Несколько человек вместе со свитой вошли в Царство Мертвых.
Царство Мертвых было мрачным и безрадостным. Посланники преисподней выглядели свирепо: их лица отливали мертвенно-зеленым светом, глаза горели алым, тела были обнажены, а в руках они сжимали длинное древковое оружие. На лицах их застыло суровое, неприветливое выражение — истинный облик духов подземного мира.
— Кто смеет самовольно вламываться в главный зал Царства Мертвых?! — заметив чужаков в роскошных одеждах, громогласно рявкнули Нютоу и Мамянь.
услышав шум, Яньван тут же поднялся с места и настороженно посмотрел на незваных гостей. Заметив Цинсюаня, он крайне удивился и поспешно одернул Нютоу и Мамяня:
— Не смейте проявлять неуважение! Это же Божественный Владыка Цинсюань.
Яньван торопливо сошел с возвышения, сделал широкий шаг и в два-три мгновения оказался рядом с Цинсюанем. До него уже доходили слухи о том, что Божественный Император Бэйхань устроил переполох в Мире Демонов, чтобы спасти Юй Хуня, из-за чего среди демонов поднялась паника и воцарился страх. Глядя на этого утонченного молодого господина с безмятежным лицом истинного небожителя, вокруг которого клубилась божественная аура, Яньван ни капли не сомневался: перед ним стоял Владыка Шести Миров, Божественный Император Бэйхань.
— Маленький правитель приветствует Божественного Владыку Цинсюаня и Божественного Императора Бэйхань! — Яньван низко поклонился.
— Прошу, Яньван, встаньте. Цинсюань пришел в Царство Мертвых без предупреждения, и у него есть одна просьба, — ответил Цинсюань ответным поклоном, выказывая Яньвану крайнюю вежливость и глубокое уважение.
— Что вы говорите, Владыка! Если Владыке и Императору понадобится помощь маленького правителя, я сделаю все возможное и не отступлю перед лицом любых трудностей, — почтительно произнес Яньван.
Цинсюань бросил взгляд на души умерших, ожидавших указаний в главном зале:
— Сначала займись своими делами, мы обсудим всё позже.
Обернувшись и заметив, что все призраки с любопытством смотрят на них, косясь в их сторону, Яньван сразу понял Цинсюаня:
— Тогда прошу Владыку, Императора и всех присутствующих уделить мне немного времени. Как только я закончу с государственными делами, то сразу же приду к вам.
Цинсюань кивнул в знак согласия.
Яньван перевел взгляд на Юй Бэйханя, но заметил лишь его холодный, непроницаемый взгляд, в котором невозможно было прочитать ни единой мысли. Он мало что знал об Юй Бэйхане — они виделись впервые, хотя слухи ходили давно. Этот Божественный Император взошел на престол в неполные десять тысяч лет, будучи еще совсем ребенком, в одиночку вошел в иллюзорную сферу и вернулся невредимым. К тому же с малых лет он отличался странным нравом и не следовал никаким общепринятым правилам. В душе Яньван откровенно тревожился, а потому не смел и шевельнуться.
Заметив это и прекрасно понимая опасения Яньвана, Цинсюань сильно толкнул Юй Бэйханя локте в бок.
Юй Бэйхань слегка кивнул. Яньван уловил знак, отвесил почтительный поклон и удалился решать государственные дела.
Юй Бэйхань отвел свой холодный взгляд и повернулся к Цинсюаню. То, как тот только что отвечал поклоном на поклон, показалось ему невероятно привлекательным. На лице Юй Бэйханя заиграла улыбка, а во взгляде читалось такое льстивое обожание, будто он любовался бесценным произведением искусства.
— Нагляделся? — Цинсюань повернулся к Юй Бэйханю, расплывшемуся в льстивой улыбке, и встретился с его персиковыми глазами, полными глубокой нежности.
— Говоришь, когда ты вежлив, это выглядит так красиво, почему же со мной ты всегда такой суровый? — Юй Бэйхань продолжал улыбаться, а его тон звучал на редкость непринужденно и расслабленно. — Я понял: ты просто пользуешься тем, что я балую тебя, вот и обращаешься со мной так строго! Эх, подумать только, я — грозный Владыка Шести Миров, а ты заставляешь меня чувствовать себя таким несчастным и обиженным!
Цинсюань лишился дар речи и решил просто проигнорировать его.
— Я прибыл в Царство Демонов сравнительно недавно, но скверна Царства Демонов обожгла мое тело истинного Юй Хуня. Эта скверна непрерывно боролась с духовной энергией внутри меня, и мне приходилось искать безопасное место, чтобы спокойно помедитировать и восстановить силы. В этом мрачном месте тем, кто все это время помогал мне и Си'эр, был правитель Царства Мертвых. Я провел здесь семьдесят тысяч лет, находясь в безопасности и ни в чем не нуждаясь — всем этим я обязан помощи Яньвана, — объяснил Цинсюань Юй Бэйханю.
Он хотел, чтобы тот понял: его уважение и вежливость по отношению к Яньваном вызваны искренней благодарностью за оказанную доброту, и он не хотел, чтобы Юй Бэйхань питал к Яньвану какие-либо тайные подозрения.
Выражение лица Юй Бэйханя внезапно стало серьезным. Выслушав объяснения Цинсюаня, он исполнился глубочайшей благодарности к Яньвану. Исчезла его привычная легкомысленность; глядя на Яньвана, беспристрастно вершившего государственные дела, он почувствовал искреннее уважение.
— Для меня эти Шести Миров изначально были лишь последней волей Отца-Бога, бременем, от которого я не мог отказаться. Честно говоря, иногда я смертельно устаю от этого чувства, но сбежать невозможно: противиться этому нельзя, приходится принимать! Я никогда не думал о том, чтобы что-то получить от этих живых существ, мне всегда казалось, что это я их защищаю. Порой, глядя на весь этот хаос в Шести Мирах и Царстве Демонов, я чувствую страшную усталость и пресыщение. Теперь же, услышав твои слова, я понял, насколько узок был мой кругозор!
Цинсюань хлопнул Юй Бэйханя по плечу, не зная, как его утешить. Он не мог взвалить этот груз за него, но хотел защитить самого Юй Бэйханя. Неспособность защитить Нань Юаня в прошлом была его величайшей болью на протяжении всех этих семидесяти тысяч лет. Теперь же у него есть Юй Бэйхань, и он не позволить истории повториться.
Трое стоявших неподалеку спутников, слушая этот разговор, тоже испытывали бурю эмоций! Обычные люди изнурены повседневными заботами, но хотя бы могут украсть полдня тишины и покоя в минуты досуга. Однако для их господина даже мысль о том, чтобы украсть полдня покоя, оставалась лишь несбыточной роскошью. Нести на своих плечах Шести Миров — как тут жить столь же беззаботно и праздно, как простой смертный?
Закончив с делами, Яньван в сильной спешке приблизился к Юй Бэйханю и Цинсюаню.
— Прошу прощения, что заставил Владыку и Императора так долго ждать, маленький правитель донельзя посрамлен, — Яньван снова принялся кланяться и извиняться.
— Яньвану не стоит быть столь церемонным. — Юй Бэйхань обеими руками поддержал Яньвана за локти. Его отношение разительно изменилось, а в голосе зазвучало глубочайшее уважение.
Стоит ли говорить, кем был Юй Бэйхань? Владыкой Шести Миров, Владыкой Неба и Земли, пресветлым Божественным Императором. Правила этикета и приличия для него всегда были лишь исписанной макулатурой, на которую он отроду не обращал внимания. Он всегда вел себя непринужденно, пренебрегал мелочами и никогда не щадил чужого самолюбия! Кто еще мог удостоиться чести заслужить подобное отношение от самого Божественного Императора? Если пересчитать всех добрых небожителей, бессмертных, духов и демонов в Шести Мирах, нашелся бы всего лишь один такой человек. К тому же Юй Бэйхань страдал ужаснейшей брезгливостью: среди всех обитателей Шести Миров, кроме обитателей гор Юйшань, никто не смел приближаться к нему ближе чем на метр. И если уж Яньван удостоился такой чести, то лишь потому, что в течение семидесяти тысяч лет заботился о Цинсюане.
— Мы пришли в твои владения с одной просьбой, в которой надеемся на твою помощь, — заговорил Юй Бэйхань с такой почтительностью, какой он никогда не выказывал даже Нефритовому Владыке.
— Слушаю Божественного Императора, — почтительно отозвался Яньван.
— Не так давно на горе Бучжоу Цань Е вместе с Цюнци и толпой демонов прорвался через врата Преисподней, а заодно избил Бабушку Ю и У Сяня, — произнес Юй Бэйхань, глядя на Яньвана и вводя его в курс дела.
— Как такое возможно? — на лице Яньвана отразилось крайнее изумление. — Неужели снова эти Четыре Призрака?
— Четыре Призрака? — удивился Юй Бэйхань.
— В Царстве Мертвых есть Четыре Призрака по имени Чи Шанем, Мэй Цзи, Вангуй и Лян Гуай. Поскольку в Преисподней все существа равны, там нет высших и низших рангов, и каждый просто выполняет свои обязанности. Однако эти четверо всегда жаждали абсолютной власти, поэтому еще несколько тысяч лет назад переметнулись на сторону Мира Демонов.
— Как я сразу о них не подумал! — лицо Цинсюаня помрачнело, брови сошлись на переносице.
— Чимей Ванлян? — ухмыльнулся Юй Бэйхань. — Как раз подходит под поговорку: чимей ванлян — творить всяческие злодеяния.
— Нютоу и Мамянь, немедленно приведите Четырех Призраков в главный зал! — тут же отдал приказ Яньван посланникам.
— Есть! — Нютоу и Мамянь приняли приказ.
— Подожди, — остановил посланников Цинсюань. — Сейчас еще не время допрашивать Четырех Призраков. Чтобы разгадать коварные замыслы Я Мо, Яньван может использовать Четырех Призраков, чтобы потянуть за ниточку и выйти на клубок, выведать новости из Мира Демонов и узнать, что именно они затевают.
— Какой же у меня Аксен умный! Как говорится: в горах Юйшань живет красавица, прекрасная и несравненная, — Юй Бэйхань улыбнулся льстивой улыбкой, не в силах скрыть переполняющую его сердце любовь к Цинсюаню.
Цинсюань смутился. Он смотрел прямо на эту льстивую мину Юй Бэйханя, испытывая абсолютную немоту.
— Красавица! — Нань Сян вытаращила глаза, одновременно изумленная и потерявшая дар речи. — Хозяин, Юй-гэ все-таки древнее почтенное божество, прояви хоть капля сдержанности! Мы ведь не на горе Юйшань, устраивать свои приступы нежности тоже нужно уметь к месту.
Фэн Муси слегка улыбнулась:
— По-моему, всё дело в том, что у моего хозяина слишком неотразимое очарование, раз Божественный Император так глубоко и страстно любит его.
Лучше бы она этого не говорила — от ее слов Цинсюань смутился еще сильнее. Он повернулся к Фэн Муси и строго приказал:
— Болтушка.
Яньван же стоял рядом, искренне не зная, плакать ему или смеяться. Слова Юй Бэйханя звучали донельзя бесстыдно; любому другому от подобного стало бы невыносимо неловко, но, казалось, один лишь Юй Бэйхань получал от этого искреннее удовольствие.
Юй Бэйхань не сводил глаз с Цинсюаня, и вид смущенного и растерянного возлюбленного приводил его в полный восторг. На его лице сияла довольная, льстивая улыбка, а в груди разливалось невыразимое чувство удовлетворения. С малых лет он рос без родительской ласки; Цин Цзи и Хун Янь следовали за ним по пятам и охраняли его, но никогда не позволяли себе переходить границы дозволенного субординацией. Поэтому, узнав, что у его Отца-Бога был близкий друг и доверенное лицо, он сразу понял, что этот человек станет для него единственной опорой семейного тепла.
Мысли Цинсюаня и Юй Бэйханя удивительным образом совпадали. Юй Бэйхань отроду не разменивался на мелкую рыбешку — разве мелкая рыба стоила того, чтобы ради нее поднимать такой шум? В последнее время Я Мо проявлял излишнюю активность, и простому люду угрожала смертельная опасность — это уже задевало его принципы. Раз уж всё зашло так далеко, он с радостью составит компанию этой возомнившей о себе дикой свинье и как следует с ней позабавится.
— Не подскажет ли Божественный Император, какой у него план? Нужна ли маленькому правителю какая-либо помощь? — по-прежнему почтительно и со всеми подобающими почестями спросил Яньван.
— Яньвану не нужно так усердствовать. Я, Юй Бэйхань, не из тех, кто зацикливается на мелочах; вся эта субординация и правила этикета меня совершенно не волнуют. Ты помог моему Цинсюаню, защитил его в Царстве Демонов и проявил к нему доброту — значит, проявил доброту и ко мне.
— Маленький правитель не смеет требовать наград от Божественного Императора, помощь Владыке — это мой прямой долг, тут никак нельзя говорить о каком-то долге или доброте, — в некоторой растерянности залепетал Яньван, сбитый с толку словами Юй Бэйханя.
Цинсюань видел и поступки Юй Бэйханя, и перемену в его отношении, и всё это согревало его сердце. Он опустил голову и тихо улыбнулся, чувствуя в глубине души тайную радость. Это было единственное родное существо, оставленное ему Нань Юанем.
— Яньван, у Бэйханя действительно есть одна просьба: надеемся на твою помощь.
— Пожалуйста, говорите, Божественный Император.
— Сам знаешь, скверна Царства Демонов вредит здоровью Цинсюаня, поэтому мы не можем часто бывать здесь и задерживаться надолго. Я надеюсь, что Яньван сможет уделять больше внимания Четырех Призраков и изменениям в Мире Демонов, и в случае каких-либо перемен незамедлительно сообщить мне.
— Маленький правитель исполняет волю! — Яньван отвесил почтительный поклон.
— Это дело может быть опасным, Яньван, береги себя!
— Благодарю Божественного Императора за заботу, маленький правитель ни за что не подвёл бы доверие Императора.
— Тогда мы больше не будем вас утомлять и откланяемся, — Юй Бэйхань сложил руки в приветственном жесте перед грудью.
— Маленький правитель провожает Владыку и Императора.
— До свидания! — Нань Сян, Му Сичэнь и Фэн Муси в один голос отвесили Яньвану прощальные поклоны.
http://bllate.org/book/23274/2500006
Готово:
