Готовый перевод Four Divine Lords / Четыре Божественных Владыки: Глава 14

Минсин Хуаньюэ подняла Тяньюэский нож, её кончики пальцев легко скользнули по лезвию — казалось, в подобном занятии тоже есть своя особая прелесть.

— Ты говоришь, что только недавно ступил на этот путь, но вовсе не обязательно, что это действительно так. К тому же тебя сопровождают бесчисленные мастера, и кто знает, не затаился ли кто-нибудь из них прямо сейчас поблизости?

— Хе-хе... — легко усмехнулся Синь Чжихуэй. — Верите вы или нет, но в этот путь я не брал с собой никаких мастеров, и моя база культивации действительно находится лишь на первой ступени.

— И что с того? Если всё и впрямь обстоит так, как ты говоришь, с чего вдруг тебе сохранять такое спокойствие и стоять здесь, разговаривая с нами? — Минсин Хуаньюэ приподняла брови, а её голос зазвучал мягко и обольстительно.

Синь Чжихуэй завёл руку за спину и сунул Су Линю три пилюли.

— Несколько дней назад я встретил гадалку, и она сказала, что я проживу до ста лет, а ещё — что я человек великого благополучия, которому суждено в этой поездке добиться желаемого.

— Ты что же, веришь предсказателям? — слегка приподняв брови, поинтересовалась Минсин Хуаньюэ.

— Верю, а почему бы и нет? — в ответ задал встречный вопрос Синь Чжихуэй.

— Что ж, сегодня... мне захочется посмотреть, как ты умудришься выжить в наших руках, — в глубинах глаз Минсин Хуаньюэ мелькнул скрытый холодный блеск.

Синь Чжихуэй же, нимало не смутившись, с улыбкой шагнул вперёд.

Сбоку от повозки сработал скрытый механизм, и подножка опускалась ступень за ступенью.

Не останавливаясь, он ступил на неё и спокойно, с полнейшей невозмутимостью спустился вниз.

После этого он подошёл к четырём Пустынным Драконьим Коням и, подняв руку, по очереди погладил каждого.

Увидев, что он вышел из повозки, Минсин Хуаньюэ поначалу не смела предпринимать необдуманных действий, желая посмотреть, какую именно хитрость он затеял. Но заметив, что этот малый принялся миловаться с лошадьми, они на мгновение растерялись, не зная, что и думать.

Однако в следующее же мгновение до них всё дошло.

Оба почувствовали, как перед глазами потемнело, и чуть не рухнули наземь.

Их тела качнуло, а следом голову пронзила острая, похожая на взрыв боль.

— Проклятье, этого пареньца действительно нельзя недооценивать!

— Бежим!

Синь Чжихуэй молниеносным движением вскочил в повозку.

К этому моменту Су Линь и остальные уже всё поняли.

— Дабай, Эрбай, Саньбай, Сибай! — резко выкрикнул Су Линь.

Четыре Пустынного Драконьих Коня взметнули копыта и помчались во весь опор, в одно мгновение оставив преследователей далеко позади.

— И вот так просто сбежали? Не слишком ли это жалко выглядит?

Из повозки раздался голос Су Линя.

— Жалко? Быть жалким всяко лучше, чем лишиться жизни, верно? — Синь Чжихуэй неизвестно где раздобыл носовой платок. Поскольку из-за кормления лошадей лекарством у него испачкались руки, сейчас он сидел на широкой кушетке луханьчун и вытирал их.

— Эх, и что за лекарство ты подмешал? Почему ты просто не убил их? — Юнь Ушуй подсел ближе к Синь Чжихуэю и с любопытством спросил:

Синь Чжихуэй повернул голову и бросил на него косой взгляд:

— Ты за это платишь?

— А? — Юнь Чшуй от такого вопроса опешил.

— Мои пилюли стоят очень дорого, тратить их на таких людей было бы чистой расточительностью, — невозмутимо произнёс Синь Чжихуэй.

— Кхе... — уголки ртов Юнь Ушуя дернулись.

Цзо Цзянцэ же, похоже, уловил суть:

— Твои лекарства все настолько сильные?

Синь Чжихуэй бросил на него взгляд исподлобья и продолжил вытирать руки.

Заметив, что тот игнорирует его, Цзо Цзянцэ нисколько не смутился и снова перевёл взгляд на Юнь Ушуя.

Поймав его взгляд, Юнь Ушуй принял вид человека, готового просветить невежу:

— А доводилось ли тебе слышать о Лекаре Хуаньяне?

— Лекарь Хуанъян... — Цзо Цзянцэ задумался. Похоже, это имя было ему знакомо, но каких-то ярких воспоминаний не вызывало.

— Эх, ладно, судя по твоему виду, ты человек совершенно неосведомлённый, — вздохнув, махнул рукой Юнь Ушуй. — Лекарь Хуанъян — это великий святой медицины из прошлого поколения. Говорят, его врачебное мастерство было поистине превосходящим небеса: он умел возвращать к жизни увядающие весны, обращать вспять смертельные недуги и воссоздавать плоть на обнажённых костях. Около двадцати лет назад, когда Павильоном Облачной Этости ещё управлял мой отец, я помню, как он собственной рукой записал это имя в Хрониках Облачной Этости.

— Ты помнишь? Сколько тебе было двадцать лет назад? Ты вообще родился?

— Не перебивай, — прикрикнул Юнь Ушуй и продолжил: — Когда мой отец вносил это имя в записи, он сопроводил его изречением: «Переправит глиняного Будду через бурный поток, исцелит тысячу болезней и вернет к жизни призрака». Можешь представить, насколько он был силен.

— Раз уж в вашем Павильоне Облачной Этости его так высоко оценивают, значит, он действительно выдающийся человек, только... какое это имеет отношение к делу?

— Он — единственный преемник Лекаря Хуаньяна, — заявил Юнь Ушуй. — К тому же, насколько известно нашему Павильону Облачной Этости, его врачебное искусство достигло небесных высот и уже давно ни в чём не уступает мастерству самого Лекаря Хуаньяна. Или ты думал, за счёт чего он смог заменить Лекаря Хуаньяна и стать новым поколением божественного лекаря?

— Хватит, перестань его расхваливать, а не то он сейчас взлетит на небеса, что тогда делать? — оборвал его Су Линь.

— Верно-верно, — услышав это, Юнь Ушуй с озорной улыбкой закивал, а затем, не умея усидеть на месте, снова затараторил: — К слову, к кому из мастеров все вы собираетесь напроситься в ученики, когда прибудете в Ваньсянмэнь?

— С какой стати нам тебе рассказывать? — Су Линь взял лежавшую рядом книгу и перевернул несколько страниц.

— Я как раз хотел сказать то же самое, — Синь Чжихуэй вытер руки и швырнул в него носовой платок.

Цзо Цзянцэ тоже согласно кивнул.

— Кхе... — Юнь Ушуй неловко улыбнулся. — Вы что, оба-трое, решили хранить такую таинственность? Если нам удастся поступить в Ваньсянмэнь, в будущем мы станем соучениками, так что оставьте же место для манёвра.

— Ты так уверен в том, что сможешь пройти в Ваньсянмэнь? — беззаботно поинтересовался Синь Чжихуэй.

— Конечно уверен! В прежние годы, кроме нашего брата Су, у нас троих точно не было бы никаких шансов, но нынче всё иначе.

— Почему же в прошлые годы шансов не было? — спросил Цзо Цзянцэ.

Юнь Ушуй удивленно посмотрел на него:

— Ты — молодой господин прославленного Города Ковки Оружия — и вдруг даже этого не знаешь?

— А я должен был знать? — переспросил Цзо Цзянцэ.

— Да ты... — Юнь Ушуй потерял дар речи. — Ты что, совсем одурел от ковки мечей вместе со своим отцом?

— Сам ты одурел, — парировал Цзо Цзянцэ. — Я рос рядом со своим дедом, а в этот раз впервые вышел в циркху — мир боевых искусств. Разве удивительно, что я не знаю о подобных вещах?

— Пожалуй, ты прав. Прости, это я переоценил тебя, — сложив руки в приветствии, сказал Юнь Ушуй, а затем продолжил: — В прошлые годы Ваньсянмэнь набирала учеников исключительно из числа лучших представителей молодого поколения, которых присылали крупнейшие секты и школы Цзянху. При этом за год принимали всего одного человека. Мало того, что этот кандидат должен был оказаться сильнее всех остальных претендентов, ему еще предстояло преодолеть Шесть Врат испытаний, и только после этого он получал право стать учеником кого-то из владык врат.

Если же никто не мог пройти Шесть Врат испытаний, то секта предпочитала не брать никого, не снижая планку.

Поэтому за столько лет Ваньсянмэнь, помимо собственных учеников, приняла лишь одного стороннего адепта.

— Приняла лишь одного стороннего адепта... А как обстоят дела в этом году? — поинтересовался Цзо Цзянцэ.

— В этом году Ваньсянмэнь разослала Ваньсянские приказы и набирает учеников со всего света, причем число мест не ограничено. Иными словами, пока ты достаточно талантлив, шанс есть у каждого.

— А как же Шесть Врат испытаний? — снова спросил Цзо Цзянцэ.

— Шесть Врат испытаний, по сути, можно назвать шестью заставами.

В Ваньсянмэнь всего шестеро владык врат.

Первый владыка врат, почтенный Хо Фочэнь, практикует Путь Меча и на данный момент является мастером вершины Сферы Восхождения к Облакам тридцать второй ступени, а также сильнейшим мастером во всем Цзянху.

Второй владыка врат, почтенный Инь Шуанчжоу, специализируется на искусстве сабли и также представляет собой могущественного мастера Сферы Восхождения к Облакам тридцать первой ступени. Среди всех мастеров клинка Поднебесной равных ему просто нет.

http://bllate.org/book/23318/2507326