Готовый перевод Galactic Scavenger's Chronicle / Мусорщик среди звёзд: Глава 9

Какая именно катастрофа произошла, он не мог с ходу определить.

Ослепительное красное солнце приближалось к линии горизонта, светлое небо темнело, окрашиваясь в багрянец вечерней зари. Ша Тан опустил взгляд на экран панели управления: температура снаружи всё еще держалась на отметке в сорок пять градусов.

Если не случится непредвиденного, эта жара продлится до наступления ночи. Воздух сейчас был иссушен, облаков почти не было, поэтому после заката, скорее всего, резко похолодает.

Пока он погрузился в раздумья, на запястье замигал красный огонек браслета.

Ша Тан тронул сенсор и увидел, что вызов поступает от Хо Фэйхэна.

— Мистер?

— Мм, как прошел твой день?

Хотя Хо Фэйхэн неотрывно следил за трансляцией, из-за разделявшего их экрана ему всё время казалось, будто чего-то не хватает — совсем не то, что услышать голос возлюбленного собственными ушами.

— Нормально. — Ша Тан бросил взгляд на стоящий позади беспилотник — он уже находился в выключенном состоянии.

Ша Тан настроил его так, чтобы аппарат автоматически отключался при возвращении на звездолёт. Если бы за день не набралось десяти часов эфира, время перенеслось бы на завтра. Но поскольку нужная длительность была достигнута, дрон отключился сам.

Впрочем, он всё равно не общался со зрителями, так что настройки особого значения не имели — главным было то, чтобы разговоры с Хо Фэйхэном никто посторонний не подслушал.

— Ты не сильно испугался?

Ша Тан на мгновение замер, сообразив, что тот имеет в виду скелеты в подвале. — Ничего страшного.

—...—

Не видя собеседника, Хо Фэйхэн мог судить о его состоянии лишь по голосу, и тот звучал неважно.

Впрочем, неудивительно: долгие часы на палящем солнце, целый день хлопот и никаких результатов — на месте Ша Тана любой чувствовал бы себя еще хуже.

— Вот как... Хочешь, чтобы муж убаюкал тебя?

Бархатный голос обжег уши Ша Тана, заставив его покраснеть. — Н-не нужно, я же не ребенок.

Смущенный таким обращением, Ша Тан не смел поднять голову. К счастью, беспилотник был выключен — иначе в нынешнем виде он бы еще несколько дней обеспечивал Хо Фэйхэна отличным настроением.

С тех пор как они официально зарегистрировали брак, Хо Фэйхэн, неизвестно почему, растерял всю свою прежнюю сдержанную элегантность.

Хо Фэйхэн наигранно вздохнул с сожалением:

— Похоже, мои прекрасные мечты рухнули.

— Какие еще мечты?

— Мечта о том, как ты ластишься ко мне.

—...—

В воображении Ша Тана тут же нарисовалась эта картина, и жар с кончиков ушей мгновенно перекинулся на щеки. Закрыв лицо руками, он понятия не имел, что ответить.

В первые дни совместной жизни Хо Фэйхэн во всем потакал его желаниям. Не считая того раза, когда они поспорили из-за женского наряда, он больше почти ничего не требовал.

Но теперь, услышав это среди бела дня и представив себя капризничающим перед мужем, Ша Тан согнулся пополам и долго не мог разогнуться. Лишь спустя какое-то время сквозь пальцы донесся его приглушенный голос:

— Мистер любит такое?

— Всё, что связано с тобой, люблю.

Прямые слова ударили прямо в сердце Ша Тана, мгновенно выметув всю пыль, принесенную из мрачного подвала. Секунду пробыв в оцепенении, Ша Тан, кажется, понял, с чего это Хо Фэйхэн вдруг начал нести чепуху.

—...Спасибо.

Хо Фэйхэн тихо усмехнулся, поднимая взгляд на небо. В глазах, отражавших вечерний ветерок, плетилась такая нежность, что хоть капли собирай.

— Что же мне делать, Тань-тань?

— Что случилось? — Сердце Ша Тана тревожно ёкнуло — он испугался, что что-то стряслось.

— Мы расстались всего на день, а я уже так сильно хочу тебя увидеть.

— Тогда включить видеосвязь?

— Но я хочу обнять тебя, хочу поцеловать. И как быть?

— А! Э-э... с этим могут возникнуть сложности.

То ли от усталости, то ли еще почему, но голос Ша Тана звучал необычайно мягко, разжигая самые греховные мысли на дне души Хо Фэйхэна. Тот прикрыл глаза и тихо выругался про себя.

