Готовый перевод Immortal Gate Awakening: Wait, It's Written in the Book / Пробуждение секты: В книге всё написано!: Глава 13

Сы Цзинь как раз вышел наружу и, услышав его вскрик, подошел проверить, что случилось.

Шэнь Юйтан смутился и поспешно заверил, что все в порядке.

Опасаясь, что тот станет допытываться, Шэнь Юйтан наскоро потер палец, а затем протянул руку, чтобы показать.

Конечно, кожа была повреждена, лишь бы только крови вытекло не слишком много. В конце концов, это было просто до крайности неловко.

— Уже не… — начал было он.

— Хорошо, что все в порядке.

Шэнь Юйтан замер, осекся на полуслове и, перевернув ладонь, увидел, что кончик пальца чист и невредим.

Он повернул голову, чтобы снова взглянуть на ту черную птицу, но где там — снаружи было пусто, лишь несколько клочьев облаков, и ни единого перышка.

— Ты что-то сказал?

— А, нет, ничего. Я хотел сказать, что просто слегка ударился, совсем не больно. — Шэнь Юйтан терзался сомнениями, но раз уж виновница исчезла, что тут еще скажешь?

Впрочем, возможно, у него просто кожа грубая, и птичка не смогла ее пробить.

— Почему не идешь в зал, не приляжешь?

Вопрос Сы Цзиня прервал его раздумья.

— Приляг отдохни, — сказал Шэнь Юйтан, чувствуя неловкость. — Не могу же я вечно занимать твое место.

— Как только сойдешь с Бессмертной ладьи, уже не сможешь так покачиваться.

Шэнь Юйтан замер, подумав, что это верно. Цзиньюй был создан старшим братом, и тот мог пользоваться им когда угодно, но с ним самим все было иначе.

Поэтому он ответил: — Раз вы настаиваете, не смею отказываться, — и, припрыгивая, направился обратно.

Вернувшись в зал, он не увидел Лу Люфэя, а Сюй Сяобай, должно быть, управлял мечом, поэтому Шэнь Юйтан почувствовал себя еще свободнее.

Однако стоило ему сесть на стул, как покой улетучился.

Он заметил на подоле своей верхней одежды едва заметное пятнышко крови.

Шэнь Юйтан резко выпрямился, посмотрел на свою левую руку, похожую на булочку, а затем на безупречно чистую правую.

Он никак не мог понять, когда успел испачкаться.

Хотя ему больше верилось, что это не было галлюцинацией — боль была слишком отчетливой, значит, птица все же клюнула его.

Но почему рана затянулась в одно мгновение?

Шэнь Юйтан был в полном замешательстве.

От скуки не стоит заниматься глупостями.

Шэнь Юйтан немного пожалел о случившемся, но поделать ничего не мог.

Закрыв глаза, он откинулся назад, прислушиваясь к ровному битью своего сердца.

Успокаивал себя: главное — жив.

Полежав еще немного в безмятежности, он почувствовал, как мысли путаются, а сон начинает одолевать его, как вдруг что-то вспомнил и вскочил, словно ужаленный.

Постойте, почему старший брат все еще велит ему лежать?

Он ведь тоже ступил на Ступень Управления Оружием, разве он не должен, подобно Сюй Сяобаю, управлять мечом?

При этой мысли Шэнь Юйтан не на шутку разволновался.

Хотя он еще не практиковался в управлении мечом, в рамках базового курса они изучали теорию.

Например, Формула Призыва Меча — заклинание и слова, которые они должны были использовать, впервые призывая меч, едва ступив на путь Управления Оружием.

Шэнь Юйтан снова вышел под галерею, встал, несколько раз глубоко вдохнул, закрыв глаза, и медленно направил потоки духовной энергии: сначала сосредоточил их в области живота, затем перевел ко лбу и, наконец, направил к кончикам пальцев левой руки. Он сложил их в форме меча, и золотистая энергия, нагреваясь, окутала пальцы сферическим сиянием.

Шэнь Юйтан тихо произнес: — Мое тело — ножны, моя жизнь — кузница, закаляю дух, превращаю душу в лезвие, девять тайн дикой пустоши, внемлите моему зову!

— Цзицзинь! Иди ко мне!

Вдали вспыхнул золотой свет, волоча за собой длинный шлейф, и устремился прямо к Бессмертной ладье.

…

Братья по секте отправились в путь: двое на Бессмертной ладье, двое управляя мечами, и к закату прибыли в Наньшань.

Шэнь Юйтан и Сюй Сяобай добрались первыми.

В это время ворота секты были уже закрыты, и открыть их можно было только с помощью нефритовой таблички, которую наставник передал Сы Цзиню, когда тот уходил.

Без таблички они стояли перед закрытыми воротами, любуясь лишь густой зеленью гор.

Хотя под ногами виднелись каменные ступени, символизирующие вход, арочные ворота в конце пути были лишь дверью, и пейзаж до и после них ничем не отличался.

Вокруг царили заросли сорняков и глухой лес.

Шэнь Юйтан и Сюй Сяобай ждали их у самых нижних ступеней.

Сы Цзинь и Лу Люфэй один за другим сошли с Бессмертной ладьи, после чего семичжанное судно уменьшилось, и Сы Цзинь убрал его в Мешочек Цянькунь.

Трое последовали за Сы Цзинем, поднимаясь по ступеням, и наблюдали, как он достал нефритовую табличку и высоко поднял ее.

С громким хлопком он ударил ею о последнюю ступень у входа.

Нефрит разбился о камни, и после того, как Сы Цзинь с грохотом нанес этот решающий удар, послышался мелкий хруст, а через мгновение табличка превратилась в изумрудную пыль, из которой потянулся дымок.

Туман был не густым, но его хватило, чтобы исказить пейзаж за воротами: словно между ними возникла тонкая пленка, которая слой за слоем утолщалась, сгущаясь в водоворот. К этому моменту все, что было за воротами, превратилось в пестрое марево закатных красок, и разобрать что-либо стало невозможно.

Наконец цвета смешались в единое целое и беззвучно, с невероятной скоростью начали расширяться. В мгновение ока, словно по границе каменных ворот, трава и деревья по обе стороны начали таять, как в воде.

Наконец показалось величественное древнее дерево, символ входа в Наньтяньмэнь.

Под деревом стояла огромная каменная стела, на которой киноварью были выведены три иероглифа — Наньтяньмэнь.

Каменные ступени под их ногами продолжали извиваться вверх по горе, а вдоль дороги можно было увидеть нескольких седобородых старцев, которые сновали туда-сюда, подметая дорожки и подстригая деревья.

Вот как выглядели ворота Наньтяньмэнь на самом деле.

Четверо пересекли порог и ступили на горную тропу. Когда они обернулись, от каменных ворот не осталось и следа.

Перед ними возвышались величественные каменные колонны с изваяниями драконов!

Два синих дракона были вырезаны с поразительной тонкостью, казались живыми: вблизи можно было пересчитать чешуйки, а издалека на них виднелся изумрудный мох, добавлявший оттенок древности, делая вид еще более таинственным и торжественным.

А за пределами колонн земля под корнями гигантских деревьев внезапно обрывалась, словно край утеса, и, заглянув вниз, можно было увидеть клубящиеся, словно морские волны, облака.

Казалось, они и вправду попали в мир бессмертных.

— Старший брат Шэнь, ты знаешь, чьей рукой возведена эта защитная печать у ворот? — спросил Сюй Сяобай, идя рядом с Шэнь Юйтаном.

Шэнь Юйтан покачал головой.

Он и сам прежде любовался этим мастерством, гадая, что за великий мудрец его создал, но ни на вводных лекциях, ни в книгах, ни даже в словах старейшин, преподававших искусство печатей, об этом не упоминалось, словно все намеренно обходили эту тему стороной.

Когда он только поступил в секту, он был осторожнее, чем сейчас, и тогда не стал допытываться.

Но теперь, когда Сюй Сяобай поднял этот вопрос, любопытство вспыхнуло с новой силой.

— Никогда не слышал, чтобы кто-то об этом говорил.

Сюй Сяобай воодушевился: — Может, это было так давно, что люди просто забыли? В конце концов, наша секта стоит уже более тысячи лет.

Шэнь Юйтан усмехнулся: — Как такое возможно? Подумай сам, если бы кто-то подарил мне золотую гору, разве я бы забыл?

Они поднимались в гору, беседуя. Впереди шел Сы Цзинь, позади Лу Люфэй — оба хранили молчание, и только двое друзей всю дорогу спорили о загадке печати, так и не придя к единому мнению.

— А, пришли, — разочарованно сказал Сюй Сяобай. — Чем дальше, тем загадочнее. Решено, через пару дней я пойду к Третьему старейшине и снова проберусь в Запретный павильон, такое событие точно должно быть записано!

В глазах Шэнь Юйтана вспыхнул огонек. Как он сам не догадался? Он задумчиво кивнул и, опередив друга, последовал за Сы Цзинем через мост к главному залу Наньтяньмэнь — Дворцу Минцзэ.

Дворец Минцзэ был обращен фасадом на запад, а вокруг него извивался ручей, который не замерзал даже в лютые морозы.

Когда Шэнь Юйтан впервые переходил этот узкий и низкий мостик, он увидел, как карп выпрыгнул из воды прямо к его ногам. Это было так забавно, но тогда он шел слишком быстро и, не успев убрать ногу, случайно пнул рыбку обратно в воду.

Потом он долго об этом жалел.

С тех пор Шэнь Юйтан каждый раз переходил мост с осторожностью.

Однако в этот раз все было тихо, как обычно: ручей лениво журчал, и лишь изредка в воде мелькали маленькие рыбки.

Как только Шэнь Юйтан сошел с моста, он остановился, Сюй Сяобай замер рядом, пропуская Лу Люфэя вперед, и они последовали за ним.

Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, но все еще старалось озарить мир своим сиянием. Наставник сидел в зале, и багровые лучи заката падали на табличку с названием и на него самого, окрашивая кончики его седых волос в красный цвет.

Сы Цзинь сделал шаг вперед и поклонился: — Наставник, ученик привел младших братьев обратно.

http://bllate.org/book/23455/2527616