Услышав о том, что новости поступили из Зала наказаний, Цзян Хуайянь и Му Чэнъюй не придали этому особого значения.
Они продолжали попивать чай, пытаясь скрыть беспокойство, однако никак не ожидали, что наставник, дочитав письмо, тут же переведет взгляд на них.
— Сяо Янь, вы с Сяо Чэ привели пару дней назад друга? — Вэнь Инцы посмотрел на своего второго ученика, и на его обычно мягком лице проступило недоумение. — Как же вышло, что ваш друг оказался в Зале наказаний?
Цзян Хуайянь: «?»
Му Чэнъюй: «?»
***
Зал наказаний, мрачное подземелье на задней горе главного пика.
Попытка проломить стену провалилась, и Май Синжань перешел к плану Б — рытью подкопа.
Результат был предсказуем: он потерпел неудачу.
Ровный пол и стены темницы были одинаково прочными. Сколько бы Май Синжань ни скреб и ни царапал их, он не смог отколоть даже крошечного кусочка камня.
О том, чтобы попытаться вскрыть дверь, не могло быть и речи.
Подземелья секты Яньтянь были совсем не похожи на те, что показывают в фильмах: вместо деревянных решеток с просветами здесь в стену была вмонтирована тяжелая, абсолютно герметичная железная дверь. Она была настолько плотно подогнана, что сквозь нее не пролетела бы даже муха.
Ситуация для Май Синжаня, который пока освоил лишь простейший навык — вливание духовной силы в камень передачи звука для «звонков» по магической связи, — зашла в тупик.
Хотя он понимал, что как практик стадии Золотого ядра больше не нуждается в еде для поддержания жизни, разве можно вечно сидеть в этой темной, лишенной света дыре!
Неужели он так и сгинет здесь, не успев насладиться дивными пейзажами мира совершенствования?
Май Синжань с унылым видом достал из кармана тот самый камень-бирюзу.
Главный зал Зала наказаний.
Ся Мэйсинь, наблюдавшая за происходящим в камере через парящее водное зеркало, медленно поднялась. Она решила, что Май Синжань сейчас вызовет своего таинственного друга, и уже приготовилась подменить фальшивый камень передачи звука, находившийся у него в руках, на настоящий. Однако парень лишь повертел камень в руках, посмотрел на него, спрятал обратно в карман и, забившись в угол, присел на корточки, превратившись в некое подобие мрачного гриба.
— ...А он довольно стойкий.
Ся Мэйсинь прониклась симпатией к этому узнику, который предпочел остаться в темнице, лишь бы защитить друга.
Пока она наблюдала за темным грибом в зеркале, прибыл Вэнь Инцы с двумя учениками.
— А вице-глава секты весьма щедр к своим ученикам, — Ся Мэйсинь убрала зеркало и указала на стоящий на столе цветочный горшок с цветком Юэин. — Использовать такой кусок нефритовой сердцевины для горшка... Даже я, будучи старейшиной, завидую тому, как живут ваши подопечные.
Вэнь Инцы, глядя на столь вопиющее расточительство, едва удержал подобающее вице-главе выражение лица.
Хотя у него самого имелась глубоководная нефритовая сердцевина, она была такой редкой, что ее хватало лишь на маленькую чашку. Откуда у его ученика взялся такой огромный кусок?
— Сяо Янь? — Вэнь Инцы перевел взгляд на своих учеников.
Цзян Хуайянь и Му Чэнъюй были не менее потрясены: они и представить не могли, что редчайший материал, способствующий росту духовной силы, можно пустить на цветочный горшок.
Вэнь Инцы сразу понял, что они ни о чем не подозревают.
Его взгляд встретился с маленькой цветочной феей, которая выглядывала из бутона Юэин. Озадаченный Вэнь Инцы перевел глаза на лежавшие рядом с горшком прозрачный камень для измерения духовных сил и... камень-бирюзу с выгравированным именем его старшего брата.
Иероглиф Цинь на бирюзе был точно написан рукой его брата!
Вэнь Инцы был в этом уверен. Нахмурившись, он шагнул вперед и взял камень:
— Этот камень тоже нашли у Май Синжаня?
Ся Мэйсинь кивнула:
— Этот парень твердил, что вещи ему подарил близкий друг, и всеми силами пытался выгородить его. Я думала, что этот друг — кто-то из ваших учеников, но, оказывается, вице-глава и сам не в курсе.
Цзян Хуайянь и Му Чэнъюй уже поняли, что все три предмета изъяли у Май Синжаня. Его задержали на рассвете, когда он пытался покинуть секту с этими вещами.
Но проблема была в том, что Май Синжаня они привели в секту Яньтянь тайно. Откуда он мог знать здесь кого-то настолько влиятельного?
Глубоководную нефритовую сердцевину невозможно найти на дороге. Где он все это взял?
Му Чэнъюй невольно посмотрел на старшего брата, но увидел, что тот растерян не меньше его самого.
Видя, что троица в полном замешательстве, Ся Мэйсинь велела привести в зал тот самый исполненный обиды гриб.
Едва Май Синжань вышел из камеры, как его тут же привели в главный зал. Он решил, что удача все-таки на его стороне.
Только он собрался поблагодарить Ся Мэйсинь и уйти, как внезапно наткнулся взглядом на незнакомого красавца, а также на Цзян Хуайяня и Му Чэнъюя, которым здесь быть не полагалось.
Май Синжань, ставший жертвой замены костей, чувствовал себя еще более виноватым, чем два бенефициара этой процедуры.
Он поспешно отступил на несколько шагов, увеличивая дистанцию, и сразу попрощался с Ся Мэйсинь:
— Госпожа Ся, благодарю за вашу проницательность и восстановление справедливости. Не смею вас больше задерживать.
Бросив полный тоски взгляд на горшок и кристалл на столе, Май Синжань развернулся и зашагал прочь.
Он успел сделать всего два шага.
Тот самый незнакомый красавец преградил ему путь, держа в руке до боли знакомый зеленый камень:
— Ты знаком с владельцем этого камня передачи звука?
Май Синжань опешил. Он машинально пошарил по карманам и обнаружил, что они пусты.
Не может быть! Только что в темнице камень был при нем. Когда этот человек успел его забрать?
Какая скорость! Май Синжань в изумлении поднял голову.
Заметив, что Май Синжань принял Вэнь Инцы за вора, Ся Мэйсинь с трудом сдержала смех:
— В руках у вице-главы оригинал. То, что ты носил в темницу, было лишь иллюзией, которую я создала на скорую руку. Иллюзия исчезла, как только встретилась с настоящим предметом.
...Значит, это ты украла мою вещь! — Май Синжань бросил на Ся Мэйсинь мрачный взгляд.
Ся Мэйсинь и глазом не моргнула, лишь мягко улыбнулась и кивнула на Вэнь Инцы:
— Вице-глава, скажите же, кто владелец этого камня? Мне ужасно любопытно.
— Вы тоже знаете... Вэнь... — Май Синжань осекся. Узнав, что перед ним вице-глава, он поначалу приуныл, но услышав, что этот человек близко знаком с Вэнь Чжицинем, вновь обрел надежду.
Раз они так близки, значит, Вэнь Чжицинь как минимум уважаемый старейшина. Получается, он сегодня выйдет сухим из воды благодаря связям?
Май Синжань не удержался и расплылся в улыбке:
— Раз уж вице-глава тоже знаком с моим другом, может, мы закроем этот вопрос, и я пойду?
Все уставились на Вэнь Инцы. О каком именно друге идет речь?
— Я действительно очень хорошо знаком с твоим другом, — Вэнь Инцы подбросил камень и передал его Май Синжаню. — В конце концов, он мой старший брат и глава секты Яньтянь.
Все вокруг: «?!»
Старший брат... глава секты...
Мозг Май Синжаня заработал на пределе возможностей.
В полузабытьи он припомнил, что Вэнь Чжицинь действительно упоминал о младшем брате в секте. Значит, его младший брат — вице-глава, а он сам — глава?
Май Синжань застыл в оцепенении, всем своим видом показывая, что он понятия не имел, кому принадлежит бирюзовый камень.
Вэнь Инцы продолжил:
— Раз ты близкий друг моего брата, почему бы тебе не позвать его сюда? Я его младший брат, он обязан был представить мне такого нового знакомого.
http://bllate.org/book/23443/2525528
Готово:
