уж лучше изобразить пейзаж или узор по краям.

Судя по всему, устроить здесь клетки для животных на этой стене уже не получится.

В голове Цзинь Ся внезапно мелькнула идея: ей захотелось скопировать на эту стену картину Юй Тяньцин.

Она помнила, что при жизни у Юй Тяньцин была одна пейзажная картина, которую академия искусств однажды выставила на выставке, а затем ее сразу же купили. Быть может, в академии еще сохранились какие-то материалы о ней, и ей хотелось бы взглянуть.

Вот только с положением и красноречием Цзинь Ся никто в академии стал бы с ней возиться, а потому ей требовался человек, который мог бы на вполне законных основаниях раздобыть нужные сведения.

Она перевела взгляд на Ши Иня, который как раз изучал огнетушитель, и позвала: — Послушайте...

— ...? — Ши Инь обернулся и, заметив, что она хочет что-то сказать, но не решается, пояснил: — Пожарная безопасность превыше всего, к этому нельзя относиться спустя рукава.

Выходит, он подумал, что она хочет спросить именно об этом. Цзинь Ся покачала головой: — Нет, я хотела попросить вас об одной услуге.

— О какой услуге? Говорите смело, — подбежал Лян Шань. — Вы же наш информатор, а за помощь информаторам денег не берут.

Информатор?

Она?

Цзинь Ся невольно усмехнулась. В этом полицейском участке полно весельчаков, и хотя они приписали ей столь своеобразный статус, звучало это вполне логично и было лишено двусмысленности.

— Дело в том, что у меня была подруга из академии искусств, которая несколько лет назад совершенно неожиданно ушла из жизни... — Цзинь Ся вкратце обрисовала свои отношения с Юй Тяньцин, сделав упор на ту самую пейзажную живопись, и попросила Ши Иня помочь отыскать информацию о ней в академии.

— Разве вы не заходили в академию за материалами пару дней назад? Не могли бы вы помочь мне разыскать сведения о той картине?

С положением Ши Иня общаться с администрацией должно быть гораздо проще.

Если он согласится помочь, это избавит Цзинь Ся от массы хлопот.

— Без проблем! Раз о картине есть упоминания в академии искусств, наш капитан непременно отыщет их для вас! — Лян Шань первым взял на себя обязательство за Ши Иня. — А если в академии ничего нет, мы раздобудем зацепки через самого автора!

Он в два счета взял на себя всю работу, но Цзинь Ся, испугавшись, что помешает их службе, поспешно запротестовала: — Не нужно столько хлопот, если в академии ничего не найдут, то и ладно.

Она просто подумала, что раз поиски не увенчаются успехом, значит, таковы ее скромные возможности, и не стоит доставлять людям неудобства.

Ши Инь кивнул и произнес: — Перешли мне данные, я расспрошу.

Цзинь Ся вновь выразила благодарность, за что тут же удостоилась упреков от Лян Шаня и Лю Инцзе за излишнюю официальность.

Казалось, она действительно обрела удачу в несчастье, раз познакомилась с такими замечательными людьми.

http://bllate.org/book/23224/2491879

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь