Готовый перевод Everyone's a Master of Disguise! / Маски падают! Братан, у тебя их слишком много: Глава 3

В ранние годы Цзинь Вэйминь опубликовал на Всемирном форуме магов научную статью, касающуюся модификации физической структуры магов.

Эта статья была беспрецедентной. Едва появившись на свет, она привлекла к себе всеобщее внимание, и люди прозвали автора гением магии.

Однако не прошло и полмесяца...

Словно с небес свалился научный труд о парадоксах физической структуры магов. Стоило этой работе выйти в свет, как её вознесли на пьедестал, а статью Цзинь Вэйминя окончательно втаптали в грязь.

И верно, человеком, опубликовавшим ту работу, был главный профессор Магической академии Ной — тот самый мужчина, что сводил с ума всю страну, Фу Шоухэн.

Глядя на мужчину, о котором он так долго грезил, Цзинь Вэйминь невольно расплылся в довольной улыбке...

Он разыскивал его фотографии в интернете, но теперь понял, что между ними была колоссальная разница: в реальности тот выглядел ещё более привлекательным. Впрочем, всё оказалось ровно так, как говорили в сети: он круглый год носил на лице застывшую маску, всем своим видом показывая, будто каждый на свете задолжал ему кругленькую сумму.

Этого холодного, неприступного айсберга он наконец-то повстречал.

Такова была одна из целей, с которыми Цзинь Вэйминь прибыл сюда: при удобном случае победить Фу Шоухэня. Стоило лишь одолеть его — и он сможет доказать, что его собственные познания в магии куда глубже, а сам он является истинным, непревзойдённым гением.

На лице Фу Шоухэня не отразилось ни единой эмоции; подобно ледяной глыбе, он свысока взирал на них...

— Дядя...

В отличие от ликующего Цзинь Вэйминя, Цзян Юйчжи выглядел несколько ошеломленным.

Всем было прекрасно известно об иной ипостаси Фу Шоухэня — он приходился семье Цзян приемным сыном, и по старшинству Цзян Юйчжи должен был звать его дядей.

Однако сейчас, находясь в стенах Магической академии, Цзян Юйчжи, разумеется, сообразил, что подобное обращение неуместно, и поспешно исправился:

— Профессор Фу, он первый начал задирать меня!

Услышав это, Цзинь Вэйминь мгновенно изобразил оскорбленную невинность и срывающимся от слез голосом произнес:

— Ничего подобного... Профессор Фу, вы должны мне поверить! Я всего лишь сказал, что пламя слишком бушует и не стоило бы портить мою новую прическу, а он набросился на меня с кулаками. Я ведь совсем ни в чем не виноват...

К тому же... — с крайне обиженным видом протянул Цзинь Вэйминь, — я понятия не имею, за что он меня ударил! Только что, завершив проверку сил, я повернулся, чтобы выразить благодарность, а он вдруг подскочил и, занеся объятый пламенем кулак, изо всех сил швырнул его в меня. Если бы не моя молниеносная реакция, боюсь, это миловидное личико было бы испорчено!

— Ты врешь! — разъяренный Цзян Юйчжи вспыхнул от гнева. — Если бы ты без всякой причины не стал играть бровями и задирать меня, стал бы я бить тебя просто так?! Ты... ты что, прирожденный лжец?!

— Ничего подобного я не делал... — Цзинь Вэйминь тут же принялся утирать еще не успевшие проступить слезы. — Профессор Фу, вы обязательно должны мне верить... Кто я такой, простой простолюдин, как я смел его задирать? У меня же руки слабые, я только-только пробудил свой артефакт, разве лезть к нему на рожон не равносильно самоубийству?

— Ты...?!

Цзян Юйчжи попытался возразить.

Фу Шоухэн внезапно прервал его:

— Хватит!

Седьмое правило Магической академии гласит: шуметь и устраивать беспорядки запрещено.

Цзян Юйчжи ничего не оставалось, кроме как проглотить клокотавший внутри гнев. Однако не успело пройти и мгновения, как его явно распирало от обиды, и он снова выпалил:

— Но...?!

Фу Шоухэн с бесстрастным лицом оборвал его:

— Это Магическая академия Ной. Согласно правилам, преподаватели обязаны защищать студентов нашего учебного заведения. Поскольку он уже получил от директора парадную форму, он считается официально зачисленным учащимся. Ты же только что прошел отбор, но форму еще не надел, а значит, по логике вещей, студентом академии пока не являешься...

Если вы и впрямь затеете драку, то как профессор этой академии я по всем понятиям и совести должен встать на его сторону.

Услышав это, Цзян Юйчжи сразу подавил бушевавшую в нем злость и, словно сдувшийся воздушный шарик, постепенно утратил весь свой пыл. Он опустил голову в задумчивости, но стоило ему поднять взгляд, как ярость вновь запылала с новой силой...

Потому что... он увидел, как Цзинь Вэйминь строчит ему рожицы?!

— Ты...?!

Фу Шоухэн вновь оборвал его:

— Уж коли вам так хочется посостязаться, поступайте в академию. Каждый год проводятся вступительные испытания, вот тогда и покажете свою силу!

Поделать было нечего, и Цзян Юйчжи пришлось сглотнуть мириады обид, после чего он развернулся и спрыгнул со сцены.

Цзинь Вэйминь тут же торжествовал вовсю...

Кто бы мог подумать, каково это — чувствовать себя заносчивым лакеем?

Хе-хе...

И всё же...

Эту карту, которую он с таким трудом наколдовал, нельзя же вот так просто взять и пустить по ветру?

Он опустил глаза на зажатую в пальцах карту, а затем перевел взгляд на стоявшего впереди Фу Шоухэна. Уголки его губ дернулись, обнажив белые клыки, и он со всего маху откинул руку...

Карта мгновенно сорвалась с места.

Подобно метательному нотику, с невероятной, ослепляющей скоростью она свирепо полетела прямиком на профессора Фу...

В этот момент Фу Шоухэн только-только повернулся, собираясь уйти со сцены, и среагировать вовремя явно не должен был.

При этой мыслях на лице Цзинь Вэйминя вновь расцвела довольная улыбка.

На войне все средства хороши, а удар исподтишка — если он увенчался успехом... Победитель всегда прав, а проигравший покрывает себя позором, и историю пишет тот, кто выиграл.

Карта рассекала воздух с бешеной скоростью, и на мгновение даже стал виден выбитый на ней номер — Тройка Пик.

В тот самый миг, когда она почти коснулась профессора Фу, карта вдруг растворилась в легкой дымке, превратившись в три черных снаряда...

Бабах!

Бабах!

Бабах!

Раздался взрыв, и мало того — во все стороны тут же клубами повалил густой дым.

Присутствующие внизу зрители мгновенно ахнули, явно никто не успел сообразить, в чем дело.

— Что произошло?

— Тот парень вроде бы бросил бомбу?

— Что? Кто-нибудь разглядел?

— Все снаряды полетели прямо в профессора Фу!

— Тогда профессор Фу...?

Место, где находился Фу Шоухэн, было совершенно неразличимо для окружающих, потому что густая пелена дыма затянула всё вокруг...

Цзинь Вэйминь созерцал сотворенное им грандиозное зрелище, переполняясь внутренним ликованием...

Фу Шоухэн?

Главный профессор, от которого фанатеет вся страна.

И это всё, на что он способен?

Погодите-ка!!!

Не успел он порадоваться и половины минуты, как вдруг почувствовал неладное!

Стоявшая впереди пелена дыма начала постепенно рассеиваться, и открывавшийся в ней пейзаж медленно обнажался...

Это была... ледяная стена?!

Позади ледяной стены смутно вырисовывался силуэт облаченного в белый халат мужчины.

Фу Шоухэн!

Фу Шоухэн стоял посреди рассеивающегося дыма, перед ним из ниоткуда выросла ледяная стена, а сам он, невредимый, стоял за ней, двумя пальцами зажав карту и внимательно ее разглядывая. На его лице по-прежнему не было ни единой эмоции...

Порыв легкого ветерка растрепал густые седые волосы на его голове.

Сквозь стекла очков его синие глаза были прикованы к карте в руке, погружая владельца в легкую задумчивость...

Глядя на невредимого Фу Шоухэна, стоявшего перед ним,

Цзинь Вэйминь улыбнулся еще шире, и его белые клыки врезались в память особенно ярко.

Он был рад даже сильнее, чем мгновением ранее.

Конечно...

Если бы Фу Шоухэн так просто погиб, это было бы до смешного неинтересно.

А раз он остался жив, значит, это лишний раз доказывало: перед ним истинный сильный мира сего, противник, бросить вызов которому — поистине стоило труда.

Придерживая карту пальцами, Фу Шоухэн повернулся и поднял взгляд...

Его светло-голубые глаза издалека уставились на притаившегося вдалеке Цзинь Вэйминя.

Выросшая перед ним ледяная стена мгновенно растаяла...

— По правилам академии, запрещено злоупотреблять магией.

Его голос прозвучал едва слышно, но от него неизменно веяло таким холодом, что кровь стыла в жилах.

Цзинь Вэйминь тут же изобразил самую безобидную на свете улыбку:

— Прошу прощения, профессор Фу, я не со зла. Я только что активировал артефакт и еще ничего толком не умею, а он внезапно выкинул эту карту, вот я со страху и швырнул ее куда попало. Я вас случайно не задел?

Фу Шоухэн издалека вглядывался в него, и те светло-голубые глаза бесстрастно сканировали парня с ног до головы. В этот самый момент он с абсолютно невозмутимым видом задал вопрос:

— Ты... действительно сделал это случайно?

http://bllate.org/book/23278/2500667