— Ну и когда же ты собираешься воспользоваться своими правами?

Услышав обиженный тон на том конце провода, Ша Тан почувствовал себя еще виноватее. И впрямь было от чего совестью мучиться: не прошло и двух дней после свадьбы, как муж бросил супруга и отправился в одиночку зарабатывать на другую планету — свинство чистой воды.

Окажись на его месте сам Хо Фэйхэн, он бы, пожалуй, переживал куда сильнее.

— Через пару дней. Я тут ускорю проверку окрестностей, закончу со списком необходимых вещей и сразу вернусь.

— Нет-нет-нет, не нужно спешить. — Сообразив, что тот говорит всерьез, Хо Фэйхэн поспешно запротестовал.

Он действительно скучал, но говорил это больше ради шутки — хотел хоть немного развеселить Ша Тана. На 422-й обстановке и так хуже некуда, если он еще и темп нарастит, то даже тело из стали не выдержит.

Хо Фэйхэн вовсе не желал подвергать Ша Тана новым мучениям. Если бы не болезнь и собственное упрямство Ша Тана, он бы и вовсе запер его дома.

— Ох.

Ша Тан опустил ресницы, не зная, что и чувствовать: вспыхнувший было огонек словно окатили ледяной водой, оставив лишь крошечные искры.

Этот разочарованный вздох кольнул Хо Фэйхэна в самое сердце. Он сжал ладонью лоб, совершенно не представляя, как с ним быть.

— Тань, включи видео. Я хочу кое о чем поговорить.

— Хорошо.

Кончик пальца дважды коснулся браслета, черный полупрозрачный экран внезапно вспыхнул, и запечатленное в памяти лицо предстало перед глазами Ша Тана.

Хо Фэйхэн выглядел точно так же, как днем: уголки глаз чуть приподняты, на губах блуждает улыбка, разве что одежда на груди выглядела слегка растрепанной.

Ша Тан машинально скосил глаза по сторонам и назад — судя по фону, муж тоже находился на звездолёте, и никаких подозрительных фигур поблизости не наблюдалось.

Едва успев вздохнуть с облегчением, Ша Тан внезапно осознал, что именно означал этот его жест, и вина перед Хо Фэйхэном стала еще тяжелее.

Он уже собирался хоть как-то сгладить неловкость, как вдруг замер от неожиданного движения мужа.

Хо Фэйхэн смотрел прямо на него, но пальцы его тем временем расстегивали пуговицы на рубашке. События развивались совершенно неожиданным образом, и Ша Тан торопливо окликнул его:

— Мистер, что вы делаете?

— Мне показалось, ты расстроен, так что нужно кое в чем прояснить ситуацию. — Двигаясь быстро, Хо Фэйхэн в мгновение ока распахнул рубашку, обнажив изящные ключицы и крепкую грудь.

— Ты ведь не забыл мою медицинскую карту? Неужели ты думал, что я вот так просто отпущу тебя, когда ты вернешься? А попросил не спешить я лишь для того, чтобы у тебя было время подготовиться получше.

—...—

Ша Тан остолбенел. Под словами Хо Фэйхэна температура его лица неуклонно ползла вверх, а взгляд метался — смотреть на мужа было неловко, но и отвести глаза не получалось.

— Понял?

За те пару минут, пока они переговаривались, Хо Фэйхэн полностью сбросил верхнюю одежду и теперь предстал перед Ша Таном во всей красе.

— Чтобы ты не пугался, давай сначала привыкнем друг к другу!

Хо Фэйхэн говорил с такой невозмутимой прямотой, в которой не чувствовалось ни грамма похоти, что Ша Тан лишь ошеломленно кивнул — и пришел в себя, только когда услышал: Теперь твоя очередь. Тут-то он и понял, что дело неладно.

Ша Тан вовсе не был неженкой, но перед лицом Хо Фэйхэна, глядя на это лицо и это тело, у него решительно не хватало прежней смелости. Проколебавшись добрую половину минуты и так ничего и не предприняв, он вдруг услыхал:

[Обнаружен источник воды на расстоянии восьмисот метров впереди]

Бесстрастный электронный голос разрушил знойную двусмысленность момента, и Ша Тан мгновенно обрел опору под ногами.

— У меня тут... тут кое-какие новые находки, давай потом поговорим!

Бросив это, он, не дожидаясь ответа, резко оборвал связь и, зажав пылающее лицо в ладонях, замер точно страус, спрятавший голову в песок.

Какая... позорище.

Глава 16

Глава 16

Глядя на надпись об окончании сеанса связи на экране, Хо Фэйхэн хмыкнул и не торопясь стал надевать только что сброшенную одежду обратно.

Оказывается, храбрость и прямолинейность этого маленького глупышки распространялись далеко не на любое время.

Но, посмеявшись, он вновь погрузился в меланхолию: оставаясь с ним наедине, Ша Тан всё еще стеснялся. Если бы тот не потерял память, они бы явно вели себя иначе.

Хо Фэйхэн уставился на кнопки пульта управления, которые мерцали зеленым светом. Внезапно эту зелень резанула новая вспышка — красный огонек снова ожившего браслета.

Опустив взгляд, он с удивлением заметил, что вызов исходит от Е Чао.

— Старейшина Е.

— Я не помешал?

Е Чао на другом конце экрана был в очках, а в руках держал какие-то бумаги. Вспомнив недавний диалог о диагнозе Ша Тана, Хо Фэйхэн невольно выпрямился.

— Нисколько. Что-то случилось?

— В молодости мне доводилось встречать нечто похожее на состояние Ша Тана. Вернувшись к записям, я обнаружил, что случай был не единичным. Я уже скинул тебе материалы, взгляни.

— Хорошо.

Мягкое выражение лица мгновенно стало жестким, и Хо Фэйхэн бегло просмотрел документы на браслете. Как и говорил Е Чао, там описывалось еще четыре-пять пациентов с симптомами, схожими с состоянием Ша Тана; их возраст и пол различались.

Первый пациент — мужчина, около ста лет назад. Тридцать пять лет, крепкого телосложения, обладатель растительной способности.

Второй пациент — женщина, около семидесяти лет назад. Двадцать два года, хорошее здоровье, растительная способность.

Третий пациент — ребенок, около пятидесяти лет назад. Восемь лет, с определенными дефектами развития мозга, без способностей.

Четвертый пациент — мужчина, около двадцати с небольшим лет назад. Сорок пять лет, болезненный, без способностей.

И пятым был сам Ша Тан. Двадцать пять лет, здоров, обладатель водной способности.

Прослеживалась четкая закономерность: новый случай возникал примерно каждые двадцать лет, и в каждой медицинской карте фигурировало название планеты 422.

Помимо этого, никаких общих черт обнаружить не удавалось.

Упомянутый Е Чао пациент, судя по всему, был тем самым ребенком, но, к сожалению, из-за врожденных пороков он скончался в десять лет.

Хо Фэйхэн открыл досье остальных троих, и результаты оказались неутешительными.

Первый из-за проблем с памятью попросил исследовательский институт насильственно стереть все воспоминания, после чего начал страдать от тяжелых эмоциональных срывов в попытках вернуть прошлое, и в итоге выбросился из окна.

Вторая пациентка не проходила никакого лечения, что привело к помутнению рассудка — вскоре она оступилась и сорвалась вниз с палубы звездолёта.

Четвертый изначально был здоров, у него даже намечалось пробуждение способностей. Однако при возвращении памяти тело ослабло, а дар так и не пробудился. Под двойным ударом судьбы он повесился в собственном доме.

Каждый из этих плачевных исходов давил на Хо Фэйхэна с такой силой, что становилось трудно дышать. Ему вдруг стало страшно — до жути страшно, что Ша Тан, который еще секунду назад резвился перед ним на экране, вдруг превратится в безжизненный труп.

Сдерживая подступающий страх, Хо Фэйхэн чувствовал, как его глаза наливаются кровью, а голос ужасно хрипит.

— Неужели никак нельзя установить источник этих воспоминаний?

— К сожалению, нет. Но можно утверждать наверняка: все они связаны с планетой 422.

—...—

...

В то же время ничего не подозревающий Ша Тан стоял у шлюза, готовый к высадке. Хотя пару минут назад он сгорал от стыда, опомнился он быстро, и к моменту прибытия на место румянец полностью сошел с его щек.

Проверив снаряжение, он перевел звездолёт в режим стационарной стоянки, отворил люк и шагнул вниз.

Последний отблеск заката угас за горизонтом, небо разом погрузилось во тьму, и Ша Тана окутала удушающая волна жары. Оглядевшись, он не услышал ни малейшего дуновения ветра — земля под ногами казалась погруженной в абсолютную, мертвую тишину.

Единственным источником света оставался луч, падающий сверху со звездолёта.

Ша Тан сжал губы, опустил глаза и, включив фонарь, двинулся вперед. Поначалу, когда приборы засекли воду, он был поглощен невыразимым смущением, но сейчас, протрезвев, начал подозревать неладное.

Во время прошлых двух вылазок подземные водные пласты залегали на глубине в тысячи метров, а температура на поверхности оставалась экстремальной. Откуда здесь взялась целая река? Как ни посмотри, выглядело это крайне подозрительно.

Река находилась недалеко, но стоило приблизиться, как в нос ударил невыносимый зловонный смрад — будто где-то раздавили кузов грузовика с тухлыми яйцами, пролежавшими на жаре не один месяц.

Эта вонь так сильно била в желудок, что даже обладавшего крепким организмом Ша Тана несколько раз чуть не вырвало. Зажав нос и рот рукой, он осторожно двинулся вперед, освещая дорогу фонарем.

Когда луч упал на землю перед ним, он резко замер и торопливо отступил на несколько шагов назад.

Почва со следами ног в луче света шевелилась с удручающе медленной, зловещей плавностью, а сами отпечатки прямо на глазах искажались и оплывали.

Оказывается, он уже вышел к самому берегу и даже успел заступить в него.

Если эту субстанцию вообще можно было назвать рекой.

Широко распахнув глаза, Ша Тан медленно опустил руку. Сейчас ему было уже не до вони — он просто не верил собственным глазам.

Он знал, что река вряд ли окажется чистой, но подобного зрелища не ожидал никак. То, что приборы приняли за водоем, на деле выглядело как бурлящая лужа битума — липкая, вонючая, отвратительная жижа, лишенная всяких признаков воды.

В горле судорожно запершило, и под мощнейшим впечатлением Ша Тан все-таки не выдержал: согнувшись пополам, его вырвало.

Когда жжение в горле немного утихло, он с трудом выпрямился. Глаза покраснели от рефлексивного спазма, и он растерянно обвел взглядом окрестности.

Если эта река выглядит так, то у ее истока дела обстоят хуже в сотни, если не в тысячи раз.

Только что уверенный в своих силах Ша Тан в этот момент запаниковал. На побледневшем лице выступили крупные капли пота, а в опустевшей голове зазвучали голоса сомнения.

Он до крови закусил нижнюю губу; острая боль помогла притупить все остальные ощущения. Тонкая шея напряглась так, что вздулись вены, а ладони впились в ладони до багровых следов. Преодолевая дрожь во всем теле, Ша Тан сделал еще несколько шагов назад.

Лишь оказавшись снова в круге света, падающего со звездолёта, он чуть расслабился — но этот выдох словно выкачал из него половину сил. Опираясь на борт корабля, он с трудом устоял на ногах.

Знойная температура пошла на убыль, в застывшем мире поднялся ветер, и мерзкий смрад стал еще удушливее.

Покрытый холодным потом Ша Тан залез обратно в рубку и отвел звездолёт чуть дальше от берега. Наступила ночь, и границы реки растворились во тьме. Стоять на берегу было опасно — увязнуть в этой жиже оказалось лишь вопросом времени.

Сжав рычаги управления, он поднял судно выше. Прожекторы звездолёта вспыхнули на полную мощность, заливая светом то, что внизу. Вытянув шею и глядя сквозь лобовое стекло, Ша Тан попытался разглядеть хоть что-то.

Это действительно была река. Русло оказалось широким, а берега давно затоплены липкой и зловонной жижей, которую в темноте невозможно было отличить от суши. Стоило потерять бдительность — и снова угодишь в ловушку.

Причину столь жуткого катаклизма Ша Тан пока не обнаружил, но ему показалось, будто по поверхности реки что-то плывет — какой-то неопознанный обломок.

Немного снизив высоту, он привел звездолёт в движение. Направляемый мощным светом прожекторов, пейзаж внизу предстал как на ладони.

Чернота и тягучесть потока превосходили скорость движения улитки. Не будь здесь этого ужасного запаха, можно было бы подумать, что извергается лава.

В зловонной жиже то тут, то там виднелись кости животных — судя по всему, в поисках воды обезумевшие звери выходили к этому месту. Попадались и несметные куски неразлагающегося мусора, плавающие тут и там разрозненными пятнами.

Ша Тан сжал кулаки, чувствуя неприятное жжение в глазах, будто туда попал песок. Каким бы ни был этот мусор изначально, раз он не разложился за столько времени и сохранил прежнюю форму, неудивительно, что планета 422 превратилась в мертвую пустыню.

Что же касается замеченного им выступа, то, увеличив изображение на панели и проанализировав состав материала, он с удивлением понял, что это здание.

Какое именно — по одному лишь торчащему углу понять было невозможно.

Достав блокнот, Ша Тан записал находку. Решив осмотреть всё при дневном свете, он скользнул взглядом по соседней записи про подвал, обвел ее кончиком ручки, провел линию к открытию с рекой и поставил сверху жирный вопросительный знак.

Оба объекта находились недалеко друг от друга, и вполне возможно, что происшествие в одном месте спровоцировало катастрофу в другом.

Война? Природный стихийный катаклизм?

Оставалось только гадать.

Чистый лист бумаги снова закапало чернилами. Отложив ручку, Ша Тан откинулся на спинку сиденья и отсутствующим взглядом уставился в потолок.

Воду-то он нашел, но из-за чудовищного уровня загрязнения использовать ее было невозможно. Если он хотел следовать плану, сначала требовалось решить проблему токсичности.

Но где же источник загрязнения?

Будь дело в обычном заражении, он бы справился с помощью способностей, очистив воду. Но что, если всё гораздо сложнее?

Мысли текли вяло, пока резкий звуковой сигнал панели управления не вывел Ша Тана из забытья. Потерев воспаленные глаза, он наклонился, поднял упавший блокнот и аккуратно убрал его на место.

Звездалёт тем временем поднялся в верхнее течение реки, и здешняя обстановка оказалась еще хуже прежней. Поверхность воды затянула толстая маслянистая пленка — угольно-черная и матово блестящая.

Даже сквозь закрытый люк просачивался едва уловимый смрад, а мусора на воде стало в разы больше: осколки стекла, полиэтиленовые пакеты, какие-то алюминиевые изделия.

Ша Тан опустил руки и с досадой прижался спиной к креслу — впрочем, такого исхода он и ожидал. Коснувшись сенсорной панели, он увел звездолёт подальше от русла и посадил на близлежащей равнине.

Температура на улице резко упала с нескольких десятков градусов до пары градусов тепла, а поднявшийся ветер принес с собой ледяной холод, в мгновение остудив раскаленную землю.

Выходить наружу Ша Тан не стал. Вместо этого он перебрался в жилой отсек и прилег на кровать, пытаясь отогнать образы черной реки, застывшие перед глазами.

Его способность здесь мало чем поможет. Если бы за дело взялся Фэйхэн, справиться было бы проще, но просить об этом не хотелось.

Хотя они теперь супруги, до самого последнего момента Ша Тан и не помышлял о помощи мужа. Во-первых, это было следствием его собственного упрямства. Во-вторых, Хо Фэйхэн и так был по горло завален работой, и у него банально могло не найтись времени.

При воспоминании о недавнем видеочате лицо Ша Тана вновь само собой залилось краской. Вроде бы он никогда не отличался особой застенчивостью, но стоило вспомнить обнаженный торс Хо Фэйхэна, как щеки начинали гореть не на шутку.

Похлопав себя по лицу, Ша Тан попытался выгнать эти картинки из головы и сосредоточиться на проблеме реки.

От этих метаний сон пропал окончательно.

Ему снова приснился кошмар — продолжение того самого сна. Глядя на собственное безжизненное тело, лежащее среди моря цветов, Ша Тан покусил губы, не зная, что и чувствовать.

Присев на корточки, он недоверчиво протянул руку и проверил пульс на запястье.

Тишина. Холод.

Он действительно был мертв, и весьма основательно.

Поднявшись, Ша Тан огляделся: местность казалась совершенно чужой, но интуиция подсказывала — это планета 422. Обойдя труп, он шагнул в цветочные заросли, взметнув в воздух шлейф аромата.

Сделав несколько шагов, он резко замер.

Впереди обнаружился еще один труп. Нет, точнее — целых четыре. Разного пола, с разными лицами, они были разбросаны среди цветов.

Холодная волна от самых пят ударила в грудь Ша Тана. Тело одеревенело, в голове зашумело. Заставив себя повернуть голову назад, он снова увидел собственное безжизненное тело.

Он был пятым погибшим! И причина смерти оставалась неизвестной.

Внезапно налетевший порыв ветра взметнул тучу лепестков, застилая взор.

Сквозь кружащийся вихрь лепестков Ша Тан во все глаза, не моргая, уставился на свое тело — и увидел, как лежавший до этого неподвижно, мертвый труп медленно поднимается.

И не он один: остальные мертвецы вокруг тоже начали медленно вставать.

Закрытые до этого глаза медленно открывались, а плотно сомкнутые губы приоткрывались в безмолвном движении.

http://bllate.org/book/23365/2513076